Глава 35

      На следующее утро она вернулась к тому месту, где встретила стаю. Лесная подстилка все еще хранила слабый тошнотворный запашок. Девушка по растущей спирали бежала по лесу, в надежде отыскать следы других существ или людей. Со стороны пахнуло и тут же ушло ароматное облачко. Так пахнет приготовленная на огне пища. Она выпрямилась и задрала нос. Долго крутилась на месте, подпрыгивая, пока не уловила направление. Больше часа бежала по лесу, пока запахи и звуки большого лагеря не стали отчетливыми.        Она не собиралась повторять прошлых ошибок и брать пленных. Вместо этого кружила вокруг лагеря почти полдня, пока не узнала все что хотела. Около сотни людей, шатры стоят рядами, но с четким разделением. Лимров всего несколько штук — либо она убила всех, либо другие группы также прячутся в лесу. Как ни старалась, не смогла понять кто командует в лагере или усмотреть главного мага. Зато постоянно прибывали новые группы – примерно по десятку людей в каждой. Они стягивали силы. Готовятся к чему-то?        Пора возвращаться. Девушка бежала на запад, оставляя по пути неприметные метки. На коротком привале отметила на небольшой карте болото, тропу и расположение врага. Вздремнула чуть и припустила дальше с прежней прытью. Не остановилась она и на ночь – глаза зверя и чутье безошибочно вели ее к замку, а воодушевление от находки и недавней победы не давали думать о голоде и усталости.        На следующий день, примерно в получасе ходьбы от замка, она быстро перекинулась и оделась в кустах у дороги. Пригладила волосы, оправила одежду, пытаясь привести себя в порядок. Невольно поймала себя на том, что улыбается. Соскучилась. По рыжей макушке, по язвительной беззлобной пикировке мужчин, даже по вечно холодному отстраненному герцогу. Особенно по нему. Она покачала головой, смеясь над собой, и быстрым шагом отправилась дальше.        Стража без вопросов пропустила бодро, чуть не вприпрыжку, вышагивающую девушку. Мейсон был во дворе. Она радостно ему помахала, но он отвернулся, словно не узнал. Внутри неприятно царапнуло, улыбка померкла, по крыльцу она поднималась уже не так радостно.        Кайлар сидел в столовой вместе с братом и рыжей, и старшим скаутом. Он один приветствовал ее уважительным кивком. Друзья подняли на нее холодные неприязненные взгляды. Девушка смешалась, застыв в дверях. Молчание затягивалось. Она не выдержала первой:        — Я нашла главный лагерь.       — Мы тоже, — ровным тоном сообщил герцог, лицо его было непроницаемым.       Линн невольно начала закипать.        — И уничтожила лимров.       Если сейчас он скажет: “Мы тоже” – она лопнет от злости. Герцог приподнял брови.       — Где?        Она молча подошла и выложила перед ним свою грубую схематичную карту. Некоторое время сверяли ее с большой, той, что лежала между ними на столе.        — Тут большое болото. Проложила тропу. Небольшая, наше войско не пройдет, но маленький отряд – вполне. Твари были тут, основной лагерь в стороне. Наш пленник не соврал – у них около двухсот человек, тварей меньше десятка в лагере, в окрестном лесу больших стай не нашла.        Старший разведчик заинтересованно склонился над картой и не глядя хлопнул Линн по плечу:        — Тропа — это хорошо, всегда пригодится.       — Она очень ненадежная…       — Разберемся. Молодец, новичок. Тварей поди в том болоте и утопила?        Линн, зарделась от похвалы и кивнула. Кайлар неодобрительно поджал губы, глядя на старшего, и тот резко засобирался.        Девушка смотрела на друзей, ожидая… радости. Или, может, хотя бы недовольства. Но все трое были холодны и не смотрели на нее, делая вид что ее нет. Линн совсем растерялась, не зная в чем провинилась. В глазах неожиданно защипало, она развернулась уйти. Саэль расслабленно стоял прислонившись к косяку и скрестив на груди руки. Неизвестно, что он собирался сказать, но заглянув в покрасневшие глаза подруги, просто улыбнулся и распахнул руки.       — С возвращением, волчонок.        Он обнял ее и покачал из стороны в сторону, прижимаясь щекой к волосам.        — Почему волчонок? — она невольно рассмеялась, силясь не заплакать.       — Правда пахнешь ты как лягушка.       — По дороге я поплавала в болоте, — они рассмеялись уже оба, и Саэль повел ее из столовой, обнимая за плечи.        Рейс за их спинами отчетливо скрипнул зубами.       В кабинете все было прежнему, словно не было этих четырех дней отлучки. Правда место Линн за одним из столов заняла служанка. Она усердно перетирала порошки и отмеряла нужные порции, раскладывая по скляночкам. Линн вопросительно подняла на Саэля глаза.       — Спасибо за помощь, милая. Можешь передохнуть, я тебя позову. И попроси кого-нибудь принести для леди Ардентейл сытный обед.       Девушка, поклонившись выскользнула из двери.       — Пришлось искать помощь в другом месте, раз уж моя незаменимая помощница отправилась в самоволку, — Саэль улыбнулся, отвечая на немой вопрос.        Линн чуть покраснела. Маг удобно расположился в кресле и махнул ей рукой на соседнее.        — Ну, рассказывай.       — Особо делиться нечем, — она скинула плащ и сумку и с наслаждением вытянулась на мягком сиденье.       — Напротив, дорогая, думаю твой рассказ займет не один час, — маг улыбнулся уголком губ, взгляд из теплого стал хищным.        Удивительно – он не шевельнулся, но вся поза разом стала угрожающей. Линн насторожилась.       — Начни с того, например, как долго ты планировала скрывать от меня свою истинную сущность. И не вздумай отрицать – амулет показал мне даже больше, чем нужно.       Девушка почувствовала непреодолимое желание вскочить и убежать. Пожалуй Саэль не стал бы останавливать, но это было глупо. Она заерзала, пряча глаза и не зная, как начать.       Беседа, быстро ставшая допросом, действительно длилась несколько часов. Саэль постоянно задавал перекрестные вопросы, формулировал их по  другому, возвращался назад и перепрыгивал по времени. Даже когда принесли суп и большое блюдо фруктов, он не отставал. Линн, обжигаясь и торопясь, с наслаждением поглощала горячую пищу, и отвечала с набитым ртом. У слуги попросила принести мясо, на что Саэль напрягся еще больше.        Его интересовало все – как начались превращения, как выглядело заклинание, которым ее ударил Альдрис, как она чувствовала себя перед первым появлением зверя. Он копался в ее эмоциях, словно препарируя, вскрывал скальпелем потаенные мысли и мотивы, нисколько не щадя. Несколько раз она едва не разревелась, не в силах выдержать то, как он выворачивал ее душу наизнанку. Когда девушка рассказала, что обнаружила прямую связь резерва с превращениями, маг выглядел невероятно довольным.       — Ты истинный исследователь, дорогая. Бесстрашный экспериментатор, — непонятно было издевается он или хвалит.       Линн чувствовала себя выпотрошенной и опустошенной. Саэль взглянул на нее с сочувствием.        — Прости, волчонок. Поначалу я подумал, что ты оборотень. Нужно было убедиться.       Она шмыгнула носом.       — А если бы я была им?        — Это было бы плохо. И … печально.        Саэль не стал рассказывать ей какая участь постигла эту нежить в его родной стране. Оборотни, даже будучи изначально разумными, со временем теряли человеческий облик и мышление.        — Судя по всему, твои превращения – результат неверно сработавшего заклинания. Ты контратаковала, причем неумело. К тому же сам маг в этот момент претерпевал трансформацию – уже с помощью осознанного заклинания. Превращаешься ты осознанно, но это по сути – проклятие. Но это не все… Непонятно почему проклятие не исчезло вместе со смертью мага. Должно быть что-то еще, что держит его. Амулет, заговоренный предмет. Объяснение и твоей формы и первоначального отсутствия контроля.       Он задумчиво помолчал, пощипывая подбородок.       — Тебе повезло. Я могу ошибаться, но этот… Альдрис?.. кажется пытался тебя убить.       Линн поникла. Это предательство уже давно не трогало ее, но собственно легковерие отзывалось в памяти унижением.       — Покажешь?        Линн вынырнула из мыслей и подняла брови.       — Своего зверя. Покажешь?        — Может позже? Я невероятно устала и резерв почти опустел. Каждое превращение выматывает.       — Как скажешь, — он легко улыбнулся и поднялся, и протянул ей руку.       — А теперь тебе нужно отдохнуть, а мне – проветрить кабинет от лягушачьего запаха.       Она покраснела, но не смогла не рассмеяться на его хитрый прищур. Этот разговор лишил ее сил, но странным делом успокоил и вернул хорошее расположение духа.        Когда она подходила к своей двери, из комнаты Кассиаса выглянул герцог.        — Линнерал. Зайдите.       “Как официально. Похоже меня ждет еще один допрос”       В комнате они оказались втроем. Герцог остановился напротив них, заложив руки за спину и переводя суровый взгляд с одного на другого.        — Вы двое, — глухо начал он, — доставляете массу проблем. Начнем с Вас, — он пригвоздил Линн взглядом.       Ваши самовольные отлучки неприемлемы.       — Я должна была спросить дозволения на передвижения, Ваша Светлость? — ледяным тоном парировала она.        Он сморгнул и, кажется, потерял самообладание. Желваки вздулись на квадратной челюсти так сильно, что Линн испугалась.        — Я не играю в субординацию. Я говорю о том, что Вы ставите под удар всю группу! Мы же не знали, что с Вами. Мы могли отправиться на поиски, ослабив друг друга, вместо того чтобы заниматься большей угрозой! Мы… испугались за Вас. А если бы что-то случилось? Мы бы не знали, что с Вами…       Он умолк, возвращая контроль. Линн смотрела на него во все глаза и он на короткий миг отвел взгляд.       — Я не прошу отчитываться. Я прошу согласовывать, координировать свои действия с группой. И со мной.       — Оу, — девушка наконец поняла почему он злится и ей стало стыдно.       — Теперь ты.        Настала очередь Кассиаса.       — Твое письмо барону. Ты, по сути, взял его семью в заложники. Тактически грамотный ход, признаю.        Младший независимо приподнял подбородок, понимая, что это не конец.        — Не считая того, что этот ход направлен против потенциального союзника. В долгосрочной перспективе – это неприемлемо. Барон нам этого не забудет, и будет абсолютно прав. Нам пригодятся его люди – сейчас, но я бы нашел другой путь, не опускаясь до такой низости.       — Считаешь я поступил плохо?        — С моральной точки зрения – да, очень. Со стратегической – неразумно.       Касс молчал, но лицо пошло пятнами, глаза смотрели с нехорошим прищуром. Из Кайлара словно выпустили воздух. Он внезапно стал выглядеть очень уставшим.        — Даже Саэль – себе на уме – не создает проблем и не действует в одиночку. А вы двое – моя опора – только и делаете, что вносите разброд. У нас не игра в популярность. Мы либо заодно, либо расходимся прямо сейчас. Пока наши скрытые разногласия не погубили нас, наших друзей и всю страну заодно.       Кассиаса словно ударили. Они с братом смотрели друг на друга, словно впервые между ними разверзлась пропасть. Младший медленно склонил голову, соглашаясь.        — Я понял, о чем ты.       Линн тоже кивнула.       — Извини, — и пошла к выходу.        Кайлар вышел вместе с ней, ничего не сказав. В коридоре, когда она уже заходила к себе, окликнул:       — Хорошая работа. С тварями.       Помолчал, желая что-то добавить, но молча развернулся и ушел, оставив Линн розоветь на пороге.       Касс стоял, глядя в окно, безотчетно сжимая пальцами подоконник. В дверь тихо стукнули и вошли, не дожидаясь ответа. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы узнать шаги Шайны. Она тихо подошла сзади и остановилась, не решаясь коснуться.        — Брат был слишком суров к тебе…       — Ты слушала?        — Конечно, — она независимо пожала плечиком.       Кассиас невесело коротко рассмеялся и резко умолк. Помолчал, бездумно глядя на крыши.       — Когда-то ему пришлось принимать непопулярные решения для спасения ситуации. Он был молод и не готов, но ему пришлось. Он слишком хорошо знает, чем это оборачивается впоследствии и все еще пытается защищать меня от того же. Беда в том, что я в защите больше не нуждаюсь, но он это никак не поймет.       Он повернулся к девушке, и она едва не отпрянула. Глаза были жесткие, застывшие в жестоком прищуре. Губы сложились в холодную неприятную усмешку. Ничто не напоминало прежнего Кассиаса, словно на него надели маску. Или напротив – сдернули.       — Вот какой я на самом деле, — голос его сел, стал ниже, почти угрожающим. — Я пытаю, манипулирую и давлю. Я способен уничтожить человека морально и физически, а после – пойти пить вино за дружеской беседой.       — Зачем ты мне это говоришь?       — Чтобы ты знала, в чью комнату заходишь так беспечно и без опаски.       — Кассиас, — она неожиданно рассмеялась, — ты думаешь я считала тебя плюшевым зайчонком? Я давно поняла какой ты. И меня это не пугает, — она ласково положила руку на небритую щеку и погладила, с удовольствием замечая, как расправляются жесткие складки вокруг носа и глаз.       — Поняла? Когда?       — Твои великосветские манеры могут обмануть только людей честных, с рыцарской душой, вроде Линн или брата.       — Но не тебя? — он с прежней хитрой улыбкой притянул ее за талию.       — Не меня, — прошептала она ему в губы.