Суд над верой

Столичная площадь

По улицам, рынкам и лавкам разлетелась новость: суд продолжается. Главная площадь быстро наполнялась. Шёпот множился, превращаясь в тревожный гул. Королева подняла руку. Шум начал стихать. — Начинаем суд над Идолом Рабьером. Короткая пауза. — В качестве обвинителей выступят герои меча, лука и копья. — Рен, вам слово. Он кивнул. — Я выдвигаю обвинение в пытках получеловеческих детей. — Предлагаю ознакомиться с записью, сделанной нами. Рабьер резко подался вперёд, его голос сорвался на возмущение. — Вы не имеете права! Это запись с частной собственности. У вас не было никакого права проникать туда — не говоря уже о том, чтобы вести съёмку! Спокойным, холодным тоном она ответила: — Этот вопрос будет рассмотрен отдельно. — Сейчас мы рассматриваем ваши преступления. — Итак… включайте запись. Ужасы подземелья... По площади прокатился тяжёлый гул — ропот ужаса и возмущения. — Ложь! — выкрикнул он. — Это подделка! Магия иллюзий может показать что угодно! — Рабьер, когда они были у вас? — Сегодня! Я не пускал их! — Ещё даже полдень не наступил, а значит, у них было лишь несколько часов. Отредактировать такую запись так быстро невозможно. — Я не могу отвергнуть её, но и осудить его на основе лишь одной записи тоже не могу. — Герой меча, у вас есть другие доказательства? Рабьер заявил о себе. — Это магия! Иллюзии! Подделка! — Этот человек называет трёх героев лжецами, но что он скажет на показания его жертв под печатью? Рабьер резко побледнел. — Это возмутительно! — выкрикнул он. — Вы собираетесь мучить детей ради своего спектакля?! Рен махнул рукой. — Ведите свидетелей. — Не переживайте. Они с радостью поставят печать добровольно… ради мести. Процесс допроса жертв... Мирелия продолжила. — Что вы на это скажете? Эти дети опознали вас как своего палача… и подтвердили правдивость записи под печатью. Рабьер скривился. — Полулюди всегда ненавидели людей. — Они скажут что угодно, лишь бы оклеветать дворянина Мелромарка. Площадь взорвалась. — Замолчи! — Чудовище! — Повесить его! Мирелия слегка прищурилась. — Сначала вы назвали трёх героев лжецами. Теперь — свидетелей, давших показания под печатью. Она сделала короткую паузу. — Быть может, вы хотите доказать свою невиновность… заверив собственные слова той же печатью? — Или у вас есть иные доказательства невиновности? — Я служу Церкви Трёх Героев! Истинной вере этой страны! — Моё слово стоит больше, чем визг этих зверёнышей! — Суд услышал ваши слова. Короткая пауза. — Вы отвергли записи. — Вы отвергли свидетелей под печатью. — И вы отказались подтвердить свои слова той же печатью. Рабьер усмехнулся. — Потому что я не обязан участвовать в этом цирке. Её голос прозвучал над площадью. — Суд не может признать убийство. — Закон Мелромарка не признаёт полулюдей подданными короны. — Однако, их пытки запрещены. — Ваш приговор. — 3 года тюрьмы. — Герои, за незаконное проникновение вы будете оштрафованы на 50 золотых. Шум начал нарастать. — Три года?! — Он ел детей! — Да сжечь его! — Корона покрывает чудовище! — Ваше величество… Его голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась холодная ярость. — Вы серьёзно считаете это справедливым наказанием? — Я понимаю, о чём вы хотите сказать. — Но если я смягчу законодательство для полулюдей… я лишусь поддержки значительной части дворян и короля. Пауза. — Я не могу поставить страну под угрозу раскола. — Особенно в период волн. — Тогда знайте: герои этого решения не поддержат. — Три года за подобные преступления — это не правосудие. — Однако, если вы готовы изменить это безобразие. — Потеряв поддержку части дворян, в обмен вы получите поддержку героев... Она коротко кивнула. — Я услышала вас, герой меча. Рен кивнул. — Сейчас я хочу выдвинуть новое обвинение — разорение региона Сиетто. Рабьер нахмурился. — Что за чушь? Мирелия кивнула. — Хорошо, предоставьте доказательства. — Жертвы родом из Сиетто — региона, который был атакован рыцарями после волны. — Но вам не кажется странным, что все они благополучно оказались именно в подземелье Рабьера? Рабьер раздражённо фыркнул. — Это бред. — Значит вы отрицаете то, что причастны к нападению на земли полулюдей? Рабьер презрительно усмехнулся. — Конечно отрицаю. Атла сжала мою руку, я поймал взгляд Рена и кивнул ему. Рен продолжил. — Ваше величество. — Его рабы из того региона. Они попали напрямую, минуя систему работорговли. — Так же доказана его параноидальная ненависть к полулюдям. — Ранее было доказано участие Архиепископа в заговоре против щита. Пауза. — На основании выше перечисленного, я требую его допрос под печатью. Я ручаюсь головой за его виновность. Рабьер побледнел ещё сильнее. — Это… это безумие! — выкрикнул он. — Вы не имеете права требовать такого! — Герой меча, вы понимаете цену своих слов? — Если печать покажет его невиновность… — я сам положу голову на плаху. — Но я знаю правду, и готов на этот риск. Люди переглядывались, шёпот быстро нарастал. — Он ставит на кон свою голову… — Герой меча сошёл с ума… — Или он действительно уверен… — Суд принимает требование. — Обвиняемый будет допрошен под печатью. — Нет. Я отказываюсь! — Суд имеет право применить печать принудительно при расследовании преступлений против короны. Печать нанесена... — Идол Рабьер. — Вы причастны к нападению на земли Сиетто? — Нет. Печать вспыхнула. Рабьер резко согнулся, словно его ударили в живот. — АААА— Он попытался сдержаться. — Я… не… Печать вспыхнула снова. — Да! Я напал на этих зверей. Рен продолжил натиск. — Архиепископ причастен? Его голос дрожал. — Я придумал это… — Он одобрил. Толпа взорвалась. — Церковь?! — Они устроили резню?! — Это заговор! Атла дёрнула меня за руку. — Сверху собирается огромное количество магической силы.