Пламя

Всё пылало. Огонь вился вокруг них, подобно змее. Треск дерева, книг и чего-то еще противно бил по ушам. Адское пламя обжигало, казалось, они пробирались сквозь лаву. Жарко, невыносимо жарко. Пот струился по шее, подвернутая лодыжка тянула болью. Обожжённые руки пылали стоило ему прикоснуться к чему-либо, но Драко вцепился в Поттера со всем отчаянием. Со всей дурью, не выбитой отцом, вжимался в спину грифиндорца. В преисподних наверняка было менее жарко, чем сейчас в Выручай-комнате. Слишком поздно. Огонь заставлял плавиться обувь, опаливая носки. Драко опасался, как бы не загорелась метла. Тогда они вдвоём точно покойники. Пламя давно достигло стен, добралось до потолка. Тлеющие куски балок пролетали в сантиметрах от их голов, сваливаясь откуда-то сверху. Комната разрушалась. Они уже покойники. Мерлин и Моргана, как он оказался в такой ситуации?! Ничего не должно было произойти так. Чертов Крэбб! Драко лично убьёт его. Даже без палочки, задушит этого придурка своими руками. Мерлин, Крэбб уже мертв. Гойл наверняка тоже. И он уже давно не слышал и не видел Уизли с Грейнджер. Черт, лишь бы с Гермионой всё было нормально. Нечто летящее им на головы лишь смазано задело его, разорвав рубашку и обжигая плечо. Малфой вскрикнул. Или он не переставал кричать? Отец был бы разочарован. Да, блять, какая разница, если они не выберутся?! Разорви меня горгулья, как во имя Мерлина, Поттер умудряется уворачиваться и лавировать на метле в этом аду! Еще и с пассажиром! Очень ценным пассажиром. Драко верил в бессмертие Поттера. Если они выберутся отсюда живыми, то к драклу Мерлина, Моргану и всех Вечных. Он будет молиться на Поттера. О великий мальчик, который дожил до 17, поживи еще немного. Пожалуйста.

***

Ощущение булыжника под ободранными в падении руками приводит Драко в чувство. Они не летят, пальцы не сжимают метлу, значит они все же упали, пусть Драко и не помнит этого. С запозданием он осознает холодную твердость камня, на котором лежит, уткнувшись в землю лбом. Было тепло, но не обжигающе жарко. О, благословенный Поттер, он никогда не встанет с земли. Они действительно выжили. С этой мыслью волшебника накрывает волна боли. А за болью он чувствует как чья-то рука резко дергает его вверх. — Вставай! Ну же встань! Проклятый Поттер. — Чего тебе? — зашипел на него Малфой. Возможно, он и был благодарен глупому гриффиндорцу минуту назад, но вся подобная бессмыслица улетучилась, стоило Поттеру вцепиться в ожог на руке Драко. И не отпускает ведь, драклл! — Совсем отупел, что ли?! — возмущенные глаза цвета Авады метали молнии, а шипящий злой голос Гарри, казалось, готов был удушить кого-нибудь. Стоило Драко начать беспокоиться, как гроза подозрительно быстро отступила, — Что с головой? Руки Поттера схватили теперь уже лицо Драко, опуская его ближе к своему. Чужой палец появился перед носом и резко сдвинулся вправо. Драко лениво проводил его взглядом. Прошло довольно много времени, с тех пор как Гарри беспокоился о нем так открыто. Настолько много, что стало неловко. И странно. — Ты знаешь почему мы оказались здесь? — хотя, стоит признать, мягкий тон Гарри нравился ему больше. Меньше вероятности, что ткнет палочкой под дых. — Великий Гарри намудрил..? — За кого ты меня вообще принимаешь?! Значит минутное помешательство у Поттера прошло. Вернулся сарказм и грубость. За кого Драко его принимает? За мальчика-которого-хрен-убьёшь, наверное. За бога, если вспомнить его последние мысли. К счастью, Гарри ответа дожидаться не стал и, взяв за руку, потащил его в сторону выхода из переулка.

***

Гарри был в замешательстве. Вся эта ситуация была странной — ничего хорошего, но и откровенно ужасного Гарри пока не наблюдал. Они упали, точнее некто этому поспособствовал. С первого по третий курс юный Поттер проводил столько времени в одиночестве на метле, что та неизбежна приросла к его ладоням. С гораздо большей вероятностью они бы сгорели заживо, чем он позволил бы им упасть. Да и метлы поблизости не наблюдалось. Они оба находились без сознания. Очнулись в неизвестном месте. Слишком много возможностей. Ему это чертовски не нравилось. Драко выглядел непривычно плохо: ободранная одежда, ожоги на руках, вероятно, подвернутая нога, если смотреть на его неуверенную походку. Хотя бы признаков сотрясения не было. Гарри знал, что выглядел не лучше. Но для начала — понять где они, найти относительную безопасность и только после исцелить всё, что возможно. Одна ладонь крепко держала Малфоя поблизости, вторая же сжимала палочку из боярышника, прежде принадлежащую слизеринцу. Бузиная палочка надёжно хранилась в держателе на предплечье — Волдеморту не нужно было раньше времени знать, что его опередили в краже палочки из могилы Дамблдора. Даже если ситуация не очень походила на обычные выходки этого чудовища, лучше перебдеть, чем недобдеть. Выйдя из темного проулка чем-то напоминающего лютный, Гарри Поттер пораженно замер. Перед ними был Косой переулок, почти в точности такой же волшебный каким он запомнил в свое первое путешествие ещё в 11 лет. Неразрушенные магазинчики, целые витрины и блестящий фонтан в центре перекрестка. Всё такое живое. Переулок был заполнен волшебниками: семьями, собирающими учеников в Хогвартс, парочками и группами друзей, крикливыми продавцами. Гул голосов, щебет сов и искры волшебства поглощали своей громкостью. Изумрудные глаза метались в попытках разглядеть все детали, доказать, что это иллюзия. Это не было настоящим. Просто не могло быть. Как за несколько часов пустота улиц, разрушенность домов, обреченность взрослых и ужас детей могло превратиться в это? Поттер отскочил от проходящего мимо лорда, проводившего их странным взглядом. Тот даже не узнал его. — Что за..? — Драко был удивлен не меньше. Его голос оказался у Поттера прямо за ухом. Видимо, отступая назад, он сам подошел к нему ближе — Эй, Поттер, дыши. Точно... Гарри и не заметил, как паника забралась за шиворот, не давая мыслить. Действовать. Они не в безопасности, ему было необходимо взять себя в руки. Вдох. Невербальное Акцио и газета из рук мальчишки, словно по велению ветра, скользит к ним под ноги. Гарри вчитывается в заголовок: “ Битва на реке Сена. Гриндевальд теряет союзников?! Хитрый заговор Магического департамента Франции”. Дата выпуска 27 августа 1944 года. Выдох. Гарри глубоко дышит. Дышать он умеет, должен. Зачем мальчишке продавать столь старые издания за кнат? Магическая газета, распечатанная более 60 лет назад, выглядела подозрительно свежей на новой бумаге. Гарри перевел взгляд на здание банка Грингортса. Белое великое и целое здание, из которого с месяц назад они с Гермионой вылетели на огромном драконе, оставив за собой громадную дыру в стене. — Что же Вам ещё сказать, мистер Гарольд? Крюкохват устало смотрел на упрямого волшебника и Гарри повел плечами. Его связывали странные отношения с гоблинами, но господин Крюкохват всегда был одним из немногих взрослых, которым Гарри доверял. Ему было стыдно за их первую встречу. Тогда, сопровождаемый Хагридом, он был поражен, не знал ни правил магического мира, ни этикета гоблинов. Позже он, честно признаться, вовсе забыл о них, хранилищах и банке, отвлеченный магией и Хогвартсом. Летом перед четвертым курсом, получив письмо от банка, он старательно сглаживал первое впечатление. После десятков разговоров с Крюкохватом о наследовании, знаниях и инвестициях пришло доверие. Поэтому Гарри и не беспокоился о Гермионе, ожидающей его в коридоре. Как и не беспокоился о том, что гоблины сдадут их Волдеморту. — Дамблдор имел свои цели, имел связи и возможности. Также у него могли быть причины не раскрывать Вам всего, — честно Крюкохват и не заметил, как стал беспокоиться об этом юном волшебнике, упорно лезущем в бой, — Я бы хотел, чтобы ты, Гарри, прошел кровное магическое сканирование. Думаю, оно могло бы много чего показать. В банке было безопасно. Гарри был бы не прочь остаться здесь ещё ненадолго, но... Каждая лишняя минута, была временем, когда Волдеморт мог бесчинствовать. Прямо сейчас это чудовище убивало невинных. Гарри не мог ждать — ему нужно было найти крестражи как можно скорее. — Как-нибудь после войны, обязательно сделаю. А что насчет перед войной? Картинка в голове медленно складывалась. Выручай-комната, созданная Основателями и направленная на исполнение нужд студентов. Неизмеримое отчаянное желание Гарри оказаться как можно дальше от обжигающего пламени и знаменитая Поттеровская удача. Волшебник нервно хохотнул и вцепился в ладонь Драко ещё крепче, он смело вышел и направился к банку уверенным шагом. Прознай бы про это Гермиона — она бы ударила его. Возможно , даже несколько раз. Но когда в последний раз Поттер обдумывал свои планы? Малфой всполошился только когда они начали приближаться ко входу в Гринготс. — Потти?! Ты там головой ударился? Тебе нельзя в банк, — Драко раздраженно зашипел на него, затормозив. — Доверься мне, хорошо? — мягкий тон Гарри обволакивающим облаком оседал на плечи, успокаивал. Изумруды в глазах Гарри сверкнули, а Драко всегда был так слаб к ним. Поэтому только и мог, что позволить этому сумасшедшему творить, что вздумается. Гарри уверено прошел через вход к одной из стоек с гоблинами, заговорив с ними ровным аристократичным голосом. — Пусть золото пополняет ваши склады. Я буду признателен встрече с господином Крюкохватом. Под подозрительным взглядом старого гоблина Драко фальшиво улыбнулся, стараясь не вздрагивать. Припомнились наставления отца “Никогда не смей шутить с гоблинами, Драко”. Однако, к его удивлению, их действительно сопроводили в чей-то кабинет. — Господин Крюкохват. — Господин Крюкохват... — Гарольд. — Я знаю, Крюкохват. Знаю, — Гарри нервно прошелся по кабинету, стараясь не повышать голоса. Господин Крюкохват не заслуживал его криков, — Мне необходимо проникнуть в хранилище Беллатрикс! Эта сука хранит там чашу. Темный артефакт, который я обязан заполучить и уничтожить. Крестраж Волдеморта. — Мистер Поттер, мы не имеем права помогать вам в проникновении в чужое хранилище. Даже если вы посмеете пытаться нас обокрасть и пробраться к сейфу №711 по подземельям, мы будем обязаны вам помешать. — Я бы не.., — Гарри запнулся, осознав, что сказал гоблин, — Господин Крюкохват, вы предлагаете мне обокрасть вас? — Я не говорил ничего подобного. — Откуда вам известно мое имя? — глаза знакомо незнакомого гоблина подозрительно прищурились. Видеть его гораздо более юным, чем то к чему привык Гарри, было странно. Но обстановка была знакомой. В точности как и в тот день, когда он проник сюда с Мионой. Только вот Драко был подле него, а не в коридоре. Их пропустили внутрь здания, лишь потому что Гарри знал на чём следует играть с гоблинами — на любопытстве и опаске. И он не был столь глуп, чтобы позволять Драко находиться вне поле зрения, подобно Гермионе в прошлое своё посещение банка. Он доверял гоблинам, они ему — нет. — Когда-то Вы это узнаете, — на губах волшебника растеклась ухмылка. Та самая, которой его научили гоблины. С дикостью и молчаливой угрозой, с хорошо видимыми клыками, — Один мой хороший знакомый, впрочем, чем-то похожий на Вас советовал мне пройти кровное магическое сканирование. Поможете мне? — Что же вы хотите узнать, мистер Загадка? Под прищуренными глазами Крюкохвата Гарри не мог позволить себе заминки. Чего он хотел? Старый Крюкохват наверняка желал, чтобы он прошёл полное сканирование магии и крови. Но гоблин, что сидел перед ними явно хотел лишь разорвать их на куски и изучить. Ему не позволят пройти полное обследование. Велика наглость для незнакомца. Да и Гарри не настолько верил этой версии друга. Была только одна вещь необходимая им в этот миг. — Мою родословную. Деньги за это сможете списать с семейного счёта. — А они у Вас есть? — Несомненно. Гоблин усмехнулся, позабавленный сумбурностью волшебника. Драко же напрягся за его спиной в замешательстве. Но это было логичным и самым правильным решением. И он, и сам Гарри слишком похожи на представителей своих родов. Ну, не могут по магической Британии разгуливать вылитые Поттер с Малфоем и притворяться магллорожденными. Коли магия, притянувшая их в прошлое, не вернула их обратно за то время, что они были без сознания, то выбираться придется самим. Нужно было что-то придумать. Гоблин щелкнул пальцами одной руки и перед Гарри появился пергамент, другой же рукой Крюкохват подал кинжал. — Три капли вашей крови, — приказал гоблин. Гарри оставалось лишь подчиниться. Стоило последней капле его крови попасть на зачарованный пергамент, как на нем стали появляться слова: Гарольд Джеймс Поттер-Блэк Поттер-Блэк? У него была двойная фамилия? Отгоняя ненужные мысли, Гарри читал дальше. Имена родителей его не удивили. Но следующая строка: Сириус Орион Блэк (крёстный отец; отец по кровному усыновлению) Гарри замешкался, не ожидая увидеть имя Сириуса. Сириус. — Певерелл? — воскликнул Драко, прочитав пергамент из-за плеча Поттера. И действительно в самом низу там, где перечислялись рода, на которые он может претендовать, сразу после Поттеров и Блэков, было имя Певереллов. Но Гарри спросил о другом. — Что такое кровное усыновление, господин Крюкохват? — Магический ритуал на крови между главой рода или наследником рода, принимающего в род волшебника, несвязанного с ними родством, — в голосе Крюкохвата сквозила насмешка, приправленная издевательскими нотами. А как же? Объяснять волшебнику про обряд волшебников было сущей забавой для него. Гарри даже не моргнул на этот тон. — Могу я претендовать на кольцо рода Певереллов? — Претендовать-то можете. Только учтите, что коли кольцо лорда отвергнет Вас, Вы не выйдите из кабинета на своих двоих. У этого рода очень давно не было наследников. — Отлично. После того можете списать со счёта, коли там что-то есть, плату за сканирование на родословную и проведение ритуала на кровное усыновление между мной и моим спутником. — Как самоуверенно и безнадежно. Как вам и нравится, господин Крюкохват, не так ли?