Часть 2

      Столовая в JYP Entertainment никогда не засыпала, отражая ритм жизни её обитателей, работавших практически в режиме 24/7. Поэтому, когда выдалась свободная минутка, ребята направились именно туда.       Чанбин, с двумя стаканами ледяного американо в руках, приблизился к столику, где его уже ждали.       Джиа, повинуясь привычке, машинально потянулась к кошельку, намереваясь вернуть деньги за свой кофе.       – "Даже не думай об этом," – с улыбкой остановил её айдол. – "Пара тысяч вон не сделают меня банкротом".       Аккуратно поставив кофе на стол, Чанбин принялся освобождать карманы, чтобы устроиться поудобнее. Среди прочих вещей, на столе оказались новейший Samsung Galaxy Ultra и ключи от Lamborghini Aventador. Всё это было преподнесено настолько обыденно, будто он выкладывал жвачку и мелочь.       – "Обидно ли мне? Безусловно. Буду ли я настойчиво предлагать заплатить за кофе? Ни в коем случае! Тем более, что я люблю капучино на кокосовом, а американо ты сам решил купить!" – с притворным возмущением произнесла девушка. – "И, между прочим, Samsung - телефон для пенсионеров, если ты не знал".       Чанбин лишь усмехнулся в ответ:       – "Что ж, тогда, видимо, я самый горячий пенсионер в мире".       Шин рассмеялась и сделала глоток из стакана.       – "Кофе, по идее, должен оказывать бодрящий эффект, верно? Но, кажется, у меня выработался стойкий иммунитет к кофеину".       – "Прекрасно тебя понимаю. Иногда и сам задаюсь вопросом, где я нахожу в себе силы для работы".       После этих слов в воздухе повисла тишина. Каждый из них погрузился в собственные мысли или же просто наслаждался моментом. Однако эта пауза не вызывала ни малейшего дискомфорта, словно они не раз уже молчали вот так вдвоём.       – "Кстати, что говорят врачи по поводу твоей ноги? Как продвигается процесс восстановления? Скоро ведь начнутся съёмки…" – Джиа решила нарушить повисшее молчание, вспомнив о приближающемся рабочем графике.       – "Восстановление шло бы быстрее, если бы я давал ноге больше времени на отдых," – Чанбин тут же осекся, словно сказанное прозвучало как жалоба. – "Нет-нет, ты не пойми меня неправильно. Я ни в коем случае не жалуюсь. Я очень благодарен за то, что у меня есть работа, что мы востребованы. И я готов выкладываться на полную, делать всё, что от меня требуется. Просто иногда так сильно хочется немного передохнуть."       – "Чанбин, у тебя есть полное право жаловаться, как и у любого другого человека. Вообще мало кто может себе представить, сколько сил и времени вы вкладываете в свою работу."       – "Да, я это понимаю. Я стараюсь выкладываться по максимуму, но иногда мне кажется, что этого недостаточно. Далеко ходить не надо, достаточно просто посмотреть на Криса. Он работает сутками напролёт, почти не спит. Кажется, он вообще забыл, что такое отдых."       Бан Чан всегда казался самой загадочной личностью среди всех ребят. В один момент он мог быть душой компании, излучать веселье и подбадривать остальных, а в следующий – становиться замкнутым, сердитым и даже агрессивным. Джиа вдруг почувствовала себя немного неловко из-за того, что они обсуждали его за спиной. Ей показалось, будто она невольно заглянула в комнату, куда ей вход воспрещён.       – "К тому же, ему ведь было всего тринадцать лет, когда родители отдали его в JYP. Он был ещё совсем ребёнком. Я рос дома, в окружении любящей и поддерживающей семьи, а он оказался один в чужой стране, без близких и друзей. Период стажировки невероятно сложен физически, но ты только представь, как тяжело ему было морально! Изо дня в день его терзали сомнения, разъедавшие его изнутри. Каждый новый год отдалял его от мечты, которая, возможно, даже не была его собственной, но которую он был вынужден принять, чтобы окончательно не потерять рассудок. И он предпочёл это тому, чтобы вернуться домой, потому что там его, скорее всего, никто не ждал. Тем более, что возвращение было бы сопряжено с огромными долгами за годы трейни. Его семью это, похоже, не особо волновало. Зато теперь они – родители Бан Чана из Stray Kids! Я всегда знал, что в любой момент могу вернуться домой, что родители смогут покрыть все долги. Я сам хотел заниматься хип-хопом и сам сделал этот выбор! А он был обречён на долгие семь лет страданий и лишений. И он всё равно не жалуется. Он делает всё ради нас. Как я могу что-то говорить в таком случае?"       Джиа почувствовала растерянность, сама до конца не осознавая её причину. То ли её смутила внезапная откровенность Чанбина, то ли та неприкрытая правда о Бан Чане, которая открылась ей с новой стороны.       Она никогда не смотрела на него под таким углом. Лидер успешной группы, сверхпопулярный айдол, окружённый любовью и поддержкой родителей на каждом концерте... Но за всей этой блестящей обёрткой скрывался глубоко раненый, брошенный в юном возрасте ребёнок, который до сих пор не научился справляться со своими внутренними демонами.       – "Ух ты... Я никогда даже не задумывалась о том, что Бан Чану пришлось пережить за все эти годы," – проговорила Джиа, опустив взгляд в свой стакан с кофе. – "Но его боль ни в коей мере не отменяет твою. Поверь мне, я не пытаюсь тебе льстить или что-то в этом роде, но я вижу вас за работой каждый день. И я прекрасно вижу, как ты выкладываешься. Можешь даже не сомневаться, ты совершенно точно находишься на своём месте."       Чанбин слегка вздрогнул, словно резко проснулся от наваждения. Он и сам не мог объяснить, почему вдруг так разоткровенничался с Джиа, ведь они не были близкими друзьями или даже просто хорошими приятелями. Но её слова словно попали точно в цель, коснувшись самых сокровенных уголков его души.       Казалось, будто эта девушка знала его много лет, будто слышала о каждом его переживании и тревоге. Она озвучила его самый большой страх, терзавший изнутри.       Айдол поднял взгляд на Джиа, которая смотрела на него самыми искренними глазами. Чанбин и раньше замечал, что Джиа красивая. Он обратил на это внимание ещё при первой встрече. Впрочем, так считали все ребята, они не раз это обсуждали. Но это не было чем-то из ряда вон выходящим – их постоянно окружало множество привлекательных девушек. Такова была их индустрия.       Однако именно сейчас он увидел в ней что-то особенное, что-то неуловимое, что выделяло её из общей массы. Что-то такое, что притягивало и вызывало доверие. Будто это был огонёк где-то глубоко внутри, свет которого вырывался наружу и отражался в карих глазах.       Чанбин вдруг ощутил, что может довериться ей, поделиться самым сокровенным.       – "Я так не думаю. Столько талантливых людей мечтают оказаться на моём месте, иметь то, что есть у меня. И я знаю, что многие из них прикладывают огромные усилия и могли бы дать своим коллективам мощный толчок," – Чанбин тяжело вздохнул. – "Ты ведь читаешь комментарии? Смотрела чат сегодняшнего эфира?"       Джиа отвела взгляд в сторону:       – "Почти все писали про Феликса..." – призналась она после небольшой паузы.       – "Это нормально, я уже привык к этому. Нам очень повезло, что у нас есть Ёнбок, он привлёк в фандом огромное количество новых поклонников. А я не могу дать команде того же самого."       Эти слова из уст рэпера прозвучали особенно горько и проникновенно.       Да, по большому счёту, они всего лишь коллеги по работе. Но каждый мембер был готов пойти на всё ради общего успеха, ради процветания группы. Слишком много ребята уже прошли вместе, и они знали, что невероятное количество событий ждёт их в будущем, если продолжить бороться за свою мечту и идти дальше рука об руку. Каждый чувствовал ответственность не только за себя, но и за остальных парней.       Джиа нахмурилась, сочувствуя Чанбину. Ей хотелось возразить, доказать ему, что он ошибается в своих оценках.       – "Чанбин, это неправда," – начала она, стараясь подобрать правильные слова. – "Феликс, безусловно, невероятно талантливый и харизматичный, и он действительно привлек много внимания к Stray Kids. Но успех группы – это результат работы всех восьми участников. Каждый из вас вносит свой уникальный вклад. Твой рэп, твои навыки написания песен, твоя преданность делу – все это бесценно для группы. Нельзя измерять свою ценность только количеством поклонников. Ты – часть сердца Stray Kids, понимаешь?"       Она замолчала, ожидая его реакции. Ей было важно, чтобы он услышал её, чтобы понял, что его самооценка искажена хейтом и критикой. Джиа знала, что такие чувства могут быть разрушительными, особенно в такой конкурентной среде, как K-pop индустрия.       Чанбин молчал, опустив взгляд на свои руки. Тишина стала почти осязаемой, наполненной напряжением и невысказанными словами. Наконец, он медленно поднял голову и посмотрел на Джиа. В его глазах читалась борьба: между неверием в собственные силы и надеждой, что она права.       - "Знаешь, у меня ведь никогда не было проблем с самооценкой. Я был довольно популярным в школе, даже несмотря на то, что я никогда не обладал стандартной красотой. Всегда вытягивал на харизме, - айдол игриво улыбнулся, стараясь перевести все в шутку.       Он не был любителем выливать на кого-то свои проблемы и сомнения, да и девушка, не была ему близка, хоть он и хорошо к ней относился. Шутливая улыбка сошла с его губ и Чанбин заметно помрачнел.       - Это не просто. Доказывать свою ценность каждый день, быть под пристальным внимаем поклонников. Видеть все эти комментарии и чувствовать эту постоянную гонку..."       Джиа вздохнула. Она понимала, откуда берутся эти чувства. Индустрия айдолов – это безжалостный мир, где успех измеряется цифрами, где каждый шаг находится под пристальным вниманием публики. Но она не собиралась сдаваться и позволить Чанбину утонуть в своей неуверенности.       – "Ты ошибаешься," – твердо сказала она. – "Я вижу это давление. Я вижу, как ты и остальные ребята работаете не покладая рук. Я знаю, как сложно соответствовать ожиданиям, как страшно сделать ошибку. Но это не значит, что ты должен обесценивать себя и свои достижения. Помни, что ты – Чанбин из Stray Kids, один из лучших рэперов в индустрии. И ты заслуживаешь всего того, чего добился."       Девушка произносила эти слова с такой непоколебимой уверенностью, будто от того, сможет ли она убедить Чанбина в их правдивости, зависело нечто гораздо большее, чем просто его настроение. Казалось, на карту поставлена, как минимум, её собственная судьба, а возможно, и что-то гораздо более значимое. В её голосе звучала искренняя вера, которая, как она надеялась, сможет пробить броню его сомнений.       Шин Джиа, как правило, оставалась за кадром, в тени славы Stray Kids. Её общение с мемберами ограничивалось рабочими моментами, касающимися съёмок, подготовки к камбэкам и другим аспектам их бурной деятельности. Она редко позволяла себе откровенные разговоры на личные темы, считая, что её задача – обеспечивать безупречную картинку, а не вмешиваться в их личную жизнь.       Однако это вовсе не означало, что она не замечала их усилий и переживаний. Напротив, Джиа наблюдала за каждым из восьми участников с пристальным вниманием, стараясь понять их характеры, привычки и особенности, чтобы максимально эффективно создавать их образы в видеороликах и социальных сетях. Она хотела, чтобы каждый мембер представал перед фанатами в наилучшем свете, подчеркивая его сильные стороны и скрывая недостатки.       Иногда, в процессе этой кропотливой работы, она приглядывалась к ним настолько внимательно, что начинала замечать отголоски их внутренних демонов – скрытые страхи, неуверенность в себе, боль прошлых травм. Она видела, как они борются с этими демонами, как стараются скрыть их от посторонних глаз, чтобы не разочаровать своих поклонников. И внутри зудело желание помочь им, поддержать их, хотя бы словом, хотя бы взглядом. Именно поэтому сейчас, когда Чанбин открылся ей, Джиа чувствовала такую сильную ответственность. Она не могла позволить ему уйти, погрязнув в своих сомнениях.       Погрузившись в свои мысли, Джиа помолчала несколько секунд, словно собираясь с духом. Наконец, она подняла взгляд на Чанбина и мягко произнесла:       – "Раз уж мы завели такой откровенный разговор, можно и я тебе кое-что расскажу? Если, конечно, ты не против..."       – "Да, конечно! Я был бы очень рад тебя послушать," – искренне ответил Чанбин, кивнув в знак согласия. В его взгляде читалось уважение к Джиа и готовность выслушать её историю, какой бы она ни была. Он чувствовал, что между ними возникла особая связь, основанная на доверии и взаимопонимании.       – "Знаешь, я знала о Stray Kids задолго до того, как начала здесь работать. Ну, то есть, это, наверное, не удивительно, учитывая вашу популярность," – Джиа слегка улыбнулась. – "Но я не просто знала о вас, я была и остаюсь вашей большой поклонницей, настоящей STAY. Ваша музыка всегда вдохновляла меня."       Она замялась, словно подбирая нужные слова, стараясь выразить то, что лежало на сердце. Было видно, что эта тема причиняет ей боль, что воспоминания вызывают неприятные чувства.       – "Пару лет назад в моей жизни произошла ситуация, которая..." – она сделала глубокий вдох, прежде чем продолжить. – "...которая сделала мою жизнь очень трудной, практически невыносимой. Я чувствовала себя потерянной и сломленной. У меня было только два выхода: либо найти в себе силы начать жизнь заново, либо..." – неожиданно для самой себя, Джиа почувствовала, как к глазам подступают слёзы. Она быстро опустила голову, пытаясь скрыть свою слабость. – "В общем, я почти все дни проводила дома, в четырёх стенах, и смотрела ютуб, чтобы хоть как-то отвлечься от мрачных мыслей. И так получилось, что мне в рекомендациях постоянно попадались ваши старые эфиры, закулисные видео, различные развлекательные шоу с вашим участием. И в одном из этих видео, один очень весёлый, но при этом невероятно мудрый человек говорил о своих жизненных принципах, о стойкости и умении преодолевать трудности. И он сказал: "В самые тяжёлые моменты помни: твоя жизнь, какой бы она ни была, — это бесценный дар, уникальная история, которую никто другой не сможет прожить за тебя. Даже когда кажется, что вокруг лишь мрак, внутри тебя есть свет, способный озарить путь. Ты важен именно таким, какой ты есть, и мир становится лучше благодаря твоему существованию. Не позволяй посторонним событиям и людям заставить тебя почувствовать себя маленьким."       Всё время, пока Джиа говорила, Чанбин не отрывал от неё взгляда. Он внимательно слушал каждое слово. Он прекрасно помнил эту свою цитату. Для него это были не просто слова, сказанные ради заполнения эфирного времени. Эта мысль - результат его опыта, горького опыта, который научил Бина ценить жизнь и верить в себя. Это осознание в свое время спасло его. И в этот момент он понял, что не только его.       Джиа, переведя дух, продолжила:       – "И я очень хочу, чтобы сейчас ты услышал этого человека и прислушался к нему." – Шин подняла взгляд на айдола. На её лице играла мягкая, ободряющая улыбка, но в глазах ещё оставался отблеск от только что сдержанных слез. В этот момент она казалась очень уязвимой, открытой и искренней. И Чанбин ощутил невероятное тепло внутри, осознавая, что она доверила ему свою историю, поделилась спрятанной болью. Да, это был маленький кусочек пазла под названием «Шин Джиа», но Бин всегда ценил и внимательно собирал такие моменты.       – "А главное, чтобы ты понял: для ваших поклонников, для STAY, вы – не просто обычные певцы или музыканты, и уж точно не просто красивые лица, которые мелькают на экранах. Вы – отдушина, поддержка, смысл, свет в самом мрачном туннеле. Вы помогаете пережить трудные времена, вдохновляете на новые свершения, дарите надежду…"        Джиа вдруг засмеялась, пытаясь разрядить обстановку.       – "Не помню, правда, кто именно сказал эту цитату. Но точно не Хёнджин, он мой биас и каждую его фразу я разбираю на мемы."       Чанбин расхохотался в голос в ответ, заразившись её смехом:       – "Ох, не могу тебя винить, он и мой биас тоже!"       Джиа, которая в этот момент как раз делала глоток холодного кофе, неожиданно поперхнулась от смеха, не ожидая такого признания от Чанбина вне камер. Её звонкий хохот, подхваченный смехом айдола, эхом пронёсся по немноголюдной столовой. Смех был таким искренним и заразительным, что разбудил задремавших за своими столами уставших сотрудников агентства, которые решили скоротать здесь время до утра.       После такой эмоциональной разрядки ребята продолжили оживлённо беседовать, обсуждая всё подряд, перескакивая с одной темы на другую с лёгкостью и непринуждённостью старых друзей. Они говорили о музыке, о планах на будущее, о забавных случаях из жизни, словно навёрстывая время, которого у них никогда и не было. Внезапно их не отвлёк подошедший администратор.       – "Господин Со, простите, что прерываю ваш разговор, но уже два часа ночи, и нам необходимо закрываться."– вежливо, но настойчиво произнёс администратор.       – "Уже столько времени прошло?" – Чанбин испуганно посмотрел на Джиа, словно осознав, что он её задерживает, и обернулся к администратору с виноватой улыбкой. – "Да, конечно, мы уже уходим. Спасибо вам большое за понимание."       – "Боже, я даже не заметила, что уже так поздно," – Джиа выглядела немного удручённой, посмотрев на часы. Что неудивительно, ведь уже через четыре часа ей нужно вставать на работу, а она ещё даже не добралась до дома. Перспектива добираться по ночному Сеулу до квартиры на нескольких автобусах её совсем не радовала.       – "Прости меня, пожалуйста, что я задержал тебя так сильно! Это моя вина, я совсем потерял счёт времени. Пожалуйста, позволь довезти тебя до дома! Я буду чувствовать себя ужасно, если ты полночи проведёшь в дороге из-за меня," – чувство вины захлестнуло Чанбина. Он понимал, что у Джиа напряжённый график, и не хотел создавать ей дополнительных проблем.       – "Наверное, мне нет особого смысла ехать домой, чтобы поспать всего пару часов. Я лучше останусь здесь, у нас в офисе есть небольшой диван в комнате отдыха. Там вполне можно немного вздремнуть. Спасибо тебе большое за предложение, Чанбин," – ответила Джиа, стараясь скрыть разочарование в голосе. После небольшой паузы она добавила с теплой улыбкой: – "И спасибо тебе за этот вечер. Мне было очень приятно пообщаться с тобой."       – "Это тебе спасибо за твоё время, Джиа. И за этот разговор тоже. Ты очень помогла мне разобраться в себе и взглянуть на ситуацию под другим углом," – искренне произнес Чанбин, чувствуя благодарность к девушке.       Молодые люди направились к лифту, который должен был развезти их в разные стороны. Неожиданно для себя парень вдруг понял, что его нога болит меньше, чем обычно. Тогда он обратил внимание на свою спутницу. Джиа шла досточно медленно, спокойнее обычного шага. Мысль о такой ненавязчивой заботе вызвала лишь небольшую ухмылку, которую Чанбин быстро скрыл.       - "Что ж, тогда до встречи. Надеюсь, сегодня на съёмках хоть кто-то будет бодрым," - с искренней улыбкой сказал Бин.       - "Там будут пудинги, так что я ставлю на Минхо. До скорой встречи, Чанбин. И ещё раз спасибо за всё," — ответила Джиа, и, помахав ему рукой на прощание, зашла в кабину лифта.       Двери закрылись, и Чанбин остался один, погруженный в свои мысли. Вечер с Джиа отдавался в его душе приятным послевкусием.