Часть 15

      Тугой ком безнадежности сбился в области солнечного сплетения, и Ванесса, которая сидела, глядя в чашку чая, не могла поднять на Хайтани глаз. Ситуация была странной и неловкой. Оставив рубашку, промокшую под дождем, сушиться в ванной, он сидел за столом напротив Несс в ее широкой черной футболке. Постукивал пальцем по такой же чашке, все еще теплой, и изучал девушку, медленно исследовал глазами. Ран, раньше такой придирчивый к людям, но совершенно неприхотливый в отношениях, с Ванессой обнаружил в себе немало нового. Например, что нутро его так и не вымерло после предательства Дженни, напротив, стало еще более живым, и теперь хотелось нащупать что-то и в ней, в Ванессе, чтобы их обоих накрыла эта лавина чувств. Однако был Нахоя. Было полное к ним двоим недоверие. Пусть глаза Несс выражали слишком много чувств, Хайтани не был тем, кто мог поверить в увиденное так легко… — Код от домофона дал Кавата? — не зная, о чем еще спросить, проговорила Ли. — Да. Он так активно нас сводит, что я восхищаюсь его упорством. Несс поджала губы и отвернулась в сторону. Теперь ее взгляд был устремлен в темное небо за окном. По стеклу бил дождь. Хайтани непристойно очертил взором ее губы, подбородок, шею. Мысленно зарылся носом в густые волосы. Стиснув зубы, пришлось отвлечь мысли от той картины, что сейчас так сильно его манила и одновременно тревожила. — Наверное, вам пора, — казалось бы, спокойно вымолвила Ванесса, но ее голос слегка дрогнул. Этой дрожи, выдавшей ее с головой, хватило, чтобы Ран внезапно сомкнул пальцы у нее на запястье. Несс уставилась на него, почему-то покраснев. Быть может, это от неожиданности? Но сделалось хуже, когда Хайтани встал и потянул ее на себя. Ничего не понимая, девушка сверлила его взглядом, и едва он мягко надавил на нее всем телом, прижимая поясницей к кухонному столу, как все встало на свои места. Дыхание сбилось. Она подумала о том моменте, когда попалась Рану на лестничной площадке ресторана. Колени мгновенно потяжелели. — Что вы… Она хотела спросить, что тот намерен сделать, чтобы лишний раз не обманываться, но не спросила. Хайтани дал ей маленький шанс на побег — прежде чем поцеловать, замер у самых губ, — но это было, скорее, иллюзией, чем действительно шансом. Чашки звякнули, стоило только Рану поставить руки на стол. Несс готова была поклясться, что он с силой сжимал ребро столешницы — до того были напряжены его предплечья. Поцелуй стал обретать нотки одержимости — из мягкого и осторожного постепенно превращался в шквал эмоций. Все тело Ванессы покалывало, не говоря уже о том, как между ног образовался тугой ком. Кровь так и пульсировала. Разум твердил ей жалобным голосом, что потом будет очень плохо, но тут же напоминал о плане, который требовал выполнения. Поэтому Несс, приглушив собственные чувства, позволила себе стать циничной. Она тихо выдохнула Рану в губы, подняла руки и провела ими сначала по его крепким плечам, а затем вовсе обвила шею и притянула того ближе. Хайтани среагировал в тот же миг: подхватил ее и посадил на стол. Чашки были отодвинуты на самый край — так, что едва не полетели на пол. Не особо церемонясь с одеждой Ванессы, Ран стянул с нее футболку. Не дал прикрыться, сразу развел ее руки в стороны. От его взгляда на ее обнаженные груди Ванесса не знала, что делать и как себя вести дальше. Внезапно стала какой-то неуклюжей, неловкой и растерянной. Вдруг по голым плечам скользнули теплые пальцы. Хайтани отвел ее волосы, всю копну, за спину и, наклонившись, прижался губами к покрывшейся мурашками коже. Дыхание у Несс сбилось. Хайтани слышал это, чувствовал, как она мелко дрожит, и не без труда держал себя под контролем. Не тот случай, когда можно сделать все быстро. С ней не выйдет так просто. Эту женщину он заставит пожалеть о том, что она задумала. Ванесса должна сама признать свои чувства, чтобы предотвратить беду. Хайтани до помутнения сознания злился на нее, стоило лишь представить, как та смеется над ним за спиной и делает это с Нахоей. Ран терял связь с реальностью, как только чувствовал фальшь, исходящую от Ванессы. Порой ее слова действительно были наполнены этой фальшью. Но не сегодня. Сегодня она открылась ему. Он подтолкнул ее назад, и та легла на стол. Через голову быстро стянув футболку, Хайтани отбросил ее в сторону, навис над затрепетавшей от возбуждения Ванессой и провел ладонью от самого ее горла до низа живота, где тут же зацепился за резинку шорт. Несс испугалась, перехватила его руку. Взгляды пересеклись. «Я должна, не так ли? — подумала она в отчаянии. — Или я сама этого хочу?» Ответить было некому. Все внутри нее молчало и откликалось только на прикосновения этого мужчины. Без объяснений на одном лишь взаимном желании отношений не построить. Но, кажется, об отношениях речи и не шло… Зрение стало размытым, а по всему телу будто электрический разряд прошелся. Легко надавливая на живот Ванессы, Хайтани коснулся языком клитора. Несс прошило во второй раз. Она схватилась за края неширокого стола и что-то промычала. Плотно сжимая губы, она боялась издать лишний звук, но молчать не вышло бы даже при желании. Стон сорвался с губ, когда к языку Ран прибавил пальцы. Не торопясь и стараясь не надавливать сильно, он растягивал стенки изнутри, при этом держа в голове обжигающую мысль, что это для Ванессы первый раз. Не думал, что будет так реагировать. Как-то слишком уж остро. Трижды Несс была на грани, подбиралась к оргазму, но тут же теряла нить и даже злилась на Хайтани. — Зачем ты так? — проныла она в очередной раз и взглянула на него мутными от переизбытка чувств глазами. Ран не ответил. Вместо этого подсунул под нее руки, поднял и, сказав, чтобы она обвила его талию ногами, пошел к лестнице. Несс упала спиной на кровать, когда Хайтани отпустил ее, и блаженно, уже совсем не стесняясь, растянулась на прохладном постельном белье. Бесстыдно уставилась было на него, когда он расстегнул брюки, но на секунду все равно отвела глаза. Однако взгляд вернулся к нему, как только о спинку стула ударилась пряжка ремня. Телефон Хайтани упал на край кровати. Ран выполнял все это механически, не сводя глаз с Ванессы, которая, увидев его обнаженным, все-таки смутилась и упала на подушки. Теперь ей захотелось прикрыться. Но время было упущено. Только потянулась за одеялом, как Хайтани перехватил ее. Вес его разгоряченного тела ощущался до того приятно, что Несс не удержалась вновь — обняла. Ран целовал ее всю. Медленно опускался вниз, целовал и целовал. И наконец сел между ее ног. Проведя ладонями по внутренней стороне бедер Несс, он развел их в стороны, еще раз проверил пальцами достаточно ли она влажная и перевел взгляд в глаза. Ванесса старалась не паниковать, но сердце подскочило под самое горло. Хайтани, не теряя времени, из кармана штанов взял презерватив. Ли не стала уточнять, был ли этот секс у него в планах, к тому же Ран быстро раскатал контрацептив по всей длине и вновь устроился между ее ног. Он направил себя и, закинув ноги девушки себе плечи, уперся руками в кровать. Он, конечно, не знал, насколько правильную позу выбрал, но по его предположениям, так это должно быть менее болезненным, чем в любой другой позе. Несс сжала челюсти, выгнув спину. Вошла только головка, а ей уже стало нехорошо. Не так уж и больно, но ужасно некомфортно. Еще один тяжелый толчок вперед. Хайтани покрылся испариной. Тугие мышцы Ванессы до того сжали его член, что любое движение могло привести к завершению. Давая пару минут на передышку и себе, и Ванессе, Ран замер. На нее даже смотреть было сложно — в голове словно взорвалась мысль: «Она моя». И это было до невозможного нелепо. Хайтани должен был понимать, что ничего не решено, и еще не раз придется разругаться, потому что он не оставит план с Дженни, однако сейчас границы реальности стерлись. Хайтани наслаждался и хотел, чтобы насладилась и Ванесса. Второй толчок заставил ее застонать от боли. Тогда Ран сел, подхватил ее под ягодицы и, сделав подряд три толчка, в конце концов, смог войти глубже. Теперь Несс, глаза которой покраснели от слез, уставилась туда, где они плотно соединились. Ран зажмурился, тяжело вздохнул и, перехватив взгляд девушки, стал размеренно двигаться, пальцем водя по клитору. Ли задышала отрывисто. Теперь он видел, как ей хорошо. Он сделал все, что мог, чтобы не было больно. Растянутые им мышцы пульсировали. Несс была близка к оргазму. Потому-то он и задвигался быстрее, неумолимо стимулируя ее. Звуки стали мокрыми. На глаза падали пряди волос, по лбу тек пот, но Хайтани не менял темпа. Наконец Ванесса, приподнявшись, потянулась к нему и, тот, подмяв ее под себя, сжал в объятиях. Фрикции стали глубокими и сильными — такими, что спинка кровати несколько раз ударилась о стену. Несс оставила на спине Хайтани алые борозды — просто не знала, куда вцепиться, и с такой силой сжала его бедрами, что тому пришлось притормозить. Только после того как Ванесса, содрогнувшись всем телом, расслабилась, он смог продолжить. Сел, притянул ее ближе и, обхватив за талию, вынудил ту приподнять таз. Несс лежала на спине, упиралась пятками в кровать и стонала, спрятавшись в подушку, но Хайтани отнял ее и швырнул на пол. — Можешь даже кричать, если хочешь, — улыбнулся он, входя медленно, но глубоко. Ванесса после оргазма была слишком чувствительной, поэтому и не смогла бы сдержаться. Надрывала связки, не в силах молчать, и не сразу почувствовала вибрацию телефона рядом. Хайтани в этот момент еще раз подался вперед, пуская по телу Несс новую волну дрожи, и, прикрыв глаза, кончил. Но когда его одурманенный взгляд метнулся к телефону, по лицу скользнула тень. Несс, тотчас с небес свалившаяся на землю, казалось, приложилась с такой силой, что из нее выбило весь дух. Слезы выступили неожиданно. Вовсе не потому, что она такая слабая и ранимая. Это случилось из-за осознания. Она доверила Хайтани не только свое тело, но и душу, и в этот момент, когда ему названивала Дженни, внутри Ванессы что-то будто отмерло. Она вдруг поняла, что стала перед Раном слишком уязвимой. Она стала ведомой. Куда он поманит, туда за ним и пойдет. И эта мысль причинила ей сильнейшую боль. — Эйми… — Заткнись… — процедила Ванесса. — Здесь нет никакой Эйми, не обольщайся. С тобой… только Ванесса. И оттолкнув его от себя, она понеслась вниз. Хайтани взглянул на умолкнувший телефон. Проведя руками по лицу, он с ненавистью подумал, что в этот момент, окажись Дженни рядом, убил бы ее. Она все испортила. Теперь о случившемся напоминало лишь смятое белье. Даже крови не было. Значит, он сделал все правильно. Но на самом деле это все было абсолютно неправильным. Неправильный поступок, какой-то все равно слишком быстрый секс, ни разговоров, ни выяснения отношений. Просто секс, верно? Ни к чему не обязывающий. Но разве он хотел именно этого? Ран продолжал загонять и себя, и Ванессу в пропасть. Надо было что-то менять…

***

      День был солнечным. В кабинете стало жарко, поэтому на стене тихо жужжал кондиционер. Слушая беззаботное щебетание той, кого когда-то так сильно любил, Хайтани пытался разобраться, что же он чувствует к ней сейчас. — Почему ты ушла? Вопрос для Дженни был настолько неожиданным, что она растерянно моргнула. Нет, конечно, это должно было случиться, он должен был спросить ее, но почему именно сейчас, Симидзу не поняла. Заученным движением заправив прядь волос за ухо, она опустила глаза. Хайтани не верил в ее робость. Раньше поверил бы, но не теперь. — Он… он сказал, что ему в наследство достанется все, что есть у родителей, — впервые Дженни была честна с ним. Ран усмехнулся и покачал головой. — Безумие, — прокомментировал он и, прикрыв глаза, потер переносицу. — Так ты повелась на богатство, которого в итоге нет? Значит, и за меня собиралась выйти только ради денег? Женщина молчала несколько минут. Ран хотел, чтобы она открыла ему правду. Всю правду, которая скрывалась с самого начала. Знал ведь, что-то было не так, Дженни тогда казалась ему недосягаемой. Даже лежа под ним, лгала, шепча его имя вот этими самыми губами. Тогда почему она была с ним? — Он бегал за мной со школьных времен, — призналась наконец Дженни. — Мне нравилось, что он так одержим мной. Потом мы утратили связь, а после университета снова встретились. Я была с тобой и с ним одновременно. Но выбор поначалу пал на тебя. А потом… В общем… — Говори, — тихо, но требовательно произнес Хайтани. — Да что тут говорить? Я узнала, что в случае твоей смерти, все имущество и все твои счета перейдут Риндо. Ты все переписал на него. И твоя работа… Я же знала, кто вы такие, осознавала, тебя могут убить в любой момент, и тогда я останусь ни с чем… Мне пришлось выбрать для себя более безопасный вариант. На самом же деле все оказалось совсем не так… Прости. Теперь я уверена, что люблю тебя. Только тебя, Ран. Он молчал. С каменным лицом смотрел на эту некогда для него самую привлекательную женщину и с большим трудом сдерживал порыв разнести кабинет, а заодно — ее саму. — Я понял, — тяжело вздохнув, однако ответил Ран и встал у панорамного окна. Глядя вдаль, он спокойно прибавил: — Ты искала для себя теплое местечко. Не могу тебя винить за это. Спасибо, что рассказала. А теперь не могла бы ты уйти? Мне надо подумать. От прикосновения ее рук Хайтани застыл. Дженни обняла его со спины и уткнулась лбом между лопаток. — Милый, прости меня, правда… Ран опустил глаза к ее рукам, сомкнувшимся у него на талии, сжал челюсти и только спустя несколько минут тягостного молчания смог ответить: — Все в порядке. Иди, Дженни. У меня много работы. Но та не отлипла, даже не шелохнулась. Вместо этого тихо произнесла: — Почему ты меня отвергаешь? Я же стараюсь ради нас. Хайтани усмехнулся и сам расцепил ее руки. Встав к женщине лицом, он вгляделся в ее глаза. — Ты спрашиваешь всерьез? Она молчала и улыбалась, как будто в самом деле не понимала, что не так. Хайтани не мог взять в толк, в какой момент Дженни стала такой? Или если она такой и была, почему он этого не замечал? Неужели был настолько ослеплен любовью? Вдруг, словно перехватив его мысли, Симидзу сказала: — Помнишь, как нам было хорошо вместе? Мы ездили на пикники, устраивали там полное безумие, даже вспоминать неловко, и ты ведь был так счастлив со мной. — Верно. Был, — согласился Хайтани, взирая на Дженни сверху вниз. — Теперь все немного иначе, не находишь? Он держался, как мог, ведь если выскажет все, что думает, эта женщина сорвется с крючка. — Хорошо, — в конце концов, ответила Дженни, улыбнулась и потянулась было поцеловать его, но, к счастью, в этот самый момент дверь открылась. — Не помешал? — едва заметно нахмурившись, буркнул Риндо, и поймал благодарный взгляд брата. — Не помешал. Госпожа Симидзу уже уходит, — ответил тот, сел за стол и потянулся за пачкой сигарет. Однако в этот момент Дженни вдруг проявила недюжинную настойчивость: схватила Рана за руку и, потянувшись к нему, сама прижалась к губам. Словно бы назло, чтобы Риндо тоже это увидел. Она буквально заявляла свои права на его старшего брата. Повисла неловкая пауза, даже чересчур неловкая, тягучая донельзя и напряженная, после чего Дженни направилась к двери. — Увидимся вечером, милый, — бросила она на ходу, одарила Риндо лукавым взглядом и ушла. — Какого черта происходит? — посмотрел тот на старшего брата, когда они остались одни. — Ты сошелся с ней? — Нет. — Ран чиркнул зажигалкой, прикурил сигарету и тихо выдохнул дым. — Я же говорил тебе, что задумал. — Да, я помню, но со стороны все выглядит слишком… — Брось, — перебил его Ран, — у меня к этой женщине нет никаких чувств. Кстати, ты принес то, о чем я просил? — Конечно. Риндо вынул из внутреннего кармана пиджака сложенный вчетверо лист и подал брату. Тот с любопытством изучил информацию и кивнул. — Отлично. Значит, осталось немного. — Сумма займа превышает его доход раз в десять. Он точно влип по самые гланды. Ран снова кивнул и качнулся в кресле. Погода была такая чудесная, что ему захотелось бросить все дела и… Волей-неволей его мысли переметнулись к Ванессе. Как она себя чувствует? Все ли с ней хорошо? После той встречи прошло всего несколько дней, а у него уже было стойкое чувство, что не виделись они по меньшей мере месяц. Подумав об этом, Хайтани взял со стола телефон, разблокировал экран, не замечая, как пристально за ним наблюдает брат, который уселся в кресле напротив, и нажал на контакт с именем «Ви». Не решаясь позвонить, вернее, просто не зная, что ей сказать, Ран отбросил мобильник и встретился взглядом с братом. — Что? Хочешь прокомментировать? — ухмыльнулся старший, но младший покачал головой и устало пробормотал: — «Умеешь» ты выбирать женщин, они-чан. Одна — замужняя и никак от тебя не отвяжется. Другая — сексапильная, но все еще не твоя. Класс. Ран на это промолчал. А что тут скажешь? Риндо был прав. Как ни погляди, а все одно сплошное невезение. Однако даже относительно Ванессы у Рана было множество вопросов. Где она говорит правду, а где лжет? Что собирается делать дальше? Пойдет ли до конца? Чего именно она от него хочет? И было ли для нее то, что между ними произошло, чем-то значимым? — К слову, они-чан, не забудь о вечеринке, — напомнил Риндо, направляясь к двери. — Можешь и Ванессу позвать, между прочим, — выдал и скрылся с глаз долой. Ран вновь уставился на телефон. Хм… А это мысль. Звонок Кавате Нахое ни к чему не обязывал, ведь у них были деловые отношения, так что оба могли позвонить друг другу без каких-либо проблем. Вот Хайтани и позвонил. — Привет. Неожиданно, — тем не менее поддел его Кавата. — Чем тебе обязан? Вроде никаких встреч не назначено. — У Риндо скоро день рождения. Ты приглашен на вечеринку. — Правда? Разве Майки будет мне рад? — удивился Нахоя. На фоне играла музыка. Хайтани понял, тот сейчас в «Velvet», и не промахнулся с выводами, так как вдруг услышал знакомый голосок. — Босс, можешь перенести мое выступление на час позже? — По сердцу будто полоснуло. Хайтани напряженно вслушивался, поражаясь тому, как резко и беспощадно от одного лишь звука ее голоса, в штанах стало тесно. Что за реакция? Как животное. — Я не могу настроиться. — Минуту, солнышко, я занят, — блаженно протянул Нахоя, наверняка с умыслом использовав это ласковое слово, и продолжил разговор с Хайтани. — Ну так что? Майки не взбесится? — Нет. И приходи с кем-нибудь в паре. Кавата рассмеялся. — Если ты хотел сказать, чтобы я взял с собой Ванессу, то мог говорить прямо. Конечно я приду с ней. Не беспокойся на этот счет. Только назови дату и локацию… Отбив вызов, Нахоя оглянулся и на миг замер: прямо у него за спиной стояла Несс. Скрестив руки на груди, она смотрела с откровенным укором, на что тот пожал плечами и развел руками. — А что? Ты все еще в игре, детка. Идем на день рождения Риндо. — Мне все равно, — резанула девушка, которая за эти три дня как-то даже осунулась, — но зачем ты назвал меня «солнышком»? Сам же провоцируешь его на конфликт. — Как же плохо ты разбираешься в мужчинах, Несс, — пробормотал Кавата ей на ухо и прошел мимо. — Будто ты хорошо разбираешься, — уже самой себе пробубнила она и с тяжелым сердцем проверила телефон. Ни сообщения, ни звонка. Может, и ей стоит забить на это? Отбросить все мысли о Хайтани и о той ночи с ним и просто жить дальше. Но легко сказать — сложно сделать. Ей теперь все давалось сложно. Отрицать чувства к Рану было все тяжелее. Несс как будто издевалась над собой. Мучила и мучила, чтобы потом… Чтобы потом снова попасться в сети этого мужчины, не так ли? Она уже проиграла. Глупо было не замечать очевидного. Однако Ванесса, даже проиграв ему, сдаваться не собиралась. Все равно подберется к Хайтани как можно ближе, все равно найдет код от сейфа. Она не из слабых… Так ведь? Не из слабых…