Чёрная кошка с жёлтыми глазами

Сольхи думала, что такое бывает только в сказках, но поди ж ты… Оказывается, странности встречаются и в жизни. Она всего лишь решила прокатиться на метро до дома Аин, когда возвращалась с очередной фотосессии. Но дойдя до знакомого переулка, почувствовала, словно все её внутренности скрутились от странной боли и стали стремительно сжиматься. Перед глазами поплыло и потемнело, после чего сознание резко покинуло Сольхи. Очнулась она всё в том же узком переулке, лёжа на грязной земле. Сольхи подскочила на ноги, но почему-то всё также осталась в горизонтальном положении, только слегка приподнявшись над полом. В полуметре от неё возвышался мусорный бак, который казался ей сейчас чуть ли ни горой, а на стоящие рядом дома вообще было страшно смотреть. Из-за их высоты даже неба было не видно. Сольхи сделала несколько шагов вперёд и попробовала позвать на помощь. “Эй! Тут кто-нибудь есть?” — хотела сказать она, но из горла вырвалось только тихое мяуканье. “Это ещё что такое?..” Ещё раз. И снова безрезультатно. После пятой попытки она наконец-то сообразила рассмотреть своё отражение в ближайшей луже. На неё из расплывающейся поверхности воды глядела жёлтыми глазами… чёрная кошка! От испуга Сольхи отскочила, мягкими лапами разбрызгивая вокруг веер водяных капель, и завизжала. Но её визг больше был похож на истошное мяуканье. “Подождите… Это я? Я кошка?.. — не в силах до конца поверить в происходящее, подумала Сольхи. — Это ведь сон, правда?” Она медленно подошла обратно к луже, чтобы в этом убедиться, но в зеркальной поверхности снова обнаружила кошачью мордочку. Очень симпатичную для кошки и довольно миленькую, но только если наблюдать за ней со стороны. Когда ты с ужасом осознаёшь, что теперь она вместо твоего прекрасного человеческого лица, становится как-то не до умиления. Вдруг Сольхи показалось, что в отражении позади себя она увидела знакомое лицо с приклеенной к губам хитрой улыбкой. Сольхи резко обернулась, но за спиной никого не обнаружилось. Переулок был абсолютно пуст. “Коварная ведьма! — со злобой подумала Сольхи. — Значит, всё, что она тогда сказала всё-таки правда…” Она призадумалась, вспоминая свою вчерашнюю встречу с ведьмой. Как она там сказала? Кто полюбит её, не зная настоящего облика, исполнит её желание? Так вот, что она имела под этим в виду! “Но как мне в таком виде хоть кого-то очаровать?!” В ответ на её мысленный гневный вопль в переулке будто из воздуха материализовался уже знакомый Сольхи белый кот с голубыми глазами. Он, не подавая ни единого знака, свернул за угол, так что девушке пришлось припустить за ним со всех ног, точнее лап… Покидая переулок, Сольхи в последний раз обернулась и заметила возле мусорного бака свою дорогую сумочку от Prada, которую она купила совсем недавно. Сейчас о её потере сожалеть было некогда. Она погрустит о ней позже, когда со всем разберётся, а потом обязательно купит себе новую. Ещё красивее и дороже. Чонвон тем временем стремительно удалялся, так что Сольхи пыталась догнать его как можно быстрее, но получалось это с переменным успехом. Она никак не могла привыкнуть к своему новому телу. То лапы путались от скорости, то хвост мешался. Сольхи даже несколько раз упала. Наверное, прохожие ещё никогда не видели настолько неловкой кошки. Чонвон же петлял по широкой дороге так проворно, будто был котом с рождения. Кстати, а как он стал фамильяром ведьмы? Сольхи было бы любопытно об этом узнать. Постепенно от центра города они удалялись всё ближе к окраине. Когда Чонвон остановился возле крошечного домика, окружённого заросшим плющом забором, на землю опускались тихие сумерки. Белый кот оглянулся на чёрную кошку и в одно мгновение обернулся человеком. — Иди за мной, — сказал Чонвон, направляясь в сторону входа в дом. Сольхи совершенно не понимала, зачем они здесь, но покорно пошла за парнем. Ей нужны были хоть какие-нибудь ответы. Чонвон остановился возле двери и постучал по деревянной поверхности костяшками пальцев. Не прошло и минуты, как на улицу выглянула кудрявая детская головка. К тому времени парня и след простыл. Только светлый хвост мелькнул в кустах. — Ой, какой хорошенький! — тоненьким голосочком умилилась девчушка, шлёпая по узкой дорожке в одних тапочках. Она заметила застывшего возле дома чёрного котика с мерцающими жёлтыми глазами и подошла к нему поближе, чтобы как следует его рассмотреть. — Кто там, Сои? — послышался голос из глубины дома. Голос, который Сольхи тут же узнала. — Папа! Смотри, тут котик! — крикнула девочка и присела перед Сольхи на корточки. “Господи, почему теперь мне даже маленький ребёнок кажется огромным великаном? — подумала она, снизу вверх разглядывая склонившуюся над ней Сои. — Ким Сои…” — мысленно добавила Сольхи, заметив на крыльце её отца. — Сои, ты почему опять вышла без кофты? — сказал он, обеспокоенным взглядом осматривая свою дочь. — Я же говорил, что сейчас можно очень легко заболеть… Парень остановился на полуслове, заметив счастливую улыбку Сои и сидящую у её ног кошку. В жёлтых глазах животного что-то показалось ему неуловимо знакомым… “Ким Сону, а ты изменился”, — подумала Сольхи, внимательно разглядывая повзрослевшего мальчика из своего детства. В его хитрых глазах-полумесяцах, которые при улыбке превращались в узкие щёлочки, больше не было той детской открытости. Взрослая жизнь со множеством забот заставляла брови хмуриться, а губы — поджиматься в тонкую линию. Сону через многое прошёл и стал гораздо серьёзнее. Даже хотя бы наличие у него дочери предполагало большую ответственность. Не только за себя, но и за ребёнка. — Папа, давай заберём котика домой, — попросила девочка и взглянула на Сону такими милыми глазами оленёнка, что он просто не смог бы ей отказать. Эти глаза были слишком похожи на глаза её матери… — Хорошо, — выдохнул Сону и подхватил на руки кота, при ближайшем осмотре оказавшегося кошкой. Весь вечер девочка не отходила от Сольхи ни на минуту. Сои гладила её по мягкой шёрстке, а она терпеливо сносила осторожные прикосновения маленькой ладошки. В процессе Сольхи даже понравилась эта ласка. Она невольно замурлыкала и зажмурилась. — Сои, пора спать, — нежно проговорил Сону, когда время незаметно приблизилось к десяти вечера, а девочка стала потирать маленькими кулачками сонные глазки. — Только с Тыквой… — тихо ответила Сои и зевнула, не переставая гладить кошку. — С тыквой? — озадаченно переспросил Сону. — Да. Я назвала её Тыквой, потому что глаза жёлтые. Сону впервые за этот вечер улыбнулся, на мгновение снова превращаясь в того озорного любителя страшных историй. Дочь никогда не переставала его удивлять. Наблюдать за тем, как она растёт, было для него настоящим счастьем. — Хорошо, пойдём спать с Тыквой. Я вам расскажу интересную сказку… Когда Сои уснула, Сону поцеловал её в лоб и вышел из детской. Перед тем, как прикрыть дверь, он обернулся и шепнул в темноту: — Рю Сольхи, иди за мной.

***

Как только на старых часах с треснутым циферблатом на маленькой кухне пробило полночь, Сольхи снова ощутила эту странную давящую боль, после чего очнулась лежащей на полу. Она подвигала передними конечностями и поняла, что это больше не лапы, а её родные красивые руки с длинными пальцами. Сольхи тут же подскочила и подбежала к ближайшему зеркалу. Её глаза расширились от изумления а руки невольно начали ощупывать тело, чтобы убедиться в том, что она действительно снова человек. — Итак, Сольхи… Ты тоже загадала желание у ведьмы, — Сону, внезапно появившийся за её спиной, не спрашивал, а с уверенностью утверждал. Его точное предположение, как и все события последних часов застали её врасплох, не давая расслабиться. Слишком много всего произошло за один день. Но Сольхи всё ещё нужны были ответы, поэтому она, вопреки усталости, развернулась к Сону лицом и кивнула. — Не самое мудрое решение. Особенно учитывая то, что ты знала к каким последствиям могут привести игры с ведьмой. Сону разочарованно покачал головой и вновь занял своё место за столом, жестом приглашая вернуться и Сольхи. Она аккуратно присела на деревянный стул и спросила: — Что же ты загадал и чем пришлось расплачиваться за желание? Сону задумчиво помолчал несколько минут, собираясь с мыслями, после чего начал свой рассказ: — Я рос в детском доме с самого своего рождения, и мне никогда не нравилось то положение, в котором я оказался. Я всегда мечтал вырваться из этих серых неприглядных стен и наконец-то обрести семью. В отличие от многих детей в приюте, я верил, что потусторонний мир существует, и не переставал взывать к духам. Однажды ведьма исполнения желаний всё же откликнулась на мой призыв. Я сказал ей, что хочу избавиться от одиночества и иметь семью. Она исполнила моё желание. Наверняка ты помнишь, как в нашем приюте появилась Юн Джиу. Это случилось сразу после моей встречи с ведьмой. Я понял, что она послала мне эту девочку, как ту, что станет для меня семьёй. Я влюбился в неё без памяти, и в восемнадцать, сразу после выхода из детского дома, мы поженились. Но если думаешь, что ведьма подарила мне счастье безвозмездно, то ты глубоко ошибаешься. Джиу умерла во время родов… Сону тяжело вздохнул, будто воскресая в своей голове воспоминания о тех страшных мгновениях, когда его сердце было готово остановиться от горя. Сольхи сочувствующе сжала руку парня, лежащую на столе, и с грустью посмотрела ему в глаза. — Я не знаю, как справился… Любимая жена умерла, оставив меня в отчаянии с маленьким ребёнком на руках. В первые недели после её смерти жизнь казалась мне адом. Я не переставал проклинать ведьму за то, что так гнусно отняла у меня только обретённое счастье. И самое страшное — я начал злиться на свою Сои. На ни в чём неповинного ребёнка… Я почти её возненавидел. Но однажды она открыла свои прекрасные глаза и улыбнулась мне улыбкой Джиу. Я разрыдался и понял, каким дураком стал. Утопая в собственном горе, чуть не упустил самое важное в жизни. — Сону, что же тогда делать мне? — через несколько минут тишины растерянно спросила Сольхи. — Я загадала у ведьмы настоящую любовь, а она превратила меня в кошку и сказала, что моё желание исполнится, и я снова стану человеком, только когда меня по-настоящему полюбит тот, кто никогда не встречал в реальном облике. — У тебя есть кто-нибудь на примете? — Никаких вариантов… — с грустью отозвалась Сольхи. — Тогда остаётся только ждать. Могу тебе с уверенностью сказать, что у ведьмы, когда человек загадывает желание, уже есть точный план. Она, словно распорядительница судеб, наперёд знает, как всё случится. Но человек в любом случае должен пройти этот путь самостоятельно. Ты можешь пожить у нас какое-то время. Наверняка утром снова станешь кошкой. А Сои ты понравилась. Она будет очень рада твоей компании. — У тебя очень милая дочь, Сону, но я не могу бездействовать. Нужно хотя бы попытаться найти кого-нибудь. — Понимаю… Но ты всегда можешь сюда прийти, если станет слишком тяжело. Ладно? Сольхи благодарно улыбнулась ему и кивнула. Она направилась в сторону выхода, а у самой двери обернулась. — Рада, что сейчас у тебя всё хорошо, Сону.

***

— Прочь с дороги! — рявкнул толстый прохожий над головой подпрыгнувшей от испуга Сольхи. Она поспешила отбежать в сторону, чтобы злобный мужчина не пнул её своим массивным ботинком. Сольхи метнулась в пустующий узкий переулок и остановилась возле маленькой лужицы, отражающей её растерянную кошачью мордочку и красивый розовый закат. Вечерело, а на улицах стало как будто даже многолюднее. Все спешили домой с работы, были голодными и злыми. Сольхи вела поиски подходящего кандидата в разных клубах по ночам уже около недели, и её небезграничное терпение подходило к концу. Надежда на успешный выход из ситуации тоже была на исходе. Все парни, с которыми Сольхи удавалось познакомиться за это время, либо были совсем уж подонками, либо днём сразу же забывали об их знакомстве. Сольхи подозревала, что здесь не обошлось без магии ведьмы. Скорее всего, таким способом коварная колдунья хотела исключить все лазейки, с помощью которых девушка могла бы обойти правило “должен полюбить тот, кто не видел в настоящем облике”. Днём же Сольхи слонялась без дела по улицам в теле кошки и пыталась придумать ещё один план, который бы наконец-то сработал и помог ей выйти из этой патовой ситуации с наименьшими потерями. Сольхи как-то не улыбалось всю жизнь бегать на четырёх лапах вместо того, чтобы изящно прохаживаться по подиуму в лучшей одежде из новой коллекции. Она чувствовала себя крайне беззащитно, разглядывая огромный мир с высоты своего маленького роста. Сольхи превратилась в довольно крупную кошку, но даже это не компенсировало утрату её человеческих размеров. Ей постоянно приходилось внимательно смотреть по сторонам, чтобы не угодить под машину на оживлённом шоссе или не оказаться пнутой чьей-то ногой в тяжёлом сапоге или туфельке с острой шпилькой. Сольхи постоянно шугали, осыпали проклятиями или норовили облить водой. Быть животным в человеческом мире оказалось очень страшно и опасно. Её невесёлые мысли прервал ехидный юношеский голос: — А кто это у нас тут? Кис-кис-кис… Сольхи затравленно обернулась и увидела медленно приближающегося к ней нескладного длинного паренька, из-за спины которого выросли две тени — его такие же хулиганистые дружки. Один был словно каменной горой, состоящей из сплошных мышц. На его квадратном лице застыло глупое безучастное выражение. А второй — полная его противоположность. Низкий, худой и подвижный, будто кукла на шарнирах. Сольхи бы убежать, да побыстрее скрыться под мусорным баком или машиной, где неповоротливые людишки её не достанут… Но она застыла на месте от чувства неумолимо надвигающейся опасности. В голове Сольхи воскресали воспоминания десятилетней давности. Тогда она точно так же, как и сейчас, стояла на месте, смотря на то, как на неё надвигались оравой детдомовские мальчишки. Её спас Сону. В его худом подростковом теле было трудно предположить угрозу, но в тот момент в мальчике будто проснулась неведомая сила, и он ловко отогнал шпану от перепуганной Сольхи, будучи при этом на несколько лет младше тех хулиганов. Теперь её некому было спасти. Она стала ещё слабее и для огромных сильных парней не представляла никакой угрозы. Сольхи при всём желании в этом маленьком тщедушном теле не смогла бы дать им отпор. — Тэгун, возьми эту милашку и свяжи ей лапки, чтобы не убежала, — сверкнул обманчиво дружелюбной улыбкой “длинный”. На вежливый приказ главаря к ней молниеносно подбежал вёрткий паренёк и схватил мёртвой хваткой. Так что даже при большом желании Сольхи не смогла бы дёрнуться и сбежать. Её жалобный писк вызвал у них только глумливый смех. Тэгун сначала связал вместе её передние лапки, а потом и задние. После этого Сольхи привязали к какой-то трухлявой деревяшке, стоящей возле мусорного бака. “Длинный”, имени которого она так и не узнала, приказал “квадратному” сфотографировать их сегодняшнюю модель. “Вот я докатилась! — с иронией подумала Сольхи. — Ещё несколько дней назад меня фотографировали на обложки модных журналов лучшие фотографы, а теперь на разбитый сотовый фоткает уличная шпана”. Когда “длинный” поднял с земли небольшой камешек — “для пробы” — и размахнулся, душа Сольхи ушла в пятки. Она зажмурилась, не в силах смотреть, как в неё, словно шальная пуля, летит камень. Сольхи уже приготовилась к боли, но запущенный снаряд приземлился в каких-то жалких миллиметрах от неё. Крупная дрожь во всём теле Сольхи, видимая даже невооружённым глазом, вызвала новую волну смеха у её мучителей. Она на это только зажмурилась и с нарастающим страхом стала ждать неминуемой боли. Сольхи знала, что сейчас “длинный” только забавлялся, наслаждаясь её ужасом. Но в следующий раз он точно не промахнётся… “Если кто-нибудь наверху меня слышит, пожалуйста, сжалься! Не мучай меня ещё сильнее. Я хочу жить! Сону! Чонвон! Ведьма! Кто-нибудь! Помогите!” — мысленно в отчаянии взмолилась Сольхи. Тем временем “длинный” поднял с земли ещё один камень и замахнулся. Сольхи снова зажмурилась до звёздочек в глазах и… Боли не последовало. Она открыла сначала один глаз, потом второй и наткнулась взглядом на высокую тень, стоящую за спиной хулигана и удерживающую его руку с зажатым в ней камнем. — Что здесь происходит? — послышался усталый тихий голос её спасителя. — Малышня, вы решили получить за жестокое обращение с животными? Так я помогу. Полицейский участок в соседнем квартале. — Эй, дядя, иди себе и не лезь, куда не просят, — ядовито хмыкнул “длинный”, вырывая руку из крепкого захвата незнакомца. Тёмная фигура усмехнулась и в несколько больших шагов оказалась возле Сольхи. Она внимательно оглядела вступившегося за неё парня, когда его коснулся свет тусклого фонаря. “Ледяной принц,” — это была первая мысль Сольхи при взгляде на его безэмоциональное лицо с аккуратными чертами. Он был и правда впечатляюще красив, хоть и выглядел изрядно уставшим. Внезапно парень резко развернулся к её врагам и произнёс: — Я не горю желанием устраивать здесь разборки с мелкой шпаной. Так что давайте побыстрее разойдёмся. Вы уходите отсюда и никогда даже думать не смеете о том, чтобы мучить животных, а я освобождаю эту красавицу и иду домой. Вперёд, — требовательно махнул рукой парень. Но хулиганы и с места не сдвинулись. Они на его слова лишь нагло ухмылялись, при этом даже не думая подчиняться приказам. — И что ты нам сделаешь? А, дядя? — противная улыбка “длинного” стала ещё шире. — Хм… — картинно задумался он. — Что бы мне с вами сделать? Может, отнести видео с тем, как вы кидаете камни в кошку, в полицейский участок? Вполне неплохая идея, согласны? Вся спесь с лиц хулиганов слетела в одно мгновение. Видимо, полиция их всё-таки пугала не на шутку, раз они суетливо переглянулись между собой и дали дёру из переулка. Сольхи и незнакомец остались в тихом тёмном закоулке совершенно одни. Парень несколько секунд смотрел вслед улепётывающим малолетним вредителем, после чего со вздохом подошёл ближе к Сольхи. Она чувствовала, как сковывающее действие страха над ней постепенно проходит, и в теле начинает ощущаться неприятная ломота. Лапы были связаны крепко и сильно болели. Сольхи неожиданно для себя издала тихий жалобный звук. Её спаситель поставил на грязный асфальт пакет с позвякивающими друг о друга бутылками и присел на корточки перед Сольхи. — Сейчас-сейчас, — ласково проговорил он. — Потерпи ещё немного, красавица. От его нежного успокаивающего голоса Сольхи действительно стало легче. Она терпеливо ждала, когда парень снимет с её тела все сковывающие верёвки, разглядывая жёлтыми, светящимися глазами его лицо. Он, будто почувствовав внимательный взгляд Сольхи, остановил движения своих рук и посмотрел на неё в ответ. Сольхи поражённо застыла. Глаза напротив были такими печальными. Из глубины тёмно-карих радужек веяло беспросветным одиночеством. Как Сольхи смогла разглядеть всю гамму чувств за несколько секунд? Всё просто. Она видела точно такой же взгляд в зеркале каждый день. Люди с одиночеством в глазах очень часто за ширмой жизненного успеха скрывают глубокую душевную боль. Но глаза… Они всегда говорят правду. “Что же с ним случилось?..” От внезапно проскользнувшей мысли Сольхи невольно дёрнулась. С чего её вдруг интересует судьба незнакомца? — Больно? Прости… Уже почти всё, — парень интерпретировал её резкое движение по-своему и стал развязывать верёвки быстрее. Через несколько минут Сольхи была свободна. Но она не спешила убегать. Что-то помимо ноющей боли в конечностях держало её на месте. Ей хотелось… отблагодарить? — Ну чего ты смотришь на меня, красавица? Иди… — парень потёр пульсирующие виски большими пальцами, ожидая, что возле него сейчас мелькнёт ловкая чёрная тень, но кошка стояла на месте и всё продолжала смотреть своими гипнотическими жёлтыми глазами. — Ха-а… Ладно. Пойдём. Он наклонился и взял Сольхи на руки, прижимая грязную худую кошку к своей тёплой замшевой куртке с мягким воротником. От него приятно пахло какао и почему-то зимним морозом…