Четыре

      Кира спит. Она бледная, но синяки уже почти сошли. После хирургической операции и полусуток в регенераторе её на несколько часов погрузили в искусственный сон для быстрого восстановления.       Они дожидаются группу зачистки и скоро полетят обратно на Землю. Сразу после возвращения Аш дал медикам наскоро себя заштопать, но категорически отказался надолго лезть в регенератор.       Он сидит у Кириной постели в лазарете уже больше трёх часов. Выучил наизусть её медицинскую карту, отправил несколько сообщений Алисе, но до сих пор не решился хотя бы прикоснуться.

***

      Шведов на перемотке просматривает записи с камер группы зачистки и волосы у него на голове буквально становятся дыбом. На пиратской базе было 28 человек плюс двое их пленных. В основном все убийства очень чистые и быстрые, но обнаружено несколько буквально растерзанных тел со следами свежих пыток. Он военный, он видел и делал всякое дерьмо, но от вида Аша, с ног до головы покрытого красной, зелёной и синей кровью, осторожно выходящего из катера с бессознательной Кирой на руках, у него ещё тогда неприятно засосало под ложечкой.       Сейчас же он всерьёз раздумывает, насколько того можно считать психически стабильным, и что ему писать в отчёте о проведённой операции.       Он ловит Аша на выходе из его каюты. Тот снова чисто выбрит, причёсан и одет в стандартную форму космофлота. О Весельчаке У напоминают лишь выстриженные виски и слегка дёрганые движения, которые Аш старательно пытается контролировать. - Мы стартуем часов через пять. Пойдем ко мне, надо поговорить.       После недолгих колебаний он наливает два рокса виски, немного, на два пальца. Аш молча принимает стакан. - Это ты Романову колени прострелил? - Валер, ну не убил же. Хотя очень хотелось. Зато он теперь намного сговорчивее. - А остальные? - Что остальные? Вы же не ожидали, что мы с ними обнимемся после долгой разлуки, а потом они расчувствуются и сами сдадутся в плен? Шведов, что за детский сад? - Я про этих. - Он открывает на планшете фотографии четырех растерзанных тел. - Или это не ты?       Аш слегка морщится, долго молчит. Потом тяжело вздыхает. - Считай, что это личное. - Личное?! - Шведов едва не взрывается, но в последний момент ловит себя, сам не осознавая пока, чего в нём больше - возмущения от столь явного нарушения положений Космофлота по обезвреживанию особо опасных преступников или ужаса от того, что человек, которого он, как думал, неплохо знал, оказался способен на такое зверство.       Аш, кажется, всё сразу понимает, едва взглянув собеседнику в глаза. - Что, Валер, разрыв шаблона? Бывает. - Это военная операция,.. - шипит в ответ тот. - Это для тебя военная операция, - обрывает его Аш. - А я гражданский, и меня здесь по документам вообще не было. Я пошёл отсыпаться.       Спустя час на почту Шведову приходит первичный отчет о повреждениях и состоянии здоровья Киры Селезнёвой. Сломанные рёбра, пробитое осколком ребра легкое, огнестрельное ранение правой голени. Сепсис. Сотрясение мозга. Растяжение обоих запястий. Синяки, ссадины, ожоги от скотча или веревки. В списке проведенных медицинских манипуляций отмечен rape kit. И кажется, теперь он начинает понимать.

***

      Уснуть так и не удаётся. В конце концов Аш решает больше к Кире не приходить. Возможно, это трусость, но он предпочитает считать это инстинктом самосохранения. Им надо поговорить об Алисе, но сейчас он слишком взбудоражен и уязвим. Он нашёл ее избитую и измученную, убил своих бывших подельников, спустя сотню с небольшим лет снова держал её в своих объятьях. А потом она чуть не умерла у него на руках. Это слишком. Его до сих пор потряхивает. Он не спит уже третьи сутки и сейчас не выдержит ненависти или, что ещё хуже, холодного равнодушия в её взгляде. Сначала ему надо отрастить броню обратно.       Но конечно, эта невозможная женщина плевать хотела на все его метания - она приходит к нему сама. - Валер, ну что тебе ещё от меня... - Аш не глядя открывает дверь и тут же осекается, потому что на пороге стоит Кира. Она так близко, что Аш старается не дышать глубоко. - Здравствуй, Вес. - Здравствуй. - Пустишь?       Она проходит мимо него в каюту, садится на диван и просто смотрит. Под её пристальным взглядом ему становится неуютно. Кажется, что она видит его насквозь. - Мне сначала показалось, что ты привиделся мне в бреду. Почему ты живой? - Я не умирал. - Я видела запись Вертера. - Я тогда остался в 2024 году. Вы, похоже, изменили будущее, моё в том числе. - А что с рукой?       Аш молча задирает рукав, демонстрируя узкую и ровную полоску шрама на месте соединения с биопротезом. Кира молчит. - Что, кстати, ты сделала с Глотом на этот раз? - Это не я, это Коля. - Заболтал его до смерти? - Почти. Он столкнул две версии Глота в прошлом, устроил сбой континуума, и Глот перестал существовать во всех временных плоскостях. - Надо же.       Повисает молчание, которое в итоге прерывает Кира. - Можно спрошу? - Конечно. - Ты случайно не грабил "Королеву Анну" в 2087-м году? - Однако у тебя вопросы... - Аш невольно усмехается. Эта женщина не перестаёт его удивлять. - Я не помню, если честно. Для меня прошло почти сто сорок лет. Почему ты спрашиваешь? - Пытаюсь понять, было ли кое-что на самом деле или это выверты моего воображения. Рыжеволосая девочка лет пяти - ничего не вспоминаешь?       Аш растерянно смотрит на неё, но потом в памяти всплывает что-то, и его глаза почти комически расширяются. - Да... Но откуда ты... Подожди, это была ты? - Ты убил того чёрного пирата, спас меня и унёс. Я вспомнила, когда вчера ты нёс меня к катеру. - Позавчера. - Что? - Это было позавчера. - Он замолкает, взвешивая все "за" и "против", но чувствует, что ей нужно знать. - И Кира, тех других я тоже убил. Всех. И они мучились.       Он смотрит ей прямо в глаза. Сначала она задерживает дыхание и сжимает зубы. Но потом плавно выдыхает, прикрывая глаза и расслабляясь, на губах у неё появляется едва заметная слабая улыбка. - Спасибо.       В её взгляде нет ненависти, ужаса от того, что он сделал, презрения или равнодушия. В них благодарность и тепло. Она принимает его подношение.       Чёрт, у него нет ни единого шанса.

***

- Как ты вообще здесь оказался? - Выбесил твоего Шабаева, вот он меня и сослал. - А если серьёзно? - Алиса тебя потеряла. Следы привели к Шабаеву, и я его всё-таки выбесил. Он, кстати, знает, кто я. - Ты общаешься с Алисой? - Я в Академии веду продвинутую боёвку. Она в моей группе. Ты неплохо её натаскала. - На самом деле, это она сама. Я совсем немного с ней позанималась. - Кира вздыхает и откидывается на спинку дивана - Ты не устала? Выпить не предлагаю, в тебе столько лекарств, лучше, наверное, не мешать с алкоголем? Может воды? - Не надо, я в порядке. - Можно теперь я спрошу? - Спрашивай. - Я видел Алисин анализ крови.       Кира мгновенно подбирается и закрывается на все замки. Она буквально готова к атаке. Аш почти неосознанно поднимает ладони, показывая, что не вооружён. - Это не был вопрос, - чеканит она. - Ты хочешь, чтобы я спросил? - Кира отводит глаза и молчит. - Хорошо, я спрошу, - он вскакивает с дивана, отходит, с силой ерошит волосы, собираясь с духом, наконец поворачивается, - она от меня?       Кира молчит долго, потом всё-таки поднимает на него глаза и кивает. На секунду пол каюты уходит у него из под ног. Но ему нужно услышать. - Скажи это. - Об этом никто не знает. - Подожди, твой муж точно знает, он ведь запрещал ей сдавать кровь. И явно что-то делал с медицинскими документами? - Он знает только, что она не его. И что её биологический отец не человек. Никто, кроме меня не знает, что она твоя.       "Она твоя" - эти два слова бьют под дых похлеще хорошего апперкота. Аш едва не спотыкается, подходя к ней ближе. - Зачем? - Что зачем? - Я был твоим объектом, зачем рожать от меня ребёнка? Ты думала, он от мужа? - Я с самого начала знала, что это мог быть только твой ребёнок. Игорь не может иметь детей. - Я не понимаю. - Не будь идиотом, Вес. Ты никогда не был объектом. Я узнала, кто ты на самом деле, только на седьмом месяце беременности.       Он смотрит на неё во все глаза и не может произнести ни слова. - Погоди, ты всё это время считал, что я с тобой с самого начала... только из-за работы? И ты всё равно сейчас пошёл за мной? - Ты-то для меня никогда заданием не была. - Ты для меня тоже.       Это контрольный. Он больше не выдержит.       Он опускается перед ней на колени и утыкается лицом в её ноги. Его трясёт, глаза обжигают горячие слёзы. Он любил её двадцать лет её жизни, и ещё сто лет своей. И его сердце сейчас разорвётся.