Глава 4. Заманчивое предложение

Они шли от дома Уизли к машине Драко уверенной походкой, плечом к плечу, с высоко поднятыми головами. Идиллическую картину портила лишь оглушительная тишина, висевшая между ними, густая и напряжённая, как лондонский смог. Драко с подчёркнутой, почти театральной вежливостью открыл Гермионе дверь, закрыл её, прошёл к водительскому месту и завёл двигатель. Машина плавно тронулась с места и поехала, не имея конкретного направления, просто увозя их подальше от эпицентра взрыва. Гермиона сидела, сжимая сумочку на коленях так сильно, что с легкостью могла разорвать её пополам. В голове у неё был вихрь: обрывки фраз Лаванды, лицо Рона, искажённое яростью, шокированные глаза Джинни... и губы Драко. Твёрдые, прохладные, но отозвавшиеся на её яростный порыв с такой неожиданной страстью. Она не понимала, как это произошло. Это была не она. Это был какой-то другой человек, одержимый обидой и жаждой мести. Первым не выдержал он. — Объясни, — его голос прозвучал резко, нарушая тишину. — Объясни мне, пожалуйста, что это сейчас было? Гермиона вздрогнула. —Мне... мне очень жаль, Драко. Искренне. Это было... что-то вроде помутнения. Лаванда... она вывела меня из себя, и я... я не подумала. Я просто сделала это. — Тебе жаль, — повторил он, и в его голосе зазвенела сталь. — Жаль. А ты вообще понимаешь, в каком свете ты выставила нас обоих перед всем этим... цирком? Волшебный мир, Грейнджер, чертовски мал. Уверен, что прямо сейчас Оливандер, сидя у себя в магазине, уже пьёт чай с бутербродом и обсуждает, какого оттенка розового был у моего языка, когда ты пыталась проглотить его целиком. Она сглотнула. Он был прав. Она, всегда всё просчитывающая, на этот раз подвела чистейшую, дичайшую халтуру. — Я... я что-нибудь придумаю! — затараторила она, паникуя. — Может, вернуться и применить «Забвение» на всех гостях? Или... или выпустить официальное опровержение в «Ежедневный пророк»... — Так, стоп! — резко оборвал он её, на секунду оторвав взгляд от дороги, чтобы бросить на неё уничтожающий взгляд. — Ты уже кое-что «гениальное» сегодня предприняла. Думаю, на сегодня с твоими импровизациями покончено. В его сарказме была горькая правда. Она замолчала, глядя в тёмное окно на мелькающие огни. И вдруг, среди хаоса стыда и паники, в её голове, как вспышка, родилась мысль. Безумная. Абсурдная. Но... идеально логичная в создавшемся бардаке. — Драко, — тихо начала она. — Ты точно уверен, что у тебя нет никаких планов на вечер? Она почувствовала, как он напрягся. —Если не считать плана «исчезнуть с лица земли от стыда», то нет. А что? — Тогда... — она глубоко вздохнула, собираясь с духом. — Может, я смогу приехать к тебе в поместье? Чтобы обсудить одно... заманчивое предложение. Машина на секунду сбавила ход. Драко повернул голову, и в полумраке салона его глаза блеснули холодным, настороженным любопытством. — Какое ещё предложение? После твоего последнего «предложения» я оказался в центре магического скандала. У меня, честно говоря, аллергия на твои идеи, Грейнджер. — Я понимаю. Но эта... другая. Она может решить все проблемы, которые мы... которые я создала сегодня. Он смотрел на дорогу, его пальцы постукивали по рулю. Молчание затянулось. Наконец, он тяжело вздохнул. — Хорошо, — сказал он, меняя направление. — Решаюсь на это исключительно из садистского любопытства. Но предупреждаю, если ты предложишь мне изображать твоего мужа на ближайшие пять лет, я разверну машину и вышвырну тебя к дверям Министерства. Уголок губ Гермионы дрогнул в подобии улыбки. Машина рванула вперёд, унося их в сторону Малфой-мэнора. Туда, где предстояло родиться самому безумному и самому правдоподобному обману во всей их жизни.