Ничего никто не стал говорить

Они разочаровали друг друга... Хёна, как на зло, оказалась настоящим олицетворением, нет, воплощением слова "шум и бунтарство". Её не останавливали не надзиратели, не другие дети. Если девочке что-то в голову прийдёт, она пойдёт и это сделает. Ну скажите, кто в здравом уме и светлой памяти будет устраивать на чердаке мини штаб из различных подушек втайне от надзирателей просто так? А срывать занятия по музыке полностью из-за того, что учитель начала отчитывать её друга не за что? Да любой здравомыслящий человек промолчал бы, лишь бы не получить наказание, но Хёна не такая... А вот Лука был полной её противоположностью... Тихо наблюдал за всеми, скрываясь в основной массе детей, не выделяясь ничем, кроме, разве-что, сиреневатых кончиков пальцев, но и это уже давно не удивляло... Но самое неожиданное... Даже поражающее... они оставались лучшими друзьями. Блондин часто оберегал подругу от неприятностей и помогал ей в "шалостях". Одно его присутствие в планах брюнетки защищало ту от наказаний, ведь Лука — любимчик всех надзирателей и явно его слова для них имели вес. В ответ Хёна всегда помогала ему и защищала везде, где только могла. Не дай бог кто-то посмеет его обидеть, не дай бог кто-то позарится на её бледное "сокровище", помимо пинков от самого парня нарвётся на настоящую бестию, нажив себе проблем на долгие года... Даже на уроках вокала их голоса идеально дополняли друг друга: мягкий тон Луки будто обростал защитной скорлупой, хоть и редкой, но идеально встающей под смысл грубостью, а твёрдый, непоколебимый тон Хёры обретал мягкость, словно ветка ивы у пруда. И устаревшие мелодии этот идеальный симбиоз превращал в новые, неведанные никому раньше композиции... А время шло, им уже по 17 лет, но они до сих пор вместе. Даже сейчас под покровом ночи двое сбежали, укрывшись на крыше их "скотобойни" и ничто не мешало им веселиться: общаться и, лёжа на мягких подушках, смотреть на россыпи звёзд в глубине ночного неба. Только мягкий смех позволял себе разрывать тишину ночи... Просто идиллия, которую, увы разбивают больные сердцу Луки слова — слушай... Нас же должны на шоу отправить... — Хён, не напоминай... Блондин вздыхает и невольно покрывается мурашками. Он знал, к чему их готовили.... Эти, батлы на выживание... Эти несправедливые "соревнования", в конце которых кто-то из оппонентов обязательно умрёт.... Парень не мог с этим смириться... Ему было больно от мысли, что он может потерять свою подругу. Ту единственную, что разглядела за худощавым бледным ребёнком личность, а не скучное существо, но быстро его снова вводит разговор голос: — да бл₽ть, не перебивай, у меня идея появилась... А если выступить нашим дуэтом и набрать одинаковое количество баллов, тогда мы оба победим, по правилам — боюсь, это не так работает... Да и за всё время никто ещё не смог такое сделать — а мы сможем! Отрезает Хёна любые возражения, перекатываясь с мягких подушек на друга, быстро поднявшись на руках, поставленных по бокам от головы того. Довольно провоцирующая поза, но блондина она ничуть не смущала, лишь мягкий взгляд бледных золотистых глаз встретился с серым, полным уверенности взглядом — всем бы твой энтузиазм... Сказал серьёзно парень, но не смог сдержать лёгкой улыбки в конце, наблюдая за таким родным ему человеком. Хёна же лишь поднимается, усевшись бесцеремонно на талии друга и поднимает руку к звёздам да так, будто вот вот схватит одну из них — все были друг другу соперники, а мы будем дуэтом Лууе остаётся лишь безнадёжно вздохнуть, подняться с подушек и обнять такое родное тело, уткнувшись носом в плечо, пока всё тело расслабляется — мы просто сбежим... При любой удобной возможности... Хорошо?... Опешив на секунду, девушка перевела взгляд на своего друга и быстро лицо озарило мягкой улыбкой, пока руки быстро потянулись, чтобы крепко схватить в свои объятья — обязательно, Лука, другого и быть не может... Закрыв глаза, блондин долго думает... Минуту, две... Но потом, вопреки всем ожиданиям... коротко целует в губы ту. Для него Хёна давно не просто подруга... Нет, она явно уже больше, чем просто хороший собеседник, что всегда поможет... Для парня девушка в его объятьях была всем миром Тем лучиком света, что помогал держаться в этой тьме и жестокости мира, в котором они родились... Блондин не до конца понимал любовь, все эти смазливые поцелуйчики, обнимашки и сопливые романы, что читали его ровесницы... Но факта не отнять: его тянуло к Хёне. В мыслях он считал её своим совершенством. Такая не идеальная, грубая и обычная для всех и такая прекрасная для него. Но что на счёт самой Хёны? Девушку тоже привлекал её обожаемый друг, но раньше её останавливали мысли: «нет, вы лишь друзья, привязанность может и у друзей быть! Всё просто». Но ничего не было простым в их мире. Постепенно девушка Хёна понимала, что просто не может жить без Луки... Когда того забирали на обследования, она не находила себе места. Не могла успокоиться, пока не увидит блондина рядом целым и невредимым... Быстро прийдя в себя, та неожиданно нежно ответила, явно давая понять, что чувствует к парню то же, что и он. Ничего никто не стал говорить. Слова и не были нужны. Зачем? Чувства друг друга оба прекрасно понимали с полувзгляда, полувздоха... Через несколько мгновений, что длились не одну вечность по ощущениям, девушка отстраняется и нежно напевает — мой клематис... — м... Что? — цветок такой... Когда человечество было цело, обозначал ум и артистизм... На тебя похоже Парень лишь тихо улыбнулся. Ему понравилось это сравнение и, подперев подбородок двумя пальцами, тот произносит — my clematis... а что, звучит...)