В объятиях спокойнее сны (Лолофд, AU - Все хорошо, в финале СВ Ло с Джоном прибежали по вневременной пустоши в кафе)

Кошмары. Они преследовали Окетру давно, ещё с момента их с Лололошкой похождений в Мисре. Ужасы вылезали из темных углов и захватывали, вторгались даже в самые светлые и чудесные сны, которые были словно подстать самой леди. И она пугалась, кричала во сне, шептала, звала Лололошку, своего защитника, который всегда спасет и поможет. Даже во сне. И он помогал. Тогда он два раза ложился рядом с ней, а ей становилось как будто спокойнее. Он даже проникал в ее сны, разрубая огромные кошмарные тени на мелкие кусочки своим Мечом Путешественника. Ло озарял их, он был светлым, лёгким, ловким, сильным, идеальным. И сны становились спокойнее, а Окетра спокойно спала до утра. А потом они открыли портал Отправления, оттуда вывалился клон ее абда по имени JDH и, оттанцевав что-то непонятное, забросил Ло в портал, а после уничтожил временные парадоксы и побежал от рассерженного Джодаха по всем возможным и невозможным мирам. Тогда Окетра испугалась, что никто больше не увидит Лололошку. Кошмары снова заполонили ее сны, не давая сомкнуть глаз из-за страха увидеть их снова. И мироходца, который избавит ее от них рядом не было. Именно поэтому она всегда брала ночные дежурства, когда в момент соприкосновения реальностей Ло должен был увидеть лабораторию в Алотерре, но этот момент попал на дежурство Джодаха и этого странного гениального, но невыносимого ученого. На Окетру напала бессонница, да такая, что она ходила с кругами под глазами размером минимум с какой-нибудь небольшой океан любого из миров. Райя Прайм, девушка-автоматон, наместница Алотерры взяла ее под свое материнское крыло. Она успокаивала ее, вкалывала снотворное для лучшего сна, но это не помогало. Окетра засыпала, но быстро просыпалась вновь. Кошмары мучили ее больше прежнего. Тогда Райя, улучая минутку, читала ей сказки на ночь, словно маленькой. Рассказывала про то, как Лололошка создал повстанческое движение "Сияние", был комиссаром небольшого поселка, разрушил суровый Имперский строй. А Окетра, затаив дыхание, слушала. Слушала и надеялась, что вскоре они вернут Ло и, если тот снова потеряет память, уже она будет рассказывать ему про его приключения в Алотерре, а заодно и про их похождения в Мисре. Работая командой, которой в основном руководили Джон и Райя, они воссоздали портал Отправления. И он сработал. Лололошка вывалился оттуда и обнял их. Всех поочередно, не считая Джона. Но самой первой - ее. Это что-то да значило. Он не потерял память, он восстановил ее, даже частично те воспоминания, которые были связаны с Алотеррой. Ло изменился, стал более разговорчивым и уверенным в себе. Но Окетре это понравилось, ведь основа осталась. Это все тот же Ло, ее милый забавный Ло. А потом он ушел. Не опять, а снова. Сердце билось на мелкие осколки в груди у пустынной леди. Она ведь уже поверила в свое счастье, а он... Смотался куда-то со своим клоном, и вернулся, как будто прожил еще несколько месяцев новой жизни за одно мгновение. Взгляд Лололошки стал еще более суровым, но вместе с этим и более мужественным. Окетре это нравилось, как и то, что теперь они могут вести беседы на равных. Любая девушка любит поболтать, но это еще приятнее, когда тебя могут выслушать и поддержать разговор. Пожалуй, Ло даже в некотором смысле оказался умнее ее, лучше. Но Окетра любила его, и поэтому нехотя, но все же принимала таким, какой он есть. Пускай временами диковатым, удивляющим своими невероятными историями в стиле "Ну и вот когда Джодах пропил мультивеселенную, я переписал время, но это так, мелочи". Вдобавок оказалось, что он один из Первых сильнейших мироходцев, и лет ему минимум несколько миллионов. Но ведь любви возраста непокорны, правда ведь? Кошмары покинули ее окончательно. Ей было достаточно того, что Лололошка где-то рядом и всегда поддержит, поможет. А потом он признался. Неожиданно, резко. Это было в Тринадцать, когда они гуляли в одном из здешних парков и мирно болтали. Окетра остановилась и дрожащим голосом, не веря своему счастью, ответила, что это взаимно. Ло закружил ее, обнимая свою леди и нежно прижимаясь лицом к ее волосам. Спустя год они поженились и уже два месяца как жили в Алотерре в одной из уютных квартирок. Счастливо, и это счастье захлестывало их с головой. Но в какой-то момент Окетру вновь стали мучать кошмары, причем даже наяву. Она боялась даже на шаг отойти от своего ненаглядного, а тени в темных углах заставляли ее испуганно дергаться и прижиматься к нему, будто они были живыми, словно во сне, и могли как-то навредить кому либо. Это было так антинаучно, глупо, но мироходка все равно боялась. А Ло понимал, защищал и обнимал. Шептал, что все будет хорошо, и это обязательно пройдет. Окетра спала спокойно лишь рядом с ним. В ночь на Хэллоуин, этот странный праздник, вся прелесть которого состояла исключительно из ужасов, и того, чтобы пугаться они сидели на диване возле телевизора в просторной гостиной и, поедая что-то вкусное, что умудрился приготовить Ло из минимального количества продуктов, смотрели фильм. Он был про романтику с элементами комедии, название Окетра так сразу не вспомнила бы. Она примостилась рядом с мироходцем, щекой прижимаясь к его плечу. Это был такой хрупкий момент, когда леди впервые за долгое время робко улыбнулась, тихо радуясь тому, что все хорошо. И Ло, увидев это, просиял, обнимая ее и осторожно целуя. Пускай внешне он и мог показаться грубоватым, но в отношениях всегда был нежным и обходительным. Окетре, признаться честно, иногда было неловко, что он так много о ней заботится, и это притом, что ее саму чуть ли не с рождения обслуживали абды, да и характера она была непростого - властного, принимающего все блага как само собой разумеющееся. Однако кошмары и трепетная любовь изменили ее. Леди не хотелось больше волновать своего любимого, но она ничего не могла с собой поделать. Спустя час, досмотрев фильм, они легли спать. От этого слова у Окетры начинали дрожать губы, ведь следом за ним в логической последовательности следовало слово "сон", которое для нее было синонимом слов "кошмар, страх, боль" -Чудо мое, все будет хорошо, не волнуйся. Никто тебя не потревожит, а если посмеет, то я защищу. -твердо, с уверенностью, но вместе с тем и мягко, успокаивающе проговорил Лололошка. -Хорошо, милый. И... спасибо, что заботишься обо мне. -тихо ответила леди пустынь. Они заснули в обнимку - Ло и Окетра. Прижались друг к другу, будто пытаясь согреться. Мироходец обнял Окетру сверху, будто прикрывая от чужих воздействий, однако во сне леди выскользнула, вывернулась, ведь ей стало жарко, И тут же чудесный сон, полный высоких гор со снежными шапками на макушках, изумрудных лесов и озер, блестящих перламутром переменился, будто кто-то мгновенно включил ночь, укатив солнце за горизонт, а на его место на теперь уже мрачном небосводе повесив зловещую, кровавую луну. Окетра сжалась в комочек, а зубы во рту отстукивали ритм чечётки. Между деревьев с когда-то изумрудной, а теперь уже темной, отблескивающей красным и шевелящейся, как живая листвой промелькнуло что-то темное, страшное. Вдалеке завыли волки, а тень приближалась. Теперь у нее были видны алые как свежая кровь глаза. Окетра завизжала, закричала, зовя на помощь Лололошку, но ничего не помогало. Тень приблизилась настолько, что можно было различить силуэт. Он был мужским. Леди прижалась к стволу дерева, пытаясь спрятаться, но тщетно. Тень подошла к ней вплотную и оказалась Лололошкой. Однако он не был ее милым, добрым Ло, а диким, как злобная пантера и с горящими алым безумными глазами. Его руки были заляпаны кровью. -Ло... Пожалуйста, не подходи, мне страшно! -со слезами страха на глазах сорванным голосом зашептала Окетра. -Почему, кошечка моя? Это ведь я, ты что, не узнала меня? -с сумасшедшей интонацией протянул мироходец. -Идем сюда, я обниму тебя! -НЕТ! НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ! -заорала внезапно вернувшимся голосом мироходка. -Не смей! -Ну уж нет... -поблескивая стеклами разбитых солнцезащитных очков, проговорил Лололошка, приближаясь. Леди еще сильнее вжалась в кору дерева, в ужасе закрывая глаза ладонями, но и дерево вдруг зашевелилось, обвивая ее своими гибкими, как веревки ветвями. Руки Ло коснулись ее, она сжалась, и... оказалась в объятиях любимого. Настоящего, не покрытого кровью, заспанного, но крепко обнимающего ее любимого. Окетра часто-часто сипло задышала, как после долгого бега, а потом рвано выдохнула и обвисла у него на руках. Тот поглаживал ее, успокаивая и шепча самые нежные, самые важные слова: "Все хорошо, я рядом, я тебя люблю". Обвивающими ее ветвями деревьев оказалось их одеяло, перекрутившееся вокруг ее плеч. В объятиях было хорошо и спокойно. Надежно. Этот момент оказался решающим. Больше Окетру никогда не посещали кошмары, ведь теперь она знала даже во сне - Ло защитит ее во что бы то ни стало, даже если покажется страшным