2 том 2 часть

Неаполь встретил утро привычной жарой, и солнце слепило уже с рассвета. К счастью, на крыше дома Руссо царила иная атмосфера — легкий ветерок, навесы и небольшой фонтанчик дарили долгожданную прохладу. Мэри сидела в тени, наслаждаясь утренней тишиной, пока остальные обитатели дома еще спали, и медленно потягивала капучино. Идиллию нарушила Джулия. Девушка выскочила на крышу явно невыспавшейся — бледная, с синяками под глазами, в помятой футболке. В последнее время она практически не ночевала дома, отдалялась от всех и, кажется, просто существовала с ними под одной крышей. Базилио не раз докладывали о неприятностях, в которые она попадала, прикрываясь громкой фамилией. Очередное такое донесение Мэри получила сегодня утром. — Доброе утро, — поздоровалась Мэри, предсказуемо не получив ответа. — Джулия, не могла бы ты удостоить меня вниманием? — Что? — закатив глаза, девушка оторвалась от своего черного кофе и мрачно посмотрела на выспавшуюся и собранную женщину напротив, будто на свою полную противоположность. — Этой ночью тебя снова чуть не забрали в полицию. Из-за твоего поведения в клубе. — И что? Вчера была пятница. Лето на дворе, — цокнула языком Джулия и залпом выпила стакан воды, явно мучаясь от похмелья. — Ваши племянницы с Алессандро и Алесио тоже везде ходят. — Дело не в дне недели, а в том, как ты себя ведешь. Одна. Пока везло, но… — А вы кто вообще, чтобы читать мне морали? — резко перебила ее Джулия, откинувшись в кресле. — Вы мне не мать, мисс Хэтфорд, не мачеха и вообще никто. У вас есть свой сын — вот ему и капайте на мозги. Ах, да, — театрально коснулась ладонью лба, — вы же с ним почти не видитесь. Он в Пекине у Вана, а вы тут с Базилио. Стал ближе к Вэмину, чем к собственной матери. — Ты закончила? — холодно спросила Хэтфорд, чувствуя, как от этих слов что-то остро сжимается внутри. — Или есть еще что-то, чем ты хочешь меня уколоть? — А вам мало? — надменно усмехнулась девушка, но тут же смолкла, встретившись с ледяным взглядом Мэри. — Поосторожнее со словами, девочка. Я выполняла просьбу Базилио. Если он терпит твою желчь, я — нет. Не испытывай мое терпение. Джулия шумно сглотнула, вжавшись в спинку кресла. — Отлично, вижу, ты протрезвела, — уголок губ Мэри дрогнул, но в серо-голубых глазах не было и намека на улыбку. — Как я сказала, нотации читать не буду. Лишь предупреждаю — это последний раз. — Я Руссо, — прошептала Джулия, но ее слова прозвучали неуверенно. — Правда? — светлые брови Мэри чуть приподнялись. — Потому что по твоему поведению так не скажешь. Оценки — чуть выше среднего. Из языков — только английский. Танцы забросила. Пропадаешь в клубах, тратишь безумные деньги, влипаешь в истории и при этом кичишься фамилией, игнорируя Алессандро, Алесио и Базилио. Мне продолжать? — А им разве есть до меня дело? — Ну и дура, — бесстрастно констатировала Хэтфорд. — Легко вам говорить! — Думаешь? — А разве нет? — надрывно воскликнула Джулия. — Любимая сестра главы семьи, бывшая жена Натана Виснински, мать лучшего наследника, почти жена Базилио Руссо… О вас даже на улицах говорят! Какая вы вся из себя. Тошно! — И ты думаешь, это свалилось на меня с неба? Годы труда, Джулия. Годы работы над собой. Когда я впервые вышла в свет, меня называли избалованной девицей, годной лишь для удачного замужества. Но я строила свою репутацию шаг за шагом. Я вышла за Натана по любви. Абрам — плод наших чувств. С каждым годом я доказывала, что я не кукла, которой можно похвастаться. И сейчас моя репутация — не потому что я сестра Стюарта или бывшая жена Натана. А потому что я — это я. Мэри сделала паузу, давая словам дойти. — Послушай. Повторять не буду — ни я, ни Базилио, ни твои братья. Хочешь быть Руссо? Будь ею. Но это не тусовки и не мишура. Это — работа. Тяжелая, ежедневная. Ты можешь получить блестящее образование и помогать братьям. Не хочешь — вернись к танцам. Перед тобой все двери открыты. — Меня все равно выдадут замуж в восемнадцать ради политики, — с вызовом сказала Джулия, но в ее голосе послышалась неуверенность. — Какая разница, чего я хочу? Несколько секунд Мэри внимательно смотрела на девушку. И вдруг в голове что-то щелкнуло. Это был не срыв — это был протест. Страх. — Кто сказал тебе, что тебя выдадут замуж? — Разве не так? — голос Джулии дрогнул. — Не соврали, но и правды не сказали, — Мэри взяла салфетку и подошла к ней. — У Базилио нет планов выдавать тебя замуж против твоей воли. Он обещал твоим бабушке и деду дать тебе выбрать свой путь. Джулия нерешительно взяла салфетку, глаза ее наполнились слезами. — Твоя жизнь — в твоих руках. И сейчас ты губишь ее на корню. — Я не такая, как они. И никогда не стану. — А ты должна? — Мэри присела рядом, глядя на нее как на запуганного ребенка. — Кто вбил тебе в голову, что тебя хотят использовать? Выброси это. Базилио и братья смотрят на тебя иначе. Джулия содрогнулась, и слезы хлынули ручьем. Она свернулась калачиком, словно Мэри озвучила ее самый большой страх. — Подумай над моими словами. Если захочешь поговорить — приходи. Уверена, они не откажут. — Они не захотят меня видеть… — всхлипнула она. — Думаю, ты удивишься. Поплачь, если нужно. А потом позавтракай, выпей воды и прими таблетку. Мэри отошла, давая девочке выплакаться. Она не планировала играть в мать для чужих детей, но не могла остаться в стороне. Источник этого страха нужно было найти. Позже, когда Базилио вернулся домой слегка уставшим, но улыбающимся, Мэри пересказала утренний разговор. Он удрученно вздохнул и положил голову ей на колени. — И ты не согласишься поговорить с ней вместо меня? — Во-первых, ей вряд ли понравится, если это буду я. Во-вторых, что я ей скажу? Как жить? — А что должен сказать я? — Что кто-то наврал ей, а ты никогда не смотрел на нее как на разменную монету, — раздался голос Кейтлин. Оба вздрогнули и резко обернулись. Девушка стояла в дверях гостиной, доедая яблоко. На ней была огромная джерси с именем «Р. Виснински» и рваные шорты. — Как давно ты здесь? — подозрительно спросил Базилио. — С момента, как тетя Мэри говорила про то, что Джул высказалась насчет ее сына, — невозмутимо ответила Кейтлин. — Я за яблоком зашла. Босиком, — она показала ногу, пошевелив пальцами. — Подслушивать нехорошо. — Я и не подслушивала намеренно. Кстати, — она быстро набрала что-то в телефоне, и на мобильном Мэри прозвучал сигнал о сообщении, — кинула вам ссылки на страницы девиц, которые могли вложить ей в голову этот бред. Если что, благодарите не меня, а Эмму. Она все еще любит следить за всеми нами. Пока! Солнечно улыбнувшись, Кейтлин скрылась в коридоре. Несколько секунд Базилио и Мэри сидели в ошеломленном молчании. — Что это сейчас было? — наконец выдохнул Руссо. — Полагаю, добрая воля Эммы Виснински, — нервно улыбнулась Мэри, просматривая страницы. — Да, судя по фото, они и правда много времени проводят с Джулией на тусовках. — Откуда она вообще знает, с кем та общается? — Эмма просто знает все и про всех в наших кругах. Ей скучно. — Знает все, потому что скучно? — Базилио хитро прищурился. — И можно к ней обратиться с вопросами? — Попытаться можешь. Но что она ответит… Ты же знаешь правила Стюарта и Натана — давать детям заниматься тем, что им нравится. — Поразительные у Натана со Стюартом растут преемники, — пробормотал Базилио, глядя на Мэри. — Не покажешь, что там за девчонки? --- Кейтлин вошла в свою комнату и упала на кровать, напевая под нос песню, которую Алесио включил на повторе на тренировке. Она проверила все сообщения, пришедшие за последние сутки, и принялась сортировать информацию, чтобы потом переслать старшему брату. У Волковых стабильно развлечения по всей территории, но из особенно интересного — только приезд Вайтлонгов из Аляски к семье на Дальнем Востоке для заключения какой-то сделки и, конечно, личная жизнь Дмитрия, который должен был скоро жениться. Во Франции, за которой Александр хотел наблюдать особенно пристально, все было подозрительно спокойно, а значит, где-то в сентябре что-то должно было произойти. После смещения Моро из-за предательства разногласия у меньших семей были бесконечными. Кейтлин было интересно, как Виснински удается вести дела так, что у них все спокойно. В Германии все тихо, как и в других странах, находящихся под их контролем. И, безусловно, стоило рассказать о том, что происходит с Джулией. Конечно, она не была «основным» членом семьи, но ее поведение могло сильно повлиять как на Алессандро с Алесио, так и на Базилио. Неудивительно, конечно, что, считая себя обреченной на брак с незнакомцем, девочка, которая росла достаточно далеко от их стороны мира, думала, что нужно брать от жизни все, пока можно… Только вот она была почти одного возраста с Абрамом, Реном и Райном, которые уже строили себе великолепную репутацию, а близнецам даже пророчили управление Испанией, как и их покойному отцу. От мыслей девушку отвлек тактичный стук в дверь, сразу дававший понять, кто это из братьев. — Заходи, Сандро, — крикнула она, откладывая телефон и поднимаясь с кровати. — Как ты поняла, что это я? — поинтересовался молодой человек, открывая дверь. — Женская интуиция, — усмехнулась Хэтфорд, открывая шкаф и пробегая рукой по одежде. — Алесио предложил выйти в семь тридцать, чтобы поужинать у Аурелио, мы давно у него не были. Как тебе этот план? — Не имею ничего против. Черный или красный? — Может, что-то еще? — Алессандро встал у нее за спиной, а потом выудил из шкафа комбинезон с короткими шортами, держащийся только на завязках на шее. — Может, это? — Возможно, мне стоит пересмотреть свои взгляды на тему, мой любимый Руссо! — присвистнула девушка, взяв вешалку из его рук. — Определенно это. Как я могла про него забыть?! Так, я тебя услышала, буду готова к семи двадцати пяти. Что-то еще? Мне явно стоит поспешить. — Если планируешь надеть каблуки, выбери поудобнее, а не шпильку. — Ты сама забота сегодня, — сладко протянула Кейтлин, присев перед туалетным столиком. — В чем причина? Тебе что-то от меня нужно или планы на вечер стали еще лучше, и ты в предвкушении? — Не стали, кто-то же должен следить за двумя детьми в лице тебя и Алесио, — рассмеялся парень. — Лимит на алкоголь? — Не дай мне выпить больше двух бокалов вина, двух джинов с тоником и трех текил за ночь, — попросила она, выбирая палетку теней. — Я и сама буду считать, но… ты знаешь. — Знаю. Передай Алексу, что у него накапливается передо мной большой кредит под названием «нянька младшей сестры». Там скоро такие проценты будут, что он не расплатится, — весело фыркнул Алессандро, уходя, чтобы дать девушке собраться. — Надо и Абраму с Реном и Райном сказать уже, — тише добавил он. — И никаких танцев на барной стойке! Если бы не Алесио в прошлый раз, шлепнулась бы на задницу. — Как пойдет, — рассмеялась Кейтлин, бросив парню в спину широкую улыбку. --- Понадобилось время, но мы всё сделали, — проговорил Рен, перебирая слайды на ноутбуке Лолы Малькольм, к которому он подключился для разблокировки данных. — Наследник Рамеро не хочет предъявлять права на его территории, — уточнил Райн, с хрустом разминая шею. — Вместо этого мы заключили с ним договор, который он не может нарушить. Он хочет стать моим подручным. — Я один не понимаю, почему он променял управление территориями в Японии на работу твоим подручным? — нахмурился Рен. — Мы все знаем, что Хэтфорды нацелились на Японию, — вмешался Абрам, откидываясь на спинку кресла в своём кабинете. Он вернулся из Пекина почти сразу после получения отчёта от Шу. Эмма, Рен и Райн тоже вернулись, и теперь они вчетвером обсуждали дела. — Если он станет во главе территорий Малькольмов, то превратится в идеальную мишень для мамы и дяди Стюарта. Им нужно проникнуть в Японию, чтобы постепенно убрать Ичиро из управления, а позже — полностью уничтожить всех Мориям и получить полную власть. — Зная Вэмина, он оставит правнука тонуть, — кивнул Райн. — Что будем делать с документами, которые у нас в руках? Мы спокойно можем забрать Японию. Почему бы не сделать это? — Потому что Япония никогда не примет американцев во главе, — вздохнул Абрам. — Как и Америка никогда не примет японца. — Если японцы не примут нас, то как они примут Хэтфордов? — нахмурилась Эмма. — Именно что никак, — догадался Рен. — Они не примут ни Стюарта, ни Алекса как главу. — Именно, — щёлкнул пальцами Абрам, и на его губах промелькнула усмешка. — Они их не примут. — Подождите, — остановила братьев Эмма. — Если ни мы, ни Хэтфорды не сможем завладеть этими территориями, тогда кто? — У меня есть одна идея, — сказал Абрам. — Но для её воплощения нужно время. — Не скажешь, что за идея? — вскинула бровь Эмма. — Нет. Это пока лишь идея, даже не план, и зависит не только от меня. Так что расскажу, но не сейчас. Все трое переглянулись и синхронно кивнули, принимая его условия. --- Едва веря услышанному, Стюарт положил трубку, глядя в пустоту перед собой. Резня в Тибе. Больше сорока тел. Никто не выбрался из дома живым. Также трупы были найдены в лесу неподалеку. Видимо, люди Рамеро и Лолы, пришедшие защитить своего хозяина, пытались преследовать нападавших, но нашли лишь свою смерть. Стало известно о произошедшем лишь к вечеру следующего дня и… Серо-зеленые глаза слепо бегали из стороны в сторону, но не могли увидеть ничего, кроме поверхности белой скатерти, накрывавшей стол на веранде, выходившей в сад. Кто? Как? Почему? Зачем? Безусловно, десятки, если не сотни людей хотели убить Малькольмов, но что-то подобное? Это была не мелкая шайка, решившая поквитаться или отомстить. Столько жертв, но ни одного тела среди нападавших? Хотя они могли быть, но трупы забрали, что лишний раз показывало, насколько профессиональной была подготовка. Еще и такое время… Прямо перед самым ежеквартальным собранием, которое теперь Морияме придется провести сразу после похорон. Кто-то спланировал все до мельчайших подробностей, да так, чтобы Ичиро не смог назвать имя виновного. Кто был способен на подобное? Очевидно — одна из главных семей. Только вот Хэтфорды этого не делали. Стюарт бы знал. Базилио? Натан? Бред. Руссо может, и любил Мэри до звездочек перед глазами, но не до беспамятства, чтобы рисковать объявить войну Морияме. Натан — еще более нелогично. Виснински никогда не устарали бы так рисковать; он, скорее, уничтожил бы все источники дохода семьи Малькольм и заставил бы Ичиро либо убрать их, либо полностью уступить власть. Волковы? Идиотизм. Им нет резона соваться к Морияме, да и у самих из-за скорой свадьбы наследника дел выше крыши. Ван? Какой у старика мог бы быть мотив? Да и не работал он уже много лет своими руками, сосредоточившись на внутренних проблемах. Ким? Конечно, им было бы полезно получить Японию, но они не так давно стали верховной семьей и не стали бы так рисковать. Золотой Полумесяц? Тоже не могли. Их влияние едва ли охватывало собственные территории. Да и не связаны они никак с Лолой и Рамеро, работая с Фердинандом Бубаксом, а не Малькольмами. Но кто тогда?! Зачем?! Как?! — Пап? — голос Алекса вырвал мужчину из размышлений и заставил вскинуть взгляд на вышедших на улицу завтракать детей. — Ты в порядке? — Александр поспешил к отцу и осторожно коснулся напряженного плеча. — Ты бледный, как смерть. — Мне только что звонил не спавший всю ночь Ичиро, — хрипло проговорил Стюарт, глядя сыну в глаза. — В Тибе была резня. Брат и сестра Малькольмы, все работники их дома и часть людей мертвы. Александр отшатнулся, словно обжегся, а в его глазах промелькнули неподдельные удивление и ужас. Значит, это были не Алекс, Кейт или кто-то из младшего поколения Виснински, потому что они всегда действовали сообща и никогда ничего не скрывали друг от друга. — Хорошо… У Малькольмов есть наследники? — тихо спросил Алекс, переведя дух. — Нет, ни один из них никогда не был женат, — покачал головой Стюарт. — Если будем действовать быстро, то сможем получить контроль над Тибой, — сказал Алекс, открыв глаза и сверкнув взглядом. — Вы же с тетей Мэри давно планировали проникнуть в Японию. Это отличная возможность. Стюарт посмотрел на сына и кивнул. — Именно. Как ты и сказал, нам надо поторопиться и найти что-нибудь на Ичиро, чтобы, контролируя его и пригрозив, заставить назначить Мэри управляющей территорий Малькольмов. Она ещё не знает о случившемся. А похороны выпадают на понедельник. — Стой, что? Понедельник? Но ведь… это день ежеквартального собрания. — Именно. Кто-то спланировал все так, чтобы третий день после смерти Лолы и Рамеро, когда необходимо провести похороны, выпал на понедельник. Понедельник, в который Ичиро должен провести свое первое ежеквартальное собрание в статусе полноправного главы семьи. Но вместо этого первую половину дня все главы Японии и Канады проведут на похоронах одного из ближайших сторонников Кенго. — Удачно все совпало. Очень. Только вот ты радостным не выглядишь, — нахмурился Александр. — Потому что все выглядит так, будто это мы и подстроили, когда мы этого не делали, — процедил Хэтфорд, начиная медленно приходить в ярость. — Если напавшие еще и оставили улики, указывающие на нас… Это может стать началом войны. — Но мы не делали этого, верно? — Не делали, — Стюарт запустил руку в волосы. — Только вот Ичиро позвонил мне только что. У него четыре часа утра. И, если бы что-то и было, он бы уже обнаружил это и обвинил нас, а имени виновных он не назвал, словно и правда не знал. — Это мог сделать сам Морияма? — едва ли громче шепота спросил Александр, глядя в пустоту перед собой. — Нет. Не думаю. Не так. Он бы не был на ногах всю ночь. И похороны не выпали бы на понедельник. Слишком важный день. Это был кто-то со стороны. Молодой человек рухнул на ближайший стул, откидывая голову назад. Александр не знал почему, но у него было подозрение, что Абрам как-то к этому причастен. Да, у семей Виснински не было такого открытого конфликта с Малькольмами, но все же именно Рамеро в театре выстрелил в Абрама, и тот мог отомстить. Но что-то здесь было не так. Абрам не стал бы так рисковать. Он, конечно, не такой любитель планировать каждую секунду своей жизни, как Алекс, но все же Рам никогда не действовал на пылу эмоций. Так что это наверняка был не он. Александр был уверен в этом. Абрам — идеальный наследник и не стал бы рисковать репутацией и возможной войной с Мориямой. Никто в мире не смог бы положить столько народа и… сделать это так чисто и бесследно, что даже Ичиро не мог понять, кто это сделал. Но кто-то все же сделал это. И Хэтфорд был уверен, что это был не новичок в таких делах и не простой наемник. Работа была сделана с тонкостью ювелира. Сколько этот человек планировал это? С мая? С момента похорон Кенго? Еще раньше? И если да, был ли это финал или этот человек планировал что-то более масштабное? Александр терялся в сотнях вопросов без ответов, словно оказался в урагане. Все мелькало перед его глазами, но взгляд не мог зацепиться ни за что конкретное, видя лишь общее месиво… как было всегда, когда Абрам объяснял ему один из способов быстро найти решение проблемы, что лишний раз доказывало, насколько их мышление различно. Они всегда думали по-разному и были полными противоположностями друг друга. Но все же Хэтфорд хорошо знал своего кузена. Одно было ясно как день — случившееся было организовано с умом и продумано настолько, что недостатков нельзя было найти, а ещё виновник, судя по всему, планировал оставаться безнаказанным и безымянным. — Я не смогу полететь на похороны, поэтому отправишься ты, — снова заговорил Стюарт спустя несколько минут тишины. — Базилио, вероятно, поедет с Мэри, которая не сможет пропустить такое событие и попытается надавить на Ичиро. Натан тоже скорее всего не поедет, и Абрам будет его полноправным представителем. Вы оба будете иметь те же права, какие имели бы мы с Натаном. — Хорошо, — Александр заставил себя сесть ровно и внимательно посмотреть на отца. — Кейтлин не останется в стороне и тоже полетит. — Повезет, если старик так же не явится, решив не оставаться в стороне, — старший Хэтфорд устало ущипнул себя за переносицу, старательно думая. — Это событие явно смешает все карты Ичиро. Он будет в ярости. Мэри точно придется задержаться, если мы найдем что-нибудь для давления, а я уверен, что мы найдем. Мы думали, это случится ближе к Новому Году. — Это рушит наши планы? — уточнил Алекс, старательно контролируя свое лицо и тело и в который раз завидуя тому, как кузен постоянно держит покер-фейс. — Нет, на самом деле. Меня лишь беспокоит то, что непонятно, кто виноват. Кому хватило наглости, силы и ума на подобное. --- Вся семья Виснински, за исключением Авроры и Оливии, собралась в кабинете Натана. Они молча наблюдали, как он кладет трубку после короткого разговора с Ичиро. На лицах почти всех присутствующих играла хитрая улыбка. Исключением был лишь Абрам, чье лицо, как обычно, не выражало ни единой эмоции. — Абрам, ты уверен, что бастард Рамеро не станет претендовать на территории? — уточнил Натан. — Уверен, — кивнул сын. — Мы с ним заключили договор на Кровавом Рукопожатии. Свидетелем которого стала наследница «Тигров». Парень показал небольшой, почти заживший порез на ладони. — Откуда вы узнали про Кровавое Рукопожатие? И каковы были условия? — нахмурился Натан, и улыбка сползла с его лица. — Я читал об этой разновидности кровавого договора, когда искал информацию. Это то же самое, только свидетель требуется один, и в случае нарушения сделки он же может назначить наказание. И этот договор не такой конфиденциальный, — Абрам пожал плечами. — Что касается условий... Уголки его губ приподнялись в острой, почти волчьей улыбке. Он достал из папки несколько бумаг и положил по одному экземпляру перед каждым из присутствующих. Натан, пробежавшись глазами по пунктам договора, не смог сдержать смех. На губах Рена, Райна и Эммы тоже расцвели широкие улыбки. — Рам, ты решил сделать Шу своей левой рукой? Почти как наши предки поступили с Уильямсами? — воскликнула Эмма, смотря на брата с неприкрытым восторгом. — Он будет защищать тебя, станет верным союзником и шпионом в семье Ван. А потом те же обязательства лягут на его детей, которые будут служить твоим детям, внукам и правнукам. И так — пока кто-то из ваших потомков не захочет что-то изменить или не обнаружит нарушения, — подытожил Абрам, кивнув. — Это умно, — хмыкнул Натан, с гордостью глядя на сына. — Это не просто умно, это гениально! — расхохотался Райн. — Братец, я готов аплодировать тебе стоя дни и ночи напролет! — Хм, это просто... Погоди-ка, — Рен снова взглянул на документ. — Что это за компания «Hóngyùn — 鸿运», которой будет управлять Шу? И почему тут написано, что от твоего имени? Я не припоминаю, чтобы у нас был такой актив. — Она не входит в филиалы нашей семьи, — хмыкнул Абрам. — Эту компанию я основал пару месяцев после похорон Кенго, с разрешения Вэмина и самого Шу. До этого ей занимался он под фамилией матери, чтобы не привлекать внимания. — Ты основал компанию по недвижимости в Китае, а я об этом не знаю? — вскинул бровь Натан. — Я не потратил ни цента с наших семейных счетов и не воспользовался ни одной связью. Я создал проект с нуля, нашел инвесторов, которых никто и никогда не видел. Единственные, кто знает, что компания моя, — это Сэм Зе Шу, мастера Юн Хуэйцин и Юй Лун, а также И Цзиньлун. Для остальных основателем является Шу, так что особенно ничего не изменится. Абрам сделал паузу, давая словам улечься. — Шу отчаялся. Он понимает, что в семье Ван он — один из ста. Если он встанет во главе территорий своего биологического отца, его быстро убьют. Пусть он и получил фамилию Ван благодаря преданности матери Мастеру, но он не Ван по крови. И ему всегда будут это припоминать. Он потерял надежду на признание. А за моей спиной он сможет заработать себе куда более солидную репутацию, чем если будет продолжать прислуживать в основном поместье Драконов. — Иногда твоя хитрость меня пугает, — хмыкнув, покачал головой Рен. — Я не завидую тем, кто в будущем попробует встать у тебя на пути. Абрам лишь коротко хмыкнул и пожал плечами. --- Хуэйцин сидела за столом, погруженная в изучение финансовых отчётов, когда за спиной послышался лёгкий скрип — звук отъезжающей в сторону двери. Так же бесшумно она и закрылась, и снова наступила тишина. Шагов не было слышно. Казалось, кто-то просто заглянул в комнату и тут же удалился, но она всем существом ощущала чужое присутствие у себя за спиной, чувствовала на себе тяжёлый, невидимый взгляд. — Не отвлекайся, — мужской голос прозвучал совсем рядом, а затылком она почувствовала лёгкое дуновение его дыхания. Её не утешало, что голос был знаком. — Я подожду. — Я уже закончила, — девушка резко закрыла папку и отложила ручку, с досадой прислушиваясь к собственной испуганной нотке. — Ты мог предупредить, и я бы сама пришла к тебе. Хуэйцин обернулась и встретилась взглядом с острыми, непривычно холодными сине-голубыми глазами, которые были прямо перед ней. Шу сидел на полу, скрестив ноги по-турецки, подперев голову кулаками и чуть склонив её набок. — Знаю. Но я как раз проходил мимо. Вот и решил заглянуть. Заодно и поговорить. — О чём? — О твоей искусной, тонкой лжи, конечно, — губы юноши мягко изогнулись, но взгляд остался ледяным. — Твоим прадедом можно гордиться. Я почти повёлся. — Я не понимаю, о чём ты. — Хватит, Хуэйцин. Я говорил с Абрамом, и он помог мне кое-что понять. Девушка поджала губы и на мгновение прикрыла глаза, пойманная, но затем гордо вскинула подбородок, бросая вызов парню перед собой. — Меня всё не отпускал один маленький нюанс, — продолжил Шу. — Лун никогда не передаёт мне задания через других. Никогда. Он не стал бы подталкивать меня к подобным действиям, не обсудив всё заранее и не узнав моё мнение. А тут появляешься ты с приказом от прадеда. Мне лишь интересно — зачем? — Ты меня подловил, молодец, — девушка поднялась и подошла к двери, ведущей на маленькую дощатую веранду. Отодвинув сёдзи, она прислонилась спиной к стене и шумно вдохнула влажный уличный воздух. — Прадед и правда не давал мне никакого задания. Это была моя инициатива. Мы говорили с ним о тебе и Абраме — вы были единственными, кто не прошёл «традицию». Ему было любопытно, но он решил, что интереснее будет наблюдать со стороны, как ваша личная жизнь развивается естественным путём. Поймёте ли вы сами, насколько это может быть вашим слабым местом, как разберётесь... — Вот это уже куда больше похоже на деда, — усмехнулся Шу, и в его глазах наконец-то мелькнули знакомые тёплые искорки. — Я не злюсь на тебя. На самом деле, я даже планировал согласиться на твоё предложение — позволить нам воспользоваться друг другом. В конце концов, мне было бы выгодно начать свою личную жизнь именно с тебя, с человеком, которому я если и не доверяю полностью, то хотя бы могу быть честным в постели относительно своих желаний. Ты всё восхитительно продумала... Но ты правда думаешь, что Абрам Виснински всё ещё не был с девушкой и не понял своих предпочтений? — Парень вскинул бровь и усмехнулся. — Ты прав, — хмыкнула Хуэйцин. — Но я всё ещё не могу понять — зачем тебе это? — Сам ещё не догадался? — Я думаю, в наших с тобой отношениях достаточно взаимоуважения, чтобы поговорить честно и прямо, — игриво улыбнулся Ван, склонив голову на плечо и вернув ей её же слова. — Все знают, как сильно Абрам тебя ценит. Ты — его лучший друг, а Абрам — любимый ученик прадеда. Единственный не из семьи. И один из самых ценных. Единственная, кому он уделяет больше времени и ценит больше — это Юна, — Хуэйцин выдернула шпильку, удерживавшую её причёску, и откинула голову на стену. — Он был бы доволен, если бы... — она осеклась и покачала головой. — Он скоро отошлёт меня, выдав замуж за какого-нибудь придурка. Он больше не видит во мне ценности. — Никогда нельзя принимать решения в пылу отчаяния. Это то, что сказала мне Юна в день нашей последней встречи. Поднявшись и отбросив шутливый тон, Шу подошёл к девушке, всматриваясь в её наполненное тревогой лицо. — Тебя так пугает перспектива замужества? Ты же в два счета загонишь любого в угол и возьмёшь всё под свой контроль. — Максимум, что меня ждёт — какая-нибудь провинция или Малайзия, а я не хочу этого, — с ненавистью выплюнула она, словно слова были отравой, глядя на покачивающиеся ветви красного клена. — Прости, что пыталась обмануть тебя таким мерзким способом. Это было отвратительно с моей стороны. — Всё в рамках нормы для нашего мира, — задумчиво протянул Ван, тоже глядя на сад и мысленно перебирая информацию, полученную от Абрама. — Я бы переспал с тобой, — начал он, возвращаясь из раздумий. — Мы бы, возможно, оба получили удовольствие. Но ты вряд ли чего-то добилась бы. Во всяком случае, не того, чего хотела. — Может быть, в другой раз, — слабо фыркнула она, прикрывая глаза и облокачиваясь о стену, отрешаясь от прошлого и глядя только вперёд. — Что сказал Абрам? — А поехала бы со мной в Японию? — вдруг предложил Шу, вспомнив последнюю фразу Наследника Львов. — Зачем? — Прадед не станет выдавать тебя замуж, если мы сделаем вид, что я влюбился в тебя и мы вместе. — Он в жизни не поверит, — Хуэйцин посмотрела на парня, как на идиота, покручивая шпильку между пальцев. — Конечно, не поверит. Никто, знающий нас, не поверит. Но остальные задумаются. Они не в курсе, сколько тебе лет, а со своей внешностью и ростом ты выглядишь на шестнадцать, особенно для европейцев. Для всего мира ты станешь спутницей нового, с их точки зрения, знакомого наследника из Америки. Ты, как и я, знаешь, что Абрам наверняка привлечёт ко мне внимание на похоронах, а значит, и к тебе тоже. Прадед будет понимать, что это спектакль, но ему станет интересно посмотреть, во что это выльется. А значит, мешать он не будет. Ты выиграешь время. — А тебе-то какой резон? — подозрительно прищурилась девушка. — Я в жизни не поверю, что ты делаешь это из доброты душевной. — Конечно, нет. Ты будешь мне должна, Хуэйцин. Ой как должна, потому что сейчас я предлагаю тебе будущее, — он подошёл вплотную и наклонился к самому её уху, убрав тяжёлую чёрную прядь за спину. — Готова заключить сделку? — Я была готова трахаться с тобой, лишь бы получить хоть что-то, — зло усмехнулась девушка. Затем она обхватила Шу за затылок, до боли впиваясь ногтями в кожу, и переместила его голову от своего уха к лицу так, что их носы почти соприкоснулись. — Думаешь, я откажусь? Мне нечего терять. Как, впрочем, и тебе. Она впилась глазами в совершенно расслабленное лицо Шу, чувствуя глухую ярость и раздражение от его спокойствия. Но потом... её гнев отступил. Даже Зе Шу оставался невозмутим, а она? Как глупо и непрофессионально было поддаваться эмоциям и страхам. Не этому её учил прадед. Возможно, в этом и заключалась её проблема. Многому ей стоило поучиться у Шу, которого учил сам Абрам Виснински. Тот никогда не стал бы тратить на неё время, и она была сама виновата. Ей следовало понять это много лет назад: этот парень не будет всю жизнь выполнять приказы. Он всё-таки был другом Абрама Виснински. А тогда она лишь злорадствовала, что имеет больше влияния в семье, чем этот мальчишка. Но теперь он поднялся, стал лучшим наследником поколения, любимым учеником Ван Вэмина и даже владел собственной компанией в Китае. А она была готова переспать почти со сводным братом из-за отчаяния и страха перед замужеством. Как же быстро менялись фигуры на доске. Их маленький сговор мог оказаться весьма плодотворным. Лёгкая улыбка тронула её губы, а ногти, впивавшиеся в затылок Вана, разжались, сменившись массирующими, почти извиняющимися подушечками пальцев. — Насколько правдоподобно мы будем играть? — Настолько, — Шу, поняв, что девушка наконец его слышит, наклонился ещё чуть ближе, едва касаясь её губ своими, — насколько захотим. Они смотрели друг другу в глаза, дыша одним воздухом, но не сближаясь больше. — Тебе не стать наследницей, Хуэйцин. Как и мне — наследником. Но мы можем использовать друг друга. Я выиграю для тебя время. А потом спрошу с тебя по долгам. Юноша поцеловал её в щёку, едва задев уголок губ, улыбнулся и пошёл прочь. — Что сказал прадед, когда ты говорил с ним? — бросила ему вдогонку Хуэйцин, снова глядя на сад, но теперь выглядела такой же расслабленной и умиротворённой, как прежде. — Ничего, — остановившись в дверях и обернувшись через плечо, Шу улыбнулся ей, а затем ловко кинул шпильку, которую успел стащить у неё из пальцев, когда стоял так близко. — Я соврал. Я не говорил с дедом об этом. Абрам лишь намекнул, а придя к тебе, я просто блефовал. Найди меня, если захочешь поговорить. Провожаемый её звонким, как перезвон колокольчиков, смехом, Шу вышел в коридор. Он не стал говорить Хуэйцин, что и этот разговор, и план со спектаклем ему предложил Абрам. Он лишь воспользовался чужой идеей, выдав её за свою. Как и говорил Абрам, было любопытно посмотреть, во что это выльется. Особенно интересно было, почему Хуэйцин считала, что прадед в ней разочарован. Должно было случиться что-то серьёзное. Конечно, существовала вероятность, что это большая игра самого Вэмина, но у Шу уже зародилась идея, как обратить всё это в свою пользу. Что до секса... В его словах была толика правды. Он обязательно вернётся к этой мысли, когда ситуация станет стабильнее. Абрам, хоть и был младше его на год, уже успел переспать как минимум с двумя девушками, не говоря уже о регулярности его интимной жизни. Но то был Абрам — ледяной принц, всегда остававшийся на несколько шагов впереди всех.