часть 3

Тишина вокруг стола стала гуще, чем музыка в зале. Шторы из бархата поглощали свет, огни люстр отражались в бокалах с дорогим алкоголем. Ты сидела в центре этого круга, и казалось, будто стены элитного эскорта стали слишком тесными. Сукуна первым задал правила, и ты знала: отказаться нельзя. Его пальцы с чёрными татуировками лениво стучали по ножке бокала. — Ну? Начинай, - его голос был низким, с едва заметной угрозой. — Две истории: одна правда, одна ложь. Мы решим. Ты глубоко вдохнула, собираясь, и произнесла: — Я... боюсь высоты. И ещё… у меня есть татуировка, которую никто не видел. Годжо тут же вскинул руку, словно мальчишка, угадывающий в классе. — Ложь про высоту, - сказал он уверенно, хитро улыбнувшись. — У тебя слишком спокойный голос. Человек, который боится, всегда спотыкается на слове «боюсь». Нанами перевёл взгляд на него, поправил галстук и спокойно заметил: — Ты торопишься. Она могла специально говорить ровно, чтобы запутать нас. Гето слегка склонил голову, и мягкая улыбка осветила его лицо. — А может, татуировка - ложь? Она звучала как соблазн, специально брошенный нам. Тоджи наконец заговорил, до этого просто изучая тебя, будто зверь из тени. — Нет. Татуировка - правда, - сказал он хрипло. — Сразу видно, когда человек говорит о чём-то личном. Она на секунду отвела глаза. Сукуна усмехнулся, глядя в упор. — Согласен. Татуировка настоящая. А вот бояться высоты — враньё. Ты не выглядишь трусихой. Твоё сердце билось так громко, что казалось, они слышат его. Ты медленно кивнула. — Они правы. Татуировка есть. — Ха! - Годжо хлопнул ладонью по столу. — Я же говорил. — Нет, - холодно парировал Нанами. — Ты говорил только о высоте. Ты не обратил внимания на детали. Сукуна склонил голову, улыбка его стала опаснее. — Значит, мы выиграли. А ты должна исполнить условие. — Условие? — переспросила ты. Он лениво вытянул руку и провёл пальцами по ножке бокала так, что звук отозвался внутри груди. — Просто расскажешь нам ещё одну правду. Настоящую. Без игры. Гето вмешался мягко, но в его голосе чувствовалась сила: — Только так просто не отделайся. Мы должны выбрать. Пусть каждый задаст ей один вопрос. Они согласились без возражений. Тоджи первым наклонился вперёд, его глаза блеснули в полутьме. — Ты когда-нибудь лгала ради того, чтобы спасти себя? Ты на секунду задержала дыхание и ответила: — Да. Он коротко кивнул, будто ждал именно этого. Нанами посмотрел прямо в глаза, словно прожигая насквозь: — Ты делаешь эту работу потому, что хочешь… или потому что не можешь иначе? — Потому что хочу, — сказала ты, и сама удивилась твёрдости голоса. Годжо наклонился ближе, его улыбка была такой лёгкой, что резала сильнее ножа. — Когда ты смотришь на нас… кто из нас тебе интереснее всего? Ты замерла. Он нарочно поставил тебя в ловушку. Гето усмехнулся тихо, спасая, но только на вид. — Не спеши отвечать. Скажи... ты веришь, что кто-то из нас пришёл сюда не ради игры, а ради тебя? И, наконец, Сукуна. Он не тратил времени на тонкости. Его голос был хищным, почти рычащим: — А теперь скажи правду: чего ты боишься сильнее всего?