Последствие наших решений II

Последствие наших решений II

      Тишина, царившая на стенах замка, резко контрастировала с обстановкой в чертоге лорда. Часовые, укутывались в меха, стараясь укрыться от вечерней прохлады. Как и её защитники, древний замок словно старался укрыть себя от надвигающихся северных ветров и холода, что вскоре должен был укутать Речные земли после затянувшегося лета. Высокие стены старого замка поросли плющом. В редких местах, свободной от него, меж каменной кладки укрывался густой мох( не понял построение предложения). Лоннель, идущий с факелом по стене, не разделял их дискомфорта. На нём был одет лишь сюрко с бегущим лютоволком по белому полю и мехом, накинутым на плечи. Люди с Севера довольствовались аналогичной погодой даже в летнее время, поэтому, наблюдая за подрагивающими людьми Трезубца, его северная душа невольно наполнялась гордостью.       По винтовой лестнице он сбежал вниз, выйдя к богороще. На первый взгляд тут не было ни души. Колоссальное чардрево, раскинув свои белые ветви, возвышалось над остальными деревьями, что скрывались под его необъятной кроной. Как и полагалось, на ветвях его, насупившись, сидело множество воронов. Потревоженные непрошенным гостем, некоторые из них нехотя повернули свои клювы в его направлении. Несмотря на его северное происхождение, размах этого гордого древа поражал даже Лоннеля. Он замешкался, тщетно пытаясь рассмотреть вершину кроны. Через несколько мгновений, поняв бесперспективность данного занятия, он всё же решил продолжить поиски. - Мой лорд? Где вы? - Ответа не последовало. Кликнув ещё раз, северянин стал обходить широкий ствол, всматриваясь в толстые корни. Как он и предполагал, его господин сидел на одном из них. Рыжая шевелюра юноши склонилась над мечом, лезвие которого он старательно натачивал, шепча что-то себе под нос. Лоннель подошёл, не желая прерывать молитву своего лорда. Дождавшись, когда тот закончит, он всё же сказал: - Они ожидают вас, милорд. Юноша поднял голубые глаза, посмотрев на солдата. На секунду Лоннелю показалось, что он увидел в них страх и сомнения, но он тотчас отогнал от себя подобные мысли. Молодому волку не знакомо чувство страха - это знает каждый из числа его людей. Мимолётная слабость испарилась с лица лорда, и он моментально приобрёл черты человека, не свойственные его юному возрасту. -Не будем заставлять их ждать.

****

      Эдрик Дейн толпился среди множества лордов Севера, а также Речных земель. После недель, проведённых в лесах, кочуя с людьми своего лорда от одной деревни к другой, ему было крайне непривычно находиться в тёплом помещении, укутанным теплым освещением. Из-за юного возраста и невеликого роста никто из присутствующих здесь не замечал его; каждый был занят исключительно чествованием своей недавней победы. Это было даже на руку юному Дейну. Берик Дондаррион всегда говорил, что истинная природа человека раскрывается, когда он находится под воздействием сильных эмоций. В такие моменты стоит пристально наблюдать за ним, чтобы узнать его как можно лучше. Этим он и занимался: пристально следил за каждым из присутствующих, пытаясь разгадать, природу человека, чтобы в дальнейшем передать о своих открытиях лорду Молнии.       Двери чертога распахнулись, гул веселья и радостные переговоры моментально смолкли. В проёме появился юноша с рыжими волосами, по его правую руку стоял громадный мужчина чьи и без того широкие плечи казались ещё более внушительными, за счет медвежьего меха, лежащего на его плечах. Он был на несколько голов выше любого другого, кого приходилось видеть Эдрику. На его гордо выпяченной груди виднелся ревущий великан дома Амбер. По левую руку стоял уже знакомый юноше Бринден Талли. Именно он и его люди пришли к лорду Молнии, чтобы представлять интересы юного Старка, предложив объединить их усилия в борьбе против захватчиков Запада. Увидев вошедших, все лорды от мала до велика встали со своих мест. По залу разнеслись негромкие возгласы. «Молодой Волк», «Робб Страк», «Победитель львов». Несмотря на то что юноша был немногим старше самого Эдрика, он держался невероятно статно и стойко. Проходя по центру зала, он дружелюбно одаривал собравшихся приветливой улыбкой, направляясь к высокому помосту. Титос Блэквуд, хозяин замка, любезно уступил лорду Винтерфелла своё место, демонстрируя тем самым своё особое расположение. Ещё бы, ведь благодаря усилиям молодого Старка его второй сын и наследник оказался дома после его пленения Цареубийцей. Хозяин Воронодрева, не скрывал слёз радости, когда увидел Лукаса. После гибели Бриндена в битве под стенами Риверрана, люди при его дворе поговаривали, что сердце скорбящего отца не вынесет ещё одной утраты. Молодой Волк занял место хозяина Воронодрева. - Лорды Трезубца, я безмерно рад видеть вас вновь на свободе. После бесчестной победы Цареубийцы ваша свобода - гарантия того, что мы сможем прогнать захватчиков с ваших земель! По залу прокатился воодушевлённый вой. Юный Старк поднял руку, призывая к тишине. - Милорды, сегодня утром ворон принёс письмо с Драконьего Камня от самопровозглашённого короля Станниса из дома Баратеон. - Робб достал из рукава свёрток и развернул его. - В нём говорится, что Джоффри из дома Баратеон, первый своего имени, является незаконнорожденным бастардом, порочной связи между Серсеей Ланнистер и её брата-близнеца, сира Джейме Ланнистера. На сей раз зал поглотил гам из возмущений и грязных выкриков. Даже Эдрик, всё это время старавшийся сохранить спокойствие и хладнокровие, не смог отгородится от столь сногсшибательной новости. И по примеру многих вскочил со своего места, вытянув шею. Пытаясь уловить уже прозвучавшие слова, не в силах поверить, что слух его не подвёл. Дождавшись, когда толпа сама утихнет, Молодой Волк, продолжил: - В связи с этой новостью, мы должны принять решение, как нам поступить? Из толпы послышались возгласы: «а какая разница?», «что это меняет?». - Меняет это многое, - начал было Старк, но тут двери зала распахнулись.       На пороге появился мужчина в сопровождении четырёх латников. Эдрик привстал, чтобы рассмотреть его получше. Это был человек среднего роста; чёрные волосы, словно уголь, падали на его плечи. На тёмном фоне его сюрко был изображён освежёванный человек. Но больше всего внимание Дейна привлекли его глаза - они были до странности бледными, словно два осколка грязного льда. Мальчику даже пришлось прищуриться, чтобы рассмотреть зрачки лорда. Радужки же на первый взгляд отсутствовали вовсе. Лицо мужчины не было тронуто морщинами. Складывалось впечатление, что оно и вовсе было лишь маской, наложенной на мертвеца, - настолько спокойным и ничего не выражающим казался его облик.       С его появлением зал на пару мгновений погрузился в гробовую тишину. Даже более рослые и грозные на вид лорды притихли, словно это вовсе не они пару секунд назад возбуждённо гремели кулаками по столам и выкрикивали грязные ругательства. Мужчина оценивающе пробежался взглядом по залу, остановившись на лице юного Робба Старка, который, по ощущению Эдрика, при виде гостя стал куда более напряжённым и зажатым. Лорд поклонился мальчику на высоком подмостке и бесшумно проследовал в дальний угол со своими людьми. - Меняет это… многое, - повторил юноша, звуча немного сконфуженно и даже растеряно. - Все вы согласились идти за мной на Юг, чтобы освободить моего лорда-отца, вашего сюзерена. Но новый король приказал отрубить ему голову прямо на ступенях Великой Септы. - Речные лорды, исповедавшие веру в Семерых, возмущённо заворчали. - Теперь же мы узнали, что, вероятно, мальчишка, что отдал приказ и убил вашего лорда, вовсе является бастардом и самозванцем! Волна праведного гнева прошла по стенам великого чертога Воронодрева. - Наш поход против тирании теперь может принять совсем иной оборот. Лорд Станнис и Ренли, братья покойного короля, объявили себя истинными правителями Семи Королевств. Мы можем поддержать одного из них! - Станнис! - Ренли! Имена начали доноситься из разных частей зала. - Ренли младший! У него нет права наследовать престол после Роберта! - Но его любит народ, и его уже поддержал Простор - богатейшее королевство после Запада! - Он мужеложец! Он превратит Красный замок в свой бордель! - Зато Станнис украсит стены столицы головами тех, кто, по его мнению, встанет не стой ноги по утру! - Это говорит о нём как, о справедливом правителе! Он покарает весь этот змеиный выводок интриганов из столицы! - Да!? А наши кузены и дальняя родня в Королевских землях, по вашему, должна разделить участь этих интриганов? Станнис не прощает, он не войдёт в положение тех, кто лишь номинально преклонил колено, но не верен на деле бастарду на троне! Эдрик активно вертел головой, пытаясь уловить количество сторонников каждого из претендентов на трон. Он посмотрел в сторону лорда, устроившегося ранее в тёмном углу помещения. Как оказалось, тот, как и сам Эдрик, внимательно вслушивался в возгласы присутствующих, при этом не произнося ни единого слова. По непонятной причине внешность этого человека завораживала Дейна. Он невольно засмотрелся на герб, изображённый на груди северянина. Ободранный человек на тёмно-фиолетовом поле, широко расставив конечности, замер в гротескном крике. Эдрик судорожно пытался вспомнить имя дома, которому принадлежал данный символ, но память подводила его. Внезапно он почувствовал на себе пристальный взгляд. Подняв глаза, он увидел серые льдинки, смотрящие на него из глубины глазниц. Эдрик не знал сколько времени они держали этот зрительный контакт, но эти секунды стоили ему невероятных усилий. Ничего не выражающее лицо лорда медленно растянулось в холодной улыбке от которой по коже юноши пробежали мурашки. Дейн отвёл взгляд, пообещав себе больше не смотреть в сторону этого человека. - Да чтобы все они провалились!- донёсся до его слуха чей-то гортанный возглас. То был громадный мужчина, вошедший с Молодым Волком. - Север смогли покорить лишь драконы, а теперь они мертвы! - Продолжал он, - Какое нам дело до того, чья задница полирует железную табуретку на далёком юге? Будь то младший мужеложец, привыкший подставлять свой зад Рыцарю Цветов, или его старший брат, предавший свою веру, как только на его пороге появилась красная ведьма со своими лживыми проповедниками? Что они сделали, когда шлюха в Красном замке заковала в кандалы нашего сюзерена? Что они сделали, когда лорд Тайвин спустил Гору на Речные земли? Бежали, поджав хвост, из столицы, словно трусливые щенки! С этими словами он достал двуручный меч из ножен и указал на помост, где восседал молодой Старк. - Вот тот, кто в свои шестнадцать не побоялся выступить против напыщенных львов! Вот тот, благодаря кому пленённые лорды Трезубца смогли воссоединиться со своими близкими! Дому Амбер не нужны короли, которые только и могут, что блеять о своих правах! Я пойду за тем, кто заслужил уважение своих людей не словом, а делом! Амбер встал на колено перед Молодым Волком. - Я пойду лишь за одним человеком и имя ему Старк! За короля Севера! Эдрику показалось, что после этой речи началось настоящее землетрясение. Скамьи отлетали в сторону, лорды вскакивали со своих мест, выхватывая мечи и поднимая их в приветственном жесте. Даже простые солдаты, несущие караул, стучали древками копий о пол, присоединяясь ко всеобщему гаму. Вскоре в ушах Дейна стояло эхо из десятков голосов: «Король Севера!» «Король Севера!» И лишь один человек с призрачно серыми глазами незаметно для окружающих покинул зал, не присоединившись к общему ликованию.

****

Эдрик набросил на своего коня седло. Небольшая группа из людей Братства без Знамён уже ожидала его. Ему сложно было не поддаться всеобщему ликованию, которое охватило весь замок. Молодая кровь бурлила, а встать на колено перед сверстником, который ведёт за собой десятки тысяч  за правое дело, казалось невероятно обольстительной затеей. Но он хорошо знал своего господина Дондарриона и отлично помнил кому было верно их Братство. - Милорд Дейн,- послышался оклик за его спиной. Обернувшись, мальчик обнаружил перед собой Короля Севера собственной персоной в сопровождении Чёрной Рыбы и лорда Амбера. -Мой лорд,- произнёс Эдрик на сколько это было учтиво. - Обращайся к королю подобающе, щенок. - Прогремел лорд Амбер. - Прошу прощения, милорды, но я не присягал на верность вашему королю. - Вот как!? Может ещё побежишь под крыло грозного Тайвина Ланнистера раз ты так запел? - Лорд Амбер! Держите себя в руках! Это наш гость и в его верности не смеет сомневаться ни один из здесь присутствующих. - Одернул его Старк. Робб смерил высокого мужчину неодобрительным взглядом, и жестом приказал ему и Бриндену отстраниться. Несмотря на известность обоих лордов и значительную разницу в возрасте, те сразу повиновались . Лишь клубки пара, то и дело вырывающиеся из ноздрей гиганта, намекали о его недовольстве. - Прошу его простить. Большой Джон славится своим дурным нравом, но часто именно такие люди приносят на поле боя наибольший результат.- Произнёс Молодой Волк с вежливой улыбкой на устах. - Я понимаю. В лагере Братства встречаются люди самых разных мастей. Для меня привычно встречаться с таким отношением. -Вы уезжаете обратно к лорду Дондарриону? -Да, он послал меня сюда как представителя Братства. Для меня важно доставить весть своему господину как можно скорее. -И что же вы ему передадите? -Что вы провозгласили себя королём Севера и Трезубца. Испытывающий взгляд Молодого Волка намекнул Эдрику, что тот ждёт более развёрнутый ответ. -Я полагаю, лорд Дондаррион неодобрительно отнесётся к вашему решению, милорд. -Почему вы так считаете? -Когда ваш лорд-отец послал нас чтобы приструнить Гору и призвать лорда Тайвина к ответу, мы поклялись выполнить это поручение. И поклялись выполнить его именем короля Роберта из дома Баратеон. -Но король Роберт погиб на охоте. -Верно, но если Джоффри бастард близнецов Ланнистер, то у покойного короля остался прямой наследник и имя ему Станнис. -Так значит, вы поддержите его притязания на престол? -Полагаю что так. Станнис обратился в веру к владыке огня Рглору. После… некоторых событий число почитателей данного бога значительно возросло. Это лишь укрепляет кандидатуру Станниса как претендента. -Каких именно событий? -Я бы предпочёл утаить это. Молодой волк смиренно склонил свою голову. Эдрик и другие члены Братства поклялись своей жизнью, что весть о воскрешении Дондарриона усилиями жреца владыки света останется между ними. И хотя после этого слухи начали расползаться со скоростью лесного пожара, Эдрик не будет тем, кто нарушит данное слово. -А что насчёт Дорна? - Спросил Старк. – Вражда Мартеллов и Ланнистеров широко известна. Почему принц Доран бездействует даже теперь, когда четыре из Семи королевств открыто восстали против тирании Львов? -Отбыв из Звездопада, я прибыл на службу к лорду Дондарриону в качестве оруженосца и готов отвечать за его поступки, но не за действия своего будущего сюзерена. -Как приятно видеть, что в этом обезумевшем мире кто-то всё ещё помнит о своих клятвах,- раздался тихий голос за спиной у Эдрика. Обернувшись, юноша увидел того самого лорда с ободранным человеком на груди. - Многие из ваших сверстников без всякого промедления бросились бы с головой в гущу событий. Дейну показалось, что после этих слов бесцветные глаза мужчины на секунду скользнули к молодому Старку, но из-за сумерек, он не мог сказать наверняка. - Лорд Болтон, приятно видеть, что вы смогли пробраться к нам без происшествий. -Я временно оставил командования второй армии на плечах лорда Толхорта и Галберта Гловера. После поражения от рук Тайвина Ланнистера, мы отступили к Семи Ручьям. Там силы перегруппируются и, уверен, в скором времени смогут вновь выступить на юг. Ваша победа и освобождение лордов Трезубца сполна искупили мой позор в этой битве. Несмотря на поражение боевой дух наших людей крепок как никогда. Болтон говорил так тихо, что обоим юношам приходилось прикладывать немало усилий, чтобы различить каждое слово. -В том нет вашей вины, мой лорд. Вашей армии было поручено отвлечь основные силы противника от нашего манёвра. С этим вы справились отлично. Из вашего письма следовало, что потери были не так уж велики. -Верно, в основном пострадал авангард, но основные силы смогли организованно отступить. -А кто был в этом авангарде?- Решил присоединиться к беседе Эдрик. Лорд посмотрел на мальчика в упор ничего не выражающими глазами, отчего Эдрику стало не по себе. -Люди Толхартов, Гловеров, Хорнвудов, а также те храбрые мужи, которые лично были верны Его Величеству. Они яростнее всего стремились поквитаться с врагом за смерть своего сюзерена и забрали с собой немало солдат неприятеля. К большому сожалению, среди падших был и лорд Хорнвуд - он возглавлял авангард и не смог вовремя отступить. -Это был друг моего отца…- С горечью проговорил Робб. - А что же ваши люди?- Уточнил Эдрик. -Оо… уверен, они ещё смогут себя проявить, - с лёгкой улыбкой, тихо произнёс бледный человек. -А что касается вас, юный лорд Дейн: неужели после провозглашения нового короля Севера лорд Дондаррион оборвёт с нами все связи? -Лорд Дондаррион будет делать всё возможное, чтобы прогнать Львов из Речных Земель и принести мир и спокойствие в эти земли. В этом вы можете быть уверены, мой лорд. –Отрадно это слышать. А теперь прошу меня простить, я хочу как можно скорее вернуться в лагерь, чтобы лично проконтролировать перегруппировку армии. Мой король, лорд Эдрик. -Я оповещу вас о наших дальнейших планах, лорд Болтон. Северянин поклонился Старку и отправился к воротам, где его уже ждали всадники в темных плащах с пышными мехами на плечах. -Не стесняйся своих эмоций. По правде сказать, этот человек тоже заставляет меня нервничать. - Ободряюще произнёс Молодой Волк, смотря на явно обеспокоенное лицо Эдрика. Юноша с благодарностью посмотрел на короля. За время долгих странствий по лесам и разорённым деревням Трезубца, он отвык от человеческого понимания. Среди людей Дондарриона он чаще слышал подколки и едкие комментарии. Эдрик не винил их. Так люди, потерявшие всё, старались убежать от горя и лишений, которые принесла война в их жизни.       Проявление сострадания и сочувствия было проявлением слабости, которой люди в их положении не могли себе позволить. Он вспомнил свою сестру Арлинеллу. Она заменяла ему обоих родителей, и он привык слышать подобную поддержку от неё. Боги, как он соскучился по своей старшей сестрице. Наверняка она тоже ждала его возращения в Звездопаде, как и всегда оберегая их родной дом от любых напастей.

****

      Арлинелла сидела возле кровати лорда Хостера, то и дело промокая его лоб, покрытый испариной. За последнее время он стал ещё более бледным, а симптомы усугублялись с каждым днём. Если раньше он мог изредка приходить в себя, то теперь бред был его постоянным спутником. Он то и дело называл её именами своих дочерей и слёзно звал на помощь свою покойную жену. Даже в моменты безмятежного сна его воспалённый разум не давал ему покоя. Он то и дело бормотал что-то себе под нос или вскрикивал после непродолжительного затишья. Вот и теперь до слуха девушки доносились обрывки слов, чьё значение она с трудом могла понять. Дейн откинулась на спинку стула, тяжело вздохнув. Она пыталась приучить себя к мысли, что некоторым из больных было просто невозможно помочь. Во время пребывания в Цитадели она часто видела неизлечимо больных, и их безвременный мучительный уход. Она видела их угасающие глаза, видела отчаяние и бессилие, видела усталость от самой жизни, которая обрушила на их плечи недуг, который они были не в силах осилить. Арлинелла, старалась быть рядом с такими людьми как можно дольше, чтобы по мере своих скромных сил скрасить их последние мгновения, в то время как многие из мейстеров просто оставляли безнадёжно больных в одиночестве. Но тем больнее было для неё видеть тела, накрытые белыми простынями, уносимые прочь, которые ещё недавно принадлежали тем людям, к которым она смогла привязаться так сильно. Лорд Хостер не стал исключением. Иногда в моменты помутнения рассудка она даже позволяла подыграть ему, называя себя его дочерью. Дверь приоткрылась, и на порог вошёл Цареубийца. С тех пор как северяне учинили резню на подступах к Золотому Зубу, он не попадался ей на глаза в хорошем настроении. Ситуацию ещё сильнее усугубила весть с Драконьего Камня, когда лорд Станнис провозгласил, что все трое детей Серсеи Ланнистер являлись его бастардами. Эта новость не прошла мимо ни одной живой души вокруг. Даже верные люди Львов в пол голоса обсуждали её. -Вы посылали за мной, Миранда? -Да, сир. Это касается состояние лорда Хостера. Боюсь я больше не в силах сдерживать его недуг. Ланнистер приблизился к кровати лорда Риверрана и внимательно всмотрелся в потускневшее лицо старика. Из его полузамкнутых губ то и дело доносились неразборчивые фразы. -Вы можете точно сказать мне, что с ним? -У меня нет достаточного опыта, чтобы сказать наверняка, но результаты моего осмотра показали, что у него рак. Везде метастазы, возможно болезнь распространилась из мозга или наоборот. Сейчас уже сложно судить. О данной болезни свидетельствуют уплотнения в области груди и лимфоузлах. К сожалению, даже куда более искусные лекари, нежели чем я, не смогли бы ничего сделать… Простите. Какое-то время Ланнистер молчал, словно взвешивая в своей голове предстоящее решение, внимательно всматриваясь в лицо больного. -Сколько ему осталось? -Сложно сказать… несколько недель, может месяц. -Вам доводилось смотреть как ваши родные угасают? - Спросил Ланнистер, посмотрев на Арлинеллу в упор.       Вопрос заставил девушку врасплох. А в голове тотчас начали всплывать воспоминания из далёкого детства, которые несмотря на давность были свежи. Та роковая ночь, крики родителей, коридор, которому не было конца и края, мерзкая ухмылка Герольда Дейна, въезжавшего в ворота Звездопада со своей братией, прижатый к её груди маленький комочек тепла, который она крепко прижимала к себе. Все это заставило её сердце неприятно сжаться, а на тонких чертах лица проступили старые душевные раны. -Можете не отвечать, - сухо оповестил Ланнистер. - Вижу, что приходилось.       В пурпурных глазах Арлинеллы вспыхнула неприкрытая ярость, которая на мгновение заставила её забыть об осторожности. Как он смеет общаться с ней в таком тоне? Как он смеет так пренебрегать её чувствами? Кто он такой, что бы себе это позволить? В её голове зазвучал голос, который часто было можно услышать в стенах Звездопада. За этот не по годам повелительный тон в родном доме её прозвали Хозяйкой Звездопада. За месяцы, проведённые под чужой личиной, она и забыла сколь громко он может звучать. Всё это время Ланнистер продолжал смотреть на лорда Хостера, не обращая особого внимания на девушку. Арлинелла была готова открыть рот, чтобы выпалить обидчику всё, что она о нём думает, пока не услышала: -Я почти не помню свою мать. - Этот новый поворот заставил Дейн сменить гнев на сконфуженное любопытство. Джейме посмотрел, ей в глаза помедлив немного. -Она умерла при родах моего младшего брата… Крики из её покоев доносились весь вечер и всю ночь, а на утро стихли. Тишина была страшнее любого монстра из сказок матушки. Отец запретил прислуге пускать нас с сестрой в покои матери, пока та корчилась в муках. Я не видел окровавленной простыни, не видел её бледное красивое лицо, с которого ушла жизнь. Отец пробыл с ней всё время и сказал, что это было к лучшему… Но я до сих пор не могу ему простить, что в последние минуты её жизни не был с ней. В голосе Джейме прозвучала еле уловимая дрожь. Подавив те чувства, что грызли его, он внимательно всмотрелся в лицо девушки. -Тебе было легче от того, что ты видела их уход своими глазами?       На мгновение Арлинеллу кольнуло чувство вины за ту вспышку гнева. Однако вопрос, заданный ей, накатил на неё волной новых воспоминаний. Заглушившие любые чувства, оставившие лишь горечь и сожаление. Перед её глазами возник силуэт отца и матери, сидящих на креслах-каталках, и глядящих пустынными фиалковыми глазами в далёкий горизонт. Как она прижималась к ним и старалась получить хоть немного тепла, но они всё так же сидели, словно живые куклы. -На это требуется сила, - стоически произнесла она. Ланнистер криво ухмыльнулся. -В таком случае, понадеемся, что у него её больше, чем кажется. Идёмте. **** Они спускались по винтовой лестнице, ведущей глубоко под землю, минуя крутые ступеньки. С каждым пройденным поворотом Арлинелла чувствовала, как холод и сырость сковывали её по рукам и ногам. Проходя один пролёт за другим, они миновали множество дверей, остановившись лишь у последней. У неё стояли двое латников Ланнистеров, укутанные в красные плащи, чтобы укрыться от прохлады подземелья. Увидев своего командира, они почтительно ударили себя кулаками в грудь и расступились, уступая проход.       За открытой дверью виднелся длинный тускло освещённый коридор. Редкие факелы поблескивали на стенах. Ланнистер шагнул вперёд, шаги эхом разносились по узкому пространству. Поначалу, из-за мглы Арлинелла не сразу поняла где именно она оказалась, однако стоило им шагнуть вперёд, как со всех сторон послышалось какое-то тихое копошение. Первые мысли были о грызунах, но осмотревшись по сторонам, девушка вдруг увидела, что окружали их вовсе не стены, а прутья клеток. За ними на свету появлялись поникшие люди. Просовывая через прутья руки, они внимательно следили, поблёскивающими в лучах факела глазами, за пришлыми гостями. Дейн вспомнила, что в Утёс должны были доставить лишь знатных персон, а также офицерский состав, но про простых солдат речи не шло. Она следовала по коридору за Цареубийцей, как вдруг её окликнул чей-то хрипловатый голос: -Ласточка…- Так её называли лишь во времена работы в лагере людей Трезубца. Она даже успела позабыть об этом прозвище. Девушка обернулась через плечо, ища глазами человека, который это произнёс. Среди десятка измождённых лиц не было какого-то выделяющегося. Все люди смотрели одинаково поникшим и усталым взглядом, пока её внимание не привлекли до странного знакомые очертания одного из узников. Она присмотрелась и узнала в нём юного Эндрю, который так рьяно старался помочь ей перед битвой в поисках Братства. -Ласточка! - снова повторил юноша. -Эндрю, ты жив?! Как я рада тебя видеть! -И я! Боги, как я переживал за тебя! Зачем ты здесь? Ты пришла нас освободить!? Взгляд мальчика скользнул на стоящего позади девушки мужчину с факелом в руке. Прищурившись, он разобрал эмблему со львом на его груди. Юноша отпрянул от прутьев решётки словно уворачиваясь от удара. -А… а что он тут делает? Ты что… переметнулась? На секунду Арлинелла возмутилась такому предположению, но смотря на изможденное и отчаявшееся лицо, она решила не высказывать свои чувства в слух. -Эндрю всё не так… - попыталась объясниться девушка. Эндрю опустил обезумевшие глаза, словно судорожно пытаясь что-то разглядеть под своими ногами. Глаза его, вновь обращённые к Ласточке, уже не хранили ни тепла, ни нежности, уловленных в них вначале. -Нет! Ты теперь с ними! Ты бросила нас! Предательница! Арлинеллу эти слова били сильнее любого удара. Перед глазами возникло воспоминание о дороге, усеянной трупами людей Запада в чаще Трезубца. Это было её рук дело, кровь этих людей была на её руках, и он называет её предательницей? После всего, что она сделала? Чувство какой-то детской обиды и несправедливости наполнили грудь девушки. Перед глазами замерцали образы бездыханных тел, лежащих на дороге. Даже те, кого она видела лишь мельком, представали перед ней во всех подробностях. Чувство вины и стыда за своё решение и свой выбор, которое она так старательно утаивала глубоко в себе, внезапно навалились на неё неподъёмной ношей.       А тем временем Эндрю всё не унимался. Словно ополоумев, он что есть силы впился руками в прутья решётки и со всей дури попытался расшатать её, вопя и надрывая горло: -Предательница! Предательница! Из полумрака меж прутьев появлялось всё больше и больше серых лиц. В тусклом пламени факела ей казалось, что они принадлежат не живым людям, а мертвецам нашедшим свой покой в сырой земле Трезубца по её вине. Их тёмные, впалые глазницы, смотрели на неё словно они принадлежали не до разложившимся черепам. Губы в полутьме приобретали мертвецки синеватый оттенок. Они обступали её со всех сторон, но она держалась, что есть силы. Никто не должен видеть её слабости, ни союзники, ни тем более враги, напоминала она себе. Хотя с каждым новым осуждающим взглядом, ком в её горле лишь нарастал. Многие новые голоса присоединялись к безумному вою Эндрю, с каждым мгновением усиливая раскаты эха, которое разносилось по сводам темницы словно ветер. -Предательница! Предательница! В некоторых голосах она слышала хриплую усталость и истощение, в некоторых горечь и обиду, но чаще всего это была слепая, ничем несдерживаемая ненависть. Всё это сливалось в безумную какофонию, которая хлестала её со всех сторон. Под этим натиском Арлинелла стала отступать, съёживаясь словно осенний листик на холоде, она старалась закрыть себя от несправедливых обвинений. Но гул всё нарастал. «Предательница!» «Предательница!» Дейн хотелось закричать что есть мочи: «Нет! Вы не правы!». Но разве стали бы её слушать теперь те, кто ещё недавно ласково называл её Ласточкой? Она растерянно смотрела по сторонам, словно пытаясь найти среди обезумевших взглядов хотя бы один понимающий или хотя бы равнодушный, — но видела лишь злобу и животный оскал. «Предательница!» Тут её взор приковало юное лицо, просунутое меж прутьев. На мгновение ей почудилось, что оно принадлежало её брату Эдрику. В странной надежде, что это секундное помутнение окажется истинной, Арлинелла было подалась вперёд в наивной надежде, что хотя бы он даст ей каплю поддержки и понимания. Но мальчик выгнул шею и со всей силы плюнул ей в лицо. Девушка отшатнулась. Слюна обожгла её сильнее любой кислоты. Это стало последней каплей. По щекам Арлинеллы побежали слёзы. Чувство вины, бессилия, горечи наполнили её, вытеснив последние опоры стойкости. «Предательница!» — продолжал бушевать безумный гул. Внезапно кто-то схватил её за руку. Девушка инстинктивно дёрнулась в сторону и забилась в тщетных попытках освободиться. Обернувшись, она увидела зелёные глаза с золотыми крапинками. -Идём! - Скомандовал мужской голос и кто-то поволок её прочь от прутьев дальше по коридору. Тощие руки вытягивались им на встречу, желая ухватить беглецов. «Предательница! Предательница!» - Продолжали кричать заключённые. В её сторону летели плевки и комья грязи вперемешку с нечистотами. Мужчина прижал её к себе и укрыл своим плащом, используя его как щит. Дейн прижалась к его груди, стараясь двигаться как можно быстрее вперёд, чтобы поскорее убежать от этого гула. За их спинами распахнулась дверь. Двое латников, стоящие в карауле на входе, начали бить дубинками по прутьям, отгоняя заключённых, ругая и проклиная их. Но от этого вой лишь усилился и смешался. «Вперёд, только вперёд! Не оборачивайся, низа что не оборачивайся!» Зажмурившись, только и могла повторять про себя Арлинелла, всё сильнее прижимаясь к единственному источнику тепла и защиты в этом сыром подземелье. Она позволила себе на секунду приоткрыть глаза. В небольшом просвете между алым плащом и эмблемой с золотым львом, гордо распахнувшим пасть, мимо неё проносились лица мертвецов, вперемежку с озверевшими мордами, которые уже и вовсе потеряли всякие человеческие очертания. «Предательница! Предательница! Предательница!» Они влетели в приоткрытую дверь. Через секунду та захлопнулась за её спиной. После грохота и лязга петель, всё резко стихло, словно кошмара и вовсе не было. Арлинелла продолжала всё также бесшумно плакать, прижимаясь к груди. Слёзы тонкими ручейками струились по её лицу. На мгновение она вновь почувствовала себя маленькой девочкой, которая старательно прижималась к отцу, смирно сидящему в кресле. Разница была лишь в том, что теперь на её объятья отвечали взаимностью. Одна сильная рука, бережно прижимала её к себе, другая же бережно гладила её по плечам. Чей-то глубокий заботливый голос вкрадчиво приговаривал: -Всё хорошо, всё закончилось. Слышать эту спокойную интонацию, теперь было также странно, как видеть ровную морскую гладь сразу после бушующего шторма. Она боялась поднимать голову. Отец никогда не смотрел на неё, а если ей и удавалось привлечь к себе внимание, то во взгляде его пурпурных глаз она видела лишь непонимание и замешательство. После всего, что навлёк на её семью Тёмная Звезда, он так и не смог узнать её. Но теперь что-то изменилось, что-то было по-другому. Может быть теперь она не увидит той потерянности, может теперь она увидит, что-то кроме пустоты? Она набралась смелости и медленно начала поднимать голову, опасаясь обжечься о свои надежды. Заплаканные, покрасневшие глаза не увидели знакомой седины в тёмной, короткой бороде. Лицо мужчины не было испещрено морщинами и небольшой осунотостью. Напротив, отличалось острыми чертами и легкой золотистой щетиной. Вместо пустых пурпурных глаз, на неё смотрели обеспокоенные и заботливые изумруд. Несмотря на незнакомые черты, Арлинелла на мгновение испытала невероятное облегчение, что страх вновь быть отвергнутой не оправдался. Тревога отступила, а красивые алые губы тронула слабая улыбка. Но через секунду она узнала лицо, узнала эти зелёные глаза, узнала золотистые локоны, узнала ревущего льва на камзоле своего защитника. Цареубийца. Клятвопреступник. Враг. Она отпрянула от него, высвободившись из его объятий. Он лишь молча наблюдал за ней, сперва в лёгком замешательстве, но, наблюдая за смущённым отстранением девушки, видимо, и он вспомнил о розданных им ролях. -А вот и он, - констатировал Ланнистер, - этот взгляд. Как ещё можно смотреть на проклятого Цареубийцу? - На лице мужчины появилась кривая ухмылка. Арлинелла, видимо, неосознанно придала своему заплаканному лицу враждебность. Ей всё ещё было сложно контролировать свои эмоции после случившегося. Она спешно начала вытирать лицо от слёз своими рукавами, стараясь как можно скорее вернуть себе образ спокойной Миранды. -Простите меня, сир… я не хотела вас… -Помолчи. - Коротко осёк её Ланнистер. На мгновение девушке показалось, что в этой фразе прозвучал гнев. Погодя немного, Ланнистер добавил: - Дай себе время. Она коротко кивнула головой и спешно начала приводить себя в порядок. Джейме терпеливо наблюдал за ней, словно о чем-то размышляя. Немного погодя, он отстегнул золотую брошь и стянул с себя длинный плащ. Оттряхнув его от грязи, что успели оставить заключённые, он обернул его чистой стороной и подошёл к девушке. Арлинелла посмотрела на него с лёгкой укоризной и недоверием. -Не смей возражать Миранда, - опередил её он, - считай, что это приказ твоего лорда. С этими словами он аккуратно накинул на плечи девушки тяжёлую тёплую ткань, укутав её. Арлинелла почувствовала тепло ткани, которое спасло её от холодной сырости этих катакомб. Она сильнее зарылась в него, чувствуя как вместе с отступлением холода к ней возвращается долгожданный покой. Джейме внимательно посмотрел на неё -Слова клятвопреступника ничего не стоят, я это прекрасно знаю, но всё же дам тебе совет. Не бойся того, что говорят о тебе другие. Миру не доказать какой ты на самом деле. Главное не забывать этого самому. -Спасибо, - тихо произнесла Дейн. -Пойдём, - Ланнистер мотнул головой в сторону. - Нам ещё предстоит не лёгкая беседа.

****

Они спустились ещё ниже, петляя в коротких коридорах, пока не наткнулись на закрытую дверь. Цареубийца подошёл к ней и простучал кулаком определённую последовательность. Последовала небольшая пауза, после чего послышался лязг множества засовов и клацанье ключей в замке. Дверь открыл один из Белых Львов; за его спиной стояло ещё трое с руками на рукоятях своих мечей, готовые в любой момент выхватить их. За их спинами была ещё одна тяжёлая дверь, закрытая на множество замков. Увидев лицо своего лидера, они заметно расслабились, вытянулись по струнке и ударили себя в грудь. -Сир Джейме. Мы слышали какой-то шум. На верхних ярусах всё в порядке? Спросил открывший гвардеец, искоса осматривая Арлинеллу, которая всё ещё куталась в алый плащ Ланнистера. -Не о чем беспокоится. Пленники просто перевозбудились после того как увидели мою ненавистную морду. - С лёгкой ухмылкой произнёс Цареубийца. Арлинелла искоса посмотрела на него с благодарностью, что он не стал раскрывать истинную причину произошедшего. -Я бы хотел побеседовать с узником. Оставьте нас на несколько минут. - Продолжал Цареубийца. С этими словами четверо из дюжины почтительно поклонились и удалились из помещения. Ланнистер подошёл к закрытой двери и достал у себя из-за пазухи несколько ключей, болтавшихся на шнурке. Он посмотрел на девушку. -Думаю, тебе лучше снять мой плащ, а то опять поймут неправильно. Арлинелла сняла с себя алую ткань. Холод и сырость тут же охватили её тело. С непривычки она даже поёжилась. Дейн никогда бы не подумала, что желание укутаться в алый плащ кого-то из рода Ланнистеров в принципе посетит её. Ланнистер открыл замки и приоткрыл дверь. За ней оказалось хорошо освещённое помещение. Сырости и холода в нём не было. Более того, оно было даже неплохо обставлено мебелью. В углу стояла одноместная кровать, письменный стол с нагромождением разных книг также присутствовал, пол был устелен коврами, а на одной из стен висел гобелен с изображением Речных земель. Единственное, что выделялось из этого, хоть и скромного, но комфортного убранства, был сам её обитатель. Лохматый человек, заросший густой рыжей бородой, сидел ,съёжившись в углу, на полу, обхватив ноги руками. Ланнистер и Арлинелла молча проследовали внутрь. Цареубийца отодвинул кресло от письменного стола и с комфортом уселся в него, глядя на узника. -Уверен, вы не очень-то рады меня видеть лорд Эдмур. Уверяю, это взаимно. Заключённый даже не поднял на него глаза. Арлинеллу наполнили смешанные чувства жалости и странного пренебрежения. Возможно, в своих глазах наследник Трезубца и выглядел достойно, не реагируя и не принимая тех благ, что соизволили дать ему победители, но этот достойный образ не очень вязался с маленьким невзрачным мальчиком, жавшимся в углу. Судя по лёгкому пренебрежению на лице Ланнистера, он разделял её чувства. Не дождавшись ответа, Цареубийца стащил одну из книг со стола. Повертев её в руках, он пролистал до середины и стал читать, развалившись в кресле, закинув одну ногу на другую. -К слову, у меня для вас хорошие новости. Вы всё равно рано или поздно узнаете. Остатки сил Трезубца , северян, а также членов Братства отбили у нас пленных лордов Речных земель. Так что могу вас поздравить, вы теперь единственный по-настоящему ценный заложник, что у нас есть. Эдмур впервые за всё время оторвался от изучения собственных коленей и посмотрел на недруга. Во взгляде голубых глаз появились искры торжества, а из-за заросшего неопрятной бородой лица начала угадываться лёгкая улыбка. Видимо, заметив это краем глаза, Ланнистер оторвался от чтения и ,приподняв взгляд, хитро посмотрел на узника исподлобья. -О… я так вижу вы считаете это великой победой? Чтобы победить нас, вам потребовалось объединить силы трёх сторон. Лишь для того чтобы отбить лордов, чьи воины уже покоятся в земле у этого замка. И теперь они могут призвать к себе на службу лишь молодняк, который и копьё-то не знает какой стороной держать. -И всё же это победа. - Хрипло процедил Эдмур. -Глупо спорить. Но пока ваши люди льют кровь, чтобы одержать верх, вы забились в угол, отказываетесь от еды и горюете из-за собственного фиаско. Желавки на лице Талли заходили сами собой, а взгляд наполнился яростью. Ланнистер же тем временем вернулся обратно к чтению, продолжая при этом не глядя на собеседника, сыпать соль на раны. -Риверран всё ещё в моих руках, а мой отец занял Харренхолл, сердце Трезубца. Согласитесь, что вы попали Вялая Рыба, так, что могли бы выглядеть достойнее. Эдмур вскочил на ноги, пуская искры гнева из глаз. -Зачем ты пришёл, ублюдок?! Злорадствовать? А эта шлюха здесь на что? Скрасить мой досуг? Удар в челюсть опрокинул наследника Трезубца в тот же угол из которого тот только-только соизволил подняться. Ланнистер стоял в полный рост, нависая над распластавшимся телом. От неожиданности Арлинелла даже отпрянула, смотря на своего заступника с лёгким недоумением. -Поучитесь вежливости, милорд. Жизнь вашего отца в руках этой девушки. Эдмур сплюнул кровь на ковёр. -Ты приставил к моему отцу девку? После этих слов Арлинелла потеряла к этому человеку всякое сострадание. И она ещё рассчитывала на его помощь и поддержку в поисках брата. Конечно, ей рассказывали о том, что наследник Трезубца падок на женскую красоту. Этим она была намерена воспользоваться, но теперь она сомневалась, действительно ли он смог бы ей помочь, даже если бы мейстер смог организовать встречу до или после битвы при удачном исходе. теперь он напоминал ей мальчишку, но никак не мужчину, способного принимать ответственные решения. Говорят, что в трудных условиях открывается истинная сущность человека. Смог бы ей помочь этот ребёнок в теле рослого мужчины? -Это сделал ваш покойный местер. Судя по всему, в выборе он не ошибся. Собственно, по его поводу мы и прибыли сюда. Миранда, расскажите хозяину замка о состоянии лорда Хостера. Арлинелла вышла вперёд. -Ваш лорд-отец серьёзно болен. -Может расскажешь мне что-то, чего я не знаю?- Злобно выплюнул Талли. Арлинелла продолжала, не обращая на нападки внимания. -Я предполагаю у него рак. Простыми словами, в его теле множество опухолей. Я знаю, что операции по их удалению проводят лишь в Цитадели. Но я думаю, случай вашего отца слишком запущен. И к тому же успешных случаев окончания операций за всю историю можно сосчитать по пальцам. Сир Эдмур, вашему отцу осталось недолго. Злобный запал Талли смыло волной. Он поник и стал что-то бормотать про себя. -Мне очень жаль,- произнесла Дейн. Ланнистер подошёл к наследнику Трезубца. -У тебя есть выбор, Талли - провести остаток дней со своим отцом или узнать от моих гвардейцев, что он сдох в своих покоях. Как это произойдёт мне плевать. Решать лишь тебе. Эдмур поднял мокрые глаза на Цареубийцу. -Я хочу провести остаток времени с ним. Арлинелла наблюдала, как ссутулившийся силуэт Эдмура уходит по коридору в окружении четырёх гвардейцах в белых плащах. Ланнистер стоял рядом с ней и тоже смотрел вслед наследнику. -Теперь он будет находиться в покоях своего отца. Туда пробраться куда проще, чем в подземелье.- Зелёные глаза посмотрели на лицо девушки словно стараясь прочитать, что-то на нём. -Я уверен, среди прислуги, а возможно и среди моих людей, есть лазутчик. Возможно даже несколько.- С этими словами он достал ключ из сумки на поясе, и протянул его Дейн. -Я хочу, чтобы доступ в опочивальню был только у меня и тебя. Не у твоих помощников, не у прислуги. Только у тебя. В голове Арлинеллы тотчас вспыхнул образ Анны. Как только она узнает об этом, непременно захочет попытаться освободить хозяина Трезубца. И тогда перед ней вновь встанет выбор, которого она хотела бы избежать. Дейн протянула тонкие пальцы к ключу, но потянув его на себя, тот всё ещё остался в хватке Ланнистера. Посмотрев ему в глаза, она увидела сомнения, а, быть может, тревогу. Чувства, которые были не свойственны такому человеку, как Цареубийца. -Я могу тебе верить?- Вкрадчиво спросил Джейме. Арлинелла почувствовала, как совесть скребётся в её сердце, но несмотря на это она произнесла: - Да.