Часть 1. Ночной зов

***

      Осень, серая, мрачная и дождливая, с сырыми тяжёлыми туманами и пронизывающим ветром вступила в свои права.       Олух – небольшой провинциальный городок штата Массачусетс утопал в промозглой серости с запахом затхлости и плесени. Он больше походил на декорации для фильма ужасов – одноэтажные дома из тёмного кирпича с высокими острыми крышами из чёрной черепицы, с вращающимися флюгерами в виде морды огнедышащего дракона, издающими отвратительный скрип; старые некрашеные заборчики были похожи на скелеты доисторических динозавров; лысые деревья с корявыми ветвями, напоминающими щупальца морского монстра; вместо асфальтированных дорог – разбитые дорожки из брусчатки, перемежающиеся с грязью и накиданными кирпичами, окружённые непросыхающими лужами. Солнце в это время года – редкий гость.       Темно, мрачно, грустно. Тихо.       Возможно, в этом и есть значительный плюс этого захудалого городишки – тишина и спокойствие: редкие прохожие, изредка проезжающие старые машины, пара старых прогулочных двуколок, запряжённых такими же старыми усталыми лошадьми.       Казалось, нет ничего приятного в жизни в этом захолустье.       Но именно сюда, подальше от шума мегаполиса и навязчивых воспоминаний, переехала пару лет назад Астрид Хофферсон. Это единственное место, где почему-то часто требовались преподаватели в местный колледж. — Ох, как же я устала, — пробормотала девушка. Сняла очки и потёрла глаза, уставшие после долгого рабочего дня. Встала на носочки, потянулась, сделала несколько поворотов туловищем, помахала руками, чтобы снять напряжение. — Уже восемь, пора бы и домой…       Сохранив отчёт и презентацию, она выключила ноутбук, убрала его в сумку, выключила свет в кабинете. Пройдя по длинному полутёмному коридору учебного заведения, Астрид вышла на крыльцо. В лицо ударил резкий холодный ветер. Девушка невольно поёжилась, застегнула пуговицы на пальто до самого горла и обернула вокруг шеи мягкий вязаный шарф. — Доброй ночи, Астрид! — за её спиной раздался приятный мужской голос. — Спасибо, Стоик, и вам! — обернувшись, ответила девушка.       Стоик Хэддок работал охранником в колледже уже больше десяти лет. Крупный, широкоплечий мужчина, воплощение мужественности и силы. Его рыжая густая борода, тщательно заплетённая в косы, и добрые проницательные глаза делали его похожим на доброго великана из детской сказки.       Стоик не просто здоровался – он обязательно спрашивал, как дела, вспоминал какие-то мелочи из прошлых разговоров и находил слова поддержки для каждого. Для студентов он был как заботливый дядя.       Его жизнерадостность была не показной, а идущей изнутри – он искренне считал, что даже в самый пасмурный день можно найти лучик света и поделиться им с тем, кому сейчас грустно. Он не скупился на добрые слова и пожелания, идущие от души. За глаза в колледже Стоика называли Доброхранителем. — Береги себя, а то ты ведь знаешь, сегодня Хэллоуин… Этой ночью вся нечисть выходит из своих укрытий, чтобы отведать человечинки… — последние слова он постарался произнести максимально устрашающе и для эффекта вытянул руки перед грудью и потряс пальцами, изображая зомби, а в глазах прыгали искорки-смешинки. — Сомневаюсь, что какая-то там нечисть может быть страшнее графика шесть через один… Или нашего принципиального директора, — усмехнувшись, ответила Астрид. — Ладно, я постараюсь быть осторожной! — До встречи в понедельник, дорогая! — протянув девушке руку, сказал мужчина. — До понедельника.       Астрид попрощалась со Стоиком, пожав его широкую ладонь, вприпрыжку спустилась по ступеням крыльца и быстрым шагом направилась в сторону дома. Её путь лежал через старый парк. Воздух стал промозглым, влажным, над землёй стелился плотный туман. Фонари на аллее вдруг замигали и начали гаснуть один за другим. Ветер в кронах деревьев завыл громче, ветви заскрипели, как будто их с силой кренили к земле. Тени на земле зашевелились, будто живые.       Астрид замедлила шаг. Вокруг не было ни души. Только она и этот парк, который внезапно стал чужим и опасным. Неприятный холодок прошёлся по спине, в груди всё сжалось и стало тяжело дышать, сердце застучало так громко, что звук будто отдавался в висках. Она замерла и стояла неподвижно, вглядываясь в густеющую темноту между деревьями.       Каждая тень казалась движущейся фигурой, каждый шорох за спиной – чьим-то шагом, будто парк ожил и теперь следил за ней. Астрид резко обернулась, но увидела только пустую аллею. — Блин, Стоик, ну вот кто тебя за язык тянул? — прошептала она себе под нос, сглотнув комок в горле.       И тут откуда-то спереди, из тумана, донеслись тихие, монотонные голоса. Не детские и весёлые, а низкие, нараспев, сливающиеся в единый жутковатый хор. Астрид понимала, что любопытство до добра не доведёт, но ничего не могла с собой поделать. Пересилив страх, стараясь не издавать ни звука и прячась за стволами деревьев и высокими, но уже лысыми кустами, она пошла на источник звука.       Чуть в стороне от дорожки, на небольшой поляне, окружённой вековыми дубами, стояли дети лет одиннадцати. Шестеро. Их лица были бледными и невыразительными в сумерках. Поверх курток были накинуты чёрные плащи, неестественно длинные для их возраста. Они стояли кружком. В центре, на расчищенной от листвы земле, палкой был нарисованный круг, заполненный внутри угловатыми символами. Дети медленно пошатывались, на каждой фразе воздевая руки к небу, и хором бубнили: — Да прибудет Владыка! Да прольются реки крови! Да поглотит он недостойных! А избранных возьмёт в свою свиту!       Повторив слова, как заклинание, три раза, они замолкали, и потом всё повторялось вновь.       Воздух застыл. Ничего не произошло. Последний работавший фонарь на окраине поляны с треском погас, оставив их в густом полумраке. — Ну и где он?! — сдавленно, почти плача, выкрикнул кто-то из детей. — Эрик, ты говорил, что он придёт! Обманщик!! — Он придёт! — ответил мальчик. — Я всё сделал правильно!       Дети, бормоча что-то неразборчивое, быстро разбежались, растворяясь в тумане. На поляне остался один мальчик. Астрид, ставшая свидетелем этого магического ритуала, сначала хотела выйти и сыграть роль Владыки, заодно преподать им урок, чтобы не шастали в такое время одни, но потом решила не вмешиваться. «Странные они какие-то, заклинания бормочут, — подумала она. — И грустно, и смешно».       Последний раз бросив на мальчика короткий взгляд, она пошла дальше по аллее. — Никто мне не верит... — всхлипнул Эрик в пустоту. — Я верю, — прямо за его спиной раздался тихий бархатный голос.       Мальчик резко обернулся. Прислонившись спиной к стволу дуба и сцепив руки на груди, стоял высокий мужчина в чёрном плаще с глубоким капюшоном, скрывающим его лицо. И в самой глубине этой тени, отражая тусклый лунный свет, словно глаза кошки, горели два зелёных огонька. — Правда? — прошептал мальчик, делая шаг в сторону незнакомца. — Конечно, — его голос был обволакивающим и ядовитым. — А хочешь доказать свою преданность? Стать его настоящим слугой?       Мальчик кивнул, заворожённый этими светящимися точками во тьме.       Астрид не успела далеко уйти и, услышав голоса, охваченная ледяным предчувствием чего-то ужасного и подгоняемая нарастающей паникой, развернулась и бросилась назад. Но не успела она сделать и пары шагов, как услышала короткий, обрывающийся крик. Не игривый, а полный животного ужаса и боли.       Она выскочила с дорожки на поляну. Здесь уже было пусто. Лишь затёртые символы в центре круга. И стоящий в воздухе тяжёлый, металлический запах свежей крови. — Ма-альчи-иик?! — закричала Астрид, и звук её голоса безнадёжно рассеялся в густом тумане. Ответа не было.       Астрид перестала дышать. Ветер стих, и в парке воцарилась гробовая тишина, настолько плотная, что в ушах зазвенело.       И на безмолвную поляну выплыла Тень. Нет-нет, не тень от дерева или колышущейся ветки кустарника. Тень гуще самой чёрной ночи, плотная, почти осязаемая. Она не лежала на земле – она стояла. И у неё была форма. Человеческая, но с неестественно длинными конечностями и когтистыми пальцами, и у неё не было лица.       Девушка не знала, что это… Но ощущалось, как концентрация какой-то холодной колючей энергии… Это было что-то древнее… злое… Это и был Владыка?       И вдруг она увидела Его.       Светящийся взгляд упёрся прямо в Астрид.       Ледяная волна прокатилась по её телу, от макушки до пят. Это был не просто страх, её охватил первобытный животный ужас, парализующий разум и душу. Живот скрутило в ледяной узел, а руки задрожали так, что ей пришлось схватиться за грубую кору ствола дерева, чтобы не упасть. Земля словно уходила из-под ног.       Внезапно сработал инстинкт самосохранения – девушка резко сорвалась с места и бросилась бежать – быстрее, ещё быстрее, не оглядываясь. Она мчалась по тёмным аллеям, спотыкаясь о разбитую брусчатку, сумка с ноутбуком больно билась о бедро, но она не чувствовала боли. Лишь ощущала на своей спине этот страшный и неумолимый, обжигающий взгляд. Ей казалось, что сзади на неё надвигается сама тьма, готовая поглотить её целиком.       Она влетела в свой дом, захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной, отчаянно хватая воздух пересохшим ртом, не в силах отдышаться. Сердце колотилось где-то в горле, в голове словно бил набат. Ноги стали ватными, и девушка медленно сползла спиной по двери на пол. — Ч-что э-это такое бы… было? — прошептала Астрид срывающимся голосом.       Наконец отдышавшись, она поднялась на ноги и посмотрела в глазок – возле дома никого не было. — Наверное, мне это просто почудилось… Я просто устала… И темно было… — убеждала она саму себя.       Через несколько часов, когда травяной чай и успокоительные настойки наконец подействовали, девушка решила лечь спать. Она уже выходила из кухни, как вдруг замерла на месте. На белую стену падала её тень. Но она была неправильной. Слишком густой. Слишком чёрной. И она не повторяла её движений. Голова тени была повёрнута к ней, хотя сама Астрид смотрела прямо перед собой.       Сердце ухнуло в пятки. Астрид медленно, очень медленно опустила руку, но тень на стене не шелохнулась. Она не двигалась совсем. Девушка протёрла глаза и повторила движения – в этот раз всё было естественно.       Дрожащими руками Астрид выключила свет. Словно пятилетний ребёнок, который отчаянно боится монстров в темноте, она метнулась в комнату, бросилась на кровать и с головой спряталась под одеялом. Высунув руку, она схватила телефон с прикроватной тумбочки и, опять нырнув в своё укрытие, настрочила текст заметки:       Суббота, 31 октября.       Сегодня я увидела в парке нечто странное. Нечто страшное. Нечто необъяснимое. Какого-то монстра. Я испугалась! По-настоящему.       Мне кажется, что моя собственная тень смотрит на меня! Надо выбросить это из головы. Завтра всё покажется глупым сном.       Она поставила будильник, сунула телефон под подушку, сложила ладошки под щёку и закрыла глаза. Она не видела, что в углу комнаты стоит что-то чёрное, безмолвное и недвижимое. И две зелёные точки пристально смотрят на неё в ожидании.              «Так ты видишь…» — подумал незнакомец в плаще. Он облизнулся, слизывая с губ свежую, ещё тёплую кровь.

***