2. Соусник

      …Так что когда ему приснилась такая маска, Карамель даже не стал удивляться. Ну естественно, если весь день думать про эти рога и чёрные провалы-глаза, то и не такое приснится!       …Ну, как приснилась.       Карма растолкали, и он, сонный и ворчливый сверх своего обычного состояния, открыл глаза.       Сразу наткнувшись взглядом на эту дурацкую рогатую белую маску!       А на неё не наткнуться было невозможно — потому что она пялилась на Карамеля с расстояния меньше метра!       И даже не пялилась — нависала сверху почти угрожающе.       Жуть какая!       — Занятно. — Весьма насмешливо прокомментировал незнакомый Карамелю голос, и в нём чудились намёки на интонации Малкольма. — Весьма занятно.       — Не стоит. — Едва качнул головой обладатель рогатой маски и, перестав нависать над Кармом, плавно выпрямился.       …А потом поднялся во весь свой рост, и Карамелю стало дурно от этого самого роста, и предательски заныла шея, когда он запрокинул голову.       …Ну точно, мерк. Потому что даже златокрылые Эрелим и Мэл рядом с ним показались бы невысокими.       …Либо же дело было в том, что Карм, как бы это сказать…       …Лежал?       …На столе?       …На спине, растопорщив крылья и вмакнувшись перьями во все тарелки, соусники и блюда??       — Ваше Величество, этот скромный Высший лае, конечно, умён и достаточно сообразителен, и не мог не обратить внимания на тот факт, что Вам, кажется, знаком этот… Гость? — В голосе, столь знакомом по интонациям, прозвучала неуверенность.       Будто Карамель точно где-то слышал подобную манеру речи. И совсем недавно!       — Конкретно этот, боюсь, не представлен, но общее направление мне… известно.       Карамель окончательно решил, что лежать на чужом столе в виде незваного главного блюда очень невежливо, и аккуратно попытался сесть.       …Сразу же заехав локтем в соусник!       Хуже неловкой ситуации, когда все пялятся (и разве что пальцем не тыкают) и молча смотрят (и очень наверняка — осуждают), может быть только ситуация, когда при этом приходится слезать с чужого стола, перемазанный в чужой еде. Так ещё и делать это аккуратно, чтобы не добавлять и так к общей неловкости и стыду звук хрустящего фарфора!       А тишина вокруг Карамеля стояла прямо восхитительная, насыщенная и густая, в которой по одним взглядам было понятно, что про него уже думают.       И когда, казалось бы, этот самый неловкий момент закончился и Карм, уже оказавшись на ногах на полу, как можно более аккуратно сложил крылья — на, чтоб его эали продали, белоснежный мраморный пол с оглушающим звоном шлёпнулась серебряная ложка из соусника.       …Которая из-за этого дурного соуса прилипла к перьям с наружной части правого крыла, но недостаточно крепко, чтобы не превращать ситуацию из просто ужасной в мерзопакостную.       — …А у Гостя весьма вычурные манеры… — С всё той же знакомой язвительно-гадостной интонацией произнёс голос, и Карамель наконец смог понять, кому он принадлежал. — Как бы после его ухода не пришлось пересчитывать ложечки, а то гости разными бывают.       Говорившим был Высший лае с огненными, обжигающими от одного взгляда на него, волосами, и в белоснежной парадной форме.       …А ещё на его лице была маска лирских Старейшин — с нежными и спокойными чертами, будто скопированная с безмятежных статуй на кладбище.       (Ну вот нормальная маска, а не это чудовище с рогами и чёрными провалами, где ни рта, ни носа не увидеть!)       Карамель сделал вид, что не услышал намёка, и, подобрав дурацкую ложку, аккуратно положил её на салфетку на краю стола, чтобы не запачкать скатерть остатками соуса.       (Карамельного. Чтоб его.)       …Который, как в принципе и вся еда, теперь обретался на этой самой скатерти вперемешку с раздавленной посудой.       …Неловко как-то вышло.       И теперь что делать?       Высший лае, наверное, хотел сказать что-то ещё колкое и ядовитое, но лишь хмыкнул и отступил на шаг.       — Ваше Величество, какие будут Ваши распоряжения?       Карамель очень осторожно перевёл взгляд на того, к кому обращался расфуфыренный Высший.       …А, то есть, тут мерк выше по иерархии, чем сам Высший лае?       …Стоп, а при чём тут обращение как к королю?!       — Пусть подадут обед на двоих в малой оранжерее. Тут, думаю, будет неудобно из-за некоторого… беспорядка.       И Карамель ощутил крыльями ещё молчаливые взгляды, испытывая два желания.       Первое — чтобы дурацкий кошмарный сон наконец закончился.       И второе — чтобы поскорее провалиться сквозь этот белый, блестящий мрамор.       И желательно проснуться.       …А чуть погодя Карм заметил деталь, которая была на виду, но всё ускользала от его внимания.       Одежды что Высшего лае, что мерка были белыми.       Белоснежными, будто парадные формы аннергов из хроник.       …И похожими на одеяния Белых Плащей.