Часть 1

      — Капитан Салок, мы теряем мощность, — голос первого помощника был бесстрастным, и только немногие могли догадаться, что на самом деле он весьма взволнован. — Скачки мощности в энергосистеме. Нужно сбросить скорость, варп-реактор может не выдержать, — после резкого толчка первый помощник проверил показания датчиков и слегка нахмурился. — Мы можем использовать только импульсные двигатели. Реактор нестабилен. Какие будут приказания, капитан? — Подайте сигнал бедствия научному совету с указанием координат нашего местоположения, — сказал капитан Салок. — Нам необходимо найти планету класса М. В случае отказа реактора мы сможем оставаться там до эвакуации. Толарис, какая ближайшая к нам планета? — Небольшая планета в системе А-34, — ответил первый помощник — собственно, Толарис, проведя рукой по сенсорному экрану. — По нашим данным, атмосфера пригодна для дыхания, но… она обитаема, у местных аборигенов родо-племенной строй и очень примитивные технологии. Неудачный вариант для высадки. — Если мы не высадимся, то потеряем свои жизни, а кроме них — бесценные научные данные, — капитан Салок сосредоточился на экране, где было видно, как их исследовательский челнок входит в звездную систему, видимо, ту, о которой говорил первый помощник. — Мы не нарушим требования Вулканского научного директората, если сядем вдалеке от поселений аборигенов.       Лицо первого помощника не выражало ничего, но капитан чувствовал его скрытое неодобрение. Впрочем, это было понятно: вулканцы не вступали в контакты с малоразвитыми расами, чтобы не разочаровывать их и не разочаровываться самим. Такой контакт нес в себе большие риски и минимальную выгоду — помимо того, что реакцию эмоционально незрелой расы на превосходящие технологии было трудно предугадать, подобные знания в неумелых руках могли навредить не только представителям этой расы, но и самим дарителям-вулканцам. Снобизм первого помощника был понятен — никто не мог точно знать, увидят ли аборигены их прилет на планету или нет. Однако другого выхода капитан Салок перед собой не видел: они изучали гравитационную аномалию недалеко от этого места, и собранные данные были уникальными, настолько уникальными, что капитан чувствовал на себе ответственность Первооткрывателя — погибнуть, неся с собой подобное понимание, казалось ему… иррациональным. Иногда протоколы можно было пододвинуть, идя к достижению высшей логики Вселенной. — Кажется, принцип невмешательства ясно гласит, что нам не стоит вступать в контакт с цивилизацией, которая едва изобрела колесо, — в голосе Толариса появилась нотка нетерпения, умело скрытая за внешней непроницаемостью. — Мы вмешаемся в историю вида с неизвестными последствиями для нас. Один случайный абориген, который увидит нас, может сделать нашу миссию не столько бессмысленной, сколько вредной. Тогда наши заслуги в изучении аномалий станут… незначительными.       Капитан Салок немного помолчал, собираясь с мыслями. С одной стороны, Толарис был прав — Вулканский научный директорат вряд ли выразил одобрение таким действиям, с другой стороны, незаметно приземлившись на поверхность планеты, они смогли бы починить неисправности и также невидимо улететь, не привлекая внимания аборигенов. — Если вы сомневаетесь в логичности моих доводов, вам лучше спросить мнение Т’Кин. Специалист по ксенобиологии сможет привести вам более весомые доказательства, чем я, — заметил первый помощник.       Т’Кин, сидевшая на месте рулевого, перевела взгляд с пульта управления на капитана Салока, а потом на Толариса, ожидавшего от нее поддержки. — Я считаю необходимым высадиться на планету, капитан, при этом в ее северной части. Плотность биосигнатур там меньше, вероятность встретить аборигенов мала. Даже если они увидят нас, они примут наш челнок за падающую звезду. Если мы хотим безопасно добраться до Вулкана или до ближайшего вулканского корабля, у нас нет выбора.       Первый помощник помрачнел, глядя на полную спокойной уверенности Т’Кин. — Нас всего восемь, слишком мало, чтобы защититься в случае нападения. — Если будет кому нападать. Вы ставите опасность от агрессии местных форм жизни превыше опасности, которую представляет наш собственный реактор, — возразил капитан. — Вы слышали, Толарис? Курс на эту планету, и возьмите возвышение чуть выше, чтобы приземлиться севернее, — Салок бросил быстрый взгляд на карту планеты. Она было большой, с пятью континентами и гигантскими массивами воды — примерно в десять раз большими, чем на Вулкане. — Полуостров на севере самого большого материка кажется мне подходящим.       Полуостров был похож на атакующего сехлата, вставшего на задние лапы, но капитан Салок не придал этому значения. Вулканцы вообще редко придавали значение таким мелочам.       Чтобы аборигены действительно приняли их за падающую звезду, было принято решение подойти к планете с темной стороны: на Вулкане, да и в любом другом технологически развитом мире, в такое время из космоса были бы видны ночные огни городов, но тут зияла гигантская пустота, не освещенная ничем. — На полуострове… достаточно немногочисленная популяция аборигенов, — доложил Толарис. — Нас не заметят. — Садимся, — приказал капитан Салок.       Вход в атмосферу сопроводился внезапным сбросом скорости, от которого капитан вжался в свое кресло, а первый помощник едва не влетел в стену, успев за что-то ухватиться. Сенсоры буйствовали, обшивка нагрелась до семидесяти пяти процентов от критической температуры, но отступать было уже некуда — после такого варп-реактор точно было не запустить без долгого ремонта. Посадка, правда, выдалась куда более жесткой, чем рассчитывал экипаж: после нескольких ударов о землю все в челноке полетело кувырком, и, приземлившись набок и проехав немного в таком положении, он остановился из-за силы трения. Первым на ноги встал Толарис — корабль кренился, а половина экипажа, которая находилась на мостике, валялась, приходя в себя после сильных перегрузок. Картина была не оптимистичная, поэтому, подняв на ноги капитана, ему пришлось пойти в инженерный отсек — проверить состояние варп-ядра и самих инженеров. Как и на мостике, здесь был бардак, хотя главный инженер уже стоял, оперевшись о вдруг ставшей наклонной стену, и холодно смотрел на вошедшего Толариса. — Доложите о состоянии корабля, — Толарис пытался сохранить спокойствие, но слегка поджатые губы выдавали его раздражение. — Мы весьма успешно приземлились, не разнеся его на куски металла, — с легкой иронией ответил инженер. — Починка теперь займет гораздо больше времени, чем надеялся капитан.       Он наклонился, чтобы помочь подчиненному подняться, намекая на то, что его доклад окончен. Толарис решил не задерживаться здесь, вышел из инженерной, осторожно прошел по коридору, стараясь не потерять равновесие, и остановился перед герметичным шлюзом. Понадобилось пару секунд, чтобы его открыть, после чего вулканец едва не задохнулся: мир вокруг был наполнен запахами… очень большим количеством резких запахов, неприятных для обонятельных рецепторов. Вокруг челнока были большие, высокие растения, которые хаотичными рядами уходили куда-то далеко. Толарис снял с пояса ручной сканер, чтобы проанализировать округу. В радиусе его действия было много чего, в основном биосигнатуры разных мелких животных; ни одного биосигнала разумных гуманоидов с этой планеты сканер не засек. — Толарис, — капитан Салок вышел из шлюза, аналогично поморщился от неприятного запаха и огляделся. — Инженер Солкар оценивает повреждения корабля, капитан. По его словам, нам может понадобиться несколько больше времени для его починки. — Вы передали наши координаты? — Да, но субпространственная связь нестабильна, — заметил Толарис. — Я не уверен, что наш сигнал прошел сквозь помехи. Если мы не сможем починить корабль и научный совет не будет знать о…       Капитан поднял руку, останавливая первого помощника. — Пока слишком рано об этом говорить. — Нам надо знать о рисках, прежде чем приступать к ремонтным работам. Если они вообще возможны, — Толарис вернулся в челнок, а капитан остался стоять посреди леса, задумчиво глядя на темное небо.       Где-то там должен был быть Вулкан, но, кажется, невооруженным глазом его не было видно — или же они приземлились не в той части планеты, с которой его можно было увидеть. Это место находилось в шестнадцати световых годах от Вулкана: место, не слишком популярное у немногочисленных известных рас, уже вышедших в открытый космос. Впрочем, даже на таких пустынных просторах галактики попадались не слишком дружелюбные создания, и капитан Салок с некоторой грустью подумал о том, что из-за этого научный совет был вынужден вооружать даже простые исследовательские суда. Это же вооружение могло им помочь, если местная раса решит вступить с ними в бой, но капитан очень хотел бы это избежать.       Так или иначе, нападение на технологически отсталую расу не было бы одобрено ни логикой, ни законами морали, поэтому использовать оружие можно было бы только в качестве самообороны. — Капитан, — Солкар вышел из корабля, остановился, чтобы взглянуть на небо, но, в отличие от Салока, в нем не было даже капли сентиментальности, поэтому он сразу же перешел к делу, подойдя ближе к капитану. — Системы корабля значительно повреждены. Кажется, произошел сбой в подаче антиматерии в варп-реактор. Понадобиться время, чтобы разобраться в проблеме. — Отлично. Приступайте, — главный инженер не уходил, поэтому капитан повернулся к нему и прямо спросил: — Что-то случилось? — Время, которое нам понадобиться, может быть достаточно продолжительным. Диагностика и последующий ремонт потребуют приблизительно три и четыре стандартных вулканских месяца. Вероятность успешного завершения работ без внешней поддержки — двадцать три процента. У нас мало приборов, почти нет запчастей — поиск причин может затянуться на месяцы, починка займет еще больше. Советую вам начать обживаться здесь, капитан, — в ближайшее время мы не улетим с этой планеты.       Капитан Салок не изменился в лице, ничто не выдало тех эмоций, что он, возможно, ощущал. Вместо этого он пожал плечами так равнодушно, как будто Солкар говорил о погоде на завтрашний день. — Если нам придется здесь остаться — мы останемся. Я скажу Толарису, чтобы он организовал исследовательскую группу. Нам нужно обследовать окрестности на предмет полезных ресурсов. Я уверен в вашей профессиональной оценке, думаю, нам действительно придется здесь задержаться.       Солкар кивнул и ушел, оставив капитана снова один на один с местной природой. Он мысленно уже подсчитывал параметры планеты: гравитация ниже вулканской, температура — тоже, у планеты есть естественный спутник, который был четко виден над горизонтом. Внезапно капитан нахмурился: ему на секунду — буквально на секунду показалось, что слабо светящуюся луну закрыло маленькое облако дыма. Значит, костер. Или факел. Салок оглядел чернеющий пейзаж ночной планеты и возвратился на корабль, где экипаж медленно начинал приводить обстановку в порядок.       Пока он не стал говорить остальным участникам экспедиции о том, что видел, — опасения могли оказаться безосновательными, и капитан не хотел давать первому помощнику лишнего повода доказать свою правоту. Вместо этого он с мостика снова проверил доступный периметр на наличие биосигнатур аборигенов — и снова ничего не обнаружил. Значит, ему показалось. Капитан успокоился на этом и отправился помогать Толарису проверять полярность катушек.       Однако капитану Салоку было неизвестно, что дым, который показался ему обманом зрения, на самом деле принадлежал крупной деревне викингов, живших вдали от побережья. Также ему было неизвестно, что жители этой деревни прекрасно видели падающую звезду и приняли ее за дурной знак: если боги решили скинуть с небосвода одну из звезд, значит, сейчас они разгневаны, и стоит ждать беды. И что самое, пожалуй, печальное для вулканцев: ярл Ульфрик, вождь в этом и еще в нескольких соседних поселениях, отнюдь не был намерен верить в рассказы других о том, что падающие звезды — это божественный жест негодования. Для него существенно было лишь то, что прямым образом влияло на его жизнь и жизнь его общины; боги — они есть всегда, это было понятно и привычно, но подобное явление казалось ярлу из ряда вон выходящим. И если боги действительно решили сбросить на землю часть звезды, то почему бы ему, в конце концов, не взглянуть на ее, хотя бы одним глазком?!       Правда, среди людей сначала было мало тех, кто готов был последовать за ярлом, поэтому некоторое время капитан Салок спокойно наблюдал за бесконечно медленной починкой челнока, вулканцами, разведывающими территорию в поисках полезных ресурсов, и местной флорой и фауной, выглядевшей весьма любопытно.       А через неделю случилось примерно то, что могли ожидать обе стороны: Толарис, обходя периметр, впервые встретил человека.