Глава 2

Торопливый топот и стук двери о стену. Три… Два… Один… – Бабуля! – из-за угла выскочила Кира в слегка измятой форме Академии. Она крепко обняла Табиту, в её движениях читалась привычная легкость, будто она и не подозревала, насколько раздражает подобным появлением. – Кира, – бабушка явно не разделяла ее энтузиазма. Она терпеть не могла трюк Киры с громким появлением, но все же приобняла старшую внучку. – Мне казалось, ты планировала день в день появиться. – Как видишь, решила чуть больше порадовать вас своим присутствием! – сестра мягко улыбнулась, но в глазах мелькнула искорка озорства. – Дурацкий трюк, – я не удержалась от комментария. Если бабушка устала это повторять, то я - никогда. – И я не устану это говорить. – И тебе привет, Асиэль, – Кира отстранилась от бабушки и перевела взгляд на меня. – Конечно, мне так важно твоё мнение. Странно, что ты не трясешься в углу. – Я демонстративно закатила глаза. Когда она впервые провернула этот трюк, я и правда перепугалась - мне тогда было всего пятнадцать. У нас с Кирой разница в пять лет. Не то чтобы мы не любим друг друга… Любим, безусловно, но наша привязанность напоминала скорее прочный канат, чем пылающий костёр. Мы могли помочь, выслушать, защитить, иногда даже поддержать добрым словом, но большую часть времени просто существовали рядом. Бабушка что-то пробормотала себе под нос, а потом решительно прогнала Киру из библиотеки, снова сетуя на нехватку времени. У Киры последний, пятый год в Академии. Хотя я и не пересекусь с ней там, надеюсь, она поделится всем полезным. Она приехала, чтобы присутствовать на моем дне рождения - событии, которое в каждом ковене считается переломным. Кира управляет грозой, громом и молнией, потому и появляется всегда с грохотом. Её импульсивность порой граничила с безрассудством, и она явно не понимала, насколько ее выходки могут быть неуместны. Закончили мы ближе к полуночи, но зато я полностью выучила заклинание. Завтра оставались лишь организационные моменты. Бабушка выглядела измотанной - меж бровей залегла глубокая морщинка. Она явно была чем-то обеспокоена, но у меня не осталось ни сил, ни желания выяснять причины. Мы обнялись на первом этаже и разошлись по комнатам. Уснула я мгновенно - словно провалилась в тёмную бездну, едва голова коснулась подушки. Проснулась от странных покалываний во всём теле - тысячи крошечных иголочек одновременно касались кожи. Сегодня. Сегодня мне двадцать два. Сегодня мой день рождения. Сегодня я узнаю свой ключевой дар. Как же хотелось, чтобы это было что-то впечатляющее, но не слишком сложное - чтобы не пришлось потом учиться всю жизнь. Часы на столе показывали около девяти утра. Сквозь плотную персиковую занавеску пробивался блёклый солнечный свет. Я встала, потянулась, прогоняя остатки сна, и распахнула шторы. Солнце ударило в лицо, и на мгновение я зажмурилась, наслаждаясь теплом. Утро и день мое любимое время суток - сейчас же утро казалось предвестником перемен, затишьем перед бурей. В голове царила пустота, но я знала: скоро ее заполнят страхи, сомнения и предвкушение. Включив негромкую музыку, я побрела умываться. Лицо выглядело опухшим - последствие позднего отхода ко сну. Даже легкие мешки под глазами напоминали о напряженных днях. Надеюсь, самое сложное уже позади. Промакивая лицо полотенцем, я мысленно повторяла заклинание. Бабушка говорила, что от меня требуется лишь правильно его произнести - остальное магия сделает сама. Когда я застегивала рубашку карамельного цвета, дверная ручка задергалась. Я закатила глаза и распахнула дверь, прежде закончив с рубашкой. – Тебе явно нужна помощь, – сестра окинула меня оценивающим взглядом. – Доброе утро, Асиэль. Доброе утро, Кира. Как спалось? Спасибо, отлично. А тебе как спалось? – Я нарочито изменила интонацию, пародируя ее манеру. – Не переживай, это не наряд для гостей. Да и ты ещё не особо разоделась. Чего она ждала от меня в этот час? Что я уже буду в парадном платье, сидя с прямой спиной и ожидая гостей? Я не помнила, как прошли ее двадцать два. Видимо, она тогда тоже не особо церемонилась. – Я тогда с раннего утра подготовилась, – в ее голосе проскользнули хвастливые нотки, хотя гордиться было нечем. – Мне приятнее чем-то заняться, чем сидеть и ждать у моря погоды, – покалывание по телу усилилось, подстегивая раздражение. – Пойдем завтракать. – С днём рождения, Асиэль, – Кира вытащила из-за спины маленькую коробочку. Я только сейчас осознала, что она даже не поздравила меня до этого. Она закрыла дверь и подошла ближе, протягивая подарок. – Спасибо, – вспомнила прошлогодний «сюрприз»: как только я открыла крышку, в коробке взорвались десятки крошечных бомбочек. Теперь я настороженно смотрела на сестру, протягивая руку к коробке. Пыталась уловить в ее взгляде хоть тень хитрости, но ничего не заметила. – Я уже знаю, о чем ты думаешь, но нет, там обычный подарок, – Кира кивнула подбородком, подбадривая меня открыть. – Я подвешу тебя на лианах во дворе и запихаю в рот земли, – постаралась, чтобы голос звучал угрожающе. Я открыла коробку. Она была серебристой, с зелёным, как луговая трава, бантиком. Внутри на белой бархатной подушечке лежала золотая подвеска с цепочкой — тонкой, но с плотным плетением. Я не была поклонницей украшений, как и все в нашей семье, но сразу поняла: ценность не в металле. Подвеска открывалась. Я взяла ее в руку и заметила маленький замочек - достаточно слегка подцепить ногтем. В груди стало тесно, а в горле встал ком. Ещё не увидев содержимого, я поняла: Кира принесла нечто важное. Наши похожие глаза встретились - ее всегда более коричневые, мои всегда более зеленые. Но у обеих от мамы, а вот волосы она унаследовала от отца - такая же блондинка. Я открыла кулон, и глаза тут же защипало. Сглотнула, пытаясь сдержать слезы. – Это чудесно, – других слов не нашлось. С одной стороны кулона было наше с Кирой фото, с другой – мамино. Но тронуло меня не это. В воздух поднялись две маленькие ожившие проекции. Их очертания напоминали туман, но были четкими и светящимися. Мы с Кирой хитро переглядывались, потом обнимались. Мама просто подмигивала. Я помнила день, когда сделали наш снимок, но мамин кадр оставался загадкой - ни у меня, ни у Киры не было воспоминаний о том, как его создали. Потому она смогла воспроизвести лишь подмигивание. И все же одна слеза прорвалась. – Спасибо, – я захлопнула кулон и обняла сестру, не поднимая головы. Не хотелось, чтобы она видела мои слезы - потом обязательно использовала бы их против меня. – Надеюсь, этот подарок будет согревать тебя в тяжелые моменты, – она отстранилась и кивнула. – Давай уже, заноза, я голодная. Воздух помог мне застегнуть цепочку, и я спрятала кулон под просторную рубашку. Сунула босые ноги в черные шлепки и подтянула брюки. – Ты одета так же просто, как я. Что за предъявы с ходу? – я сменила тему, чтобы отогнать нахлынувшие эмоции и воспоминания. Мысли о маме рвались наружу, грозя захлебнуть меня целиком. – Я просто не знала, с чего начать, вот и всё. Не хотелось разводить нюни. Это же день рождения, а не похороны. – Что за ужасное сравнение, – потерла переносицу, пытаясь избавиться от неприятного осадка. – Рада, что тебе по душе. Кстати, столик на сегодня я забронировала, отказ не принимается. – Кира вдруг замерла в проходе столовой, я встала рядом. – Не поняла. Я тоже нахмурилась и мельком глянула на сестру. Мы обе вздрогнули от неожиданности, когда отец положил руки нам на плечи. – Доброе утро. Что застряли? С днём рождения, Асиэль, – его натянутая улыбка выдавала напряжение. – Чуть позже передам тебе подарок. – Спасибо, – я сжала его руку, чувствуя неловкость. С отцом мы не были близки - бабушка говорила, что я слишком напоминаю ему маму, поэтому он мной не занимался так, как Кирой. – Почему тут пусто? В двадцать второй день рождения Киры дом был полон знакомых и незнакомцев. Что-то случилось? – Хм, нет, ничего, проходите, – отец подтолкнул нас вперед, на стол уже накрыто. – В этом году мы решили провести Проявление в нашем тесном кругу, без гостей. – Очень интересно, конечно. Значит, именно сегодня, именно со мной вы решили самую малость изменить традиции. – я покосилась на отца, сидевшего между мной и Кирой, во главе стола. Он неопределенно пожал плечами и предложил налить нам чаю, я отказалась. Мы с Кирой сидели напротив друг друга, играя в гляделки. Я безусловно рада, что не надо с кучей людей общаться и всем улыбаться. Это непростое занятие, не для меня. Но и очень настораживает такой неожиданный поворот. Мы не обсуждали, кто приедет, так как организационные моменты всегда брал на себя дед, но об отсутствие всех - можно было рассказать. Покалывания в теле усиливались, я потрясла руками, чтобы сбросить с себя эти колючие иголки. Не помогло. С тяжестью на душе я уплетала яичницу и запивала кофе, а потом взглядом поторапливала сестру. Еще одна радость - теперь никаких домашних дел. Можно будет спокойно побаловаться и собраться. – Выбирай, позанимаемся в зале или на улице? – я предложила ей потренироваться, оставляя без внимания отца, который продолжал не спеша есть и ни в коем случае на меня не смотрел. Настороженность не отпускала меня, копошилась где-то в уголке мозга. Теперь я очень рассчитываю, что даже немного занятий с Кирой меня отвлекут, иначе - головная боль гарантирована. – В сад, конечно. В Академии эти вечные залы меня доконают. Даже не верится, что скоро и ты туда попадешь. Жаль, что я уже закончу, - в глазах сестры и правда проскочила легкая грусть. – С одной стороны и мне очень не терпится, но и дом покидать не хочу. – Ничего, привыкнешь, это же временно. Главное, не умри. А так, пару раз в год тебя будут к нам отправлять, – я поежилась, а Кира по-дурацки ухмыльнулась. – Ты не одна, мне тоже все это кажется странным, что они никого не пригласили. Я согласна кивнула, бесцельно бродя глазами по коридорчику, ведущему на заднюю часть территории. Не успели мы выйти на поляну, как Кира меня уже опрокинула на землю при помощи воздуха. Падение было неожиданным, но плавным, словно Кира ласково меня укладывала. Ну и на этом спасибо. Мы ходили напротив друг друга, как боксеры, я на слегка согнутых ногах, чтобы тверже стоять, а Кира совсем не изменила стойку. Она ни капельки не сомневается в том, что сможет одержать надо мной верх. Я сделала легкое, незаметное движение пальцем и Кира споткнулась о выросший камешек. Ха! Зато на моей стороне хитрость и внимание. Кира хмыкнула, не удержавшись от легкой улыбки. – Так и будем баловаться? – вопрос был риторический. Я вытянула руки вперед, а потом два пальца резко направила вверх. Из земли в мгновении ока выросла стена из шипов, достигая бедер Киры. Она вот-вот должна была пораниться о них, но я оказалась недостаточно быстрой. Ветер рассек стену почти у самой земли, словно меч, все упало вниз. Кира отлично управляет воздухом с самого детства, мне досталась стихия земли. Обожаю эту стихию. Кажется, из нее можно сделать что угодно и не обязательно под ногами иметь саму землю. Это может быть камень или живое дерево, не срубленное. Воздух сорвал зеленую листву, она кружилась вокруг меня, закрывая обзор. Очень хотелось быть сдержанной, но легкая тревога не заставила себя ждать. Вихрь теснился, окружая меня плотнее и плотнее, я уже не видела сестру. Конечно, мы не причиним друг другу серьезного вреда, но все же. В тот же миг, как листва опала, меня взметнуло вверх. На этот раз она меня не ловила, я упала пластом на траву. Весь воздух вышибло, спину и ребра пронзила колючая боль. Меня захлестнула паника, когда воздух так и не попал в легкие. Внутри все напирало, голова тяжелела, покалывание в теле усилилось без кислорода. Мне не хватает реакции, собранности. Я позволяю панике меня захватить, а могла бы смести Киру с ног. Могла бы… Мыслительный поток замедлялся. Она собирается остановиться? Перед глазами темно, не чувствую тело, не слушается. – Черт бы тебя побрал! – сквозь гул в ушах пробился раздраженный голос бабушки. – Слабовато, – это был ответ Киры, она выпустила меня. Я снова дышу. Мне кажется, я аж захлебнулась воздухом. – Дурная твоя голова, Кира! Сегодня такой день, а ты отнимаешь ее силы! – Не моя вина, что она теряется, – сестра просто пожала плечами, а бабушка уже склонялась надо мной. Ее глаза раздраженно сверкали. Она поняла, что я в норме и выпрямилась, снова зыркнула на Киру и ушла. Ей некогда с нами возиться. Сестра протянула мне руку. Ну уж нет… Я потянула к ней руку, одновременно направляя мысли в магию земли. На полянку вырвалось два тугих корня, они схватили Киру за лодыжки и подвесили вниз головой. Я задорно рассмеялась, а визг Киры разнесся по всему поместью. Я встала сама и отряхнулась. – Это все равно не давало тебе права со мной так поступать сейчас, – слегка склонила голову набок, похлопала сестру по щеке и ушла. Нового нападения не последовало, она пыталась выбраться. Я толкнула еще немного магии в землю и очередные корни связали ее по рукам. Пусть подумает над своим поведением, а я пойду собираться. *** После полудня мы выбрались в новое заведение в сорока минутах езды от дома. Поехали мы на Кирином ниссане, который я периодически использовала в ее отсутствие. Корейское барбекю кафе открылось где-то три месяца назад. Там интересный формат, с которым личном я не встречалась - якинику, когда гостям предоставляют необходимые ингредиенты и они самостоятельно готовят. Все ингредиенты точно свежие и времени все это должно занять немного. Лишь бы не переругаться в процессе. В нескольких метрах от входа нас ждали Кэндис, Бруно и Эрика, они не спеша двинулись в нашу сторону, как только заметили где Кира припарковалась. Я быстренько глянула в зеркало заднего вида: сейчас зеленые, как у кошки, глаза подведены черным карандашом, за счет чего выглядят ярче обычного, немного телесный теней и тушь, а на губах прозрачный блеск, который совсем не ощущается на губах - это его преимущество. Хотя и день рождения, но наряжаться я не стала, надела повседневные бежевые джинсы, наверное самые заношенные в моем гардеробе, в тон им кеды, белая футболка и поверх нее плотная рубашка цвета бургунди. Макияж Киры был более выразительным, особенно алая помада на губах, оделась она в серое платье миди, которое плотно обтянуло ее фигуру, на ноги балетки. Хотя она и любитель принарядиться, но шпильки и каблуки ненавидит всей душой. – С днем рождения, дорогая, – первая во мне подступилась Эрика, вкладывая в руку маленький подарочный пакетик, в котором мелькнула коробочка. Эрика ведьма, моя подруга и бывшая одноклассница. В случае проблем, после Элайи я вполне могла бы обратиться к ней. Мы кратко обнялись и повернулись в сторону Бруно и Кэндис, которые о чем-то переговаривались с Кирой. Бруно вампир и учился вместе с Кирой, раньше они были не разлей вода и многие поговаривали о том, что в будущем они станут парой, но ошиблись. Оба питают друг к другу исключительно дружеские чувства, да и смешанные браки не очень поощряются, особенно с вампирами. – С днем рождения! Наши подарки на заднем сидении, – Кэндис лучезарно улыбнулась, она была на класс старше нас с Эрикой. Из нас пятерых она самая обычная - человек. Среди взрослых, состоявшихся ведьм, вампиров, оборотней, это вообще не проблема. А вот в детстве и подростковом возрасте - та еще морока. Много лет назад в Новом Орлеане произошли непонятные события, еще множество непонятных стычек и раскрытий ведьм людьми, да и не только это, но привело к тому, что надо было научиться жить вместе с людьми. Так не везде, какие-то страны открыто презирают такой «союз» - не пускают сверхъестественных существ и наоборот, а где-то все очень шатко, но явно не у нас. В детстве, особенно в школе нас всех приравнивали к людям, чтобы избежать бед и смертей, так как детский разум и настроение очень неспокойны. Ведьмам и ведьмакам семьи блокировали магию, а использовать позволяли лишь в стенах дома и при тренировках, вампиров и оборотней отрезали от их сущности: вампиры не нуждались в крови, а оборотни не перевоплощались. Конечно, с вампирами и оборотнями было сложнее, ведь ведьме не вредит неиспользование магии. Вампирам не могут всегда «отключать» голод, они начинают иссыхать, а у оборотней происходит какая-то странность с ядом - он начинает выплескиваться внутрь их собственного организма. Однозначно, это жестоко, но во многих местах, благодаря этому, продолжает сохраняться мир между всеми расами. Не могу представить какого преподавателям и наставникам, ведь всегда нужно быть начеку. – С днем рождения, – Бруно сдержанно пожал мне плечо. Кстати, с они пара Кэндис. На сколько известно мне, иногда она делится с ним своей кровью. Думаю, что это очень удобно в их случае. А еще чертовски смело со стороны Кэндис. – Элайя снова обделяет тебя своим вниманием? – Спасибо за поздравления, пойдемте уже. – Я пошла чуть впереди, продолжив. – Я на нее не злюсь, да и чего обманываться, вы все ее не особо любите. – Ты права, – Эрика взяла меня под руку, а Бруно открыл первую дверь в заведение. – Но ради тебя, мы бы потерпели ее присутствие и даже были бы вежливыми. – Говори за себя, – Бруно открыл и вторую, одаривая нас хитрой ухмылкой. В нос ударила смесь ароматов, во рту моментально скопилась слюна. Сочные и резкие запахи овощей с мясом, разнообразные специи вызвали легкую улыбку. – У нас столик на четверых на имя Кира Фьерро! – Кира вышла вперед, так как сама занимала бронированием. Я уже во всех красках представила, ожидающие мой язык, вкусы. Невольно поморщилась, осознав как сильно одежда пропахнет едой. Администратор проводила нас в самый за столик на шесть персон, он удачно расположился между двумя окнами. Солнце ласково его освещало, а с потолка, вместо какой-нибудь люстры, свисала вытяжка. В самом центре большого стола встроен круглый мангал, перед нами расположили меню. – К вам подойдет официант через десять-пятнадцать минут и уточнит, готовы ли вы совершить заказ. – Знаешь, Кира, если бы мы тебя сильно-сильно не любили, то сходили бы уже без тебя. Тут действительно круто! – Бруно пихнул ее в плечо, они сидели с Кэндис напротив меня с Эрикой. – О, я хочу попробовать каждое второе блюдо, как еще слюни изо рта не полились - не представляю! – Я согласна, такой разнообразный выбор. Но я, наверное, возьму что-то знакомое и что-то новенькое, – я осмотрелась по сторонам, отметив, что лишь парочка столов остались свободными. В остальном, кто-то выбирал блюдо, а кто-то уже во всю втянут в процесс приготовления. Мебель выполнена из крепкого дерева с какими-то черными вкраплениями, похожими на эпоксидную смолу, столы покрыты чем-то прозрачным, наверное для защиты. За многими столами сидели на стульях с подлокотниками, а вот за большими столами, как у нас, на кожаных черных диванах. Стены из обычного красного кирпича, на них местами какие-то традиционные побрякушки и картины. К нам подошел молодой русоволосый мужчина, виски были гладко выбриты, а на макушке волосы уложены гелем назад, выглядит своеобразно с его круглым лицом. – Добрый день. Меня зовут Рид, сегодня я ваш официант. Все блюда можно готовить самостоятельно или же заказать готовыми от поваров. Готовы сделать заказ? - он не улыбался, но разговаривал с нами вежливо. Первая начала, конечно же Кира. Бруно в это время что-то шептал Кэндис, которая заказывала рукава своего свитшота в голубую с черным полоску, который красиво сочетается ее серо-голубыми глазами. Эрика, как и моя сестра, выбрала платье: чуть выше колена, обтягивает торс и свободно расширяется после талии. Малиновая ткань в рубчик прикрывала и горло, но зато руки были полностью открыты, кофточку из комплекта она положила между нами. – Я бы хотела самостоятельно приготовить пулгоги, а вот чапчхэ пусть приготовит повар. Попить достаточно лимонного тоника, – я захлопнула меню вслед за остальными и передала официанту. Рид повторил наш заказ и сообщил время ожидания: блюда от повара минут через тридцать-сорок, а ингредиенты принесет в течение десяти. Пулгоги я никогда не пробовала и решила готовить самостоятельно. Кроме меня, только Кэндис тоже выбрала самостоятельное приготовление. Рид принес первично напитки и несколько ингредиентов для меня: говядина, соевый соус, кунжутное масло с острым перцем чили, коричневый сахар, измельченный чеснок, свежий потертый имбирь, красный лук, зеленый перец, салат латук и масло растительное. Все он поставил ближе к грилю, а передо мной ламинированный лист с картинками и рецептом, сообщив, что за помощью могу обращаться к нему. Надеюсь, мне она не понадобится, так как все расписано очень подробно, с обеих сторон листа. Затем Рид принес рецепт и ингредиенты для Кэндис, у нее их было значительно больше. Она выпучила глаза, чем вызвала мой заливистый смех. Не знаю почему, но я прям удержаться не смогла, заражая им остальных. Без промедлений, включились в готовку, мне активно помогала Эрика и иногда подкидывала советы Кира, а парочка вампир-человек шушукалась между собой. Гриль мы решили использовать напополам, благо он довольно большое и позволяет его так использовать. Я почти завершила приготовление, когда принесли второе мое блюда и еду для девочек с Бруно. Кэндис же еще нужно было попотеть минут пятнадцать, как я поняла. За нашим столиком стало значительно жарче, ранее я закатала рукава рубашки, но теперь и вовсе ее сняла, положив тоже между собой и ведьмой. Время пролетело незаметно, мы весело смеялись, иногда я ворчала на заумные комментарии сестры. Я с удовольствием склонилась над тарелкой и посильнее вдохнула жгучий аромат блюда. Бруно вырвался проговорить тост перед тем, как приняться за еду. – Ты знаешь, что я не очень красноречив, мелочь. Желаю тебе идти твои истинным путем и пусть твое Проявление пройдет успешно, – я уверена, что себе под нос он пробурчал что-то про дурацкие традиции. Мы дружно засмеялись и я его поблагодарила. Все принялись кушать. Не удержавшись, я откинула голову и с наслаждением замычала. Шедевр!