3. «АЛИНА!»

Сумерки опустились на Новые Салмачи, окрасив небо в цвет крови. Черная волга притаилась в переулке, в сотне метров от дачи Адидаса. В доме горел желтоватый свет. На первом этаже было распахнуто окно, словно приглашая внутрь осенний ветер. Кащей заглушил мотор. В салоне повисла звенящая тишина, нарушаемая лишь их тяжелым дыханием. Холодная и липкая тревога, сжимала горло. Он невольно вспомнил испуганные глаза Риши, её слова, которые казались бредом. С силой тряхнул головой, отгоняя наваждение. — Я через дверь. Зима страхует меня. Турбо через окно, — голос прозвучал хрипло, но твердо. — Всё делаем бесшумно. Не щадим. Пацаны молча кивнули. Лица были напряжены. Тела готовы к бою. Тихо они вышли из волги и начали двигаться к дому. В этот момент неподалеку, с выключенными фарами, затормозил запорожец. Алина, выскочив из него, успела лишь сказать: «Спасибо!» и бросилась вперед. Её сердце упало, когда она увидела три знакомые фигуры, приближающиеся к дому. Внутри всё сжалось в ледяной комок. Её написанные слова сбывались с пугающей точностью. Достав пистолет, девушка ринулась за ними. Туркин бесшумно скользнул в открытое окно. Вершинин, приоткрыв дверь, исчез в темноте прихожей, а за ним, прикрывая спину, прошёл Зималетдинов. Они, исследуя пространство, миновали пустой первый этаж и стали подниматься на второй. И тут из центральной комнаты раздался спокойный, почти насмешливый голос: — Какие люди к нам пожаловали! Сам Кащей Бессмертный со своей Универсамовской свитой! Суворов сидел в кресле спиной к ним. Никита резко вошёл внутрь и, направив на него ствол, зарычал: — Встал, блять! Но это была ловушка. Из смежных комнат, словно из-под земли, выросли люди Хади-Такташа. Драка вспыхнула мгновенно. Пистолет выбили из руки бандита. Глухие удары сыпались по телам пацанов. Они не успевали отбиваться. Слышались их сдавленные стоны. Вскоре их скрутили, подхватив под подмышки. И тут, как ангел-мститель, наверху появилась Алина. Не целясь, почти навскидку, она сделала шесть точных, безжалостных выстрелов. Громкие хлопки, и державшие пацанов люди с криками рухнули на пол. Вова вскочил с кресла, подхватил с пола пистолет и навёл его на Никиту. — НЕТ! — крикнула невеста и бросилась вперед, подставляя себя под пулю. Выстрел оглушил тишину. Она вскрикнула. Тело дернулось. Девушка вцепилась в любимого, пытаясь удержаться. Пистолет выскользнул из её ослабевших пальцев и упал к ногам Турбо. Тот, не мешкая, поднял его. Второй выстрел Адидаса снова нашёл её. Опять крик, полный невыносимой боли. Туркин прицелился и хладнокровно выстрелил в грудь бывшего старшого. Теперь же – предателя. Вахит сорвавшись, добил его. Всё было кончено. Но Вершинин уже ничего не видел. Он лишь чувствовал, как тяжелеет в его руках тело Каминской. Мужчина опустился на колени, прижимая её к себе. — Риша! Ришешка! Нет! Зачем ты подставила себя? Как ты тут вообще оказалась? Я же закрыл тебя! — его голос срывался на крик. В нём слышались ужас и отчаяние. Алина плакала, её дыхание было прерывистым и хриплым: — Через балкон... Надеюсь, ты понял, что мои слова были правдой... Никит, я не могла ещё раз потерять тебя... А здесь спасла... Жаль, что в 2025-м тебя не будет... Хоть тут, в моей книге, ты будешь жить... — Верю... — по лицу Кащея, впервые за долгие годы, потекли настоящие слёзы. — Всё будет хорошо. Сейчас в больничку тебя отвезём быстро. И свадьбу сыграем. Я люблю тебя... Прости за всё меня... За рукоприкладство, за то, что срывался на тебе, за то, что втянул в свой кровавый мир... — Не будет хорошо... — Риша слабо покачала головой. В её глазах погасла последняя надежда. — Я люблю тебя. Пожалуйста, поцелуй меня... Он наклонился и коснулся её губ своими. Это был поцелуй, полный нежности, любви и бесконечного раскаяния. Только сейчас, теряя её, жестокий Бессмертный понял всю глубину своего чувства. Этого не было в её произведении. Она почувствовала его вкус... родной, единственный, тот самый, что спасал её в самых страшных снах. И тогда её глаза закрылись. Каминская перестала отвечать на его прикосновение. Хрупкое тело обмякло в его руках. — АЛИНА! НЕТ! — громкий крик разорвал воздух, полный аромата смерти и пороха. Вершинин в отчаянии искал пальцами пульс на её шее, но нашёл лишь прохладную кожу. И тогда он зарыдал ещё сильнее, прижимая любимую к себе, словно пытаясь вдохнуть в неё свою жизнь. И вдруг тело в его руках стало прозрачным, невесомым. Девушка начала растворяться в воздухе, как мираж, как сон... Через мгновение сильные руки сомкнулись в пустоте. — Чё за херня? — прошептал Валера, крестясь. Но Никита всё понял. «Ришечка говорила правду. Всё это время она знала чем закончится их история, ведь сама создала её». Бандит сидел на коленях в луже чужой крови, держа в руках лишь призрак её тепла и запах вишневых духов, медленно рассеивающийся в воздухе. Кащей поднял голову к закопченному потолку, словно пытаясь увидеть сквозь него другую реальность, другую жизнь, где он был не таким. Тем кто любил её, помогал, каждый день оберегал, а не был лишь жестокой тенью на бумаге, как он. — Надеюсь, что в 2025-м ты найдешь своё счастье и твой Никита воскреснет... — прошептал в пустоту. Слова повисли в тишине дома, ставшего склепом, эпитафией по той, которая пожертвовала всем, чтобы изменить конец его истории... — Ты – моя последняя любовь...

Она любила лишь грустную музыку.

Она любила ходить под дождём

По их до боли знакомым улицам,

Где бесконечно говорили о том, о сём.

Она любила пить кофе без сахара

И по ночам выходить на балкон.

Она любила всё то, что с ним связано

Но только поздно всё понял он...