Часть 2. Глава 2. СМИ.

Утро встретило Леру настойчивым, требовательным звуком будильника. За окном, сквозь плотные шторы, пробивался лишь бледный, нерешительный свет ноябрьского рассвета. На улице было серо и промозгло, обещая типичный для конца осени день: сырость, возможно, мелкий дождь и промозглый ветер. — Вадь! — возмущенно простонала девушка, пытаясь отмахнуться от назойливого звона и плотнее завернуться в теплое одеяло. Каждый осенний подъём давался ей особенно тяжело. В ту же секунду звук будильника прекратился. — Спасибо, — благодарно пробормотала блондинка, укутавшись по самый подбородок, надеясь оттянуть неизбежное. — Давай, просыпайся, соня, — послышался нежный голос Уварова, который, игнорируя её протесты, забрался к ней под одеяло. Его теплое тело прижалось к её спине, а рука обняла за талию. — Не хочу! — возмущенно произнесла Лера, но уже с улыбкой. Вадим приблизился к лицу девушки и нежно, но настойчиво поцеловал её в губы, затем скользнул поцелуем к щеке, к мочке уха. — Малыш, у нас сегодня много дел, — прошептал Вадим, коснувшись кончика носа блондинки, его дыхание щекотало её кожу. Лера приоткрыла глаза и выглянула из-под одеяла. Её взгляд скользнул по часам, висящим на стене. — Шесть утра, Вадь, — вымученно произнесла Жарская, откидываясь на подушки. — На дворе ноябрь, а на улице, кажется, даже фонари ещё не погасли. Ты же знаешь, я не жаворонок, особенно когда за окном такая темень. — Нам нужно всё успеть. У тебя уроков нет, а мне пришлось отпроситься, — пояснил брюнет, откидывая одеяло и садясь на кровати, его глаза светились энергией, словно он вовсе не чувствовал осенней сонливости. — Иначе никак. — Сейчас, — прошептала Лера, потирая глаза, пытаясь отогнать остатки сна, который так и манил обратно в теплые объятия. — Нам ещё в душ надо и собраться, — мотивировал её Уваров, окончательно стаскивая одеяло, обнажая её стройные ноги. — Иду-иду, — произнесла блондинка, медленно, но решительно выбираясь из теплой постели. Контрастный душ быстро привёл её в чувства, смыв все остатки сна и утреннюю хандру. Совместное принятие душа уже давно вошло в их привычку, став одним из маленьких ритуалов, скрепляющих их близость и помогающих настроиться на день. Вадим, стоя за спиной Леры, пока та укладывала волосы, крепко обнимал её, прижимая к себе. Запотевшее зеркало отражало их счастливые лица. — У тебя во сколько УЗИ? — спросил он, его голос был нежным и заботливым. — В восемь, — быстро ответила Лера, развернувшись к брюнету, чтобы посмотреть ему в глаза. — Жалко, что сегодня ещё нельзя узнать пол малыша, — руки мужчины опустились на живот блондинки, нежно поглаживая его. В его глазах читалось предвкушение и глубокая нежность. — Потерпи чуть-чуть, — ответила Жарская, усмехнувшись и погладив его по щеке. — Кстати, мы сегодня поедем с охраной твоего деда, — произнес Вадим, поцеловав девушку в макушку, его тон стал чуть серьезнее. — Зачем это? — удивилась Лера, вновь поворачиваясь к зеркалу. Она продолжила накручивать волосы на плойку, брови её при этом слегка нахмурились. — С утра звонил твой дед и сказал, что Барышникова засекли около главного офиса Ингрид, — пояснил Уваров, посмотрев на любимую через зеркало. В его голосе прозвучали нотки тревоги. — Уже что-то вынюхивает, — усмехнулась Лера. В её голосе проскользнуло раздражение. — Пусть обломается. Вадим также усмехнулся, его взгляд стал жестче, когда он вышел из ванной комнаты, предчувствуя новые сложности. Жарская, закончив с прической, тоже вышла. — Позавтракаем в городе? — спросил Вадим, натягивая лонгслив поло темно-синего цвета. На нём уже красовались чёрные джинсы и кроссовки. Он был собран и готов к новым испытаниям. — Мне ещё буквально двадцать минут, — подбодрила его Лера, садясь за туалетный столик для нанесения макияжа. Через двадцать минут девушка действительно была готова. Сегодня она выбрала удобный, но элегантный обтягивающий костюм кофейного цвета и кроссовки. Накинув куртки, парочка вышла из комнаты. За окном уже окончательно рассвело, но ноябрьское утро оставалось хмурым. Серое небо плотно затянуло горизонт, не оставляя ни единого просвета для солнца. Деревья вдоль дороги стояли голые, их черные ветви, словно паутина, переплетались на фоне бледного неба. На асфальте блестели лужи, оставшиеся от ночного дождя, и легкий ветерок гонял по земле опавшие, пожухлые листья. Воздух был свежим, но пронизывающим до костей, заставляя кутаться в одежду. Их уже ждали сотрудники Князя — два крепких мужчины в строгих костюмах, молчаливых и бдительных. Они стояли у черного внедорожника, который казался единственным ярким пятном в этот пасмурный пейзаж. — Сначала позавтракаем, потом в клинику, — сказал Вадим, садясь в машину, а охранники быстро заняли свои места. — Как скажете, Вадим Юрьевич, — прозвучал почтительный ответ водителя. Машина плавно скользнула по улицам города, оставляя позади школьный двор и окружающий его лес, погруженный в осеннюю сонливость. Вадим выбрал небольшое, уютное кафе, которое они любили за его атмосферу и вкусные завтраки. Устроившись за столиком у окна, откуда открывался вид на мокрые городские улицы, они заказали кофе, свежую выпечку и омлеты. Два охранника расположились за соседним столиком, ненавязчиво, но внимательно сканируя пространство вокруг. — Хоть немного расслабиться, — выдохнула Лера, отпив глоток ароматного капучино. Её лицо смягчилось. Они неторопливо ели, наслаждаясь тишиной и возможностью просто побыть вдвоем, пока за окном продолжалась ноябрьская суета. Вадим рассказывал о курьезных случаях на физкультуре, Лера делилась впечатлениями от новой книги. Атмосфера была почти идиллической, но тень недавних событий и предстоящего УЗИ висела в воздухе. Лера незаметно поглаживала свой едва округлившийся живот. После завтрака машина направилась к современному медицинскому центру. Клиника была светлой и спокойной, в ней царила атмосфера доверия и уюта, что контрастировало с хмурым утром снаружи. В приёмной их уже ждал врач. Охранники остались в коридоре, тщательно контролируя каждый уголок. Лера легла на кушетку, чувствуя легкое волнение. Вадим сжал её руку, его глаза были прикованы к экрану УЗИ. Врач, молодая и доброжелательная женщина, нанесла гель на живот Леры и начала водить датчиком. — Ну что ж, давайте посмотрим, как у нас тут дела, — мягко произнесла она. На экране появились черно-белые контуры. Сначала было сложно что-то разобрать, но затем Вадим и Лера увидели его – маленькое, почти неразличимое существо, пульсирующую точку, которая была их ребенком. — Сердцебиение отличное, — произнесла врач, указывая на мерцающую точку. — Вот он, наш маленький герой. Или героиня. Лера почувствовала, как по её щеке скользнула слеза. Это было так реально, так трогательно. Вадим нежно поцеловал её в висок, его глаза блестели от счастья. — Все в норме, развитие по сроку. Все основные показатели хорошие, — продолжила врач, успокаивающе улыбаясь. — Следующий раз, думаю, уже сможем сказать вам пол. — Спасибо вам огромное, — прошептала Лера, вытирая слезы. Вадим кивнул. — Спасибо. Выйдя из кабинета, они были окрылены. Вся тревога и напряжение последних недель на время отступили, уступив место этому удивительному, необъяснимому чувству счастья и предвкушения. Они шли по коридору, крепко держась за руки, а охрана незаметно следовала за ними, создавая невидимый, но надежный щит. Барышников, Вульф, интриги школы – все это казалось далеким и незначительным по сравнению с маленьким чудом, которое только что показал им экран УЗИ. Ноябрьское утро уже не казалось таким хмурым. - Что сейчас будем делать? – спросила Лера, когда они вышли из клиники. Ее голос звучал немного устало после последних событий, но в нем уже проскальзывала нотка любопытства. - Сейчас поедем в офис, там Морозов должен все подготовить для передачи акций, – ответил Уваров, открывая дверь черного седана для блондинки. Его тон был ровным, но Лера уловила в нем предвкушение. - Смотри, Антон скинул видео, как Варя его разрисовала, – смеясь, произнес Вадим, разворачивая телефон в сторону Леры. Экран заполнило забавное изображение друга с яркими полосами по лицу. Лера, увидев смешное лицо друга, заливисто рассмеялась. Звонкий, искренний смех прогнал остатки напряжения. - Все-таки зря он ей подарил детскую косметику, – продолжала смеяться блондинка, отдавая телефон Вадиму. - А ему идет, – подколол Уваров, заблокировав телефон, и Лера улыбнулась его шутке. - Вадим Юрьевич, куда едем? – спросил один из охранников, повернув голову к парочке. Его голос был спокоен, но взгляд внимательно сканировал улицу. - В офис, – быстро ответил Вадим, обнимая Леру за плечи, словно оберегая ее от чужих взглядов и беспокойства. Через двадцать минут черная машина скользнула к многоэтажному зданию, чьи стеклянные фасады отражали серое московское небо. - Будем ждать вас на парковке, – произнес крупный мужчина в черном, открывая дверь машины и выходя из нее. Его коллеги уже рассредоточились, занимая наблюдательные позиции. - Мы без сопровождения, – произнес Уваров, помогая блондинке выйти из машины. Он едва заметно сжал ее руку. - Как скажете, Вадим Юрьевич, – ответил охранник, еще раз осмотрев территорию, прежде чем они скрылись за массивными дверьми. Вадим, крепко держа Леру за руку, направился в сторону входа в здание, которое теперь скоро станет его. В холле их встретила улыбчивая девушка в строгой блузке. - Вадим Юрьевич, Валерия Николаевна, приветствуем вас, – добродушно произнесла она, поправляя бейджик. - Здравствуйте, Мария, – ответила Лера, пробегая взглядом по бейджику. Вадим предпочел молчать, лишь коротко кивнув. Он был сосредоточен на предстоящей встрече. - Петр Алексеевич с адвокатом ждут вас в переговорной, – дополнила Мария, жестом приглашая пройти с ней в сторону лифта. Поднявшись на нужный этаж, они вошли в просторную, залитую светом переговорную. Огромные окна открывали панорамный вид на город, но сейчас никто не обращал на него внимания. Взору Леры предстали двое мужчин, сидевших за длинным овальным столом, плотно уставленным папками с документами. Петр Алексеевич выглядел немного бледным и напряженным, но пытался сохранять невозмутимость, перелистывая бумаги. Рядом с ним, в идеально сидящем костюме, сидел Смирнов, адвокат, излучающий спокойную уверенность. - А мы вас уже заждались, – произнес Петр, поднимаясь со стула. Его голос звучал слегка хрипло. - Мы старались приехать как можно раньше, – ответила Жарская, плюхнувшись на стул рядом с Вадимом. От ее привычной легкости сейчас не осталось и следа – она понимала серьезность момента. Смирнов встал, расправил пиджак. Его взгляд был цепким и проницательным. – Вадим Юрьевич, Валерия Николаевна, – произнес он деловым тоном, кивая каждому. – Рад, что мы наконец собрались. Все готово для завершения формальностей. Он широким жестом указал на стопки документов, аккуратно разложенные по всему столу. Перед Вадимом лежали три объемные папки. – Здесь договор купли-продажи контрольного пакета акций, акт приема-передачи, а также все сопутствующие учредительные документы, подтверждающие юридический переход права собственности. Вадим Юрьевич, после подписания вы становитесь полноправным владельцем компании. Петр Алексеевич, со своей стороны, подтверждает полное отсутствие каких-либо претензий или задолженностей. Смирнов начал подробно, но без лишних эмоций, излагать основные пункты каждого документа. Его голос был монотонным, но четким, как метроном. Он пробегался по страницам, изредка останавливаясь, чтобы пояснить особо сложные юридические формулировки. Лера, хоть и старалась вникнуть, чувствовала, как ее взгляд скользит по бесчисленным строчкам и параграфам, написанным мелким шрифтом. Юридический язык казался ей лабиринтом, и она поймала себя на мысли, что никогда бы не смогла заниматься такой работой. Вадим же, напротив, был полностью погружен в процесс. Его глаза внимательно следили за движениями адвоката и текстом. Он пролистывал страницы, останавливаясь на ключевых моментах, его брови чуть сдвигались к переносице в напряженной концентрации. Изредка он задавал уточняющие вопросы, касающиеся финансовых гарантий, сроков и юридических нюансов, демонстрируя глубокое понимание сути дела. В его серьезном лице читалась не только деловитость, но и внутренняя борьба – борьба за то, что он считал своим по праву. Петр Алексеевич сидел молча, его взгляд метался между Вадимом и Лерой. В его глазах читалась смесь облегчения от завершения долгого и изнурительного процесса. – Все понятно? – наконец спросил Смирнов, закончив объяснения и сложив руки на столе. Вадим медленно кивнул, его челюсть была слегка сжата. – Да, все в порядке. Мы можем приступать. – Тогда предлагаю перейти к подписанию, – адвокат подвинул папки ближе к Вадиму и указал, где именно нужно поставить подпись на каждой странице. Он передал ему массивную ручку. Уваров взял ручку. В этот момент Лера невольно задержала дыхание. Она понимала, что сейчас происходит нечто монументальное, меняющее судьбу целого бизнеса и, возможно, их будущее. Тонкий скрип ручки по бумаге казался оглушительным в возникшей тишине переговорной. Вадим не торопился, ставя свою подпись на каждом документе, внимательно проверяя, что все соответствует сказанному. Его почерк был уверенным, четким, словно каждый росчерк пера закреплял его власть и утверждение. Он подписывал не просто бумаги, он подписывал приговор прошлому и манифест будущему. Затем Петр Алексеевич тоже подошел к столу и поставил свои подписи, передавая бразды правления. Его рука дрогнула лишь на мгновение, но это не ускользнуло от внимательного взгляда Вадима. Смирнов аккуратно собрал все подписанные экземпляры, положил их в отдельную папку и протянул один, уже полностью оформленный, Вадиму. – Поздравляю, Вадим Юрьевич. Теперь это ваша компания, – произнес адвокат с легкой, почти незаметной улыбкой. – Желаю успехов в управлении. Лера почувствовала, как Вадим расслабился. Уголки его губ едва заметно дрогнули в легкой, торжествующей улыбке. – Что ж, – Вадим встал, обнимая Леру за талию, и обратился к Петру Алексеевичу. – Надеюсь, наше сотрудничество с вами будет и дальше плодотворным. Но уже в новом формате. Петр Алексеевич поднялся, на лице его появилась усталая, но искренняя улыбка. Он протянул руку Вадиму. – Уверен, Вадим Юрьевич. Уверен. После встречи, когда Морозов и Петр Алексеевич покинули переговорную, Вадим повернулся к Лере. – Мне нужно задержаться. Журналисты уже ждут в пресс-центре. Важная пресс-конференция. Лера кивнула, прекрасно понимая, что для Вадима это не просто подписание бумаг, а публичное заявление о его победе. – Конечно. Тогда я поеду к Варе. Наконец-то смогу провести с ней весь вечер. Вадим ласково провел рукой по ее волосам. – Передай ей привет. Я постараюсь не задерживаться. Он вызвал ей машину, и вскоре Лера уже ехала домой, предвкушая встречу с дочерью. Дома Варя встретила маму радостным писком, бросившись ей на шею. – Мама! – Привет,солнышко мое– Лера крепко обняла дочку, вдыхая запах ее волос. Этот аромат был лучшим антистрессом после всех переживаний. Они провели чудесный вечер. Лера с Варей уселись на полу в детской, окруженные куклами, карандашами и альбомами. Варя с увлечением рассказывала о своих рисунках, а Лера строила из кубиков невообразимые замки, попутно слушая детский лепет. Смех Вари наполнял дом теплом и уютом, и Лера чувствовала, как на душе становится спокойно. Когда Варя, уставшая от игр, уснула в своей кроватке, Лера отправилась на кухню. Она решила приготовить что-то простое, но вкусное, чтобы отметить этот день, который изменил многое. В холодильнике нашлись продукты для легкого ужина, и вскоре по дому поплыли аппетитные запахи. Тем временем, в офисе, Вадим стоял перед десятками вспышек фотокамер и направленных на него микрофонов. Корреспонденты крупнейших информационных агентств и телеканалов буквально обступили его, забрасывая вопросами. – Вадим Юрьевич, как вы прокомментируете сегодняшнее приобретение контрольного пакета акций? – Какие ваши первые шаги на посту руководителя компании? – Что вы скажете о судьбе Петра Алексеевича? Вадим отвечал спокойно и уверенно, его голос звучал твердо и авторитетно. Он говорил о новых перспективах, о модернизации, о планах по развитию и выводу компании на международный уровень. Ни один мускул не дрогнул на его лице, когда он отвечал на острые вопросы, чувствуя себя как рыба в воде в этой информационной буре. Он излучал силу и решимость, полностью контролируя ситуацию. Когда на часах было уже почти восемь вечера, Вадим наконец освободился. На парковке его ждали Антон и Борис Константинович. Антон, как всегда, был на позитиве, а Борис Константинович, напротив, выглядел умиротворенным и задумчивым. Все трое отправились в особняк Князя. Когда они вошли в дом, Лера уже накрывала на стол. Аромат свежеприготовленной еды витал в воздухе. – Вы вовремя! – улыбнулась она, встречая мужчин. – Отлично пахнет, Лера! – воскликнул Антон, сразу направляясь к столу. – Где Варя? – спросил Вадим, сняв пиджак. – Уже спит.Умаялась сегодня, – ответила Лера, протягивая ему рубашку, чтобы он переоделся. Через несколько минут все собрались за большим столом в уютной столовой. Вадим, Лера, Антон, Борис Константинович. Это была их маленькая, необычная семья. На столе стояли тарелки с едой, свежие овощи и легкий салат. Лера разливала суп по тарелкам, когда Антон взял пульт и включил телевизор, транслирующий вечерние новости. И тут же на экране появилась знакомая картинка: Вадим Уваров, стоящий перед толпой журналистов, сдержанно, но твердо отвечающий на их вопросы. – Ого! Вот это оперативность! – воскликнул Антон, понизив звук. – Смотрите-ка, какая звезда! – подколол Борис Константинович, с улыбкой глядя на Вадима. Лера с гордостью посмотрела на Вадима, который на экране выглядел еще более властным и решительным. Он же, глядя на себя со стороны, лишь хмыкнул. – Ну что, как прошел дебют? – спросил Борис Константинович, наблюдая за трансляцией, когда Вадим вернулся к столу. – Отлично. Главное, что информацию донесли так, как нужно. Никаких лишних спекуляций, – ответил Вадим, отрезая кусочек мяса. Антон, доедая салат, продолжил, повернувшись к Вадиму: – Теперь начнется самое интересное. Барышников, должно быть, просто в бешенстве. Вадим усмехнулся, его глаза сверкнули холодным огнем. – Именно. Мое сегодняшнее заявление – это не просто сообщение о сделке, это прямая провокация. Я описал наши планы по реструктуризации и усилению позиций на рынке так, что он не сможет остаться равнодушным. – Он привык контролировать всё, а тут вдруг потерял значительную часть влияния. Мой тон, мои слова – всё было рассчитано на то, чтобы вывести его из себя, – Вадим отложил вилку. – Барышников – человек импульсивный, когда он теряет контроль. На эмоциях он совершает ошибки. Много ошибок. Борис Константинович кивнул, его мудрый взгляд был сосредоточен. – То есть, мы сейчас ждем, пока он начнет действовать необдуманно? Нам нужно быть готовыми к любому его ходу. Он не успокоится, пока не попытается ответить. – Совершенно верно, – подтвердил Вадим. – Антон, ты отвечаешь за полный мониторинг его активности. Любые необычные движения на рынке, попытки саботажа, информационные вбросы – все должно быть немедленно доложено мне. Особенно внимательно следи за его контактами и финансовыми операциями. – Уже запустил все каналы, – уверенно ответил Антон, потирая руки. – Будем знать о каждом его чихе. – Мои люди уже следят за его домом, – заявил Борис Константинович, отпивая яблочный сок из стакана. Его голос был спокойным, но в нем чувствовалась стальная решимость. – На всякий случай. В этот момент на телефон Антона пришло SMS-сообщение. Прочитав его, Антон широко улыбнулся, и на его лице расцвела довольная ухмылка. – Отлично! Барышников пытался проникнуть в офис Ингрид! – произнес он, усмехнувшись. – Нам доложили, что он лично приехал и пытался пройти без приглашения, но его, разумеется, не пустили. Вадим откинулся на спинку стула, задумчиво поигрывая вилкой. – А он действует быстрее, чем я думал. Прямо-таки рвет и мечет. – Думаю, скоро он закажет слежку за Вадимом, – поделился Борис Константинович, не отрывая взгляда от тарелки. – Этот спектакль становится все интереснее и интереснее, – усмехнулся Вадим, предвкушая предстоящую игру. – Сейчас остается только ждать, когда он будет на эмоциях и наделает много ошибок. После ужина, когда Борис Константинович удалился в свой кабинет, чтобы заняться работой, а Вадим с Лерой мыли посуду на кухне, на телефон Антона снова позвонили. Он, сидевший до этого с задумчивым видом, вдруг просиял. – Привет, – ответил он с широкой улыбкой, голос его сразу стал мягче. Удалившись из кухни, он направился в свою комнату, увлеченно разговаривая по телефону. – Ты посмотри на него, – подколол его брат-близнец – Прям светится, как новенький рубль! А мы-то думали, что он безнадежен. – Прям сияет, – дополнила Жарская, наблюдая за удаляющимся Антоном. – Ишь ты, какой довольный. – Это та девушка, да? – уточнила Лера, убирая помытую посуду в шкаф и бросая на Вадима вопросительный взгляд. – Да, – кратко ответил Уваров, вытирая тарелку. – Кажется, его новый интерес. – У них теперь прям любовная любовь, – брюнет тихо рассмеялся, откровенно наслаждаясь моментом. – Интересно, он ей уже серенады под окном пел? Или пока ограничивается стихами по телефону? Лера кинула в него мокрое полотенце, которое пролетело мимо, но явно достигло цели. – Не мешай ему строить свою личную жизнь! – блондинка погрозила пальцем. – Он долго не мог забыть Полину, – дополнила она, вспоминая, как даже через год Антон страдал из-за той девушки, что разбила ему сердце. – Заслуживает быть счастливым. Вадим лишь пожал плечами, не прекращая улыбаться. – Ну ладно, ладно. Просто непривычно видеть его таким влюбленным. Что ж, посмотрим. Главное, чтобы не отвлекался от работы, – добавил он с игривой ноткой в голосе, намекая на предстоящую битву с Барышниковым. Лера лишь вздохнула, понимая, что Вадим никогда не упустит возможности поддразнить брата, даже если дело касается его личной жизни. – Собирайся, нам еще в «Логос» ехать, – произнес он, обнимая любимую сзади и целуя в висок. От него пахло легким одеколоном. Лера устало прислонилась к нему, не меняя позы. – Так не хочется никуда… – пробормотала она. Вадим почувствовал ее усталость и вдруг предложил: – Может, пойдешь в декрет? Отдохнешь от всей этой суеты, займешься только Варей. Лера мягко рассмеялась, повернувшись к нему. – Ага, в декрет уходят с шестого месяца, мне до этого еще далеко, – нежно ответила блондинка, приподнявшись на носочки и поцеловав Уварова в губы. – Но предложение, конечно, заманчивое. Их идиллию прервал вошедший на кухню Антон. Он был уже одет, но выглядел несколько сонным, поправляя толстовку. – Вас отвезти в «Логос» или подождете охрану Князя? – спросил он, бросив взгляд на часы. Лера широко улыбнулась, явно что-то задумав. – Давай лучше ты нас отвезешь. Так быстрее и веселее. Кивнув, Антон, не дождавшись возможной подколки от Вадима, быстро ретировался в прихожую, чтобы надеть обувь. Вадим с прищуром посмотрел на блондинку. – Что ты задумала? Твоя улыбка слишком уж невинна. Лера загадочно произнесла, усмехнувшись: – Узнаешь. Она подмигнула ему, и Вадим лишь покачал головой, но в уголках его глаз заплясали веселые огоньки. Он уже предвкушал, как Лера будет "пытать" Антона. Поцеловав спящую Варечку в лобик, Вадим и Лера вышли из дома. В машине их уже ждал Антон, поправивший зеркало заднего вида. – Как там твоя принцесса? Не скучает? Наверное, уже стихи тебе шлет с признаниями в вечной любви? Антон закатил глаза, но не смог сдержать улыбки. – Вадим, прекрати! Нормально у меня все. Лера, сидящая на заднем сиденье тут же включилась: – Так, Вадим, перестань. А вот ты, Антон, не отнекивайся. Рассказывай. Антон смутился. – Лера, ну что ты сразу так… Дорога в «Логос» продолжалась под легкие подшучивания и искренние вопросы Леры, которые Антон старался максимально коротко, но правдиво отвечать, пока Вадим ехидно улыбался, слушая его смущенные рассказы. — Уверен, в день моего побега вы с Настей не скучали — с ехидством бросил Вадим, мельком взглянув на Антона, намекая на его недавнюю бессонную ночь. Лера на это только хмуро пихнула своего жениха локтем в бок. — Может, ты угомонишься? — с легкой угрозой произнесла она. — Я уже привык, Лер, — усмехнулся Антон, не отрывая взгляда от дороги. — Сколько раз он надо мной подшучивал — не счесть, — добавил он, пожимая плечами. В этот момент Жарская наклонилась поближе к Антону, с любопытством спросив: — А у вас с Настей сейчас какие отношения? Вадим с усмешкой вмешался: — По-моему, они уже миновали все этапы романтики и перешли сразу к самому интересному. Лера бросила на него сердитый взгляд: — Вот только языком не тряси, иначе останешься без «интересного». — Лишишь меня самого главного? — не растерялся Вадим, игриво подмигнув. В ответ он получил лёгкий подзатыльник от Жарской. — Думаю, тебя волнует только одно, Вадик. Не меняешься с годами, — с усмешкой заметил Антон. — А ты всё такой же праведник, — хмыкнул Вадим. В школе-пансионе Логос они оказались уже глубокой ночью, когда все уже спали. — Не опозорь нас перед Настей, держи марку семьи! — шуточно крикнул Вадим, выбираясь из машины. В него тут же полетела пустая бутылка из-под минералки. — И тебе счастливо, брат, — ухмыльнулся тот, тронувшись с парковки. Дождавшись, пока машина Антона исчезнет за поворотом, Вадим с Лерой поспешили внутрь. Лера, не скрывая раздражения, покачала головой: — Зачем ты его подкалываешь? — Не парься, он не из хрупких, — пожал плечами Вадим, поднимаясь по лестнице. Неожиданно им навстречу вышла Кузнецова, оживлённо болтавшая по телефону: — Олег, ну это же не самая лучшая затея, — со смехом сказала Виктория, не замечая ни Леру, ни Вадима, и, всё так же улыбаясь, скрылась в своей комнате. — Любовь витает в воздухе, — улыбнулся Вадим и подтолкнул Леру идти дальше. Лера усмехнулась, мысленно порадовавшись за Вику — всё-таки та воспользовалась новым номером Олега. В душе блондинки поселилось теплое удовлетворение. — Вот так всегда… — тихо прошептала она, прячась за его широкой спиной. Лера медленно шагала вслед за Вадимом по полутёмному коридору пансиона, ловя на себе мягкий свет редких ламп. Весь мир словно растворился — осталась только его фигура впереди, такая близкая и такая притягательная. Она буквально ощущала тепло, исходящее от его широкой спины, и не могла оторвать взгляда от плавной, уверенной походки любимого. Вадим двигался легко, совершенно естественно, и в каждом его движении чувствовалось спокойствие и внутренняя сила. Лера испытала целый водоворот эмоций: в её душе смешались нежность, восхищение и почти детское ощущение защищённости. Её сердце наполнилось гордостью за этого человека — того, кто шутит, кто уверен в себе, кто невидимо всегда держит её за руку. Каждый его взгляд через плечо заставлял Леру замирать от счастья — во взгляде Вадима читалась ласковая забота, слегка скрытая ирония, обещание быть рядом несмотря ни на что. Её губ коснулась невольная улыбка: как же она любила этот особенный его взгляд — тёплый, чуть хулиганский, полный жизни. Лера чувствовала, как с каждым шагом за ним внутри распускается цветок нежности — она будто вновь влюблялась в то, как он несёт себя, как легко оборачивается к ней, как смеётся и, словно невзначай, касается её руки. Когда они вошли в комнату, Лера резко остановила Вадима, прижав его к стене. — Лер, ты чего? — удивился он, не ожидая такого напора. — Просто… люблю тебя, — прошептала Лера, в её глазах плясали огоньки. Она страстно притянула Вадима к себе и поцеловала. Он с радостью ответил на её поцелуй, обняв за талию. Они были вдвоём — всё остальное на этот момент перестало существовать. Вадим мягко провёл ладонью по её волосам. — Я люблю тебя сильнее… — прошептал он ей на ухо, едва переводя дыхание. Лера лишь улыбнулась в ответ и, всё ещё держась за него, засмеялась — звонко, по-настоящему счастливо. Лера только озорно фыркнула, не выпуская его из объятий. В этот раз она нарочно чуть откинулась, чтобы посмотреть ему прямо в глаза, и, поймав на себе его лукавый взгляд, с улыбкой сказала: — А вдруг я ещё сильнее удивлю тебя? Ты к этому готов? Вадим с подозрительно серьёзным видом кивнул, но тут же не выдержал и, ловко перехватив её запястья, слабым усилием притянул её снова: — Проверь. Только предупреждаю: я могу не сдержаться. Лера хихикнула, прижалась носом к его щеке и прошептала: — Вот и не сдерживайся… Они оба расхохотались, наслаждаясь своей близостью и ощущением полной свободы друг с другом. За окном лунный свет мягко ложился на их силуэты, охраняя ночь, которая принадлежала только им двоим. Утро выдалось редкостно солнечным для поздней осени ― за окном чистое хрустальное небо будто специально украсили яркие лучи солнца, заливающие комнату тёплым золотым светом. В воздухе пахло свежестью и сухими листьями, принесёнными лёгким ветром через приоткрытое окно. По стеклу медленно скользили редкие капли росы, а где-то вдали лениво гудели первые машины. Лера первой проснулась и какое-то время просто лежала, наблюдая, как тонкая полоска света играет на плечах спящего рядом Вадима. Она улыбнулась — за ночь его рука привычно обвилась вокруг её талии, и каждое движение парня даже во сне было ласковым и трепетным. Пару секунд она вслушивалась в его ровное дыхание, ощущая уют и спокойствие, какие бывают только ранним утром в объятиях любимого. Через минуту Лера тихо повернулась к Вадиму, аккуратно провела рукой по его волосам, слегка щекоча ладонью его щёку. ― Доброе утро, соня, ― прошептала она, едва сдерживая улыбку. Вадим лениво потянулся, не открывая глаз, и крепче прижал девушку к себе. ― Ещё пять минут… Или лучше целый день, ― хрипло отозвался он, всё же приоткрывая веки. Его взгляд был чуть сонный, но полный нежности. Лера засмеялась тихим, счастливым смехом и ткнулась носом в его плечо. — За окном настоящая сказка, посмотри! — почти шёпотом сказала она, заглядывая ему в лицо. Вадим потянулся к подушке, а потом, поддавшись её мольбам, всё-таки развернулся к окну. Солнечные лучи мягко заскользили по их лицам, наполняя комнату ощущением нового, светлого дня. Лера устало вздохнула и, уютно устроившись на груди Вадима, закрыла глаза. — Так не хочется на работу… — пожаловалась она, лениво обнимая жениха. — Я тебя понимаю, — сдержанно улыбнулся Вадим, крепче прижимая девушку к себе и проводя ладонью по её спине. Вдруг тишину нарушил резкий, настойчивый звонок. Вадим недовольно поморщился, чуть не вздрогнув от неожиданности. — Ну кто там так рано не даёт покоя? — проворчал он, потянувшись к тумбочке за телефоном. На экране высветился номер без подписи — абонент не определён. Вадим переключил вызов на громкую связь: — Да, слушаю, — произнёс он ровным, строгим голосом. С первого же слова стало ясно, кто на линии: — Привет, Вадим, — раздался знакомый голос. Лера и Вадим невольно переглянулись. Лёгкая насторожённость промелькнула в их взглядах. — Чего тебе, Алексей? — деловито спросил Вадим, не выдавая в голосе никаких чувств. — Мне нужна моя компания, — спокойно, но с явным нажимом ответил Барышников. Атмосфера в комнате мгновенно переменилась: над всей нежностью утренних минут повисла лёгкая тень тревоги и предчувствие перемен.