Финал

Гримвуд был поселением не больше квартала на задворках Англии. Обвал шахт стал судным днём для жителей деревни, но оказалось, это было лишь началом их конца... 1675 год, Гримвуд Кровавые пятна на лесной тропе были указателями для прибывшего на землю дьявола. Он вернулся за своим светом, но больше не чувствовал его тепла... Идя по кровавым следам, Малек добрался до берега реки. Тихая гладь воды хранила в себе ужасы прошедшей ночи. Казалось, запах крови до сих пор стоял в воздухе. Ощутив импульс кольца, который оставил Одри, чтобы найти её по возвращению, Малек понял, что опоздал. Без всяких промедлений мужчина нырнул в воду, опускаясь на самое дно, чтобы найти если не душу, то хотя бы её тело. И он нашёл... Вырывая Одри из объятий реки, Малек выплыл на берег, падая на колени и крепко прижимая её к своей груди. Кольцо сохранило прекрасный лик девушки даже под толщей воды, не дав смерти изуродовать её красоту. Но сколько бы Малек ни любовался прекрасным лицом Одри, в ней не осталось самого главного... Света. Он потух в её глазах, оставляя лишь пустой взгляд, смотрящий в никуда. Ладонь Малека бережно легла на щёку девушки. Когда-то Одри источала тепло, способное согреть даже самого демона, но теперь от неё веяло лишь холодом. Закрыв глаза, Малек прижался лбом ко лбу Одри, положив её ладонь на свою щёку, чтобы хотя бы так ощутить её касания. – Дорогоценная, – одними губами прошептал Малек и замолк, впервые чувствуя дрожь в своем голосе. – Дорогая. Ты ведь обещала... От осознания, что он говорит с мёртвым телом, мужчина горько усмехнулся. Удивительно, что простая смертная сумела не только растопить сердце демона, но и разбить его на мелкие кусочки... Только Одри была не простой смертной. Она была настоящим ангелом, коих не было даже на небесах, и её свет не остался бесследным. Он отпечатался в сердце Малека и в сердцах тех, кто её любил... – Ничего, – выдохнул Малек, вновь взглянув на бледное лицо Одри, закрывая ей глаза. – Отдохни, любовь моя. Я обо всём позабочусь. Свою клятву демон скрепил поцелуем, трепетно касаясь своими губами ледяных губ девушки, передавая ей часть своей тьмы. Забурлив в венах девушки, сила Малека начала согревать её охладевшее тело. – Я ведь обещал, что найду тебя, где бы ты ни была... 1705 год, Гримвуд Таверна была местом для тех, кто хотел забыться и найти покой на дне кружки. Однако алкоголь больше не спасал, а сил вымещать на ком-либо свою злость ни у кого не осталось. Единственным желанием каждого было умереть, но мучения не заканчивались, продолжаясь с каждым днём. Кашляя от очередных судорог, исхудавший мужчина, некогда славившийся особо бурным характером, теперь с трудом держал кружку пива, пытаясь выпить хоть каплю, не пролив половины. – Оставить вам алкоголь было хорошим решением, – послышался бархатный баритон в стороне, и мужчина повернул голову, встречая их постоянного гостя. – Наблюдать за тем, как вы отчаянно пытаетесь забыться, заведомо зная, что это бессмысленно, забавно. – Ты, – обречённо выдохнул мужчина, взглянув на Малека с отчаянием. – Прошу, я сделаю всё, что хочешь. Только избавь меня от этих мучений... Цокнув, демон закатил глаза. На протяжении нескольких лет он сотню раз слышал подобную просьбу, и каждый раз его ответ был один: – Это не мне решать, – склонившись к мужчине, Малек сощурил глаза. – Но взамен на маленькую услугу, я, так и быть, позволю тебе день прожить без боли. – Что? Что ты хочешь? Я сделаю всё! – капля надежды пробудила в мужчине остатки сил, с которыми он рьяно умолял хотя бы о дне покоя. – Тебе повезло, что моя просьба до ужаса проста, – усмехнулся Малек, любуясь страданиями тех, кто когда-то погубил его свет. – Скажи мне, помнит ли твой отравленный болезнью мозг Одри? Одно это имя, казалось, причинило жителю больше боли, чем неизлечимая болезнь, пожиравшая все силы не только у него, но и у всего поселения. Смерть была для них слишком простым наказанием. Вместо этого Малек решил обречь их на вечную жизнь в агонии от хвори. Ей не было названия, но она отбирала все силы, заставляя тело дрожать от вечного холода, а лёгкие гореть от нехватки воздуха. – Как же забыть, когда её окровавленное тело до сих пор приходит мне во снах, – простонал мужчина, сжимая свои виски. – Помню, тогда я кинул камень в её голову. Теперь меня мучает головная боль... – Тебе жаль? – продолжал допытывать Малек, упиваясь чувством вины жителей, что пожирала их разум изнутри, словно моль. – Конечно... Конечно, мне так жаль... Прошу, простите меня! Я был глуп и слеп... Я... – всхлипнул мужчина, положив свои грязные ладони на пиджак Малека. Скривившись от отвращения, дьявол небрежно сбросил с себя руки пьяницы, поднявшись с места. – Это не передо мной ты должен молить о прощении, – холодно сказал Малек. – Вы погубили ту, что несла вам добро. Так оставайтесь же в вечной тьме, не зная покоя. С этими словами он встал, покидая таверну и жалкого смертного, что кричал ему вслед: – Погоди... А как же день без... Щёлкнув пальцами, Малек избавил пьяницу от телесной боли, но взамен наслал на его разум туман, явивший ему все самые жуткие страхи — и среди них тот самый роковой день.

***

Поле, усыпанное ромашками, было единственным местом, которое сколько-то радовало Малека. Прошло тридцать лет, а казалось, это место ни капли не изменилось с того дня, как мужчина привёл сюда Одри. Теперь же девушка покоилась среди тысячи нежных цветов, как и она сама. Хрустальный гроб был её мягким ложем, пока Одри безмятежно спала. Магический купол Малека не давал никому постороннему приблизиться к спящей. Её грудь мягко вздымалась, тело функционировало, подпитываясь силой Малека, но разум... Сколько бы мужчина ни пытался, он не мог достучаться до него. Но Малек не сдавался, зная, что Одри достаточно сильна, чтобы побороть тьму своего сломленного смертью сознания. – Добрый день, спящая красавица, – как обычно, поздоровался с девушкой Малек, проводя ладонью по её светлым прядям. – Тридцать лет... Для демона, что прожил сотню, это смешная цифра... Усмехнулся мужчина, но, кажется, девушка повлияла не только на чувства демона, но и на его восприятие времени. Казалось, три десятка лет длились целую вечность в ожидании чуда. Хотя Малек не просто ждал. Он боролся за жизнь девушки, пытаясь вырвать её из лап смерти, и битва эта была утомляющей, но мужчина не знал усталости. Ведь Одри стоила того. – Они сожалеют, дорогая, но их чувство вины нисколько мне не помогает, – скучающе делился Малек событиями дня. – Когда ты вернёшься, то я позволю тебе сделать с ними что вздумается. Можешь не переживать. Они готовы подождать ни один десяток лет. Зловеще усмехнулся демон, но с каждым годом страдания жителей уже не приносили ему того удовольствия, что раньше... Пожалуй, если бы не желание Малека, чтобы за себя отомстила сама Одри, он бы давно их убил. Уж слишком докучливые. – Недавно я навестил Энн, – продолжил свой рассказ Малек. – Издалека, конечно. Уж вряд ли она меня помнит. Представляешь, она тоже стала лекарем. Твоя доброта и впрямь заразна. У неё уже есть дети. Две двойняшки. Рут и Одри. Честно, впервые вижу, чтобы так долго кого-то помнили и чтили, как Энн чтит тебя. Но думаю, ты этого заслуживаешь. Как-никак, благодаря тебе Рут прожила долгую жизнь без болезней, но смерть всё равно забирает своё... Одри слушала его рассказ безмолвно, лёжа на мягких перинах, лишь монотонно вздыхая на слова Малека. – Ничего, милая, отдыхай. Я подожду, сколько потребуется. И найду тебя, где бы ты ни была, – с тяжёлым вздохом произнёс демон и, взглянув на губы Одри, не сдержал порыв прикоснуться к ним, отдавая свою тьму. Это уже было как часть ритуала — приходить сюда каждый день, целовать её мягкие губы и подпитывать тьмой. На следующий день Малек пришёл с букетом роз. – Помню, ты их любила, – сказал мужчина, мягко вложив букет в безвольные ладони Одри. – Может, хоть они осветят тебе путь домой, дорогая? С губ демона сорвался горький смех. – Я требовал твою душу у Сатаны, взывал даже к богу, чтобы узнать, где мне искать твою душу. Так что мне остаётся только верить в эти несчастные цветы... – взглянув на букет роз, Малек сильнее сжал женскую ладонь. – Сегодня день мёртвых, а в этот день грань между мирами стирается... Это твой шанс, дорогоценная. Шанс побороться со смертью. Одри не очнулась, но Малек даже не разочаровался, заведомо зная провал этой идеи. Склонившись над прекрасным лицом девушки, которым он безустанно любовался на протяжении десятков лет, мужчина провёл большим пальцем по румяным щекам. – Я скучаю, Одри, – наконец признался скорее себе, чем ей, Малек. – По твоему смеху, улыбке, голосу... Прикрыв глаза, мужчина прижался лбом ко лбу Одри, как в тот проклятый день, когда их последняя встреча оказалась прощанием не на несколько дней, а на десятки лет. Её слова любви до сих пор отзывались в памяти, став для Малека приговором. Тогда он не способен был на подобные чувства, но сам не заметил, как оказался жертвой собственной ловушки. Нежность Одри даже к такому монстру, как он, стала для Малека настоящим открытием и зависимостью. Слышать, как стучит её сердце, но понимать, что оно не принадлежит ему, казалось настоящей пыткой для демона. Тогда-то Малек понял, что готов не просто обладать Одри... Он готов отдать ей всего себя. – Знаешь, дорогая. Ты исцеляла не только тела... Ты исцеляла души. И хоть души у меня нет. В моей тьме нашлось место для твоего света, – Малек прижал ладонь Одри к своей груди, где билось его тёмное сердце. – Потому что тьма не может без света, а свет без тьмы... И ты стала идеальным балансом для такого, как я. Сжимая ладонь Одри, Малек вновь коснулся губами сначала костяшек её пальцев, а затем и губ. В этот раз он отдавал не просто свою тьму... Он закреплял своё признание, которое сокровенно произнёс одними губами: – Я люблю тебя, мой свет.

***

Тьма. Всё, что Одри видела, была лишь тьма. Ни чувства времени, ни эмоций, ни ощущений. Утопая когда-то в реке, теперь Одри вечно тонула во тьме, не зная ни покоя, ни самой себя. Её не принял ни ад, ни рай, оставив душу девушки между жизнью и смертью. И где-то на задворках полумёртвого сознания Одри стремилась жить. Хваталась за каждую возможность, какую могла, но каждый раз вновь проваливалась в бездну. Когда надежды уже не осталось, издалека, словно из-под толщи льда, послышался до боли родной голос. Одри не знала, кому он принадлежит, но сердце, казалось, рвалось к нему, заставляя девушку идти на зов. Вновь пытаясь выплыть из бездонной тьмы, Одри не знала, куда плывёт и зачем, просто плыла, ориентируясь на далёкий голос. В конце пути девушка вдруг увидела цветущую розу, что освещала ей путь в этой беспроглядной тьме. Одри начала плыть быстрее, инстинктивно желая коснуться розы, того единственного, что казалось реальным в этой пустоте. Наконец, подплывая к алому цветку, Одри коснулась мягких лепестков розы, и её сознание вдруг вспыхнуло от тысячи образов и воспоминаний из прошлого. Образы родных мелькали перед глазами один за другим. Мать. Отец. Рут. Энн. И один из них был особенно ясным. Лицо мужчины с астракатическими чертами и голубыми, как чистое небо, глазами... – Я люблю тебя, мой свет. Послышался далёкий голос, что словно якорь вытянул Одри из непроглядной тьмы. Малек выпрямился, собираясь уходить, как вдруг закрытые десятки лет глаза распахнулись. – Одри? – дрогнул голос демона, что не мог до конца осознать, что этот день наконец настал. Девушка ответила не сразу, приходя в себя. От переизбытка чувств и эмоций, казалось, её разум сходил с ума, ища, за что можно было зацепиться. Яркий луч солнца обжёг глаза, привыкшие к тьме, прячась от яркого света, Одри закрыла лицо руками. Заметив это, Малек сразу сделал купол вокруг них темнее. Он не торопил девушку, давая ей время привыкнуть, хоть и в голове роилась тысяча слов и вопросов. – Малек? – наконец осипшим голосом от долгого сна обратилась девушка к демону. – Я, дорогая, собственной персоной, – с привычной усмешкой сказал Малек, но улыбка его согревала даже некогда мёртвое сердце. – С пробуждением, дорогая! – Я в раю? – вдруг спросила Одри, ведь в её сознании отчётливо сохранился образ собственной смерти. – Боюсь, в моём случае, чтобы увидеть меня, тебе бы пришлось оказаться в аду, – не переставал шутить Малек, но глаза его пристально изучали лицо девушки, словно ища отличия в ней, ведь тьма никого не оставляла прежним. – Но ты не мертва. Я вернул тебя к жизни. Сказал же ведь, что найду... И я нашёл. Как бы ни было велико желание мужчины коснуться лица или волос девушки, он не спешил делать это без её воли. – Но как это возможно? Ты нашёл тот волшебный цветок? – сомневаясь в словах Малека, спросила Одри. – Нет, тот цветок не воскрешает к жизни, – тяжело выдохнул Малек, ведь время тянуть с правдой уже не было смысла. – Ты не человек, – догадалась Одри, смутно вспоминая все детали... Да тот же цветок вовсе не был простым. Ни одно человеческое растение не способно было исцелить неизлечимую болезнь. И слова Малека о том, что он знает, что ждёт после смерти. Нечеловеческая сила и скорость. Кольцо, что подарило Одри покой перед смертью... Девушка из прошлого,что не верила в суеверия и даже в бога, старательно отрицала столь очевидные вещи, а теперь... Всё встало на свои места. Потому что обычный человек не может вернуть к жизни, потому что Одри точно помнит, как дрогнуло её сердце в последний раз... – Верно, – откровенно признал Малек, понимая, что таить уже нет смысла. – Я демон, Одри. – Демон, – повторила девушка, переваривая эту информацию, и вдруг для неё открылась ещё одна истина. – Значит, это ты убивал жителей? – Питался их грехами, да, – не стал спорить Малек, решив быть честным с Одри до конца. Девушка на миг замерла, глядя на Малека, словно пытаясь понять, шутит он или говорит всерьёз. Через миг голова мужчины дрогнула от звонкой пощёчины. Силы Одри стали в разы сильнее, и если бы не регенерация и выносливость Малека, то, пожалуй, она сломала бы ему челюсть. – Ты! – утробно зарычала Одри. Её злость пробуждала в ней заложенную демоном тьму. Не зная усталости, в порыве гнева девушка вскочила, толкнув Малека в грудь, но тот продолжал стоять как ни в чём не бывало, дав выплеснуть ей всю злость. – Это ты во всём виноват! Это из-за тебя приехал Георг! Из-за тебя он поймал Рут! Из-за тебя меня убили! С яростью кричала Одри, стуча кулаками по массивной груди Малека, и сколь сильна бы она ни была, этого было мало, чтобы сдвинуть демона хотя бы на сантиметр с места. Тем не менее от последнего весьма мощного удара мужчина даже скривился. Обычному человеку Одри с таким же успехом могла бы переломать рёбра. Выплеснув всю злость,что в ней была, девушка тяжело дышала, хмуро взглянув в глаза Малека. – Знаю, – наконец ответил мужчина, когда понял, что Одри высказала всё, что хотела. – Знаю, что я стал катализатором всех бед и прошу прощения. – Просишь прощения?! – вновь вскипела девушка, и тьма сгустилась в её глазах. – Мои друзья чуть не погибли! Меня жестоко убили! И после этого ты просто просишь прощения?! Малек замер, но вовсе не от страха или вины, а от эстетического удовольствия, с которым он наблюдал за Одри. – Знала бы ты, насколько прекрасна сейчас с моей тьмой, дорогая, – не сдержался Малек, озвучив своё восхищение. Конечно, он знал, что за этим последует ещё один удар, и в этот раз Малек позволил Одри ощутить власть над ним, падая перед ней на колени. – Я готов искупить свою вину, – шепнул демон, касаясь ладонями её бёдер, хищно улыбаясь. От прошлого удара девушки по его губам стекала кровь. – У меня для тебя есть множество сюрпризов, и я готов выполнить любое твоё желание. – Ты безумен! – возмутилась Одри, ударив Малека по ладоням, но мужские касания оставили румянец на её щеках. Столь человеческая реакция, которая напомнила былые времена, окончательно лишила Малека самообладания. Притянув девушку к себе, мужчина крепко прижал её к своей груди, наслаждаясь долгожданным воссоединением, в которое уже перестал верить. – Что ты творишь! Отпусти меня! – сразу возмутилась Одри, пытаясь вырваться из хватки Малека. – Прошу, всего минуту... – попросил демон так искренне, что девушка замерла в его объятиях. – Я скучал, дорогоценная. Сокровенно прошептал Малек, уткнувшись носом в макушку Одри, вдыхая родной аромат трав. Его слова, полные откровения и чистого помысла, растопили сердце девушки. Прижавшись сильнее, она обвила плечи Малека своими руками. Для Одри время в пустоте было эфемерно, но сейчас она осознавала, как сильно скучала, находясь в полной темноте без его бережных, на грани страсти, касаниях. – Я думала, ты умер, – прошептала Одри, вспоминая ту проклятую ночь, когда их встреча казалась для неё последней. – Наивная, – с отеческой улыбкой ответил Малек, взглянув в глаза Одри. – Я ведь сказал, что вернусь. А ты меня не дождалась... – Неправда, – наконец на губах девушки расцвела улыбка. – Это просто была проверка на прочность. – Вот оно как, – усмехнулся мужчина. – И как, я прошёл вашу проверку? – Да. Столь сокровенный момент они закрепили поцелуем, что был безудержен, как огонь, и полон глубины их чувств, несравнимой даже с глубиной океана. Тоска друг по другу превращала их поцелуй в настоящий танец любви и страсти.Зарываясь в смоляных волосах Малека, Одри без всякого стеснения терзала его губы, пока он жадно сжимал её талию, спускаясь ниже к ягодицам. Желание демона было так велико, что он был готов сорвать с девушки платье, но она прервала его планы, оторвавшись от мягких губ. – Только не говори, что всё ещё злишься, – закатил глаза Малек, находясь на грани своего терпения, с которым Одри так искусно игралась. – Вообще-то ты так и не искупил свою вину, – справедливо заметила девушка, приподнимая бровь. – Я собирался, но ты меня прервала... – Секс — это не искупление. – Дорогая, поверь, секс со мной может стать не просто искуплением, но и лучшим моментом в твоей жизни, – самодовольно усмехнулся Малек. – Я тебя сейчас ударю, – нахмурилась Одри. – Мне не привыкать, – пожал плечами мужчина, но всё же спросил: – Чего ты хочешь? – Увидеть Рут и Энн. Малек тяжело выдохнул, зная, что это будет одной из первых просьб Одри. – Я могу показать тебе Энн, но Рут, боюсь, уже мертва, – Малек обвил талию девушки, бережно согревая её в своих объятиях. – Уже? – осознавая, что прошло времени куда больше, чем она думала, Одри отпустила тоскливый взгляд. – Сколько я была без сознания? – Тридцать лет, – ответил мужчина, внимательно следя за реакцией девушки. – Так долго... – Одри отвела взгляд, свыкаясь с мыслью, что жизнь, которую она знала, уже никогда не станет прежней. Она вернулась к жизни, но теперь это было новым началом, а не продолжением прошлого. Но вместе с тем к Одри пришло осознание: всё это время её ждали... Ждала Тень, что оберегала свой Фонарь от всех бед. – Дорогая, поверь мне, 30 лет для нас — это ничтожное время. Впереди нас ждут сотни лет, и ты ещё успеешь наверстать упущенное. Может, всё будет не так, как прежде, но я обещаю, что станет даже лучше, – желая унять печаль любимой, сказал Малек. – Сотни лет? – округлила глаза Одри, взглянув на мужчину. – Теперь в тебе моя тьма, и ты не просто человек. Не демон, конечно, но бессмертна, – ответил Малек, заправляя светлую прядь волос девушки за ухо. – Считай, ты теперь и впрямь ведьма под покровительством дьявола. – Значит, теперь мы всегда будем вместе? – от этой мысли Одри и впрямь стало легче на душе, хоть тоска по близким и не унималась. Тем н е менее, пусть прошлое ей было не подвластно, но она могла повлиять на своё будущее... И несмотря на всю обиду и злость... Одри хотелось, чтобы её будущее было с Малеком. – Вечность, – пообещал ей любимый.

***

Лондон поражал своими масштабами, отличаясь от скромного Гримвуда своей величественностью и шумом. Тут и там скакали лошади с каретами, сновали люди и бурлила жизнь. Пока Гримвуд застыл во времени, погружаясь в траур, остальной мир жил дальше, развиваясь и расцветая. От обилия ощущений и чувств Одри слегка терялась,оглядываясь по сторонам. От столкновения с несущимся мимо экипажем Одри спас Малек, ловко прижав её к себе. – Осторожнее, дорогая. Ты, конечно, не умрёшь, но боль почувствуешь, – учтиво сказал Малек, улыбаясь. – Город такой большой, и людей так много... Как мы найдём Энн? – переживала Одри, крепко прижимаясь к мужчине, страшась затеряться среди толпы. – Не забывай о том, кто я, – лукаво подмигнул Малек и, подойдя к магазинчику с травами, остановился. – Пришли? – спросила Одри, но ответ ей не понадобился. Она сразу увидела за прилавком рыжую макушку. Подбежав поближе к витрине, Одри замерла, видя перед собой уже не юную девочку, а зрелую женщину с сединой в волосах. Но глаза её продолжали быть такими же озорными, как и в детстве. Вместе с тем Энн была ужасно похожа на свою сестру... Сдерживая себя,чтобы не забежать и не прижать женщину, которая навсегда останется для неё маленьким солнцем, Одри положила ладонь к витрине, к единственной преграде, что разделяла их. Девушка понимала,что ей нельзя было показываться на глаза, будоражить старые раны, впутывать в этот тёмный потусторонний мир... Энн была такой суеверной малышкой, что если бы она узнала о существовании демонов и ведьм, то могла бы испугаться... Вопреки желанию,Одри поймала на себе любопытный взгляд Энн. Ахнув, девушка поспешила уйти, как её плечо сжал Малек, вынудив остаться. Не успела Одри возрóзитъ, как Энн оказалась перед ними. – Я могу вам чем-то помочь? – с улыбкой спросила женщина. – Мне? – удивилась Одри, не понимая, к кому она обращается. – Нам бы что-то от головной боли, – уверенно сказал Малек. – А то мою жену мучают мигрени. – Конечно, секунду, – с этими словами Энн вернулась за прилавок, ища подходящие травы. – Она меня не узнала... – с некой тоской поняла Одри. – Не переживай. Дело не в её забывчивости, а в том, что на тебе моя иллюзия. Она видит другого человека, – объяснил Малек, утешив девушку этой новостью. – Держите, – отдышавшись, сказала Энн, протянув своим гостям лекарство. – Выпейте вместе с чаем, и голова сразу пройдёт. – Премного благодарен, – сказал Малек, протянув женщине целый мешочек монет. – Вы что! Куда так много?! – ахнула Энн. – Возьмите, нам не жаль, – улыбаясь, настояла Одри. Взглянув на неё, женщина немного замерла, заставив смутиться... – Знаете... Ваши глаза мне кажутся такими знакомыми, – сокровенно шепнула Энн. – Мама! – вдруг послышался детский голосок, и девочка со светлыми локонами подбежала к женщине, прижавшись к её юбке. – Одри! – улыбнулась Энн, и девушка вздрогнула. Неужели признала? Но весьма быстро догадалась, что женщина обращалась не к ней, а к своей дочери. – А где же Рут? – Они с папой скоро придут, – хихикнула девочка, прижимая к своей груди потрёпанную временем куклу, но Одри сразу её узнала... – Опять спешишь впереди планеты всей, – с любовью проговорила Энн, а после взглянула на своих гостей. – Спасибо вам огромное. – Не за что, – улыбнулся Малек и потянул Одри за руку. – Пошли, дорогая? – Да... – словно заворожённая, ответила девушка, разглядывая куклу, которую Энн сохранила в память о ней, и перед тем, как исчезнуть, сказала: – Я рада, что ты счастлива, Энн. Береги себя и своих детей. – Извините? Откуда вы знаете моё имя? – но не успела женщина узнать ответ, как странная пара исчезла из виду.

***

Вернувшись в затхлую деревушку, Одри была в смятении. Её переполняло счастье, что Энн обрела семью и покой, и в то же время тоска, что её не было рядом, когда девочка потеряла сестру, когда нашла свою первую любовь, родила детей... Всё это прошло мимо Одри, и теперь она была не частью жизни Энн, а лишь далёким воспоминанием. – Ну же, дорогая, если бы я знал, как тебя это расстроит, то не стал бы вести тебя к ней, – вывел из грустных мыслей Одри Малек, обхватив её подбородок. – Нет-нет, я рада, что увидела Энн, – искренне сказала девушка. – Просто мне нужно привыкнуть... – Я понимаю, – ответил мужчина, погладив девушку по волосам. – У меня для тебя ещё один сюрприз. С этими словами Малек наконец привёл Одри к посёлку, которого она так тщательно избегала. Понимала, что там всё иначе, что жизнь бьёт ключом, забыв о её незначительной трагедии, но к своему удивлению столкнулась не с будущим Гримвуда, а его мрачным прошлым. Те же лица, тот же вид, лишь тучи сгустились над небом, деревья облысели, а жители зачахли, но старость так и не коснулась их лиц даже спустя тридцать лет... – Ты ведь не думала, что я позволю им так просто забыть о содеянном? – шепнул Малек на ухо Одри, и она слышала, сколько злобы сочится в каждом его слове... – О Господи! – воскликнул один из мужчин, взглянув в лицо девушки, что снилась ему каждую ночь. Другие жители, проследив за его взглядом, обомлели от ужаса и тут же, бросив все свои дела, упали на колени перед Одри, словно увидели ангела. – О боже, прости меня, – всхлипывал один мужчина, целуя подол женского платья. – Прости, невинная душа, мои грехи, – перебивая сотню других голосов, молящих о прощении, воскликнула женщина. Одри с непониманием глядела на десятки знакомых лиц из прошлого, что когда-то смотрели на неё со злобой и отвращением, а теперь преклонялись перед ней, благоговейно целуя её руки, платье, да даже землю под её ногами. – Вот он, мой подарок, дорогая. Они все твои. Тебе решать, что с ними делать. Обречь на вечные страдания или добить их жалкое существование, – с особым наслаждением сказал Малек, выжидая с нетерпением вердикта Одри. Но девушка не разделяла упоение демона над грешными душами. Наблюдая за тем, как измученные виной и хворью люди валялись у её ног, Одри испытывала вовсе не облегчение за настигшую их кару, а искреннее сочувствие. Даже преданная ими, её чистый свет не потух, ослепляя жителей своей бескорыстностью. – Встаньте-встаньте сейчас же, – сказала девушка, и её просьбу выполнили немедля, словно то приказ. – Ну, какой же твой вердикт, дорогая? – с предвкушением спросил Малек. Взглянув в бледные лица людей, Одри не могла пробудить свою злость. Они были лишь напуганными людьми, что пытались защитить себя и свой дом, запудренные речами чужеземцев. И как бы Одри ни старалась винить их во всех своих бедах, она не могла. Они были такими же жертвами, как и она. Хоть и со своим грузом на плечах. Подойдя к ним ближе,Одри дала свой ответ: – Я прощаю вас. Все, включая Малека, замерли после её слов, полных искреннего понимания. Не веря своим ушам, демон взглянул на Одри, сжав её ладонь. – И это всё? – Малек явно ожидал подвох, не веря, что девушка сумела сохранить свой свет даже после всего того, что было. – Ты сам сказал, что я могу сделать с ними, что пожелаю, – напомнила ему Одри, взглянув в глаза мужчины со всей серьёзностью. – Я хочу, чтобы ты отпустил их, Малек. Пусть они доживают свой век, как должны были его прожить тридцать лет назад. Мужчина замер, явно ожидая другого ответа, но он не собирался брать свои слова назад, и одним щелчком пальцев он лишил всех жителей той мучительной боли, что они испытывали каждый день. Жизнь, казалось, вновь расцвела в умирающем посёлке, окрасив лица людей в румяный цвет. – Надеюсь, что её прощение будет для вас настоящим наказанием, – холодно сказал Малек, ведь видеть счастливые лица народа, что лишили Одри жизни, ему было ненавистно. – Считайте это подарком ко дню мёртвых. – Перестань, – хмуро сказала девушка. В отличие от него, она видела искреннюю вину в глазах сельчан, и эта вина никогда не покинет их даже после смерти... – Что ж... Если даже они заслужили твоего прощения, – обратился Малек к Одри, взглянув на неё с глазами, полными непонимания, – то, может, и я заслужу? Девушка не сдержала улыбки умиления, видя, как Малек словно ребёнок дуется на то, что его обделили. Прижавшись к нему, Одри поцеловала его в щёку. – Конечно, заслужишь, – потянувшись к мужскому уху, девушка томно про шептала, – после искупающего секса. Слова Одри сразу взбодрили Малека, и не медля, он утянул её за собой.

***

Дом девушки, казалось, нисколько не изменился спустя десятки лет. Даже пыль не осела на её вещи, оставляя их в идеальной чистоте. Поняв, что то заслуга Малека, Одри вновь овладела его губами в страстном поцелуе. – Всё предусмотрел, – беззаботно хихикнула девушка. – Конечно, не привык брать столь красивую девушку в грязном доме, – лукаво ответил Малек и, не дойдя до спальни, усадил Одри на кухонный стол, спускаясь поцелуями к её шее. Тихо простонав, девушка откинула голову назад, давая больше доступа для влажных поцелуев мужчины. Вкушая её словно сладкий плод, Малек оставлял алые следы на белоснежной шее Одри, чтобы показать всем, кому она принадлежит. Грудь девушки вздымалась от прерывистых вздохов,маня Малека. Искусно избавившись от корсета, мужчина скинул его на пол, сжав упругую женскую грудь сквозь ткань сорочки. – Малек, – смущённо прошептала Одри, снимая пиджак мужчины, чтобы сровнять их счёты. Демона одолевали сотни чувств и желаний. Ему хотелось поскорее завладеть женским телом, которого он так долго ждал, и вместе с тем растянуть столь сладкий миг. Решив опереться на желания Одри, Малек снял с себя рубашку, открыв своё тело перед ней. Закусив губу,девушка робко коснулась ладонью подтянутого торса мужчины, любуясь его телом, которое принадлежало ей. – На меня смотрели многие, но твой взгляд не сравнится ни с чем, – шепнул Малек, кусая её мочку уха. – Мне впору даже смутиться. – Перестань, – смущённо пролепетала Одри, томно выдохнув, чувствуя, как мужские руки с жадностью сжимали её бёдра, разводя в стороны. – Не в моих силах, – улыбнулся Малек, спускаясь поцелуями к ключицам девушки. С остервенением срывая её сорочку, мужчина обхватил вставший от возбуждения сосок губами. Простонав, Одри выгнулась навстречу горячим ласкам мужчины, сжимая его волосы. Ещё ни с кем девушка не была так близка ни телом, ни душой. Не собираясь останавливаться на этом, Малек начал спускаться влажными поцелуями к низу живота девушки. – Что ты творишь, – вспыхнула Одри от смущения, когда ощутила поцелуй мужчины между ног. – Искупаю свою вину, – выдохнул Малек, обжигая девушку своим дыханием. Взглянув в помутневшие от возбуждения глаза Одри, мужчина коснулся языком её клитора, получая в награду протяжный стон. Дрожа от новых ощущений, девушка невольно сжала ноги, но крепкая хватка Малека развела её бёдра шире. Искусный язык демона продолжал слизывать влагу меж женских ног, наслаждаясь ласкающим слух стонами. Прикрыв глаза,Одри чувствовала, как остро тело реагирует на любую ласку, особенно когда язык Малека скользнул внутрь, даря совершенно неописуемые ощущения. Продолжая погружать девушку в мир удовольствия, Малек провёл пальцем между складок, одним ловким движением он вошёл одной фалангой в женское тело, давая привыкнуть. Протяжно простонав, Одри распахнула глаза, взглянув на Малека сверху вниз, ловя его лукавый взгляд. Продолжив двигать пальцем, мужчина внимательно наблюдал за каждой эмоцией Одри, чтобы понять, когда остановиться. Но её лицо не выражало ничего, кроме сводящего с ума наслаждения и желания. Став решительнее,Малек обхватил клитор Одри губами, толкаясь в неё вторым пальцем, чувствуя, как извивается женское тело. С каждым протяжным стоном Одри желание Малека становилось всё сильнее, отчего в брюках стало тесно. Поняв, что не в силах больше ждать, мужчина толкнулся третьим пальцем, словив стон Одри своими губами, влажно сплетая их языки. Девушка сжала плечи мужчины, чувствуя собственный вкус на его губах. – Ты безумно сладкая, – дразняще прошептал Малек в губы Одри, зная, что его слова вновь тронут её щёки алым румянцем. – Безумно люблю тебя смущать. – Извращенец, – пробормотала Одри и ахнула, когда мужчина подхватил её бёдра, поднимаясь с ней наверх. Даже по пути к спальне Малек не мог оторваться от губ девушки, впиваясь в них так жадно, словно без них не мог дышать. Окутанная его страстью и желанием, Одри не заметила, как оказалась на кровати в плане демона, нависшего над ней. Видя разгорячённое женское тело под собой, Малек ненадолго замер, любуясь тем, как вздымалась грудь Одри, как опухли от поцелуев её алые губы, как растрепались шёлковистые волосы по подушке. – Малек? – томно выдохнула девушка, не понимая, почему тот вдруг замер. – Ты безумно красива, – сокровенно прошептал Малек, мягко касаясь губами румяной щеки Одри. – Ты помнишь что-то из того, что я говорил тебе, когда ты была без сознания? Вопрос мужчины застал девушку врасплох. Смутно вспоминая, что было в той тьме, единственное, за что цеплялся её разум, была красная роза. – Нет, – искренне призналась Одри. – Тогда скажу сейчас, – вдруг произнёс Малек, впиваясь в её губы, но на этот раз его движения были полны несвойственной ему нежности, с которой он касался её волос и тела, оглаживая талию. – Я люблю тебя. Наконец сказал он, взглянув в сияющие жизнью глаза Одри. И теперь вспомнить их потухший вид, когда Малек вытащил мёртвое тело из реки, было невыносимо. – Я люблю тебя, – вновь повторил демон, пока девушка обескураженно смотрела на него, приоткрыв губы в немом желании что-то сказать. – Люблю и больше никому не позволю забрать тебя у меня. – Малек, – наконец подала голос Одри, и её губы растянулись в трепетной улыбке, прошептав столь же откровенно. – Я тоже тебя люблю. Обещаю, что больше никогда не оставлю тебя. – Знаю, – облегчённо выдохнул Малек, прижавшись лбом ко лбу Одри и, спуская брюки, приставил головку члена к её складкам. Вздрогнув, Одри сжала плечи мужчины, взглянув на него с лёгким страхом перед неизведанным. – Тише, – ласково прошептал Малек, заправив непослушную прядь её волос за ухо. – Доверься мне. И его слов хватило, чтобы девушка расслабилась, вверяя демону, как бы то ни было противоречиво, своё тело. Малек осторожно толкнулся, хрипло выдохнув, чувствуя тепло женского лона. Одри болезненно простонала, испытывая новые ощущения, что давили между ног. Замирая, мужчина дал ей привыкнуть, разбавляя лёгкую боль ласковыми поцелуями. Рядом с Одри ценичный демон становился ласковым любовником, что шептал ей на ухо всякую ерунду. Постепенно боль сменилась наслаждением и желанием ощутить большего.Толкнувшись навстречу Малека, Одри взглянула в его ясные глаза, пока их тела сливались воедино. – Одри, – хрипло выдохнул Малек на ухо девушки, обжигая её тонкую шею горячим дыханием. – Малек... – одними губами прошептала девушка, сплетая их пальцы. И этот момент показался Одри до боли знакомым, напоминая о прошлом, которое казалось, было так недавно, но на деле прошли десятки лет... – Малек, – вновь прошептала девушка, привлекая его внимание к своим красным от смущения щекам. – Тогда... В ту ночь, когда Рут обвинили в колдовстве... Мне снился ты... – Правда? – усмехнулся Малек, приближаясь к Одри и пристально наблюдая за эмоциями на её лице. – И что же тебе снилось, хитрая лиса? – Как... – девушка облизнула губы, пролепетав на одном дыхании, – как мы занимались любовью... – Какое интересное название для секса, – с довольной улыбкой прошептал Малек, легко и быстро целуя губы Одри. – Знаю, дорогая, потому что это я наслал на тебя эти сны. – Что?! – ахнула девушка, возмущённо взглянув на мужчину. – Каюсь, не сдержался, – лукаво улыбнулся демон. – Можешь дать мне ещё одну пощёчину. Сейчас мне это даже понравится. – Иди к чёрту, – нахмурилась Одри. – Это ты сейчас под чёртом, дорогая, – хрипло засмеялся Малек, толкнувшись бёдрами более резко, дав девушке в полной мере ощутить себя в его власти. – Тогда к богу, – простонала Одри, откинув голову на подушку. – Я у него был, безумно скучный господин, – с усмешкой ответил Малек, прижимая женское тело к своей груди и начиная двигаться всё быстрее. – Ты... Ты просто безумен, – тяжело дыша от нарастающего темпа, шепнула Одри. – Знаю, но за это ты меня и любишь, – самодовольно выдохнул Малек. – А теперь давай просто насладимся моментом, дорогая. Я этого так долго ждал... Не став с ним спорить, девушка расслабилась, чувствуя каждой клеточкой своего тела любовь и страсть Малека, с которой он оглаживал её тело, сжимая то бёдра, то грудь, толкаясь всё быстрее, резче, выбивая из головы Одри все лишние мысли. Шлепки их тел раздавались по всей комнате. Кровавые полосы от ногтей Одри оставляли след на спине мужчины. Малек управлял женским телом словно дирижёр, чьей симфонией были сладкие стоны любимой. Это был не просто секс, это была клятва их любви, которая, пройдя все препятствия, наконец нашла выход через их страсть. Ещё один плавный толчок Малека,и Одри замерла, дрожа от подступающего оргазма. Её губы приоткрылись в немом стоне, пока волна удовольствия не прошла по всему телу, оставляя девушку без всяких сил лежать на кровати, хватая ртом воздух. Выходя из её тела, Малек кончил следом, ложась рядом, тяжело дыша вместе с Одри. Обвив талию девушки, мужчина прижал её к себе, уткнувшись в шею, вдыхая аромат трав и жаркого секса. – Я искупил свою вину? – выдохнул Малек, когда они оба пришли в себя. – Да, – прошептала девушка, прикрыв глаза и зарываясь пальцами в волосах мужчины. – Я прощаю тебя. И себя... – Себя? – удивился мужчина, приподнимаясь на локте и взглянув в блаженное лицо Одри. – И себя, – повторила она, посмотрев на Малека с улыбкой. – Я совершила много ошибок, но без них я бы не встретила тебя. – Я тронут, – усмехнулся мужчина, но его глаза и впрямь засияли от её слов. – На самом деле я хотел убить тебя при первой встрече. – Умеешь же ты портить момент, – цокнула Одри. – Дослушай, – настоял Малек. – Гримвуд был идеальным местом для такого, как я. Потому что тут жители были полны полного отчаяния и грехов... Но среди них я нашёл тебя. И когда приблизился к тебе в тот момент... Не почувствовал ничего. В каждом из смертных есть грех, но твой свет словно ослепляет их... Твоя природа мне была не ясна, и я хотел изучить её. Переехал к тебе поближе. Даже порезал руку, чтобы ты её перевязала. Достал цветок из райского сада, чтобы привлечь твоё внимание. И пока я изучал тебя, сам не заметил, как твой свет осветил и мою тьму... Поэтому да, Одри. Ты не идеальна, но именно это делает тебя столь особенной. Потому что даже несмотря на твои ошибки, ты продолжаешь бороться дальше, оставаясь такой, какая ты есть. Милосердной и жизнерадостной девушкой. И если честно... я рад, что даже после смерти ты такой и остаёшься. Но теперь моя тьма больше не позволит никому потушить твой свет. И я не позволю. Потому что теперь ты моя. Тронутая его рассказом, Одри улыбнулась через слёзы, что стекали по щекам. Но то были слёзы любви и счастья, а не боли. Рядом с Малеком все чувства путались, становясь единым. – А ты мой, – прошептала Одри, дав свою клятву перед ним, что больше ни одна беда этого мира не разлучит их. – С счастливым Хеллоуином тебя, дорогая.