Часть 4

      Бэн остался в их компании, потому что завтра суббота и выспаться он успеет, ну и Аннабель не было рядом, эта девчонка предпочла компанию других призраков в подвале с играми в карты фрилинг, не то что он обижался, просто, ибо они и так все свободное время проводят вместе, а сейчас было скучно, так что почему бы не посмотреть фильм?       Хезер села рядом, с подругой поджав ноги и натянув одеяло до подбородка. На экране снова мелькнули кадры комедии, и всё вокруг, наконец, казалось обычным. Даже слишком обычным… Эстер тихо комментировала сцены, Аббодон продолжал ворчать, что «люди смеются над ерундой»       Но где-то внутри всё ещё тянуло холодом. Хезер чувствовала, как кожа на затылке покрывается мурашками, будто кто-то стоит за спиной и наблюдает. она ловила себя на мысли, что слушает не столько фильм, сколько тишину между репликами, биение сердца и как будто белый шум — прислушивается, нет ли в ней постороннего звука. Девочка сглотнула, сделала вид, что зевает, и поправила очки, чтобы скрыть дрожь пальцев. Рядом бен тихо повернулся к ней: — Всё хорошо? Хезер кивнула, не отрывая взгляда от экрана. — Да. Просто фильм слишком шумный. Он не стал переспрашивать. Только чуть придвинулся ближе так, чтобы если вдруг снова погаснет свет, ей не пришлось искать ничью руку в темноте. Фильм закончился на очередной глупой сцене, и комната наполнилась смехом. Эстер швырнула в Аббодона подушкой — тот возмутился, объявил, что «не участвует в таких низших формах человеческого веселья» и тут же получил второй удар в плечо. — Ха! Попала! — радостно крикнула Эстер. — Это нападение на старших! — Аббодон надулся, но, заметив, как Бэн смеётся, подхватил подушку и метнул её обратно. Через несколько секунд подушки летали по всей комнате, девчонка смеялась до слёз, а парень прикрывал голову, притворяясь героем, спасающим мир от «пернатого апокалипсиса». Даже Кэтрин, услышав шум из коридора, приоткрыла дверь, но, увидев их, только покачала головой и тихо закрыла обратно. Потом всё утихло. Подушки снова стали подушками, а не оружием. Эстер достала настольную игру, что-то вроде викторины, и они начали спорить о правилах. Хезер отвечала почти на все вопросы правильно, и Аббодон, обиженно щурясь, заявил, что она «читает мысли». — Нет, просто у меня хорошая память, — улыбнулась она. Потом они достали маркеры и начали рисовать друг другу на руках смешные рожицы и каракули. Эстер уговаривала Аббодона дать ей нарисовать звёзды на его лбу. — Так, ребята, никто не спит! — заявила Фрилинг младшая, щёлкнув пальцами. — У меня есть карты. — Ты серьёзно? — хмыкнул Бэн. — Уно? — Уно — для слабаков, — гордо сказала Эстер. — Мы будем играть в правду или действие… с картами. Аббодон поднял бровь. — Это звучит как что-то, что нарушает три из семи демонических кодексов, или же как чипсы в шоколаде — Тогда тебе понравится, — ухмыльнулась Эстер. Она разложила карты прямо на ковре. Правила были простые: если вытягиваешь чёрную — отвечаешь на вопрос, если красную — выполняешь действие. И игра началась. Когда очередь дошла до Аббодона, он вытянул красную. — Скажи что-нибудь приятное человеку слева. — Эстер торжественно зачитала. — То есть… Хезер. — Приятное? — демон мрачно посмотрел на девочку. — Ты не так раздражаешь меня, как остальные. — Вау, это почти комплимент, может доживёт до настоящей похвалы — заметил парень. — Это и был комплимент, чтоб течь святая Мать схватила и в угол поставила — серьёзно ответил Аббодон. — Ладно, — выдохнула девушка, когда смех немного улёгся. — Раунд номер два. И на этот раз — без жалости. — Как будто в прошлый раз ты кого-то щадила, — заметил Бэн, лениво вытягивая карту. Красная. — Действие! — выкрикнула Эстер. Он покосился на неё. — Только не снова петь. — Нет, теперь… станцуй “танец победителя”, — она прищурилась, как строгий судья. Бэн скептически посмотрел на остальных, но, под общий хохот, всё-таки встал и сделал что-то между победным танцем и спазмом больного человека. Эстер свалилась в подушки от смеха, а даже Аббодон усмехнулся, пряча ухмылку за рукой. — Всё, теперь моя очередь, — подала голос Хезер, стараясь не улыбаться слишком широко. Её пальцы немного дрожали, когда она вытянула карту. Чёрная. — Правда, — произнесла Эстер, сделав драматическую паузу. — … В кого ты была влюблена? — Эстер! — возмутился Бэн. — Ты не можешь спрашивать такое! — Почему нет? Это игра! Хезер густо покраснела, уткнувшись взглядом в ковёр. — Я… не знаю…актёр из научного фильма считается? — пробормотала она. — Это глупо. — Всё, всё, не мучай её, а то у хомяка сердечко не выдержит — вмешался Бэн, мягко толкнув Эстер в плечо. — Всё, — подняла руки Эстер, отдышавшись. — Новый раунд, и теперь никто не поддаётся! — А ты уверена, что хочешь рисковать? — спросил Бэн с хитрой улыбкой, мешая карты. — Абсолютно, — сказала она уверенно и вытянула карту. Красная. — Ну, Эстер, — Бэн медленно приподнял бровь. — Действие. Она закатила глаза. — Только не заставляй меня петь! — Нет, не петь, — ухмыльнулся он. — Признаться в чём-то, чего никто из нас не знает. — Эй, это уже “правда”! — возмутилась Эстер, но, видя, как все ждут, обречённо вздохнула. — Я боюсь, что когда-нибудь Аббодон победит меня в споре. — Эй! — демон возмущённо ткнул в неё картой. — Так-то я уже дважды был прав! — Сны не считаются, — отрезала Эстер. Аббо казалось не так уж и плохо играл для того, кто не умеет пользоваться даже Теликом. Бэн, глядя на него, тихо заметил: — Знаешь, ты пугающе хорошо делаешь вид, что умеешь играть по правилам. — дитя, я был свидетелем создания этих правил. И парочки смертей из-за них, кстати. Приятные времена, жаль что они прошли — лениво протянул демон, облокотившись на спинку дивана. Эстер тихо фыркнула, не удержавшись от смеха. — Ты ужасен. — Спасибо, стараюсь, — ответил Аббодон с таким видом, будто ему вручили награду. Бэн посмотрел на карты и понял, что шансов нет. — Ладно… кажется, я проиграл, — буркнул он, опуская руку. Аббодон довольно ухмыльнулся, подбросив свои карты в воздух. — Вот и настал мой любимый момент — унижение невинных! — Только не ты решаешь, — перебила Эстер. — Хезер, ты выиграла, твой ход. Хезер с трудом скрыла улыбку. — Правда или действие? Бэн на секунду задумался, потом пожал плечами: — Правда. Хезер долго молчала, когда настала её очередь. Карты лежали у неё в руках, но она не смотрела на них — взгляд упёрся куда-то в бок, в тень от лампы, словно там она искала подходящие слова. — Что, застеснялась? — поддел Аббодон, подбрасывая попкорн в рот. — Давай уже, не тяни. — Просто думаю, — тихо ответила Хезер, и даже Эстер притихла, потому что в её голосе не было обычной застенчивости. Она перевела взгляд на Бэна. Он сидел, склонившись чуть вперёд, локти на коленях, и с лёгкой улыбкой ждал вопроса. — Тогда… — Хезер чуть хрипловато выдохнула, — если бы тебе пришлось выбрать — забыть что-то плохое, что случилось с тобой, но вместе с этим потерять часть себя… или помнить, но каждый раз чувствовать ту же боль снова — что бы ты выбрал? На несколько секунд повисла тишина. Даже Аббодон перестал жевать. Бэн моргнул, будто не сразу понял, что она всерьёз задала такой вопрос. — Ничего себе, — протянул он наконец, усмехаясь неровно. — Это что, философский раунд пошёл? — Это просто вопрос, — пожала плечами Хезер. — Ты ведь можешь выбрать действие если.. Бэн почесал затылок, задумавшись. — Знаешь, — сказал он медленно, — я бы, наверное, оставил всё, как есть. даже боль. Иногда без неё не помнишь, кто ты, а иногда без неё не появляется жизни… Аббодон прыснул со смешком: — Глубоко копаешь, философ. Может, тебе дневник завести? — А тебе — совесть, — отказался Бэн. Смех снова наполнил комнату. — Слушай, Хез, если ты и дальше будешь задавать такие вопросы, я начну тебя бояться. – хихнула Эстер. Хезер улыбнулась тихо, чуть виновато. Карты лёгким веером скользнули по полу, когда Бэн положил последнюю — и победно усмехнулся. — Ну что, Хезер, кажется, удача сегодня на моей стороне, — он подвинул колоду к себе, чуть прищурившись. — Правда или действие? Хезер сжала губы, задумчиво глядя на него. Эстер уже прикусила рукав пижамы, предвкушая, чем всё это закончится. — Правда, — наконец сказала Хезер. Бэн кивнул и, сделав вид, что долго размышляет. — Хорошо. Тогда скажи… чего ты больше всего боишься здесь, в отеле? Только честно. Эстер прыснула, будто ожидала чего-то более остроумного, но Бэн был совершенно серьёзен. — Это же скучно, — протянула она. — Надо было сказать «выйди ночью в коридор и позови призрака», вот это было бы круто! — Я не собираюсь никого звать, — быстро ответила Хезер, чуть сжав плечи. В комнате повисла тишина Хезер вздрогнула, будто слова Эстер ударили куда больнее, чем та сама хотела. Глаза девочки чуть дрогнули в них мелькнуло что-то не похожее на страх перед «призраками». Это было другое настойчивое, липкое чувство, будто кто-то действительно шёл за ней в темноте. — Я… просто не люблю такие шутки, — тихо сказала Хезер, стараясь не смотреть ни на кого. — Не из-за привидений. Просто… неважно… Эстер растерянно моргнула. — Эй, я же не хотела тебя обидеть, — пробормотала она, неловко почесав шею. — Прости, ладно? Я ляпнула не подумав. Бэн, до сих пор молча наблюдавший за ними, чуть выдохнул. он видел не испуг, а тот самый застывший ужас, что мелькнул у Хезер в коридоре, когда погас свет. Он подался вперёд, спокойно, но уверенно: — Эстер, всё в порядке. Просто давай без шуток про «призраков», хорошо? — Здесь и без того хватает странностей. Эстер кивнула, виновато опустив взгляд. Аббодон, сидевший чуть в стороне, лениво пожал плечами. — Вы, люди, как всегда, делаете драму из ерунды, ладно бы её Сатана своровал бы, а тут… ерунда… Эстер теребила край одеяла, бросая короткие взгляды на Хезер, но та упрямо смотрела в сторону. Бэн сидел чуть в стороне, пытаясь не вмешиваться, хотя чувствовал, что напряжение в комнате стало почти ощутимым. — давайте — Эстер выдохнула, — сделаем что-нибудь нормальное, а? Без всякой мистики Может, сфоткаемся? Бэн тихо рассмеялся, и даже Хезер слабо улыбнулась. — Фото? — переспросила она. — Ну… ладно. — Вот и отлично, — оживилась Эстер, — я включу свет потеплее, чтобы лица не выглядели как у трупов. Бэн встал, поправил светильник и помог рассадить всех на кровати. Первая фотография вышла смазанной кто-то засмеялся, Аббодон прикрыл глаза Бэн успел попасть в кадр наполовину. Вторая уже лучше. На третьей все выглядели естественно: Хезер слегка улыбалась, Эстер держала телефон, а Бэн наклонился ближе, чтобы все уместились. — Вот! — радостно сказала девушка. — классно получилось Хезер посмотрела на экран. На фото они и правда выглядели… как друзья. Без неловкости, без тени того, что было минуту назад. Когда смех улёгся, комната погрузилась в уютную тишину. Пустые кружки, подушки на полу, пара перекошенных карточек всё говорило о том, что вечер удался. — Ну, кажется, пора спать, — зевнула Хезер, поправляя одеяло. — Согласна, — кивнула Эстер, выключая верхний свет и оставляя гореть только ночник в виде луны. — Я уже глаз не чувствую. Бэн поднялся с пола и потянулся. — Тогда мы с Аббодоном сваливаем. Девчачья территория всё-таки. — Чего? — возмутился Аббодон, обернувшись. — Я вообще-то еще хочу чипсов — Еда закончилась, — спокойно заметил Бэн, хватая его за воротник. — Эй! Я вообще-то хотел ещё поговорить с Эстер, — возмутился Аббодон, оглядываясь на неё, — у нас был разговор Эстер фыркнула. — Бэн, забери его, пока я не передумала быть вежливой. Бэн усмехнулся: — С радостью. Он потянул Аббодона к двери, а тот, цепляясь руками за косяк, театрально возопил: — Это ещё не конец! Когда ты уснёшь — я вернусь! — Только попробуй, — спокойно сказал Бэн, — я заставлю тебя смотреть романтические комедии с Мамой! — Ты монстр, — буркнул Аббодон, наконец сдаваясь. Хезер тихо прыснула от смеха, пряча улыбку за подушкой. — Всё, спокойной ночи, — сказал Бэн уже в дверях. — Спокойной, — ответили девочки хором. Когда дверь закрылась, Эстер повернулась к Хезер и слегка улыбнулась: — Видишь? Даже демонов выгоняем. Тут безопасно. — Пока они не вернулись, — пробормотала Хезер, натягивая одеяло повыше. — Не вернутся, — уверенно сказала Эстер. — Аббодон слишком ленив для мести. Комната постепенно стихала. За окном лениво скрипел ветер, ночник мягко отбрасывал на стену колеблющиеся тени, и всё в этом казалось странно успокаивающим. Эстер уже почти спала тихо посапывала, время от времени что-то невнятно шепча, будто разговаривала с кем-то во сне. Хезер лежала рядом, глядя в потолок, пока глаза медленно не начали слипаться. сон накрыл её, но ненадолго. Где-то посреди ночи девушка внезапно проснулась от приглушённого бормотания. Она приподнялась на локтях, прислушалась и едва не рассмеялась. — Нет, Аббодон… это моё мороженое… не трогай его… — сонно пробормотала Эстер, нахмурившись во сне и даже оттолкнув подушку, будто того самого демонёнка. — Я сказала, это моё… у тебя своё есть… Хезер не выдержала и тихо прыснула в кулак, чтобы не разбудить подругу. — Даже во сне с ним споришь — прошептала она, улыбаясь. Эстер тихо фыркнула, перевернулась на другой бок и пробормотала ещё что-то про "мороженое и древние духи", отчего Хезер снова хихикнула. — Эстер… — шепнула Хезер, чуть тронув подругу за плечо. — Эстер, проснись… мне пить хочется. Ответом было тихое, сонное «ммм» и невнятное бормотание про "Аббодона и мороженое".Хезер вздохнула. — Ну ладно, спи, — сказала она вполголоса и села на край кровати. Хоть и было немного страшно — идти одной по тёмным коридорам этого старого отеля — но жажда победила. Она медленно накинула кофту, поправила очки и, стараясь не шуметь, вышла из комнаты.       Коридор встретил её тишиной и мягким светом из редких ночников. Хезер шла осторожно, вспоминая, что Эстер говорила кухня где-то внизу, за большой лестницей. На полпути ей показалось, что кто-то движется сбоку. Она замерла, сжав ладони. Но затем, из-за угла, вышли два знакомых силуэта прозрачные, чуть мерцающие, будто сотканные из лунного света. Призраки, которых она уже видела раньше. Одна их них пожилая женщина в старинном платье, другой мальчик лет десяти с веснушками, который весело помахал ей рукой. — Доброй ночи, мисс, — сказала женщина тихо, с лёгким поклоном. — не спится? Хезер, всё ещё чуть напряжённая, робко улыбнулась. — Просто… воды хочу. — Тогда тебе туда, — призрак-мальчик указал рукой на лестницу. — На кухне всё так же, как раньше. Кувшин на столе, чашки в буфете. — Спасибо, — прошептала Хезер.       Она прошла мимо них, чувствуя лёгкое волнение, но уже без страха. Призраки смотрели ей вслед с почти человеческой теплотой. Хезер спустилась по лестнице, ступеньки чуть поскрипывали под босыми ногами. Внизу пахло ванилью и старым деревом. Кухня встретила её мягким золотистым светом от настенного фонаря. всё было аккуратно: белые фарфоровые чашки, старинный чайник, деревянные столы с мелкими трещинами от времени. на столе действительно стоял кувшин с водой и несколько стаканов рядом. налив себе немного, сделала глоток и вода оказалась прохладной, почти ледяной. Она оперлась о край стола. Взглянув в окно, Хезер поймала луну взглядом огромную, почти нереальную. её свет ложился серебристым отблеском на подоконник, на кувшин, на её пальцы. Она вдруг поняла, что редко позволяет себе просто… смотреть. Останавливаться и замечать, как красиво бывает такие моменты. вдруг где-то на лестнице послышался звук тихий, но отчётливый. Шаг. потом второй. Сердце мгновенно ёкнуло, дыхание сбилось. в голове будто щёлкнуло воспоминание то чудовище, тень, тьма, дыхание за спиной. Девчонка сжала стакан обеими руками, словно от этого могла стать смелее. Шаги приближались. Она не дышала. И когда в дверном проёме наконец показалась высокая фигура, её сердце замерло. Но это была Кэтрин. Мама Эстер стояла в пижаме, с взъерошенными волосами и добродушной усталой улыбкой. — О, вот ты где, — мягко сказала она, делая шаг в кухню. — Я проснулась пошла к вам проверить, а тебя нет. Испугалась, что ты заблудилась. Хезер выдохнула, почти со смехом, и быстро поставила стакан на место. — Простите, я просто хотела воды. Кэтрин подошла ближе, с теплом коснулась её плеча. — Всё в порядке, милая. Здесь ночью действительно бывает… шумно. Здание старое, да и призраки любят пошалить. Но они у меня послушные и вежливые…. Хезер кивнула, чувствуя, как напряжение потихоньку уходит. — Я уже привыкла, — тихо ответила она. Девочка тихо поблагодарила Кэтрин и направилась обратно по коридору. она шла медленно, чувствуя, как сон постепенно возвращается, как веки тяжелеют от усталости. Когда добралась до комнаты, Эстер по-прежнему спала, свернувшись клубком, дышала ровно и спокойно. Хезер легла рядом, аккуратно, чтобы не разбудить её, и на мгновение ещё смотрела в потолок. где-то за стеной кто-то прошёл может, призрак, может, просто ветер. Но теперь ей было всё равно. Она повернулась на бок, подтянула одеяло повыше и закрыла глаза. последней мыслью промелькнула Луна та, что смотрела на неё из окна кухни. И вскоре всё вокруг растворилось во сне.