Часть 37

Вечер опустился над городом,окрашивая небо в густые лиловые тона.В квартире царил уютный полумрак.Лишь торшер в углу гостиной отбрасывал тёплый круг света на диван,где сидели Нугзар и Зоя.Телевизор был включён для фона,какой-то старый документальный фильм о путешествиях,но никто не смотрел на экран. Они разговаривали как старые,настоящие друзья,между которыми наконец-то исчезла последняя стена. Разговор начался с пустяков: о вкусе травяного чая,который женщина настояла,чтобы он пил вместо кофе.Потом перешёл на воспоминания.Смешные,нелепые случаи из молодости,связанные с Эдом и Сергеем.Мужчина,к своему удивлению,смеялся.Не усмехался,а именно смеялся.Он рассказывал про то,как Сергей на спор съел целый лимон и скривил такое лицо,что все попадали со смеху.Савич,в свою очередь,делилась историями из своей адвокатской практики,которые раньше казались ей слишком обыденными. — А помнишь того судью,Буркова? — улыбалась Зоя,поджав под себя ноги на диване. — Он всегда засыпал на заседаниях,а просыпался только чтобы сказать «отказать» или «удовлетворить». —Как не помнить, — хрипло рассмеялся Херейд. — Мы с Эдом даже пари держали,сколько минут он продержится.Я всегда проигрывал,он мог проспать целое дело. Они молчали.Тишина эта была мирной,наполненной прошлым,в котором было место не только трагедиям,но и свету. —Жаль,что Сергея нет, — тихо,почти про себя,сказал Кудрявый,глядя в окно на огни города. —Но он здесь, — так же тихо ответила Зоя. — Пока вы о нём помните и смеётесь над теми глупостями,что вы творили,он здесь. Гибадуллин посмотрел на неё.В его глазах была благодарность.Она не говорила пафосных слов о памяти и вечности.Она говорила просто,по-дружески,и это было именно то,что ему было нужно. Постепенно разговор иссяк.Они замолчали,уставшие,но спокойные.Телевизор бубнил что-то о миграциях птиц.Нугзар откинулся на спинку дивана,чувствуя,как тяжесть век становится невыносимой.Он слышал,как ровно дышит Зоя рядом.Потом её дыхание стало глубже,размереннее.Он повернул голову и увидел,что её глаза закрыты,а губы чуть приоткрыты.Она заснула. Мужчина хотел осторожно встать,чтобы не разбудить её,но в этот момент её голова,ища опору,бессознательно склонилась и упала ему на плечо. Он замер.Её тёплый вес,её дыхание,касающееся его шеи, запах чистых волос – всё это обрушилось на него.Но странным образом это не вызвало ни паники,ни раздражения,ни даже той щемящей вины,что он испытывал раньше.Была лишь какая-то глубокая,всеобъемлющая тишина и странное чувство правильности.В этом жесте не было страсти,не было требования.Было лишь предельное доверие и усталость.Доверие,которое он,возможно,не заслужил,но которое ему подарили. Херейд не стал её будить.Он сидел неподвижно,боясь пошевелиться,глядя перед собой на мерцающий экран,и слушал её ровное дыхание.Впервые за многие месяцы в его душе не было войны. На следующее утро Кудрявый проснулся с уже знакомым холодным,стальным чувством внутри.Спокойствие ночи испарилось,уступив место сосредоточенной решимости.Он позавтракал,молча выслушал наставления Савич о приёме лекарств,кивнул и вышел из дома. Он ехал в офис Булдакова,глядя на проносящиеся за окном улицы.Не строил планов,не репетировал речь.Всё было решено.В кармане его куртки лежала флешка с копией записи.Оригинал уже был у следователя Майорова,как и договорились с Эдом.Эта копия была для личного пользования. Гибадуллин вошёл в здание,поднялся на нужный этаж.Секретарша,узнав его,ропыталась было что-то сказать,но он прошёл мимо,не удостоив её взглядом.Он толкнул дверь кабинета Булдакова. Тот сидел за своим массивным столом из красного дерева и,увидев Нугзара,медленно, с театральным удивлением поднял брови. — Ты еще жив? Я уж думал,ты на том свете.Выглядишь,надо сказать,соответстенно. Мужчина не ответил.Он закрыл дверь,подошёл к столу и бросил флешку на полированную поверхность. — Включи, — коротко бросил он. Булдаков с насмешливым любопытством взял флешку,подключил к компьютеру.Через несколько секунд на экране замерцало изображение его же кабинета,но с другого ракурса.Его собственное лицо,его пистолет,выстрел,падение Нугзара Лицо Булдакова исказилось.Сначала неверием,потом злобой. — Что это? — прошипел он. — Это твой приговор, — спокойно сказал мужчина. — Оригинал уже у следователей.Они выехали сюда минут пятнадцать назад.У тебя есть время подумать,с каким выражением лица ты будешь их встречать. Булдаков вскочил.Его глаза бешено бегали.Он не кричал,не угрожал.Его взгляд упал на скрытую под столом,замаскированную под кнопку вызова секретаря,панель.Это была не просто кнопка.Это была «тревожная кнопка»,но не для вызова охраны,а для активации системы уничтожения компрометирующих данных в серверной.Системы,которая по задумке должна была быть незаметной.Но в панике,в ярости от собственного провала,его палец не просто нажал на кнопку.Он с силой ударил по ней,и от этого удара что-то замкнуло в старой проводке,проложенной как раз под полом его кабинета. Раздался не оглушительный взрыв,а скорее глухой,мощный хлопок.Пол под ногами Булдакова вздыбился.Из-под панелей полыхнуло пламя и чёрный дым.Его отбросило назад.Он ударился головой о край стеллажа и беззвучно осел на пол,потеряв сознание. Херейд,стоя ближе к двери,только качнулся от воздушной волны.Огнетушительная система сработала,заливая помещение пеной.Он видел лежащее тело Булдакова,слышал нарастающий вой сирен с улицы. Он не думал.Он действовал на инстинктах.Подошёл,с силой вытащил обессилевшее тело бывшего друга из-за стола,взвалил на плечо,даже не чувствуя боли,и,кашляя от дыма,выбрался из кабинета.Кудрявый прошёл мимо орущей секретарши,мимо обезумевших сотрудников,спустился по лестнице и вышел на улицу.Он отнёс Булдакова подальше от входа и бросил его на асфальт,как мешок с мусором. И тогда,стоя на тротуаре,пока в здании бушевал пожар,а на улице начинала собираться толпа,он сделал то,чего не делал никогда в жизни.Он достал из кармана пачку сигарет.Ту самую,что купил утром по непонятному даже себе побуждению.Достал одну,закурил.Дым обжёг горло,вызвал приступ кашля,но он сделал вторую затяжку.И третью. Гибадуллин стоял,прислонившись к фонарному столбу,курил эту свою первую и единственную сигарету в своей жизни и смотрел на горящее здание.Он был абсолютно спокоен.Внутри не было ни триумфа,ни злорадства.Была тихая,ледяная пустота.Пустота после долгой войны. Именно в этот момент к нему подъехали первые машины спецназа и следователей.Из одной вышел майор Майоров.Он подошёл к Нугзару,который невозмутимо докуривал сигарету. — Андреич,что происходит? — спросил Майоров,оглядывая горящее здание и тело Булдакова на асфальте,над которым уже суетились медики. —Всё по плану,Игорь, — тихо ответил мужчина,бросая окурок и затаптывая его каблуком. — Всё по плану. Он сказал это так спокойно,с таким ледяным достоинством,что Майоров только кивнул,не задавая лишних вопросов.Херейд стоял и смотрел,как пламя пожирает кабинет его врага.В его глазах не было ничего,кроме бездонного,уставшего покоя.Война была окончена.Ценой,которую он только начал осознавать.