Часть 38

Первые по-настоящему тёплые лучи апрельского солнца пробивались сквозь свежую листву в парке.Воздух был густым и сладким от запаха цветущих черёмух и свежескошенной травы.Нугзар стоял у входа,опираясь на трость,но без прежней напряжённости в плечах.Он смотрел на аллею,по которой должна была подойти Зоя.В его груди булькало странное,почти забытое чувство – лёгкое,щемящее волнение. Он увидел её.В лёгком весеннем пальто,с сумкой через плечо,она шла неспешно,оглядываясь по сторонам.Её лицо озарила улыбка,когда она заметила его.В этот момент,в этом мягком свете,она показалась ему невероятно красивой.Не броской красотой,а той,что идёт изнутри: спокойной,доброй,настоящей. — Зоя, — кивнул мужчина ей,когда она подошла. —Нугзар, — она улыбнулась. — Как неожиданно.Что случилось? — Ничего плохого, — он повернулся,и они медленно пошли по аллее. — Просто… хотел поговорить.На свежем воздухе. Они шли молча несколько минут,наслаждаясь тишиной и пением птиц.Потом Нугзар заговорил,глядя прямо перед собой. —Булдаков, — сказал он коротко. — Всё кончено.Окончательно.Его дело передали в суд.Никакие связи,никакие деньгм ему уже не помогут.Он сядет.Надолго.Очень Савич остановилась и посмотрела на него.В её глазах не было торжества,а только глубокая,бездонная грусть и облегчение. —Справедливость, — тихо выдохнула она. — Наконец-то. — Да, — согласился он. — Справедливость. Мужчина посмотрел на неё – на её ясные глаза,на руки,сжавшие ремень сумки,на всё её существо,которое стало за эти месяцы таким родным и необходимым.И вдруг его накрыла волна такого сильного,такого острого чувства,что он не смог ему противостоять.Это была не страсть,не вожделение.Нет.Это была благодарность.Нежность.И потребность в том единственном человеке,который был с ним всё это время. — Зоя, — его голос дрогнул.Он сделал шаг к ней.Его руки,ещё не до конца сильные,но уже твёрдые,обняли её.Он прижал её к себе,чувствуя,как хрупки её плечи под тонкой тканью пальто,как бьётся её сердце.Он обнял её крепко,по-мужски,зарывая лицо в её волосы,и просто стоял так,дыша ей в такт,чувствуя,как что-то тяжёлое и чёрное внутри него наконец-то отпускает. Зоя на мгновение застыла от неожиданности,но потом её руки медленно обняли его в ответ.Она не плакала,не говорила.Она просто держала его,отдаваясь этому объятию,как тонущий хватается за соломинку.В этом объятии было всё: и прощение,и понимание,и та самая,недосказанная любовь,что жила в ней все это время Херейд не знал,сколько они простояли так.Когда он наконец отпустил её,в его глазах стояла неприкрытая,чистая эмоция. —Спасибо, — прошептал он. — За всё. Женщина улыбнулась ему.В её улыбке была и радост,и какая-то глубокая,затаённая печаль. —Всегда,Нугзар.Всегда. На следующий день Кудрявый проснулся с непривычно лёгким сердцем.Объятие в парке,её улыбка – всё это крутилось в голове,рождая смутную,но тёплую надежду.Он решил зайти к ней.Без причины.Просто так. Он подошёл к её двери и постучал.Ответа не было.Он подождал,постучал снова – тишина.Нахмурившись,Гибадуллин попробовал дверную ручку.Дверь была не заперта. Тревога,острая и холодная,кольнула его под ложечку.Он вошёл внутрь.В маленькой квартире было непривычно тихо и пусто.Не было запаха еды,не было разбросанных ниток для вязания.На столе в центре комнаты лежали два предмета: связка ключей и сложенный листок бумаги Нугзар медленно подошёл и взял письмо.Его пальцы вдруг стали непослушными.Он развернул листок и узнал её аккуратный округлый почерк. «Дорогой Нугзар. Если ты читаешь это,значит,я уже уехала.Пожалуйста,не ищи меня.Это моё взрослое и очень выстраданное решение. Я хочу сказать тебе спасибо.За всё.Ты подарил мне не только свободу после тюрьмы.Ты подарил мне вторую жизнь здесь,в этом городе.Эти месяцы рядом с тобой,даже самые трудные,были для меня самыми светлыми.Я научилась снова чувствовать,заботиться,быть нужной.Я благодарна тебе и Эду за каждую минуту. И именно поэтому я должна уйти. Я всегда знала,что ты был женат.Но я не знала,не могла даже представить,что именно из-за меня,из-за моего появления разрушилась твоя семья.Я узнала об этом утром,случайно.Мысль о том,что я стала причиной такой боли для Наташи,для твоих детей,для тебя самого,не даёт мне покоя. Я безумно тебя люблю,Нугзар.Больше,чем могу выразить словами.Но любить – это значит желать человеку счастья.Ты заслуживаешь большего.Твоё счастье не со мной.Твоё место с твоей семьёй.С твоими детьми.Ты должен попытаться всё исправить,вернуть то,что было потеряно из-за череды ужасных ошибок,виновницей которой отчасти стала и я. Моя любовь к тебе не должна быть для тебя очередной цепью,новым грузом вины.Она должна быть свободной.Как и ты. Поэтому я уезжаю.Не беспокойся обо мне.У меня всё будет хорошо.Я сильная,ты сам это знаешь.Ключи от квартиры оставляю.Она твоя.Распорядись ею,как посчитаешь нужным Прости меня,если можешь.И будь счастлив.Это единственное,о чём я по-настоящему мечтаю. Зоя.» Мужчина дочитал письмо и несколько секунд просто стоял,не двигаясь.Потом его рука сжала листок так,что бумага смялась.Внутри него что-то оборвалось.Не боль от потери любви – её,как он думал,и не было.Оборвалась нить спокойствия,которую он так недавно обрёл.Его охватила волна горячей,яростной тревоги за неё.Одна.Без вещей.Без особых денег.Куда? Зачем? Херейд представил её на безвестном вокзале,с одним чемоданом,уезжающую в никуда,чтобы «не мешать» ему.И вся его ярость,всё отчаяние,вся накопившаяся годами боль нашли себе мгновенный и единственный выход. Он резко развернулся и вышел из квартиры,сжимая в кармане смятое письмо.Он не думал.Он шёл,как автомат.Кудрявый сел в машину и поехал по знакомому,ненавистному адресу. Он вошёл в дом без стука.Наташа была на кухне.Её лицо исказилось от удивления и привычной неприязни при виде его. —Ты? Что тебе надо?.. Он не дал ей договорить.Он выхватил из кармана письмо Зои и швырнул его на стол перед ней.Бумага скользнула по гладкой поверхности и упала на пол. —Вот, — его голос был низким,хриплым от сдерживаемой ярости. — Посмотри,до чего довела твоя ревность.Читай.Наслаждайся. Лазарева,ошеломлённая,смотрела то на него,то на смятый листок. —Что это? О чём ты?.. — ОНА УЕХАЛА! — рявкнул Гибадуллин.Его голос прозвучал так,что задрожали стекла в серванте. — Понятно? Уехала из города! Навсегда! Потому что узнала,что из-за нее ты выгнала меня и устроила скандал! Потому что твоя грязная,мелочная ревность заставила её чувствовать себя виноватой в том,в чём она не виновата! Она… — он запнулся, пытаясь совладать с дыханием, — … она лучший человек,которого я встречал в жизни.И она ушла,чтобы «не мешать».Чтобы «я был счастлив с семьёй». Он посмотрел на Наталью с таким ледяным презрением,что она невольно отступила на шаг. —Вот и добилась своего.Осталась одна.Теперь ревновать некого и не к кому.Надеюсь,теперь ты счастлива И Нугзар развернулся и ушёл.Он не стал слушать её крики,её оправдания,её вопросы.Он вышел на улицу,сел в машину и просто сидел,уставившись в лобовое стекло.В ушах стоял оглушительный звон пустоты,которую оставил после себя уход Зои.Он проиграл свою последнюю битву.И проиграл её не Булдакову,а собственной прошлой жизни,которая,как призрак,отняла у него единственного по-настоящему преданного человека.