Часть 22

Он выстрелил в меня и сразу же упал. Пуля попала в стену у меня над головой. Я подбежала к нему и начала его трясти. — Дмитрий, очнись! На выстрел сбежался весь отряд. Картина выглядела совсем иначе, чем реальность. Тут же раздался крик Анны: — Нееет! Лэйн, что ты сделала?! — она подбежала к брату и перевернула его, пытаясь найти, куда попала пуля. — Черт, куда ты попала? — пытаясь подавить слёзы, кричала Анна. Весь отряд смотрел на меня как на врага. Грег уже доставал оружие. Я не могла связать и слова. Из-за спины мужчин послышался голос Киры: — Я знала, что с ней что-то не так. Он жив? — ДА ЗАТКНИТЕСЬ ВЫ ВСЕ! — крикнула я во всю силу. Десятки глаз смотрели на меня, ожидая, что я скажу дальше. — Я не стреляла в Дмитрия. Это он выстрелил! — прокричала я, указывая на место в стене, где был след от пули. Все убедились в этом, и Анна задала вопрос, параллельно считая пульс у брата: — Тогда что, чёрт возьми, произошло? — Я не знаю! — сквозь проступившие слёзы прокричала я. — Мы выбежали, ему стало плохо, и он… Не успела я договорить, как в спальне прозвучал звук разбитого стекла. А следом — рык. Рык отродья. Грег и Ник побежали в спальню, а Ноа и Лестер подняли генерала и отнесли его в другую комнату, чтобы Анна провела осмотр. Я пошла следом за ними, но потом поняла, что ничем там не помогу. Мне нужно перевести то, что осталось! — обратилась я к отряду и побежала в кабинет Романова. Там, найдя словарь, торопливо перевела… Я слышала выстрелы и борьбу с отродьями. Случился массовый налёт тварей на Ротков. Но я справилась. Я перевела последнее послание. Но, начав читать готовый текст, я обомлела. Мы в твоей власти. Отрекаемся от креста. Мы отдаём тебе наши тела. Затумань наши разумы и сломи нашу волю. Используй нас по своей воле. Во имя Баала призываем тебя. Слава Отцу Лжи. Слава Баалу. Владыке тьмы. Прими наши души. Это была ловушка… Голова закружилась. Сквозь туман в голове я посмотрела в зеркало и увидела те самые красные глаза. Сознание помутнело. Почувствовалась слабость в теле. И я упала. Кап. Кап. Кап. Сырость… Неприятная прохлада воды, отдающая в тело. Запах смерти. И его смех, разрывающий изнутри. Обитель Баала. Такая ужасная, но уже такая привычная. — Чёрт… — выругалась я, трогая мокрые волосы. Пришло осознание: я впервые не связана. Осмотревшись, я поняла — тут больше никого нет. Но чувство, что за мной кто-то наблюдает, присутствовало. Оно сводило с ума. Каждый сон, каждое моё появление здесь, каждое посланное им видение… Было для того, чтобы свести меня с ума. Я повернула влево и прошлась по ощущениям, не сворачивая, минут пять. Но вокруг ничего не поменялось. Тогда я снова свернула влево и упорно шла быстрым шагом минут десять. Результатов не было. Вокруг всё то же мелководье и алая обитель. От незнания, что делать, дыхание учащалось. Помимо всплесков воды от своих шагов, я теперь слышала дыхание. Своё дыхание. Теперь я дышала вслух. Я сбилась со счёта времени, сколько безрезультатно бродила. В какой-то момент я опустилась на колени и опёрлась на руки от бессилия, обречённо посмотрев вверх. Моё нервное дыхание сорвалось на крик. — Кто-нибудь! В ответ — лишь моё эхо. И… тишина. Душащая и сырая. — Дмитрий! — продолжила обречённо звать я. — Или ты! — злостно и беспомощно обратилась к Баалу. — Что мне делать? От разочарования из глаз начали литься слёзы. Слабость. Бессилие. Разочарование. Смирение. Желание сдаться. Я презирала себя за это, но ничего не могла сделать. Переведя последнее послание, я подписала себе приговор. Себе. Но… Дмитрий… Что сейчас с ним? Посмотрев в своё заплаканное отражение, я заметила, как там проявляется свет… А в этом свете… Я… Одета в белое платье. А рядом Дмитрий. Мы куда-то идём. В голову сразу полезли вопросы. Он очнулся… А я? Когда очнусь я? Я продолжила смотреть на происходящее. Лес Роткова. И хорошо знакомый путь к церкви. Мы идём туда вдвоём. Молча. Но это не я. Я здесь. А кто тогда там? Спустя время мы подошли к церкви. И прежде чем войти, Дмитрий посмотрел на время на своих наручных часах. Лэйн с интересом посмотрела на него. Он выжидал. Прихожане заходили в церковь. Как только часы показали 11:11, они вошли. Смотря на это, моё сердце начало колотиться, словно предчувствие говорило, что сейчас что-то произойдёт. Местные сидели. Они молились. Но не святым. Вместо икон Марии, Иисуса и других святых церковь была увешана оккультными изображениями, иконами демонов, статуей Отца Лжи, обрядными свечами. Большая часть местных была одета в чёрные монашеские лохмотья, через которые было видно только глаза. Даже дети. На престоле был Романов. Все, включая него, уставились на названных гостей. И он заговорил: — У нас гости. Лэйн… Рад видеть. Но разве вас не предупреждали, что чужакам по воскресеньям мы не рады? — А мне приглашение и не нужно, — ответил Дмитрий. — Что вы творите здесь, Романов? — Ты не в самом выгодном положении здесь. Тем более для вопросов. Только генерал собрался что-то сказать, как Романов перебил его: — Взять их! Два здоровяка направились в нашу сторону. — Стоять! — прокричал Дмитрий, достав из-за спины автомат. Их это не остановило. Прозвучал звук зарядки автомата. И выстрелы. Автоматная очередь. Пули прошли их насквозь. Мужчины дрогнули от попаданий, на секунду застыли и упали. Два трупа лежали в паре шагов. — А теперь в невыгодном положении вы, — проговорил генерал. Местные начали поднимать шум, а Романов даже бровью не повёл. — Всем тихо! Гость настроен решительно! На лице Дмитрия я увидела довольную улыбку. А я… То есть не я… А та, что была рядом с ним, стояла и смотрела на всё это с каким-то восхищением. — Кому вы тут поклоняетесь? — спросил Дмитрий. — О, единственному правильному божеству! — ответил Романов. — Это секта! И правильный Бог только один, а это сатанизм! — воскликнул Дмитрий. — Сатанизм — это поклоняться ни на что не пригодным люциферам! А Баал властен над всем! — ответил Борис. — Тогда умрите за него, — злым и безумным тоном произнёс Дмитрий, поднимая оружие и целясь в жителей. Я не могла поверить, что это говорит Дмитрий. Но продолжала наблюдать в воде, как в экран, словно за сериалом. Только в главных ролях были я и Дмитрий. И та Лэйн была заодно с Дмитрием. А настоящая я наблюдала с колотящимся сердцем. Он в очередной раз перезарядил автомат — и тут же послышалась автоматная очередь. Лэйн, закрыв уши, присела. А Дмитрий беспощадно выпускал пули в сторону жителей. Люди падали один за другим. Их было больше четырёхсот человек. Женщины, старики, дети. Все падали. Кто-то от попаданий. Кто-то — в надежде спастись. Но пули настигали их. Перезаряжая и снова стреляя, генерал проговаривал: — Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа! Аминь! Пули пронзали жителей насквозь. Крики. Брызги крови. Мольбы. А Дмитрий продолжал. — Никаким Баалам в этих стенах молиться не будут! Проклятия. Плач. Звуки бьющегося стекла и ломающейся мебели. Детские вопли. И крики матерей, пытающихся их прикрыть собой. Все культисты были обречены на смерть. Спустя тяжёлые минуты в церкви наступила тишина. Мёртвая тишина. Слышно было только метель за окном. На лавках и полу ещё тёплые культисты застыли в своих последних позах. Были пары, которые перед смертью держали друг друга за руки. Матери, которые за эти секунды успели пролить предсмертные слёзы за детей. Кровь была везде. Мы стояли вдвоём, глядя на перебитый народ. Слёзы катились по лицу даже той Лэйн, которая находилась рядом с ним. А он улыбался. Безумная улыбка. А следом — смех. Он восхищался тем, что сделал. Смех становился всё громче. И громче. Громче. И я кое-что узнала в нём. Это был не его смех. Это был смех Баала. Он повернулся ко мне. Его глаза залились красным цветом. И он спросил: — Ты готова принять мою тёмную сторону? Я закричала. Свет с изображением происходящего исчез, и я снова увидела своё отражение в мелководье. Я всё это время сидела, облокотившись на руки, от чего они затекли. Мой крик прозвучал глухим эхом в обители. Крик боли и отчаяния. Мужчина, которого я полюбила, — убийца. Он убил всех. И просит его принять. — И ты согласишься! — прозвучал твёрдый, басистый голос. От испуга я дёрнулась и осмотрелась. — Баал? — Да! У тебя ведь никого нет! Я вспомнила про свою семью и ответила: — Ты не прав! Есть! Снова болезненный смех, и после его ответ: — Твоя семья утонула вместе со всем городом. Не выжил никто! Ты одна! Одна! Одна! Одна! Разносилось эхом последнее слово. — Да и разве тебя кто-то когда-то понимал? Ты всегда была одна! Одна! Одна! Одна! И умрёшь здесь тоже одна! Одна! Одна! Одна! Если не склонишься передо мной и не пустишь веру в Баала в себя. — Я тебе не верю! — прокричала я. В воде снова появился «экран», и я увидела, как огромная волна накрыла город. Ракурс приблизился к моему дому, из которого к машине выбегали мама и папа. И волна настигла их. — НЕЕЕТ! — прокричала я, мотая головой и закрывая руками глаза. — Ты врёшь! Это всё неправда! Они живы! Снова его смех. Я сидела, уткнувшись в пол, и услышала шаги. Он шёл ко мне. Чудовище противного цвета с красными волосами медленно двигалось ко мне. Я оцепенела от страха. Меня словно парализовало. Я могла только смотреть на приближающегося Баала. Он подошёл ко мне, поднял мой подбородок пальцем и сказал: — Он убил моих последователей, а следовать за мной и нести мою веру — твой единственный выбор. Ты осталась одна, и я твоя единственная надежда и спасение. Прими это, — он протянул подобие крестика с его символикой, — и мы спасём мир вместе. Только представь: никаких отродий, мир снова прежний, только не под властью Шепфа. Жизнь человечества сейчас зависит только от тебя. — От меня? — Да. Я приставлю к тебе ангелов. Они будут твоими. Будут сопровождать тебя на проповедях. Ты будешь для них вторым богом. Несущей истину. За его спиной появились Каин и Авель. — Он говорит правду, — произнёс Каин. — Что будет, если я откажусь? — спросила я. — Ты умрёшь… Вместе со всем человечеством. Я замолчала и смотрела в пустоту. От истощения слова подбирались всё хуже. Да и я не знала, что ему ответить. — Я должна… Но тут он заговорил: — Я отлучусь ненадолго. Хочу, чтобы, когда я вернусь, ты уверенно и решительно согласилась на мои условия. И исчез. Резко. В то же время. Мелководье. Дмитрий. Я снова попал в мелководье, как только потерял сознание после выстрела в Лэйн. Я не знаю, что мной тогда двигало… Но точно не здравый рассудок. Я бродил по мелководью, сворачивал на разные пути, но всё было без толку. Оно было бесконечным и одинаковым, куда бы я ни шёл. Счёт времени давно потерялся вместе с силами идти. Я обречённо сидел и смотрел в пустоту. Как она могла? Зачем она убила их? Я не мог понять… Эта книга… Она свела её с ума. Я так настаивал на том, чтобы она быстрее её перевела… Как и мой отец. Я услышал шаги. Ко мне кто-то приближался. Это был он. Баал — чудовище протянуло руку, будто собираясь поздороваться. — Или как там у вас, у людей, принято. В общем, неважно, — и он убрал руку. — Какой-то ты слабый сейчас. Со всей ненавистью я посмотрел на него и спросил: — Что тебе нужно? — Расскажи мне, что ты видел… Я вспомнил, как в очередной раз, когда упал без сил, увидел в воде свет… А в этом свете — кадры, от которых до сих пор не мог отойти. — Лэйн… Она… Она убила их всех… — слёзы наворачивались, но я сдерживался. — Она расстреляла всех культистов и сказала, что это во имя Шепфы… Баал смотрел на меня внимательно, вслушиваясь в каждое слово. А затем сказал: — Просто представь… Ваш бог столько времени имел СТОЛЬКО власти, и когда часть людей от него отреклась из-за апокалипсиса, смертей… Просто приказал убить здравомыслящих людей. Убил их руками маленькой и хрупкой девушки… Наделил её такой тяжёлой ношей… Баал посмотрел мне в глаза и спросил: — Разве так поступил бы по-настоящему справедливый бог? Разве поступил бы так бог, достойный молитв стольких людей? — Нет… — ответил я. — Но это не всё, верно? — спросил Отец Лжи. Я вспомнил ещё один момент. Она, глядя на кровавую картину, обернулась ко мне и спросила: «Ты готов принять мою тёмную сторону?» — А ты готов? — спросил Баал. Я не знал, что ответить… Она стала для меня всем… — До того, как беспощадно лишила жизни целое поселение… Ведь так? — продолжил свои манипуляции Баал. Я промолчал. Истощение и переизбыток эмоций мешали здраво мыслить. — Если бы у тебя был шанс… Ты бы защитил ни в чём не повинных людей? — спросил он. — Да. Но… Я не думал, что она выхватит автомат и всех расстреляет. Люди… Дети… Я пытался её остановить. Она была безумна… И решительна… — Выход есть, — уверенно произнёс Баал. — И каков он? — обречённо спросил я. — Я подниму человечество с колен! Мы поднимем человечество с колен. Мы избавим мир от отродий! Сделаем это лишь страшной частью истории, которую создал Шепфа. — Но… Как? — Ты будешь канцлером всего человечества. Они не посмеют тебе перечить. Когда ты будешь читать новые законы своего «ковчега», за твоей спиной будут два ангела — бессмертные, под твоей властью, подтверждающие твою власть даже над бессмертными. Твоё имя запомнит история. Как спасителя. Как человека, воскресившего мир. — И что ты за это хочешь? — Убей несущую волю Шепфы. Отбери у неё копьё и уничтожь его. И сожги книгу апокалипсиса. Когда в мире не останется силы Шепфы, которая таится в трёх объектах, мы с тобой начнём. — Убить Лэйн? Отец Лжи закатил глаза: — Да-да… Именно её. Брось, у тебя таких будут сотни! Каждый день менять сможешь! Соглашайся… тик-так. — Что будет, если я откажусь? — Всё человечество рано или поздно умрёт. Отродья поглотят этот мир. Столько лет борьбы окажутся безрезультатными. Всё было зря. И только из-за твоего отказа… Но я же не изверг какой-то, я дам тебе время подумать… И он исчез. А я сидел с чувством долга перед человечеством и со своими чувствами… Я вспомнил её. Её улыбку. Её объятия. Какая она была тогда, когда мы впервые увиделись. Вспомнил момент, когда понял, что влюбляюсь. Как она заставила меня снова чувствовать себя живым в ночь нашего первого поцелуя, кружась в медленном танце. Как смеялась, убегала от меня, извивалась от удовольствия подо мной… И её мне нужно убить. На чаше весов стоял весь мир и та, без которой мне этот мир не нужен вовсе… Несмотря на всю тьму вокруг, она была моим светом. Тьма — свет. Тьма — свет… И тут я кое-что вспомнил. Лайки и отзывы мотивируют меня писать финал быстрее 💋❤️