Глава 3 - Вперёд

Когда Шики возвращается на территорию клана Годжо, у ворот её ждёт свита. Ну, или... не совсем свита, но у высоких, отполированных ворот довольно демонстративно собралось несколько человек, очевидно, простоявших там уже некоторое время. Впереди всех стоит знакомый на вид пожилой мужчина, который безмятежно ожидает, аккуратно спрятав руки в складках своих длинных рукавов. Первой инстинктивной реакцией Шики было что-то вроде: «У меня проблемы?» … Несмотря на то, что, технически, Шики не была им чем-то обязана — разве что Име-сан, может быть, в силу того, что она её тётя? Но даже это спорно. Наверное. Сатору-ниичан, с другой стороны, явно не испытывал подобных угрызений совести. Беловолосый подросток был совершенно невозмутим, легко шагая прямо к переполненным воротам, а Шики тихо следовала за ним. «Йо, давно не виделись, старик Дайсаку». Шики узнала Дайсаку-саму по той неловкой встрече, устроенной из-за её глаз. Однако, судя по нескольким резким вздохам окружающих, она догадалась, что к Дайсаку-саме не принято обращаться так небрежно — если только ты не Сатору-ниичан. Молодой человек стоял с улыбкой, которая словно бросала вызов любому, кто осмелится упрекнуть его в непочтительности. Что, судя по опущенным головам и устремлённым в землю взглядам, казалось маловероятным. К лучшему или к худшему, Дайсаку-сама выглядел совершенно не обеспокоенным явным неуважением. «Действительно, давно не виделись, Сатору-кун. Рад видеть тебя в добром здравии». «Ага»,— безразлично отозвался Сатору-ниичан. — «Так что тут за приветственная вечеринка?» «… Мы лишь пришли поприветствовать нашего уважаемого наследника клана. В конце концов, прошло немало времени с твоего последнего возвращения домой». «Я-я-ясно». В этом растянутом слове Шики не уловила ни капли веры. Сатору-ниичан пожал плечами. «Ну, в школе много дел, что тут скажешь?» Дайсаку-сама тихо хмыкнул. Затем, нарочито небрежно: «И всё же я вижу, ты нашёл время познакомиться со своей новой кузиной. Надеюсь, Шики-чан не доставила тебе слишком много хлопот». Хоть он и говорил добродушно и по-дедовски, Шики ни капельки ему не доверяла. Ей также не понравился подтекст его слов, будто Шики — его подопечная, и её поведение отражается на нём, человеке, которого она встречала всего раз — и не при самых лучших обстоятельствах. Хотя он и не смотрел на Шики с таким же явным ожиданием, как Има-сан, не было сомнений, что он тоже чего-то хотел от Шики из-за её новообретённых проклятых глаз. Девочка окинула взглядом красные линии, испещрившие пожилого мужчину, а затем опустила глаза. «Она хороший ребёнок», — небрежно ответил Сатору-ниичан. Сатору-ниичан… у него ведь тоже проклятые глаза, не так ли? Как он с этим справляется? Как он справляется… вот с этим? «Я буду заходить проведать её, так что не удивляйтесь, если станете видеть меня чаще! Может, ещё пару раз возьму её с собой в школу в будущем, и…» «Это было бы неразумно, Сатору-кун». Её кузен замер. Казалось, несколько человек вокруг почти сжались, коллективно затаив дыхание. «О?» Напротив них Дайсаку-сама едва заметно поклонился. «Я не выказываю неуважения, конечно. Но, учитывая неопределённость, окружающую эту дарованную ей глазами способность, и то, что девочка совершенно не обучена — не говоря уже о том, что она всё ещё восстанавливается после медицинской комы, — для её же собственной защиты будет безопаснее, если она останется на территории поместья». Сатору-ниичан изогнул бровь из-за чёрной оправы своих солнцезащитных очков. «Нигде ей не будет безопаснее, чем со мной». В этих уверенных словах не было высокомерия, они прозвучали как абсолютная истина, словно он утверждал, что небо голубое, а трава зелёная. С Годжо Сатору Шики будет в безопасности. Девочка моргнула, широко раскрыв глаза и глядя на своего кузена. Напротив них Дайсаку-сама терпеливо улыбнулся. «Я не отрицаю твоей силы, Сатору-кун. Даже в юном возрасте шестнадцати лет ты уже далеко превосходишь самые яркие таланты клана по чистой мощи», — похвалил он. — «Как и ожидалось от благословенного, владеющего и Безграничностью, и Шестью Глазами…» «К делу». «…но ты должен понять, что никто не идеален», — продолжил старейшина без запинки. — «Твоей силы может быть более чем достаточно, чтобы отбиться от недоброжелателей, нацеленных на тебя, но было бы разумно принять больше мер предосторожности для твоей маленькой кузины. У неё, безусловно, есть потенциал, но она всё ещё слаба и не обучена. Есть причина, по которой мы установили скрывающие барьеры вокруг больницы… прежде чем ты в одиночку их снёс, когда вывел её с собой». «Вы не доверяете мне её безопасность», — ровным тоном констатировал Сатору-ниичан, и в его голосе прозвучала едва уловимая опасная нотка. — «Тогда что вы предлагаете? Запереть её в поместье, чтобы вам было легче изучать её глаза?» «Какие слова ты используешь, Сатору-кун, право слово», — Дайсаку-сама устало преувеличенно, почти обиженно вздохнул. — «Это лишь для блага самой девочки, чтобы она хотя бы прошла обучение, прежде чем получит полную свободу за пределами поместья, не так ли? Точно так же, как мы поступали с тобой в твоём детстве, если помнишь. И даже тогда было немало опасных моментов». Сатору-ниичан фыркнул: «Ага, вот тебе и хорошая защита на территории клана». Старейшина осуждающе нахмурился. «Защита на территории клана сдерживает злые намерения…» «Сдерживает, конечно. Но ведь есть и обходные пути, не так ли?» — Сатору-ниичан пожал плечами. — «К тому же, если говорить о барьерах, то лучше тех, что установлены Тенгеном, как, например, над Техникумом дзюдзюцу, не найти…» «Барьеры школы сосредоточены на сокрытии. С точки зрения обороны, территория клана безопаснее от атак, от которых девочке потребуется защита». Подросток цокнул языком. «Я не согласен. Да ладно, будьте честны со мной, что это за реакция? Почему вы так настаиваете на том, чтобы запереть её? Даже если это только из-за её глаз, это всё равно не причина так перегибать палку». «…К сожалению, Има была не самой осмотрительной, когда впервые привезла девочку в клан, что породило много слухов. Мы собирались пресечь пустые разговоры после подтверждения ситуации с девочкой, но потом случилась… её вторая госпитализация. А затем ты демонстративно привёл её в свою школу, что, мягко говоря, не помогло», — сухо объяснил Дайсаку-сама и вздохнул. — «Сейчас к ней приковано слишком много внимания. Мы даже получили на днях послание от клана Камо, выражающее интерес к тому, чтобы увидеть эти "новые Шесть Глаз"». «Что, серьёзно?» «Да. Мы им отказали, конечно, сославшись на то, что восстановление девочки имеет приоритет над всем остальным, — но сейчас это не имеет значения». Старик повернулся и наконец сосредоточил своё внимание на Шики. «Хотя мы держали тебя в изоляции для твоей же защиты, я понимаю, почему ты хотела посетить школу, Шики-чан», — сказал он. — «Как его звали… ах. Нанами Кенто-кун, верно?» Шики ничего не ответила, но, возможно, её подозрительное молчание сказало достаточно. Дайсаку-сама снова вздохнул, и в этом вздохе слышался весь его преклонный возраст. «Признаю, что некоторые методы клана могут показаться, скажем так… грубоватыми… но мы действительно желаем тебе добра», — он взмахнул рукой. — «Хотя твоя преданность семье похвальна, теперь у тебя есть обязанность научиться правильно использовать силу, которой ты была одарена. Это превыше всего». «Я этого не хотела», — наконец сказала Шики. «Не имеет значения», — без запинки, с лёгким укором ответил Дайсаку-сама. — «Возможно, ты этого и не хотела, но эта сила твоя, как бы то ни было». Слова были не резкими, но определённо неопровержимыми. Правда. Хотя Шики предпочла бы, чтобы оба её родителя были живы и здоровы, а не просыпаться после годовой комы с проклятыми голубыми глазами… такова была реальность, с которой ей теперь предстояло жить. Рядом с ней Сатору-ниичан ничего не сказал. Возможно, потому что он тоже знал, что это правда. «Необученные техники опасны. Потенциально для самого пользователя, но в большей степени для окружающих, особенно если пользователю не хватает контроля», — продолжил Дайсаку-сама. Вопреки себе, Шики вспомнила, как Кенто-оджичан опустился на колени и обнял её с облегчением, а по его телу мелькали красные линии, и Шики… Девочка сжала кулак. Если бы она… если бы произошёл несчастный случай. Тогда, Кенто-оджичан… так же, как то лезвие, Кенто-оджичан…? «Так, мне кажется, мы немного отклонились от темы», — внезапно вмешался Сатору-ниичан. — «Итак. В общем, вы говорите, что на неё сейчас слишком много глаз? И вы хотите, чтобы она лучше овладела своей техникой, прежде чем снова покинет поместье». «Таково решение клана по этому вопросу, да». Беловолосый подросток неопределённо хмыкнул, затем повернулся к маленькой девочке у своей ноги. «…Ну, полагаю, мне не обязательно брать тебя с собой в школу. Я могу просто привести Нанами-куна сюда к тебе!» Шики немного оживилась. Главное, чего она боялась — это что ей запретят видеться с Кенто-оджичаном, как это делала Има-сан до того, как Сатору-ниичан ворвался в её больничную палату. Хотя… Напротив них Дайсаку-сама, казалось, не был в восторге от этой перспективы. «Сатору-кун, приводить посторонних на территорию клана, как правило, не одобряется, даже если…» «Нет! Не хочу ничего об этом слышать», — резко улыбнулся Сатору-ниичан. — «Или вы хотите сказать мне, что наследник клана даже не имеет права приглашать гостей по своему усмотрению, ммм?» При этих словах лицо Дайсаку-сама скривилось так, будто он внезапно раскусил лимон. Шики отвернулась и подавила лёгкую улыбку. «…Конечно нет, Сатору-кун». «Отлично, рад, что мы пришли к согласию», — подросток посмотрел вниз на свою юную кузину. — «Итак, как тебе насчёт недели или около того? Я вернусь с Нанами». Неделя. Это звучало… это звучало так долго, и, если быть до конца честной с собой, Шики это не нравилось. Она не хотела возвращаться в эти слишком вычурные здания, где ей было не место, не хотела жить с Имой-сан, которой от Шики нужны были только её глаза. Но реальной альтернативы не было. И… и не то чтобы это было так уж плохо, верно? Если клан Годжо хочет Шики из-за её глаз, то они будут хорошо о ней заботиться, чтобы использовать её в будущем. По крайней мере, это она понимала. «Спасибо, Сатору-ниичан», — это всё, что сказала Шики, заслужив в ответ резкую улыбку и быстрое поглаживание по голове. Она поняла, что говорит ему это довольно часто. Часть Шики не могла не задаваться вопросом, почему кузен, которого она никогда раньше не встречала, так старается ради неё. В школе не казалось, что он был особенно близок с Кенто-оджичаном. Скорее, он был гораздо ближе с Гето-сан и Иэйри-сан, которые учились с ним на одном курсе. Они были добры к ней, но… на самом деле у них не было для этого причин. Ничего, кроме того, что Шики была племянницей Кенто-оджичана, и… И… её глаза. … Она почувствовала себя очень неблагодарной за то, в каком направлении потекли её мысли, но на мгновение Шики задумалась, не хочет ли и Сатору-ниичан заполучить её из-за её глаз. Впрочем, это не имело значения. Даже если так и окажется… она всё равно была рада, что встретила его. Он привёл её к Кенто-оджичану, как и обещал, в то время как остальная часть его клана, казалось, была полна решимости держать Шики подальше от дяди. И… хотя они и не казались особенно близкими, Кенто-оджичан доверял ему. Этого для Шики было достаточно. Поэтому, когда Има-сан вышла из-за спины Дайсаку-сама и протянула руку к своей племяннице, девочка безропотно пошла с ней. Холодные пальцы сомкнулись на её запястье и потянули её к элегантному поместью, и… «С возвращением домой, Шики-чан», — сказала её тётя. … Она не очень-то доверяла своему голосу, чтобы ответить на это, и предпочла промолчать. . . Шики не знала, чего ожидать, когда ей сообщили, что её тренировки и уроки скоро начнутся. Наверное, что-то вроде школы, как у Кенто-оджичана и Сатору-ниичана? Сидеть за партой, читать книги и заполнять рабочие листы? Вместо этого ей вручили меч. … Это как бы задало тон всему последующему. Утра были заполнены уроками фехтования. Шики стояла в слишком большом додзё и махала деревянным мечом под присмотром строгого инструктора, следившего за каждым её движением. Раз твоя техника, по-видимому, в основном основана на «разрезании линий», клинковое оружие подойдёт тебе лучше всего. Ноги Шики слишком быстро уставали, а рукам не хватало силы, и хотя отчасти это могло быть связано с её физическим состоянием после долгого пребывания в постели — что ж. Будь здесь её отец, он, вероятно, сказал бы ей что-то о тяжёлой работе, таланте и о том, что первое может компенсировать недостаток второго. Но его здесь не было. Поэтому Шики молча раз за разом взмахивала своим тренировочным мечом под пристальным взглядом своего каменнолицего инструктора, пока руки не начинали казаться, будто вот-вот отвалятся. А затем продолжала махать мечом ещё больше. …Достаточно. Но тебе придётся стараться лучше, Шики. Дневные занятия, как правило, различались. Иногда она сидела над книгами, как можно было бы ожидать от обычного урока, но чаще всего предметы были немного… странными. Например, как контроль проклятой энергией или основы создания барьеров. Честно говоря, всё это было довольно ошеломляюще. И на протяжении всего этого Шики остро осознавала, что её постоянно судят и изучают за каждую мелочь, и это… Ей это не нравилось. Но в этом не было ничего нового. «Если это чего-то стоит», — сказал Сатору-ниичан. — «Клан искренне хочет, чтобы у тебя всё получилось». «Из-за моих глаз?» Шики даже не потрудилась посмотреть на своего кузена. Приняв устойчивую стойку, она снова взмахнула деревянным мечом в руках. Сто двадцать один. «Да», — откровенно ответил он. Шики, по крайней мере, ценила прямоту. — «Потому что твой отец был Годжо, и у тебя проявилось новое глазное проклятие. Так что теперь клан в тебе заинтересован». Сто двадцать два. Руки девочки дрожали, горя от боли, и она осторожно поправила стойку, прежде чем снова поднять тренировочный клинок. Сто двадцать три… «Так, из любопытства, когда ты собираешься на самом деле раскрыть, в чём заключается твоя техника?» Шики споткнулась, едва не выронив меч посреди двора. Сатору-ниичан с удивлением наблюдал за ней. «Старейшины пока называют её "Хрупкость", так как она, по-видимому, вращается вокруг навязывания слабых мест другим объектам, подобно Технике Соотношения Нанами-куна», — сообщил он ей. — «Но это не вся картина, не так ли?» Начало и конец. Открытие и закрытие. «…Нет, не вся». «Ага, я так и думал», — Сатору-ниичан казался довольным её подтверждением. Он поднял руку и постучал по краю своих угольно-чёрных очков. — «Ты же знаешь, что у меня Шесть Глаз, так что я довольно проницателен! Особенно когда дело касается таких вещей. Забавно, как ты до сих пор водишь старейшин за нос насчёт своей способности. Но… ты ведь знаешь, что на самом деле делает твоя техника, не так ли?» Шики медленно кивнула, затем покачала головой. «Хм. Некоторые техники требуют долгого пути проб и ошибок, чтобы их понять, но другие приходят с… врождённым пониманием, если хочешь», — задумчиво размышлял её кузен. — «Похоже, ты склоняешься ко второму. Есть какая-то особая причина, почему ты пытаешься держать это в себе? Другим сложнее помочь, если мы не знаем, с чем именно должны помогать». Девочка бросила на него долгий взгляд. Сатору-ниичан закатил глаза. «Я серьёзно! Добро пожаловать в клан: все здесь — любопытные сплетники, и ни один секрет на самом деле не остаётся тайной навсегда». Он хлопнул в ладоши. «Ты же понимаешь, что чем дольше ты будешь водить старейшин за нос, тем дольше они будут пытаться держать тебя взаперти в поместье? Даже у меня были свободные дни, чтобы побродить снаружи, знаешь ли». Часть опасений Шики по поводу объяснения своей техники окружающим сводилась к её неприязни к клану Годжо в целом. Однако это была не единственная причина. Шики, может, и не доверяла старейшинам, ожидавшим от неё чего-то, может, и не доверяла Име-сан, которая смотрела на неё жадными глазами, — но она также не доверяла и самой себе, не с такой-то природой её способности. … Однако Сатору-ниичан был таким же, как она. У него тоже были проклятые глаза, так что он знал, каково это — видеть то, что на самом деле не предназначено для восприятия человеческими глазами. Даже если это было не то же самое — насколько Шики знала, Шесть Глаз клана Годжо не подразумевали видения красных линий — это всё равно было похоже, вроде как? Так что… Внезапно ей в голову пришла мысль. «Сатору-ниичан, ты можешь определить, что у меня за "техника"?» Беловолосый подросток небрежно взмахнул рукой, изображая жест "так себе". «Только в общих чертах. Твои глаза похожи на мои в том смысле, что Шесть Глаз обеспечивают эффективное использование Безграничности. По потоку твоей Проклятой энергии я могу сказать, что твои глаза так же тесно связаны с твоей техникой, даже если я не могу определить, что это именно». «Понятно». Шики на мгновение замолчала. Ей было не по себе от своей техники и её последствий, что было ещё одной причиной, по которой она так долго намеренно избегала подробного обсуждения этого с Дайсаку-сама и остальными. Но если это Сатору-ниичан… «Я… пустая», — наконец сказала она. Нет, это, наверное, не совсем правильная формулировка. Но как это объяснить? Об этом было трудно даже просто думать как о концепции, и… честно говоря, она даже не была уверена, что сама достаточно понимает эту так называемую технику, чтобы всё как следует объяснить. Но по крайней мере, она могла попытаться. «И во всём есть та же пустота. Всё несовершенно, с момента своего появления до момента своего завершения. Это… в общем, это и есть линии». Сатору-ниичан издал заинтересованный звук. «Значит, старейшины на верном пути?» «… Наверное?» — Шики сделала паузу, чтобы подумать. — «По их словам, я… в основном делаю то же, что и Кенто-оджичан со своей техникой, верно? Навязываю слабую точку другим вещам. Только вместо одной точки в соотношении семь к трём, у меня это линии. Но это… на самом деле не так». «М-м-м. И в чём бы ты сказала различие между вашими техниками?» «Я вообще не навязываю никаких слабостей», — тихо сказала девочка. — «Это… всё уже там есть». Её кузен изогнул бровь. Шики с трудом подбирала нужные слова. Начало и конец. Открытие и закрытие. «Покажешь мне свою технику?» — наконец спросил Сатору-ниичан. На самом деле, это могло быть лучшей идеей. Он снял свои солнцезащитные очки, и его голубые глаза были устремлены на Шики, когда она легко выполнила его просьбу. Девочка наклонилась и сорвала цветок, росший у её ног. Затем, без лишних церемоний, Шики провела ногтями по красным линиям на его поверхности. Цветок мгновенно увял в её руках и рассыпался в прах. «Это...», — сказал Сатору-ниичан. — «Определённо не Техника Соотношения Нанами». Значит, они были на одной волне; Шики тоже так не думала. Подул лёгкий ветерок, и всё унеслось с ветром. Рука Шики снова стала пустой. «Если уж на то пошло, я бы сказал, что это…» — хмыкнул её кузен. — «Эй, повтори это ещё раз с чем-нибудь другим? Я просто хочу кое-что подтвердить». Девочка огляделась, затем её взгляд упал на деревянный тренировочный меч. … Никто ведь не будет по нему скучать, правда? Мгновение спустя меч развалился на куски на земле. Наступила короткая пауза. Затем… «Твои глаза», — медленно и задумчиво произнёс Сатору-ниичан. — «Ты видишь смерть, выраженную в виде линий, не так ли?» Шики очень старалась не думать об этом именно в таких терминах, но он был… не неправ. Взгляд её кузена остановился на ней, проницательный. Созерцательный. «… Ладно, я понимаю, почему ты пыталась молчать о подобном. Но поверь мне, люди рано или поздно всё равно это поймут». Его рука взъерошила её волосы. Вероятно, это был утешительный жест, чтобы смягчить его слова. «Нанами знает?» Шики покачала головой. Над ней Сатору-ниичан замер. «Почему нет?» — в его голосе не было осуждения, лишь смутное любопытство. И ответ на это был… Потому что мне страшно. Хотя она и не произнесла этих слов вслух, казалось, её кузен всё равно уловил что-то из её чувств. «Нанами не из тех, кто отвернётся от тебя или станет относиться по-другому только из-за чего-то вроде опасной техники», — засмеялся он. — «Или… хм. На самом деле тебя беспокоит не это, да?» «Я доверяю Кенто-оджичану», — тихо ответила Шики. Да. Она безгранично доверяла своему дяде, но когда дело касалось самой Шики… «Значит, дело в тебе», — заключил её кузен, а затем очаровательно ей улыбнулся. — «Давай, выкладывай. С контролем у тебя ведь нет проблем, так? Просто следи, чтобы не пересекать линии, которые не хочешь, и всё будет в шоколаде». Ему, конечно, легко говорить. Но просыпаться каждое утро и видеть повсюду красные линии, повсюду, повсюду, зная, что это означает смерть… одно дело смотреть на красные линии на Име-сан, к которой Шики была в целом безразлична, и совсем другое — видеть те же линии на Кенто-оджичане. Шики скучала по Кенто-оджичану, она хотела его увидеть, хотела быть с ним и убедиться, что с ним всё в порядке, — но в то же время она этого и не хотела. В этом есть какой-то смысл? (Она думала, что, возможно, это было одной из причин, почему она так привязалась к Сатору-ниичану за такой короткий срок, помимо того, что они были единственными, у кого были проклятые глаза. Потому что из всех людей, которых она видела с тех пор, как снова очнулась, у Сатору-ниичана было меньше всего красных линий, испещряющих его тело, и это… в некотором смысле успокаивало.) «Ты не единственная, у кого опасная техника», — сказал ей Сатору-ниичан. — «Поверь мне, некоторые гораздо сложнее даже контролировать, не говоря уже о правильном использовании. Поверь в себя немного больше, а?» Шики указала на свои глаза. «Разве… разве это никогда не утомляет, видеть подобное?» «А для чего, по-твоему, мои солнцезащитные очки?» — был беззаботный ответ, который она получила. Шики даже не заметила, что слегка надула губы, пока её кузен не слишком нежно ткнул её в щёку. — «На очки тоже можно накладывать заклинания, посмотри, может, это поможет». Ох. «Есть заклинания, которые могут заставить линии исчезнуть?» «Должно быть возможно», — Сатору-ниичан почесал подбородок, затем пожал плечами. — «Рекомендую обратиться к кому-нибудь из оружейников клана по этому поводу. В любом случае, спросить не помешает». Шики немного повеселела при мысли о том, что ей не придётся видеть смертоносные красные линии повсюду, куда бы она ни посмотрела. Это не причиняло боли, но иногда это было так ошеломляюще и… «Сатору-сама, Шики-сама». … Шики не думала, что когда-нибудь привыкнет к тому, чтобы её называли «-сама». Это было странно. Тем не менее, оба беловолосых ребёнка одновременно обернулись на зов и увидели темноволосую Риэ-сан, склонившуюся в низком поклоне служанки. «Полагаю, это мой сигнал уходить», — Сатору-ниичан шумно вздохнул, а затем улыбнулся Шики. — «Нанами-куна в этот раз в последнюю минуту вызвали на миссию, но в следующий раз я обязательно его приведу. Подумай, что ты захочешь ему сказать, хорошо?» Девочка кивнула. «Отлично. Будь умницей и постарайся не доставлять слишком много хлопот! Не разговаривай с незнакомцами и не затевай драк, ладно?» «Да, Сатору-ниичан», — терпеливо ответила девочка на глупую шутку своего кузена. … Три дня спустя Шики получила приглашение посетить клан Камо.