Глава 134 - Передача

Результаты усилий Сатору-ниичана по обучению Простой Территории неоднозначны. Стоит признать, кузен Шики не всегда лучше всех умеет объяснять. Шики даже испытала это на собственном опыте; путаное объяснение Сатору-ниичана о том, как генерировать положительную энергию, сразу приходит на ум как подходящий пример. Хотя Шики теперь и сама научилась использовать положительную энергию, она воспринимает это вовсе не как «умножение». Если отбросить спорную эффективность его объяснений, большую часть времени Сатору-ниичан всё равно предпочитает обучать через прямое действие. Прямое действие, по крайней мере, понять гораздо проще, чем неясные объяснения. … Как оказалось, это один из тех случаев, когда прямое действие остаётся неэффективным. К концу импровизированной тренировки никому из присутствующих студентов не удалось успешно создать Простую Территорию. Удивительно, но ближе всех к успеху оказался Инумаки Тогэ. Не Кинджи, у которого больше всего опыта с территориями, и не Оккоцу, обладающий наибольшим количеством Проклятой Энергии, а именно Инумаки. «Должно быть, потому что контроль Тогэ над его Проклятой Энергией — самый отточенный», — заявляет Сатору-ниичан. В этом есть смысл. Логично, что Инумаки, как обладатель нестабильной, опасной проклятой техники, сосредоточился на контроле, чтобы предотвратить нежелательные несчастные случаи. Таким образом, это приводит к тому, что юноша лучше управляется со своей Проклятой Энергией по сравнению с большинством сверстников. Особенно тех, кто родом из обычных семей и менее опытен в манипулировании своей Проклятой Энергией. Мастерство — это то, что приходит только с обширной практикой. Что касается остальных… Для Панды Проклятая Энергия просто существует. Будучи внезапно мутировавшим Проклятым Трупом, это что-то неотъемлемое от самого его существа, и как таковое, это не то, что он сознательно контролирует в большинстве случаев. Мегуми, с другой стороны, не лишен тонкой чувствительности к Проклятой Энергии, как Панда. Но Мегуми в основном практикуется в физическим усилении с использованием Проклятой Энергии, а внутреннее манипулирование своей Проклятой Энергией заметно отличается от использования её во внешнем проявлении — таком как территория в данном случае. Также не помогает и то, что барьеры всегда были его слабым местом. Конечно, в конечном счете, «контроль» отличается от «понимания». Наличие лучшего контроля над своей Проклятой Энергией не обязательно означает более быстрое изучение новых техник. Тем не менее, нельзя отрицать, что этот навык действительно даёт преимущество по сравнению с теми, у кого его нет. «Шаке», — весело произносит Инумаки, показывая два пальца в знаке «V». С точки зрения грубой силы Инумаки уступает другим в группе. Но с точки зрения отточенности своей Проклятой Энергии, он вполне может быть тем, кто практиковался больше всех. «Неужели всё действительно сводится просто к контролю над своей Проклятой Энергией?» — вздыхает Мегуми, лежащий сейчас, раскинувшись на траве. — «Такое чувство, что это не единственное, чего мне не хватает, когда я пытаюсь разобраться с Простой Территорией…» «Вот-вот», — соглашается Кинджи со слабым «умф», переворачиваясь на живот с того места, где он также повален на землю. — «Типа, мы, по сути, просто пытались создать Простую Территорию методом проб и ошибок». Сатору-ниичан фыркает. «Это совершенно естественно — проходить через пробы и ошибки, когда изучаешь новый навык». «Конечно, но разве весь смысл того, что тебя учит кто-то другой, не в том, чтобы твой процесс обучения не был сплошными пробами и ошибками?» — ворчит Мегуми. Сатору-ниичан толкает ворчливого мальчика ногой. Мегуми отмахивается от его ноги и промахивается с большим отрывом. «Если у тебя есть энергия так жаловаться, то, я думаю, у тебя есть энергия, чтобы втиснуть еще немного практики», — высокомерно говорит старший колдун. Мегуми закатывает глаза, но не продолжает свои жалобы, поднимаясь на ноги. В стороне Кирара тоже садится со стоном, попутно тянет Кинджи вверх за собой. «Знаете, мне тут пришло в голову… как часто нам вообще придется использовать Простую Территорию?» Кирара встает на ноги. «Если это техника против территории, то она предназначена для борьбы с Расширением Территории, верно? Но я не могу представить, чтобы враги использовали Расширение Территории так уж часто, особенно если это должен быть редкий навык, которого чрезвычайно трудно достичь. Хотя, полагаю, Кусакабэ-сенсей также использует свою Простую Территорию и для других вещей…» «Ага, у Простой Территории больше полезности, чем просто быть методом защиты от Расширения Территории. И честно говоря», — Сатору-ниичан потирает подбородок. — «Что касается врагов, способных использовать Расширение Территории, вероятно, есть более высокий шанс, что вы увидите это у Проклятых Духов, а не у других колдунов». «Ха. Серьёзно?» «Угу! ... Ну. Даже для Проклятых Духов Расширение Территории не является обычным навыком». Сатору-ниичан небрежно машет рукой, затем поднимает палец для акцента. «Просто имейте в виду, любой Проклятый Дух со способностями, смежными с территорией, — это, как минимум, высокоранговый Первый Класс. Если он применит против вас настоящее Расширение Территории, то это определенно Особый Класс». «А если это Особый Класс, то нам крышка?» — спрашивает Кирара, полушутя-полусерьёзно. «В идеале вы, ребята, учитесь использовать Простую Территорию, чтобы вам не пришла "крышка"», — криво усмехаясь, отвечает Сатору-ниичан. «… Справедливо». «Рад, что вы согласны». Легкий смешок. «Но, к счастью для всех нас, проклятья Особого Класса, которые умеют использовать Расширение Территории, имеют тенденцию появляться не так уж часто. А когда они появляются, ваш любимый учитель всегда на работе, чтобы убедиться, что они не задержатся надолго!» … Вскоре это станет и работой Шики, не так ли? Потому что она теперь и сама Особого Класса. Что означает, что от нее будут ожидать, что она возьмет на себя угрозы Особого Класса и соответствующую работу на миссиях. Всё это ранее возлагалось исключительно на плечи Сатору-ниичана. Шики лишь надеется, что сможет помочь облегчить ношу своего кузена. Миссии, с которыми имеет дело Сатору-ниичан, вызывают беспокойство. Да, Проклятые Духи Особого Класса не являются «обычным явлением», но ни одно проклятье Особого Класса не является незначительной угрозой. Официально из бесчисленных тысяч Проклятых Духов, существующих в этом мире, только четырнадцать из них зарегистрированы как «Особый Класс» в архивах Штаб-квартиры Дзюдзюцу. Это технически верно, но также чрезвычайно вводит в заблуждение, как обнаружила Шики. Несомненно, в этом мире в любой момент времени существует больше, чем просто четырнадцать Проклятых Духов уровня Особого Класса. Проклятые Духи постоянно рождаются и изгоняются в этом мире; просто за счет одного лишь огромного общего количества существующих Проклятых Духов это означает, что Проклятые Духи Особого Класса редки, но формируются естественным образом. Из-за огромного количества существующих Проклятых Духов и ограниченных человеческих ресурсов, доступных Штаб-квартире Дзюдзюцу, мало смысла в тщательной регистрации и анализе каждого отдельного Проклятого Духа, с которым сталкиваются колдуны. Вот почему существует только «четырнадцать» давно существующих Проклятых Духов Особого Класса, официально признанных Штаб-квартирой Дзюдзюцу. Эти четырнадцать уникальны тем, что они — Особые Классы, для надлежащего изгнания которых у Штаб-квартиры Дзюдзюцу либо не хватает средств, либо их можно подчинить и использовать для других целей. Или даже и то, и другое. Проклятые пальцы Рёмена Сукуны — это проклятье Особого Класса, отвечающее обоим требованиям. Проклятья Особого Класса, которые Сатору-ниичан изгоняет на своих миссиях, вообще не получают никакого шанса попасть в список Штаб-квартиры Дзюдзюцу. Короче говоря… «Это не то, о чем верхушка много говорит, но там снаружи больше Проклятых Духов Особого Класса, чем можно было бы ожидать». Официальное заявление Штаб-квартиры Дзюдзюцу о том, что существует всего четырнадцать Проклятых Духов Особого Класса, не совсем ложь. Это просто… весьма вводит в заблуждение. Однако можно сказать, что неудивительно, что верхушка вводит в заблуждение. И в каком-то смысле понятно, почему они не хотели бы это афишировать. Шики может догадаться об общем ходе мыслей: большинство рядовых колдунов уже были перегружены своей обычной работой, поэтому знание о том, что в мире существует неизвестное количество проклятий Особого Класса, только излишне усилило бы их страх и стресс. В конце концов, проклятья Особого Класса не существовали в таких количествах, чтобы представлять заметную угрозу для среднего колдуна. Для них лучше найти блаженство в неведении. Или что-то в этом роде, возможно. Есть причина, по которой Сатору-ниичан постоянно так занят всё время, и это не потому, что колдуны низкого ранга слабы и некомпетентны в своей работе. Колдуны низкого ранга важны, потому что они выполняют важную роль, изгоняя столько Проклятых Духов, сколько они изгоняют. Любой Проклятый Дух может быть угрозой, а низкоранговые Проклятые Духи существуют в огромных количествах. Каким бы могущественным ни был Сатору-ниичан, в конце концов, он всего лишь один человек. Как у колдуна Особого Класса, время Сатору-ниичана лучше всего направлять на определённые задания, за которые способен взяться только могущественный колдун Особого Класса. «Итак, дайте мне прояснить», — Кинджи поднимает руку в жесте «стоп». — «По сути, вокруг гораздо больше, чем просто четырнадцать Проклятых Духов Особого Класса. Так что не скупитесь на тренировки Простой Территории, потому что вы не знаете, вытащат они Расширение Территории или нет, в маловероятном случае, если вы столкнетесь с одним из них в темном переулке или типа того. Звучит примерно так?» Это… было не совсем то, что сказала бы Шики. Хотя общий смысл, кажется, передан? «Что-то вроде того», — отвечает Сатору-ниичан, позабавленный. — «Особые Классы… их больше, чем вы ожидаете, и меньше, чем вы могли бы подумать. Не у каждого из них есть Расширение Территории. И не все Расширения Территории мгновенно смертельны! Так что наличие техники против территории полезно, чтобы убедиться, что у вас есть шанс в бою. Таким образом, вы можете быть уверены, что вы не тот неудачник, которого вынесут с одного удара». «Я никогда не бываю неудачливым», — автоматически отвечает Кинджи, затем ухмыляется. — «Но, полагаю, я не против подтасовать колоду в свою пользу». «Вот это настрой», — смеется Сатору-ниичан и хлопает мальчика по спине. — «С учетом всего сказанного, на самом деле не так уж вероятно, что вы, ребята, будете бегать и натыкаться на проклятья Особого Класса с Расширениями Территории в ближайшее время. Не напрягайтесь слишком сильно по этому поводу». Из студентов Токио только Оккоцу гарантированно столкнется с проклятьями Особого Класса в будущем, учитывая, что он единственный колдун Особого Класса среди них. Несмотря на то, что колдуны выполняют опасную работу, опасность неожиданно наткнуться на смертельную встречу с проклятьем Особого Класса, вероятно, похожа на… на выигрыш в лотерею для среднего колдуна. Так что это означает… Нет. Если подумать, возможно, для токийских одноклассников Шики наткнуться на угрозы Особого Класса не так уж и маловероятно, как она думает. Потому что, оглядываясь назад, Кинджи и Кирара уже были вовлечены в два инцидента ранее — один раз, когда они оказались втянуты в стычку Шики против Араи Соурена, и другой, когда они вдвоем наткнулись на Оккоцу Юту на миссии, и Проклятый Дух Особого Класса Оримото Рика впала в буйство. Оба случая были случайностями, но это всё же случалось дважды до этого. Что уже в два раза больше, чем у большинства колдунов. … В зависимости от того, как будут развиваться продолжающиеся конфликты клана Годжо с верхушкой в Штаб-квартире Дзюдзюцу — и Зенинами — есть ненулевой шанс, что одноклассники Шики будут втянуты в эту неразбериху. Например, будут «случайно» назначены на «по совпадению» неправильно оцененную миссию или хуже. Постойте. Приходила ли возможность этого уже в голову Сатору-ниичану? … Могло ли это быть истинной причиной, почему Сатору-ниичан с легкостью привел всех с собой на этот спарринг, превратившийся в урок, сегодня? Если он подозревал, что студенты Токио могут столкнуться с трудностями в ближайшем будущем, тогда имело смысл, почему он захотел обучить их специализированным навыкам. Ее кузен привел с собой так много людей не потому, что он капризничал и хотел подшутить над Шики. Или, по крайней мере, не только поэтому. Сатору-ниичан был предусмотрителен и создавал запасные варианты. Украдкой Шики поднимает взгляд на своего кузена, пытаясь понять, сможет ли она расшифровать что-то еще по его лицу. Сатору-ниичан ловит ее взгляд и подмигивает ей. … Это не ответ, и не то чтобы Шики вообще словесно задала ему вопрос. Но его реакция всё равно весьма красноречива. Она оставит это пока, но им действительно нужно сесть и нормально поговорить обо всём, что произошло в последнее время, в какой-то момент. «В любом случае! На сегодня с тренировкой всё». Сатору-ниичан потягивается, высоко подняв руки над головой. Это действительно хороший момент, чтобы остановиться сейчас, учитывая, что все студенты в разной степени измотаны. «Постарайтесь немного поднажать, прежде чем Тогэ оставит вас всех позади в пыли! Маки исключается, конечно. И Шики». Потому что Шики и Зенин Маки обе были исключены из тренировки Простой Территории. Шики — потому что она уже знала его и практиковалась в техниках против территорий, а Маки-сан — из-за ее собственных ограничений. Так что пока остальные боролись с Простой Территорией, Шики отрабатывала формы меча с другой девушкой. Подход Зенинов к тренировкам с оружием отличался от подхода клана Годжо; несмотря на это, время всё равно было потрачено с пользой. Сатору-ниичан тянется и гладит Шики по голове. Он также смотрит в сторону Маки, словно раздумывая, погладить ли и её тоже — но Маки-сан немедленно настораживается и подозрительно смотрит на него, одновременно делая большой шаг назад, выходя из зоны его досягаемости. Старший колдун надувает губы и смотрит обратно вниз на Шики, которая безучастно смотрит снизу вверх на своего чрезмерно драматичного кузена. «Как и ожидалось, ты определенно самая милая здесь», — говорит он ей с предельной серьезностью. — «Моя самая очаровательная маленькая кузина». «Они всегда такие?» — слышит Шики откровенный вопрос Кинджи на заднем плане. «В принципе, да», — отвечает Мегуми тоном, который звучит одновременно раздраженным и нежным. — «Разве ты не одноклассник Шики? Разве ты не видишь их вместе такими всё время?» «Годжо-сенсей не всегда в школе, знаешь ли! Первогодки видят его гораздо чаще, чем мы. Плюс, Шики тоже часто уходит на свои собственные миссии». «… Ха. Полагаю, я особо не думал об этом в таком ключе». «Твои друзья сплетничают о нас». Сатору-ниичан шевелит бровями, глядя на Шики. «Они будут сплетничать о чем угодно». Возможно, не Мегуми, но Кинджи и Кирара оба довольно разговорчивы. По крайней мере, гораздо разговорчивее самой Шики. … Что, стоит признать, не очень высокая планка. «Думаешь, сможешь присматривать за прогрессом своих друзей с Простой Территорией?» — наклонившись, осторожно спрашивает Сатору-ниичан. «Я присмотрю». Широкая улыбка. «Что бы я без тебя делал, правда?» Без неё? Шики знает, что её кузен всё равно смог бы справиться со всем совершенно прекрасно и без неё. Но… всё же есть что-то приятное в том, чтобы слышать это подтверждение от него. Сатору-ниичан ценит, что Шики помогает ему там, где может, и Шики может быть полезной ему сейчас. (Это отличается от верхушки и старейшин клана Годжо, которые видят в Шики прежде всего инструмент и мало что ещё. А с Сатору-ниичаном Шики хочет быть ему полезной). Её кузен гладит её по голове в последний раз, затем поворачивается к Зенин Маки. «Я замолвлю за тебя словечко перед Утахимэ», — говорит он другой девушке. — «Но ты сама поговоришь с Кокичи о его инструментах для Простой Территории, хорошо?» «Да, конечно», — кивает Маки-сан. Движение слегка скованное, словно такого рода помощь — это то, к чему она не привыкла, — что вполне может быть правдой. Шики осознает, что положение Зенин Маки в клане Зенин весьма отличается от её собственной ситуации с кланом Годжо. «… Спасибо». «Конечно! Я же твой учитель», — самодовольно говорит Сатору-ниичан. — «Можешь говорить: "Ты лучший, Годжо-сенсей", когда захочешь!» Бровь Зенин Маки дёргается. Сатору-ниичан надувает губы. «… Нет? Даже ни разочка? Пожалуйста?» Шики слегка фыркает. Сатору-ниичан в основном просто дразнится сейчас. Хотя он был бы искренне доволен, если бы кто-нибудь из его студентов соизволил подыграть его выходкам. К сожалению для него, однако, это не кажется очень вероятным. «Если вы сможете дать нам нормальное объяснение, как создать Простую Территорию, вместо того, чтобы просто показывать нам технику пару раз и ожидать, что мы магическим образом сами во всем разберемся, тогда я подумаю над тем, чтобы сказать это», — поднимает руку Кинджи. «Я давал вам, ребята, объяснение!» — протестует Сатору-ниичан. «Это было не объяснение, вы издеваетесь надо мной…» Остальная часть разговора оттуда лишь скатывается. … Лично Шики не считает, что инструкции её кузена по Простой Территории были настолько уж плохи. Но она также признает, что бывают моменты, когда она тоже чувствует, что объяснения Сатору-ниичана не столь ясны, как могли бы быть. Его описание обратной проклятой энергии, например, вовсе не имело особого смысла для Шики тогда, когда она пыталась с этим разобраться. И всё же. «Объяснения Сатору-ниичана полезны», — преданно вставляет Шики. Кинджи бросает на неё равнодушный взгляд. «Твоё мнение не считается». «Что? Нет, конечно, её мнение считается!» Сатору-ниичан показывает язык студенту, затем быстро разворачивается и заключает Шики в крепкие объятия. «Не волнуйся, Шики, я думаю, твоё мнение имеет значение. На самом деле, это единственное мнение, которое имеет значение! Вот так». «… Спасибо, Сатору-ниичан», — Шики смиряется с тем, что оказалась в ловушке хватки кузена. — «Я думаю, твоё мнение тоже имеет значение». «Не, не, ни одно из твоих мнений вообще не имеет значения, если ты согласна с тем, что странные объяснения этого парня имеют смысл!» Кинджи энергично скрещивает руки перед собой в очень показательной форме буквы «X». «Окака», — рассудительно добавляет Инумаки. «Ага, как сказал Тогэ», — кивает Панда вместе с мальчиком. … Шики не уверена, что Панде удалось разобрать из этого единственного слова, но явно для него это имеет смысл. Однако, судя по контексту и тону, у неё складывается впечатление, что это что-то вроде поддерживающего согласия с заявлением Кинджи? «Шаке, икура?» — продолжает Инумаки. Шики смотрит на Панду в поисках разъяснений. Однако выясняется, что слова Инумаки проясняет Оккоцу, а не Панда: «О, хороший вопрос», — выпрямляется Оккоцу. — «Годжо-сенсей, мы будем проводить такие тренировки со всеми снова в будущем? Было немного сумбурно, но мы всё равно многому научились». «Хм… не вижу причин, почему бы и нет», — решает Сатору-ниичан. — «Если, конечно, вы, ребята, не продолжите настаивать на том, что мои объяснения плохие…» «Они плохие…» «Тсс, тебя никто не спрашивал, Кинджи». старший колдун закатывает глаза. «Я Особый Класс и твой учитель, не заслуживаю ли я немного больше уважения здесь?» Хотя слова звучат жалобно, Сатору-ниичан не выглядит на самом деле расстроенным из-за этого. Шики думает, что он втайне наслаждается тем, как студенты относятся к нему как к Годжо Сатору, их эксцентричному учителю и игривому старшему кузену одноклассницы в первую очередь. Вместо того чтобы смотреть на него и видеть только Годжо Сатору, Сильнейшего колдуна в мире. Различие здесь важно. «Мы уважаем вас, Годжо-сенсей», — искренне говорит Оккоцу. Он также единственный, кто это делает. Сатору-ниичан награждает мальчика крепким поглаживанием по голове. . . «Закончили тренировку?» Шики кивает, входя в кабинет. Киёхира-сенсей не поднимает глаз от своей работы, когда она входит, но протягивает одну из рук, чтобы пододвинуть поднос с чайным сервизом в её сторону. Молчаливое приглашение сесть и налить себе чашку теплого чая, пока Киёхира-сенсей заканчивает работу, которая у него на руках. «Спасибо, Киёхира-сенсей». Шики садится и аккуратно наливает две чашки. Одну она оставляет себе, а другую ставит под руку Киёхире-сенсею. Чай — генмайча, отмечает Шики. Зерна коричневого риса, а не чайные листья. Странный чай для Киёхиры-сенсея, чтобы держать при себе во время работы, потому что Шики знает, что он предпочитает сенча, настоящие чайные листья. Шики была той, кто любил пробовать другие виды чая время от времени между ними двумя… «Итак, как всё прошло?» Киёхира-сенсей наконец кладет ручку и поворачивается к ней лицом. Прошло не так много времени с тех пор, как Шики в последний раз навещала своего учителя, но почему-то уголок её сознания не может не заметить заметную прядь серо-белых волос, которая выделяется гораздо резче, чем она помнит. Шики не знает, как к этому относиться. «Наш уважаемый глава клана привел с собой сегодня множество посетителей, я слышал». «Он привел с собой большинство студентов Токио», — кивает Шики. — «Мегуми тоже присутствовал. Я выявила некоторые проблемы со своим Расширением Территории и работала над фехтованием с Зенин Маки, пока Сатору-ниичан обучал всех остальных Простой Территории». «Приятно слышать… подожди. Простой Территории?» Руки Киёхиры-сенсея поднимаются, чтобы устало потереть глаза. «… У Ягю может найтись что сказать по этому поводу». Да, при условии, что токийские студенты в конечном итоге овладеют навыком и начнут использовать Простую Территорию публично. Шики понимает, почему Киёхира-сенсей не выглядит особо воодушевленным по этому поводу. Клан Годжо только-только уладил дела с кланом Ягю, когда Шики убила двух их высокопоставленных старейшин в прошлом году. Если бы им стало известно, что глава клана Годжо сам «украл» и теперь обучает «секретам Шин Кагэрю» своих студентов, то Ягю подняли бы бунт. Ну. Возможно, не бунт, но действия Сатору-ниичана определенно навлекли бы на него основную тяжесть гнева клана Ягю. То, что сделала Шики, убив двоих из их числа, было оскорблением, но то, что делал Сатору-ниичан, обучая их «секретам клана», было угрозой. … Было ли это тоже преднамеренной уловкой со стороны Сатору-ниичана? Выбрал ли он обучение её друзей и одноклассников Простой Территории в качестве техники против домена, потому что это отвлекло бы враждебность клана Ягю от Шики?.. «И как я уже говорил ранее», — раздается новый голос из дверного проема. Голос, с которым Шики хорошо знакома. — «Жалобы клана Ягю не будут проблемой». «Сатору-сама», — коротко приветствует Киёхира-сенсей. Бровь мужчины слегка дёргается. — «Я думал, вы согласились, что было бы неплохой идеей наживать меньше врагов». «Согласился. Но клан Ягю давно был настроен против клана Годжо, и они уже всё равно выбрали свою сторону: Зенины». Сатору-ниичан пожимает плечами и плюхается на свободное сиденье рядом с Шики. «Я считаю, что мой первый ход здесь идеально подходит, учитывая обстоятельства». Шики передает Сатору-ниичану чашку чая тоже. Её кузен принимает её с короткой улыбкой, адресованной ей, прежде чем повернуться обратно к Киёхире-сенсею. «… Просто не перегибайте палку, Сатору-сама», — ворчит Киёхира-сенсей с обреченным видом человека, который знает, что его совет будет проигнорирован. «Имей в меня чуть больше веры, я знаю, что делаю», — закатывает глаза Сатору-ниичан. «Этого-то я и боюсь», — бормочет под нос пожилой мужчина. — «В клане уже достаточно людей, которые агитируют за то, чтобы клан Годжо совершил полный захват власти как решение всех наших проблем. Пожалуйста, не поощряйте их, подкидывая им идеи, Сатору-сама». «Конечно нет. Это последнее, чего я бы тоже хотел», — качает головой Сатору-ниичан. Киёхира-сенсей поднимает взгляд. «Тогда чего же вы всё-таки надеетесь достичь?» «Не можешь догадаться?» На этот раз очередь Киёхиры-сенсея закатывать глаза. «Не притворяйтесь скромником», — цокает языком дородный мужчина. — «Вы были довольно заняты в последнее время, не так ли? … Почему бы нам не начать с обсуждения того, что вы сделали в Киото на днях? Убедили Генерального Инспектора позволить вам удерживать Гето Сугуру ценой клятвы такого Связывающего Обета? Что именно вы пытаетесь здесь сделать, Сатору-сама?» «Что, ты думаешь, я рискнул бы оставить Тюремное Царство в чужих руках?» — смеется Сатору-ниичан, его тон слегка окрашен насмешливым недоверием. — «Конечно, мне нужно было сохранить владение…» «Вы всё ещё надеетесь исправить Гето Сугуру», — обвиняет Киёхира-сенсей, сужая глаза. Сатору-ниичан сохраняет улыбку. «Я бы не назвал это исправлением, точно…» «Вы отказываетесь убивать его, и вы также отказываетесь позволить, чтобы ему причинили вред чьи-то чужие руки», — не уступает Киёхира-сенсей, оставаясь непреклонным и безжалостным. — «В то же время вы поняли, что не можете позволить ему продолжать преследовать глубины безумия, в которое он погрузился. Вот почему вы запечатали его, чтобы устранить Гето как активную угрозу, не убивая его. Но вы ведь не намерены держать его запечатанным вечно, не так ли?» Потому что навечно запечатать Гето Сугуру, по сути, ничем не отличалось бы от его казни. А Сатору-ниичан не хотел убивать Гето-сана. К сожалению, несмотря ни на что, Сатору-ниичану всё ещё небезразличен Гето Сугуру. «Даже при том, что вы поклялись тем Связывающим Обетом Генеральному Инспектору перед советом, что будете держать Гето Сугуру в заключении…» Киёхира-сенсей тихо выдыхает. «Сатору-сама. При всём уважении, вы загоняете себя в угол». «Генеральному Инспектору нужны гарантии», — невозмутимо отвечает Сатору-ниичан. — «Поэтому я предоставил их». «Тогда каков ваш план после этого?» — наседает Киёхира-сенсей. — «Как вы планируете освободить Гето Сугуру, при этом соблюдая этот ваш обет?» «Мой Связывающий Обет возлагает на меня ответственность за то, чтобы держать Сугуру в ловушке внутри Тюремного Царства. Я не должен освобождать его и не позволять другим освобождать его… пока он больше не будет преследовать свою разрушительную цель уничтожения всех не-колдунов». Сатору-ниичан делает паузу. «Это условия, на которые я согласился». Брови Киёхиры-сенсея хмурятся. «Как вы вообще можете это гарантировать?» Шики тоже задается этим вопросом. Сатору-ниичан уже предпринял множество попыток отговорить Гето Сугуру от выбранного им пути уничтожения. Ему ни разу не удалось изменить мнение этого человека. Так как он может гарантировать, что Гето-сан внезапно станет более сговорчивым, чтобы посвятить себя более мирным вариантам после окончательного освобождения из Тюремного Царства? А если разум Гето-сана не изменится, когда его освободят… тогда пожинать последствия будет Сатору-ниичан. Если мужчина откажется менять свои методы, когда его освободят, сможет ли Шики предотвратить последствия обета Сатору-ниичана, убив Гето Сугуру? Резкий, внезапный звук постукивания пальцев Сатору-ниичана по полированной столешнице вырывает Шики из её тихих раздумий. Она бросает взгляд на кузена, обнаруживая, что выражение его лица в этот момент поразительно пустое. Пустое и нечитаемое. «Сугуру», — медленно произносит Сатору-ниичан, — «решил не заботиться о последствиях или сопутствующем ущербе в погоне за своими целями. Он выбрал скорость вместо эффективности. Как только он определил, что действительно есть шанс для не-колдунов стать колдунами после проклятия, он немедленно бросился приводить свой план в действие». «И?» «И это говорит мне о том, что Сугуру чувствовал нехватку времени». Сатору-ниичан откидывается на спинку стула с громким вздохом. «Он хотел достичь своей цели искоренения Проклятых Духов путем искоренения не-колдунов как можно скорее. В противном случае не имеет смысла, почему он бросился с непроработанным планом, который повлек за собой большие человеческие жертвы, вместо того чтобы искать лучшее решение. Потому что каждый момент, когда он медлит, каждый день рождается всё больше Проклятых Духов, и в результате этого умирает всё больше колдунов». Значит, Гето Сугуру решил, что ошибочный план лучше бездействия? Это… «То, что он выбрал, было грубо и поспешно». Рот Сатору-ниичана кривится. «Но если он отказывается тратить время на создание лучшего плана, то он не может жаловаться, если кто-то другой сделает это за него, не так ли? У него нет причин отвергать это. Сугуру не идиот». «Позволю себе не согласиться», — бормочет себе под нос Киёхира-сенсей на последнюю фразу. Шики склонна согласиться со своим старым учителем в этом. — «Сатору-сама, вы намекаете, что вы собираетесь искать эту "лучшую альтернативу" для Гето Сугуру?» «Да». Киёхира-сенсей разочарованно проводит рукой по лицу. «… Откуда вы вообще знаете, что он согласится на это, если он до сих пор последовательно отвергал каждую вашу попытку убедить его в обратном?» «Я знаю Сугуру», — уверенно отвечает Сатору-ниичан. — «На этот раз он послушает. Если я смогу доказать, что мой метод сработает». Киёхира-сенсей взволнованно рычит. «Вы не можете позволить себе никаких ошибок, когда вы связаны обетом, Сатору-сама. Вы действительно так уверены в этом?» «Я уверен». Ответ мгновенный, без колебаний. Но Шики не может разделить непоколебимую уверенность своего кузена. … Дело не в том, что ей не хватает уверенности в Сатору-ниичане. А в Гето Сугуру. «Он уже предавал твоё доверие раньше», — обнаруживает она себя говорящей, слова почти сами вылетают из её рта. Её тело слегка наклонено вперед. Когда она успела пошевелиться? Не зная её мыслей, Сатору-ниичан качает головой в знак несогласия. «Это меньше предательство и больше… различие в идеалах, я бы так это назвал», — поправляет он. Неужели Сатору-ниичан действительно так это видит? Но разве он не понимает, что Гето… — «Тот, кто он есть по своей сути, не изменился, даже если изменились наши позиции. Я доверяю ему, всё ещё». «Тогда вы глупец, Сатору-сама», — гремит Киёхира-сенсей. — «Безнадежный глупец. Что вы будете делать, если Гето Сугуру не отреагирует согласно вашим предсказаниям?» «Он этого не сделает». «Вы не можете гарантировать, что не сделает!» — горячо вспыхивает Киёхира-сенсей. Ответ Сатору-ниичана — холодная, хрупкая улыбка. «А ты можешь гарантировать, что сделает?» Эти слова, кажется, возвращают Киёхиру-сенсея в чувство, заставляя осознать, что он кричит на главу своего клана. Киёхира-сенсей опускается обратно на стул и с шумом вздыхает. «Здесь на кону больше, чем просто ваши… ваши…» Челюсть Киёхиры-сенсея сжимается. «… Что бы там у вас ни происходило с этим вашим так называемым "лучшим другом". Сатору-сама. Вы — сильнейший колдун в мире. Глава клана Годжо. У вас нет роскоши позволять себе быть настолько сильно скомпрометированным подобным образом». «Может быть, но я не позволю этому стать проблемой для моих других обязанностей», — ровно говорит Сатору-ниичан. «Так вы говорите, но у вас может не быть выбора, если дело дойдет до крайности». Киёхира-сенсей разочарованно скрипит зубами. Он изо всех сил старается сохранять спокойствие, но это не работает перед лицом настойчивого игнорирования Сатору-ниичаном каждого разумного опасения, которое он высказывает. «Так это и есть ваш генеральный план? Вы собираетесь… найти какой-то способ изменить реальность этого мира, где существуют Проклятые Духи, всё ради Гето Сугуру?» «Верно». Киёхира-сенсей уставился на Сатору-ниичана, ошеломленный. Или, возможно, взбешенный. Трудно сказать только по его выражению лица. «… Не могу поверить, что Старейшина Такатоми был прав». Киёхира-сенсей скрещивает руки на груди. «Клану Годжо следовало убить Гето Сугуру в тот момент, когда он стал пользователем проклятья, а вы поколебались в первый раз». Холод пробегает по спине Шики. Что-то в воздухе изменилось. Не терпящие возражений слова, слетевшие с губ Киёхиры-сенсея, перешли черту. Одно дело думать об убийстве Гето Сугуру; Шики не винит своего старого учителя за эту мысль. Но говорить это вслух вот так, прямо перед Сатору-ниичаном, которому очень очевидно всё ещё небезразличен Гето Сугуру, это… Её кузен усмехается. Это холодный, холодный звук. «Я думаю, ты сам проводишь слишком много времени с другими старейшинами, Киёхира». Сатору-ниичан любезно улыбается. Его взгляд, однако, холоден как лёд. «Понравилось бы вам всем, если бы я не колебался убивать? Это то, что вы бы предпочли, м?» «Сатору-ниичан», — тихо окликает кузена Шики. Она не уверена, почему она это делает, но в этот момент чувствует, что ей нужно это сделать, прежде чем Сатору-ниичан сделает что-то, о чем они все могут пожалеть… Звук его имени заставляет его повернуться к ней. Глаза Сатору-ниичана незначительно оттаивают, когда останавливаются на ней, но Шики всё равно чувствует, как мурашки бегут по её коже. «Шики, ты думаешь, что мне следует быть менее разборчивым?» — спрашивает он её. Его слова звучат как мягкое, нежное бормотание. По одной лишь внешности Сатору-ниичан — идеальный образ безмятежности. Но Шики ни на мгновение не обманывается тонким налетом спокойствия. «Это не то, что имел в виду Киёхира-сенсей». И ты это прекрасно знаешь, Сатору-ниичан. «Он волнуется, Сатору-ниичан». «Конечно, волнуется». Голубые глаза сверкают, как иней. «Киёхира-сенсей волнуется за тебя, Сатору-ниичан», — Шики на короткое мгновение замолкает. — «… Я тоже волнуюсь».