Глава 148 - Рычаг давления

      «Тюремное Царство» — Проклятый Предмет Особого Класса, о котором упоминалось в архивах клана Годжо. Именно благодаря этим записям Шики изначально смогла опознать странный артефакт, найденный среди вещей Араи Соурена.      В текстах подробно говорилось, что этот Проклятый Предмет представляет собой мощный живой барьер, созданный из останков выдающегося буддийского монаха Гэншина. Там же упоминалось, что клан Фудзивара в итоге запечатал его, признав табуированным объектом. Однако ни слова о том, что у Тюремного Царства есть «обратная сторона», там не было.      …Значит ли это, что клан Годжо попросту не имел доступа к такой информации? Или кто-то намеренно подчистил архивы?      Оба варианта казались вполне вероятными.      Хотя клан Годжо и считался одним из самых могущественных и влиятельных кланов Колдунов в мире дзюдзюцу, всеведущими они не были. То, что Тюремное Царство когда-то находилось в ведении клана Фудзивара, а затем давным-давно исчезло, тоже ничего не проясняло. Вполне логично, что записи Годжо об этом артефакте могли оказаться неполными. Кланы Колдунов не просто так ревностно оберегали свои архивы: каждый стремился защитить собственные секреты и сохранить информационное преимущество перед соперниками.      Что до намеренной подделки документов… если всё обстояло именно так, это означало одно из двух: либо неизвестная и, возможно, огромная часть архивов клана Годжо была скомпрометирована так, что никто этого даже не заметил, либо имело место целенаправленное вмешательство. Кому и зачем понадобилось скрывать существование «обратной стороны» Тюремного Царства? Если эта штука работала так, как подсказывает её название, и у этой, казалось бы, неприступной тюрьмы действительно был чёрный ход, то это становилось фатальной уязвимостью для любого, кто вздумал бы кого-то туда запереть.      Шики совершенно не нравились выводы, которые из этого следовали.      — Я и сам не знал, что у Тюремного Царства есть так называемая «обратная сторона», пока Наобито не одолжил мне копию записей клана Зенин на этот счёт, — продолжает Сатору-ниичан, сидящий перед ней. — Чтобы ты тоже видела полную картину, расскажу, что удалось выяснить: то, что находится у нас, – это на самом деле Передние Врата Тюремного Царства. Запечатать что-либо внутри можно только с их помощью, и право снова открыть темницу, если в ней уже кто-то находится, принадлежит исключительно владельцу Передних Врат.      — …Тогда что насчёт Задних Врат?      — Судя по всему, Задние Врата вообще ничего не делают.      Шики одаривает кузена скептическим взглядом. Не может быть, чтобы всё было так просто. Иначе Сатору-ниичан не стал бы поднимать эту тему.      — Однако это подводит нас к моей небольшой теории. — Сатору-ниичан поворачивается и, словно ленивый кот, разваливается на диванных подушках. — Итак. Мы знаем, что Тюремное Царство создали в эпоху Хэйан. И хотя тогдашние колдуны, если верить записям, были значительно сильнее большинства современных… такую нелепицу, как Проклятый Предмет, способную запечатать что угодно в отдельном измерении, нельзя объяснить одним только «Золотым Веком дзюдзюцу». Тот, кто обладал достаточной силой, чтобы создать такой артефакт, должен был владеть пространственными манипуляциями даже лучше меня.      — Ах.      Как человек, чья проклятая техника напрямую связана с манипуляциями пространством, Сатору-ниичан закономерно должен был лучше других понимать саму основу Проклятого Предмета, работающего с изолированными измерениями. Кажется, Шики начинает понимать, к чему клонит кузен.      — …Ты считаешь, что Тюремное Царство создали через систему условий и ограничений в обмен на колоссальную полезность? То есть через намеренные компромиссы ради усиления эффекта? Возможно, с использованием Связывающих Обетов?      — При его создании определённо использовали Связывающие Обеты, — кивает Сатору-ниичан. — Само существование «Задних Врат», которые не дают никакой практической пользы, зато служат потенциальной слабостью для в остальном абсолютно надёжной тюрьмы, звучит бредово, не так ли? Трудно представить, чтобы кто-то намеренно спроектировал артефакт подобным образом, если бы у Задних Врат не было какой-то другой цели. Мы также знаем, что Тюремное Царство было создано из останков монаха Гэншина. Это живой барьер, построенный на «жертве».      Шики прекрасно знала истории о проклятых мечах, которые обретали силу после того, как в кузнечное пламя бросали живых людей. Скорее всего, логика здесь была той же.      — В любом случае, с учётом всего этого… — Сатору-ниичан наконец выпрямляется. — Сам факт того, что у Тюремного Царства, по-видимому, есть «Задние Врата», может стать серьёзной проблемой. Даже если они якобы не работают как дверь, в отличие от Передних Врат… что будет с Тюремным Царством, если их уничтожить? Если Задние Врата служат концептуальной границей, то их уничтожение может означать, что изолированное пространство, которое они отделяют, дестабилизируется.      И если это действительно произойдёт, крайне велика вероятность, что узник Тюремного Царства либо вырвется на свободу, как только Проклятый Предмет даст трещину, либо погибнет из-за принудительного разрушения карманного измерения.      Шики на мгновение умолкает.      …Стоит ли ей извиниться? Всё-таки именно она отдала Тюремное Царство Сатору-ниичану. Оглядываясь назад, глупо было просто просмотреть архивы клана Годжо и решить, что там есть всё, что нужно знать о случайно доставшемся ей Проклятом Предмете. Если бы она выяснила это раньше, то…      — Не накручивай себя, — внезапно произносит Сатору-ниичан, потянувшись вперёд и ущипнув её за щёку. Шики абсолютно уверена, что внешне у неё не дрогнул ни один мускул… и всё же кузен, кажется, прекрасно читает её мысли. — Ты не знала. Никто из нас не знал, что у Тюремного Царства, оказывается, есть Задние Врата. Использовать его, чтобы запечатать Сугуру, было самым разумным решением из всех, что у нас тогда были.      Самым разумным решением, не считая убийства.      …Но, пожалуй, из уважения к кузену Шики лучше не озвучивать эту мысль.      Сатору-ниичан не винит её. Это ясно читается в его поведении. И всё же Шики продолжает чувствовать укол ответственности: именно она забрала Тюремное Царство у Араи Соурена и предложила использовать его. Она хотела помочь, но, похоже, лишь подкинула новых проблем.      Самой острой проблемой сейчас оставалось то, что Сатору-ниичан принёс Связывающий Обет — стать надзирателем Гето Сугуру и вечно удерживать его в ловушке Тюремного Царства.      Если где-то существуют Задние Врата, и если с их помощью кто-то сможет освободить Гето в обход Передних Врат, которые удерживает Сатору-ниичан…      Шики даже не хотелось об этом думать. Нарушение Связывающего Обета — особенно данного другому человеку — влечёт за собой последствия, цену которых нельзя заранее узнать или как-то обойти. Такие обеты лучше просто не нарушать.      А значит, перед Шики внезапно встала срочная задача.      — У нас есть хоть какие-то зацепки, где могут находиться Задние Врата?      Сатору-ниичан усмехается:      — Не-а!      …Шики искренне не понимает, как он может так беззаботно улыбаться. Неужели Сатору-ниичан совсем не обеспокоен своим положением? Ведь именно на него обрушится основной удар, если третья сторона освободит Гето!      — Переживаешь? — Сатору-ниичан снова тычет Шики в щёку, по-прежнему улыбаясь. — Да брось, не надо так напрягаться.      Шики задаётся вопросом, должна ли она злиться из-за того, что кузен отказывается воспринимать всё всерьёз. Он ведь должен понимать тяжесть ситуации куда лучше неё, разве нет?      Но Сатору-ниичан прав: сейчас Шики испытывает за него тревогу, а не разочарование. В конце концов, именно он оказался под ударом, раз уж им приходится беспокоиться о Задних Вратах.      Возможно, он ведёт себя так нарочно, чтобы её успокоить. Понимает, что Шики всё равно будет отчасти винить себя, что бы он ни говорил, и потому делает вид, будто это сущая мелочь. А раз это мелочь, значит, и переживать ей не о чем.      — …Мне было бы куда спокойнее, если бы ты сказал, что намерен с этим делать, — признаётся она старшему кузену.      — Разумеется, я буду их искать, — Сатору-ниичан потягивается и зевает. Это ленивое движение совершенно не вяжется с серьёзностью его слов. — Если Задние Врата существуют, то ради нашей же безопасности лучше держать их у себя вместе с Передними.      Это и правда было бы идеальным вариантом. Если Зенины знали о Задних Вратах, значит, этой информацией вполне может владеть кто-то ещё.      — Тюремное Царство считалось утерянным, пока ты не нашла его у Араи Соурена. Скорее всего, то же самое касается и Задних Врат. Будь они в руках какого-нибудь клана Колдунов, те бы непременно попытались использовать их против меня как рычаг давления – а пока мы не видели ничего подобного, — пожимает плечами старший колдун. — Хотя всё может измениться, поэтому я поручу Сузуриги незаметно держать ухо востро.      — Я помогу.      — Ещё бы ты не помогла, — смеётся Сатору-ниичан. — Прости, прости, не дуйся на меня так. Я рассказываю тебе всё это не для того, чтобы взвалить на тебя новую миссию в ущерб остальным обязанностям, а просто чтобы ты была в курсе.      Разве она дуется? Шики подносит руку к губам, но обнаруживает, что её лицо по-прежнему остаётся совершенно непроницаемым. Усмешка Сатору-ниичана становится шире.      Она опускает руку.      — Это важнее. Если Задние Врата попадут в чужие руки, тогда…      Кузен качает головой, прерывая её:      — Я прекрасно понимаю последствия. Но к нам и так приковано слишком много внимания, особенно теперь, когда стало публично известно о сотрудничестве Цукумо с кланом Годжо. За нами определённо следят. В таких условиях, если станет очевидно, что мы оба активно что-то ищем...      Тогда даже те, кто прежде не подозревал о существовании Задних Врат, почуют неладное.      Но это не значило, что можно просто пустить всё на самотёк. Одна только мысль о том, что Задние Врата могут оказаться в чьих-то руках, вызывала у Шики сильную тревогу — на кону стоял Связывающий Обет. Пусть у Задних Врат и нет какой-то явной функции, но если их уничтожат или нейтрализуют — как это отразится на самом Тюремном Царстве?      И уж точно Шики не хотела бы получить ответ на этот вопрос на собственном опыте.      — Серьёзно, Шики. Это, конечно, проблема, но не стоит так из-за неё убиваться. — Сатору-ниичан протягивает руку и привычным жестом гладит её по голове. — И даже не думай, что в этом есть твоя вина. Даже если ты предложила использовать Тюремное Царство, окончательное решение принял я. Теперь, когда мы знаем о возможных подводных камнях, нам остаётся только предпринять шаги, чтобы их устранить.      Из его уст всё звучало так легко. Но Шики прекрасно понимала: ситуация далеко не так проста, как кузен пытается показать.      — …Ты узнал о существовании Задних Врат от Зенинов, — медленно произносит Шики. — Как думаешь, есть вероятность, что Врата у них? А если нет, то насколько вероятно, что они уже ведут их поиски?      Сатору-ниичан узнал об этом от Зенина Наобито, который казался их нерешительным союзником. Но если учесть, что брат Наобито претендовал на пост главы, его положение внутри клана было шатким. А если ещё вспомнить недавний визит делегации Зенинов в клан Годжо… Шики казалось, что куда удивительнее было бы, если бы Зенины не пытались найти способ получить преимущество над их кланом.      Окажись Задние Врата в их руках, они могли бы использовать их для шантажа. Это стало бы безоговорочным рычагом давления на Годжо Сатору и, возможно, даже надёжным способом заставить его «вернуть» им Мегуми.      Связывающий Обет Сатору-ниичана ограничивался высшим руководством, присутствовавшим в ту ночь в Киото. И среди них были Зенины.      — Зенины наверняка уже отправили своих людей на поиски, — откровенно отвечает кузен. — Но будь артефакт у них в руках прямо сейчас, они бы уже пустили его в ход. Или хотя бы упомянули бы о нём на днях, когда присылали Зенина Эйзо и его свиту.      Значит, хорошая новость заключалась в том, что Задних Врат у клана Зенин нет. Но раз они были достаточно уверены в себе, чтобы прислать делегацию с требованием «вернуть» Десять Теней… может, какая-то зацепка у них всё же есть?      — Возможно ли, что Зенины что-то нарыли в ходе своих поисков?      Какую-то зацепку, намёк или что-то ещё, что вселило в них уверенность. Это отлично объяснило бы резкую перемену в их отношении к клану Годжо после стольких лет молчания.      — Полагаю, такая вероятность вполне есть, — беспечно отзывается Сатору-ниичан.      Шики моргает, глядя на кузена.      — Ты кажешься... удивительно спокойным.      По её искреннему мнению, это совершенно не та проблема, к которой стоит относиться так легкомысленно. Он всё ещё пытается её успокоить? Или правда не считает Зенинов угрозой?      — Тебе так кажется? — Сатору-ниичан смеётся и отмахивается. — Слушай, что есть, то есть. Если кто-то заявится ко мне с Задними Вратами и попытается угрожать, обещаю, он об этом сильно пожалеет. Да, никто не хочет сталкиваться с откатом за нарушение Связывающего Обета. Но угроза имеет вес только до тех пор, пока её не привели в исполнение. Думаю, Зенины предпочтут вести переговоры, а не идти на крайние меры.      Годжо Сатору — Сильнейший колдун в мире. Многие мечтали бы заполучить хоть какой-то рычаг давления на него, особенно с учётом того, что он совсем не из тех покорных магов, что послушно соглашаются с любым решением верхушки. Он жаждет перемен — и для тех, кто вцепился во власть и хочет сохранить статус-кво, именно поэтому он и становится главной занозой.      Возможно, не только Зенины знали о существовании Задних Врат. Наобито сообщил об этом Сатору-ниичану; вполне возможно, что и другие члены клана Зенин, имевшие доступ к тем же архивам, тоже успели кому-то об этом разболтать.      Шики тихо вздыхает. Несмотря на то, что Сатору-ниичан остаётся показательно спокойным…      — Ты ведь тоже будешь искать Задние Врата?      — Конечно буду. Пока у нас мало информации, мы ограничены в действиях, но это не значит, что надо сидеть сложа руки и ждать, пока другие плетут интриги. — Сатору-ниичан ободряюще хлопает её по плечу. — Я займусь расследованием со своей стороны. Что до тебя: знаю, ты хочешь помочь, но лучше не лезь из кожи вон ради этого дела. Если ты мне понадобишься, я дам знать. Договорились?      Шики молча кивает. Где-то внутри скручивается тугой узел протеста, но она понимает логику кузена. Найти Задние Врата важно, но действовать нужно предельно осторожно.      Однако сидеть сложа руки Шики не собиралась. Как минимум, она прикажет Чоки не спускать глаз с Зенинов — это она поручила своему помощнику ещё после визита их делегации. Теперь, с появлением фактора Задних Врат, эта задача стала ещё важнее.      …Если бы Сатору-ниичан просто убил Гето Сугуру и покончил с этим, ничего из происходящего не стало бы проблемой. Жестокая мысль, но она сама всплывает в сознании.      Впрочем, думать об этом бессмысленно. Сатору-ниичан отказался убивать Гето, и теперь им остаётся только расхлёбывать последствия этого решения.      .      .      — Задумалась?      Шики переводит взгляд на однокурсника.      — С чего ты взял?      — Да брось, — фыркает Кинджи, закатывая глаза. — Мы учимся вместе уже почти два года, так? Имей хоть немного уважения. У тебя, конечно, лицо-кирпич, но не так уж трудно заметить, когда ты витаешь в облаках.      Высокий парень наклоняется и протягивает ей цилиндрический предмет — банку. Баночный чай?      — …Спасибо.      И хотя Шики не жаловала чай из банок, заботу друга она всё же оценила. Вежливо приняв напиток, она замирает, больше не шевелясь.      — Ага, извини, если это не дотягивает до твоих высоких стандартов, одзё-сама. Хочешь чай получше – придётся гонять Сузуриги. Это всё, что выдал торговый автомат, — Кинджи садится на траву рядом с ней и открывает свою банку. Напиток был ей незнаком, но воздух тут же наполнился резким цитрусовым ароматом.      Она ещё секунду крутит банку в пальцах, а затем осторожно ставит её в сторону.      — О чём ты хотел меня спросить?      — Я ни о чём тебя не спрашиваю. Но если у тебя есть что-то, о чём нам стоит знать, то я весь внимание, — пожимает плечами Кинджи. — Я знаю, что ты вечно пропадаешь на миссиях и всё такое, но тебе не кажется, что в последнее время ты загружена слишком сильно? Мы почти не видим тебя в школе, а когда ты всё-таки здесь, ты тише обычного. Кирара, вообще-то, тоже волнуется.      Шики моргает.      — Ах. Вот как?      …Если подумать, она и правда почти всё время была в разъездах. Дела клана Годжо, слежка за Зенинами, связь с Цукумо и миссии Особого Класса… Без преувеличения можно сказать, что она была по уши в делах. Даже сильнее, чем обычно.      Но этот объём работы всё ещё был ей по силам, поэтому Шики не придавала этому особого значения. В идеале её занятость должна была оттянуть часть чужого внимания на себя, давая Сатору-ниичану возможность спокойно заниматься Задними Вратами в перерывах между его собственными обязанностями.      — Угу. Если бы студенты из Киото не приехали сегодня в Токио, сомневаюсь, что мы бы вообще тебя увидели, — Кинджи кивает в сторону тренировочного поля.      Прямо сейчас Тодо Аой сошёлся в рукопашном спарринге с Зенин Маки. Хотя Маки обладала лишь крохами Проклятой Энергии, её Небесное Ограничение наделяло её физической силой, намного превосходящей человеческую. Шики видела, что Тодо приходится активно усиливать себя Проклятой Энергией, чтобы не отставать.      — Давай, Маки, вмажь ему!      — Не дай ей побить себя, Тодо!      С тех пор как Мута Кокичи наладил сотрудничество с токийскими студентами, общение между школами Токио и Киото стало куда теснее. Обычно они пересекались только на ежегодном мероприятии по обмену. То, что происходило сейчас, и правда было настоящей исторической аномалией.      Поскольку в прошлый раз именно токийцы ездили в Киото, теперь Иори-сенсей решила привезти своих студентов с ответным визитом. Это было и жестом искренности, и чётким сигналом: Иори-сенсей хотела наладить дружеские связи между учениками этого поколения.      — …В любом случае. Просто помни, что у тебя есть одноклассники, которые всегда прикроют тебе спину, ладно? — голос Кинджи вырывает Шики из раздумий.      — Спасибо.      На этот раз её благодарность звучит гораздо искреннее. И всё же Шики не собиралась вываливать всё на однокурсников — в конце концов, их это напрямую не касалось. Тем более сейчас было явно не то место и не то время, чтобы обсуждать деликатные проблемы Тюремного Царства.      Кинджи выдерживает паузу. Поняв, что Шики не намерена откровенничать, он просто кивает, поднимается на ноги и небрежно сминает пустую банку в кулаке.      — Раз уж с этим разобрались. — Кинджи тянется вниз и… хватает Шики за руку?      Она растерянно моргает, но позволяет однокласснику поднять себя на ноги. В его жесте не было злого умысла, хотя она и не до конца понимала, что он задумал.      — Пошли, вытащим и тебя на поле. — Кинджи шагает к остальным студентам, таща Шики за собой. — Если ты и дальше будешь строить из себя снежную королеву, неудивительно, что киотские ребята тебя боятся.      — Не думаю, что они меня боятся, Кинджи.      Тот же Тодо Аой, например, совершенно не выглядел напуганным. Скорее, он уже давно потребовал бы спарринга с Шики, если бы Маки не вызвалась первой.      — Ладно, может, и не боятся, — поправляется Кинджи. — Но ты ведь понимаешь, что можешь выглядеть пугающе, да?      — Устрашение бывает полезным.      — Только не тогда, когда пытаешься быть дружелюбной. Бедная Мива, — фыркает парень. — А теперь давай, перебирай ногами. Только представь, что скажет Цумики, если узнает, что ты даже не попыталась быть приветливой с ребятами, которые припёрлись в такую даль...      Голос Кинджи обрывается — он резко тормозит.      — Извините, что прерываю, — произносит стоящая перед ними механическая марионетка. — Если позволите, могу я на минуту поговорить с Годжо-сан наедине?      — Хм. — Кинджи отпускает руку Шики. — Это по поводу твоих новых гаджетов?      — …Вроде того, — марионетка Муты напряжённо кивает. — Это косвенно связано, но в основном касается одной деликатной информации.      — Значит… клановые разборки или типа того? — Кинджи переводит взгляд с одного на другого и пожимает плечами. — Ну, тогда развлекайтесь. Только не кради Шики надолго, а то, боюсь, Тодо устроит бунт, если так и не получит спарринга, которого так ждал.      — Принято к сведению.      Махнув рукой через плечо, Кинджи оставляет их вдвоём и возвращается к остальным. Кирара тут же склоняется к нему и бросает вопросительный взгляд на Шики — на что та отвечает лёгким кивком, и это, кажется, успокаивает одноклассницу.      — Годжо-сан, — механическая челюсть щёлкает, возвращая её внимание к Муте. — Я… возможно, превышаю свои полномочия, но наткнулся на сведения, которые могут обеспокоить клан Годжо. Это касается «Тюремного Царства».