Глава 147 - Поручение

      — Итак! Я слышал, на днях в клане было немного неспокойно?           На лице Сатору-ниичана играла беззаботная улыбка, когда он небрежно опустился на пустой диван напротив. Шики подняла взгляд, наблюдая, как он развалился на подушках. Это и удивило её, и в то же время нисколько. Она думала, что Сатору-ниичану понадобится ещё несколько дней на возвращение... но, очевидно, ошиблась.           Либо он разобрался со своими делами быстрее, чем ожидалось, либо недавние «волнения» в клане Годжо оказались достаточно веским поводом, чтобы вернуться как можно скорее.           ...Однако Шики не замечала за кузеном никакой спешки. А значит, то, как она разобралась с кланом Зенин, Сатору-ниичан счёл вполне допустимым планом действий и уместным ответом.           Раз уж он решил сначала найти её, а не идти на разговор со старейшинами клана, то:           — Чего ты мне не договариваешь о своих планах на клан Зенин?           Сатору-ниичан выдержал паузу, а затем выпрямился, усевшись по-человечески.           — Я тебе когда-нибудь говорил, какая ты у нас проницательная умница?           — И не раз. — Шики не позволила ласковому тону сбить себя с мысли. — Я хочу знать, каковы твои планы. В этот раз я дала отпор клану Зенин в твоё отсутствие, но не думаю, что на этом всё закончится.           — Скорее всего, нет, — беспечно согласился Сатору-ниичан. — Ты права, пожалуй, тебе и впрямь нужно немного прояснить картину.           — И Киёхире-сенсею тоже.           С момента визита клана Зенин он ходил всё более напряжённым. Большинство членов клана Годжо считали Киёхиру-сенсея человеком Сатору-ниичана, и хотя так оно и было, это вовсе не значило, что у него есть ответы на все вопросы об «эксцентричном» главе клана Годжо. К несчастью для Киёхиры-сенсея, соклановцы упрямо ждали этих ответов именно от него.           — ...И Кен-джичану.           Нанами Кенто не был частым гостем в клане Годжо и не имел тесных связей с клановыми делами. Однако он был близок с братом и сестрой Фушигуро. Учитывая явный интерес клана Зенин к Мегуми и то, что Кен-джичан недавно лично наблюдал за выходками Зенинов из первого ряда, Шики сочла благоразумным держать дядю в курсе ситуации.           — Точно, Кенто же сейчас с тобой. — Сатору-ниичан моргнул и рассмеялся. — Кстати, как всё прошло? Любопытно, как он отреагировал на твоё маленькое представление.           Кен-джичан не присутствовал на самой встрече, поскольку не состоял в клане Годжо. Но в тот момент он находился на территории поместья вместе с Шики, а такое громкое событие, как визит клана Зенин без предупреждения, не могло пройти незамеченным.           — Кен-джичан в курсе, как я ответила на оскорбления со стороны Зенинов. — И хотя формально Шики принимала Зенинов от лица клана Годжо, решения принимала именно она. Это она спустила Чоки с рук его «проступок», и она же лично заставила замолчать старейшину Зенин, возглавлявшего делегацию. — Он не стал оспаривать моё решение.           ...Конечно, нельзя сказать, что Кен-джичан горячо её поддержал. Он нахмурился, услышав о вопиющем неуважении гостей, но от Шики не укрылось, как помрачнел дядя, провожая взглядом покидающих резиденцию Зенинов — бледных, как мел, со старейшиной, едва держащимся на ногах благодаря чужой помощи. Того, кому Чоки отрезал язык кинжалом, соклановцам и вовсе пришлось уносить без сознания.           Но несмотря на явное смятение, Кен-джичан не стал её осуждать. Он просто расспросил Шики о случившемся, выслушал её версию событий и мотивы, затем кивнул и закрыл тему.           — Хм, — протянул Сатору-ниичан. — Понятно.           Шики вопросительно склонила голову.           — Впрочем, не бери в голову. — Сатору-ниичан мотнул головой, не желая вдаваться в подробности. — Итак, вернёмся к началу. Ты спрашивала о моих планах на клан Зенин?           — ...Да. — Шики бросила на кузена многозначительный взгляд, но всё же позволила ему так откровенно сменить тему.           В конце концов, она сама об этом спросила. К тому же, им действительно следовало во всём разобраться, и чем скорее, тем лучше — пока Зенины не нагрянули вновь. Если Шики собиралась помогать Сатору-ниичану, ей нужно было понимать его позицию.           У Шики всегда складывалось впечатление, что спор из-за Мегуми был улажен Сатору-ниичаном давным-давно. Однако недавние выходки клана Зенин говорили об обратном.           — Итак... начнём с предыстории. Ты знаешь, что в прошлом я вёл переговоры с Зенинами. Когда я убедил их отстать от Мегуми, дело было не только в угрозах. — Сатору-ниичан скрестил ноги и устроился поудобнее. — То есть, жёсткие угрозы бы сработали, но вызвали бы куда больше возмущения, чем мы имеем сейчас. А это неизбежно аукнулось бы нам в будущем, ну и всё в таком духе... Не буду вдаваться в детали и последствия. Уверен, ты и сама прекрасно понимаешь, как это работает.           Шики молча кивнула. Общую картину понять было нетрудно. И хотя клан Зенин не представлял прямой угрозы для клана Годжо, они оставались одной из Трёх Великих Семей, и сбрасывать их со счетов не стоило. Далеко за примером ходить не нужно: достаточно взглянуть на то, как Зенины прибрали к рукам штаб-квартиру дзюдзюцу, чтобы осознать масштабы их влияния.           — В любом случае! Я не выбивал из них согласие угрозами. Вместо этого я поговорил напрямую с Наобито, — продолжил Сатору-ниичан. — Так уж вышло, что старый хрыч согласился со мной: клану Зенин не стоит воспитывать Мегуми.           Шики моргнула. На мгновение ей даже показалось, что она ослышалась.           — ...Разве Зенин Наобито не глава клана Зенин?           — Ага! — бодро отозвался Сатору-ниичан. — Удивительно, правда?           «Удивительно» — это ещё мягко сказано. Глава клана Зенин наверняка должен хотеть, чтобы наследник Десяти Теней вернулся в лоно семьи.           — Почему?           — Потому что клан Зенин расколот, и Наобито не доверяет соклановцам то, что считает «будущей надеждой» клана. — Сатору-ниичан подался вперёд. Его голубые глаза сузились в полумесяцы от улыбки. — Маленькие дети легко поддаются чужому влиянию. Наобито не хочет рисковать тем, что Мегуми «собьют с пути».           Шики нахмурилась. Похоже, внутренних распрей в клане Зенин было куда больше, чем она ожидала. То, что глава до такой степени не доверяет собственным людям... не сулило клану ничего хорошего в плане стабильности. Но даже если он им не доверял...           — Он не захотел воспитывать Мегуми сам?           — Именно это он и планировал, пока я не постучал в его дверь, — ответил Сатору-ниичан. — У него, как у главы, полно других забот, и воспитанию ребёнка он мог бы уделять лишь крохи внимания. А значит, остаётся слишком много лазеек, которыми могли бы воспользоваться остальные. Да и Зенин Наоя не из тех, кто обрадуется, если его заменят ребёнком на десять лет младше.           Как и в клане Годжо, иерархия у Зенинов строилась на силе. И хотя потенциал техники Десяти Теней был неоспорим, Мегуми тогда был всего лишь маленьким ребёнком. Обстановка в клане Зенин стала бы для него...           — В общем, я предложил отдать Мегуми мне. Кто лучше обучит ребёнка с проклятой техникой потенциала Особого Класса, чем другой колдун дзюдзюцу Особого Класса? — Сатору-ниичан тихо рассмеялся.           Это... работало немного не так. Выдающаяся личная сила вовсе не гарантирует из тебя хорошего учителя. Тем не менее, Шики уловила суть: индивидуальное обучение у колдуна дзюдзюцу Особого Класса было огромной честью. И хотя отношения между кланами Годжо и Зенин оставляли желать лучшего, статус «Особого Класса» безоговорочно признавали и уважали оба клана.           Но если клан Зенин уже согласился на эти условия, почему теперь они берут свои слова назад?           Зенины, на днях заявившиеся в клан Годжо, предельно ясно озвучили свои требования: они хотели, чтобы Фушигуро Мегуми «вернули» им.           — У меня два вопроса. — Шики мягко пододвинула к кузену поднос с чаем. — Почему глава клана Зенин так тебе доверяет? И как всё то, что ты сейчас рассказал, связано с их внезапной зацикленностью на Мегуми?           — О, клан Зенин всё это время пускал слюни на свои драгоценные Десять Теней, уж поверь мне, — фыркнул Сатору-ниичан. Он взял дымящуюся чашку и слегка подул на чай, прежде чем сделать глоток. — А что касается Наобито... полагаю, мы просто давние знакомые.           — Это ровным счётом ничего не объясняет, Сатору-ниичан. — Шики уставилась на него немигающим взглядом. Он что, нарочно говорит так туманно?           — Прости, прости, — снова рассмеялся кузен. — Ну... хм. Я знаю Наобито с детства, и мне нравится думать, что между нами есть некое взаимопонимание. Даже несмотря на то, что он Зенин, а я Годжо. Иногда мы встречаемся и обсуждаем дела без оглядки на наши кланы, иначе это превратилось бы в дешёвый спектакль с взаимными подколками и нулевым результатом. Ужасно неэффективно, если честно.           ...Шики так и не получила чёткого ответа, почему глава клана Зенин доверяет Сатору-ниичану настолько, что позволил напрямую влиять на их Десять Теней. Зато другое понять было нетрудно.           — Ты доверяешь Зенину Наобито.           — Отчасти? И только в определённых, сугубо конкретных вещах. — Сатору-ниичан неопределённо взмахнул рукой. — Этот старик считает, что в культуре клана Зенин нет ничего плохого – нет, ты можешь в это поверить?           Шики просто кивнула. А затем с предельной искренностью произнесла:           — Сатору-ниичан. Я думаю, тебе стоит поискать друзей получше.           Кузен поперхнулся.           — С чего ты взяла?! Я не дружу с Зенином Наобито, — тут же открестился он.           Возможно, так оно и было... но, судя по рассказу, их отношения уж точно можно было назвать дружескими. Чего никак нельзя было сказать об их кланах.           — Надеюсь, ты не ждёшь, что я полажу с Зенином Наоей?           Шики признавала, что в чём-то подражает кузену, но сомневалась, что сможет «дружить» с наследником Зенин так же, как Сатору-ниичан дружит с их главой. Порой, стоя рядом с Зенином Наоей, ей мучительно хотелось потянуться за ножом.           — Определённо нет, — фыркнул Сатору-ниичан. И добавил: — Во многом он до мозга костей классический Колдун дзюдзюцу из Зенинов, и из моих уст это отнюдь не комплимент. Я прекрасно понимаю, почему Наобито не хочет видеть его следующим главой клана.           Погодите-ка, что?           — ...Зенин Наоя – наследник клана Зенин. — И фактически был им уже много лет, как самый талантливый колдун дзюдзюцу среди детей нынешнего главы. Шики была совершенно уверена, что его статус в последнее время не менялся. — Разве Зенин Наобито не сам назначил сына на эту должность?           — Назначение наследника – это нечто большее, чем просто одобрение главы клана.           Да, Шики прекрасно это осознавала. В её случае именно традиционалисты клана Годжо яростно сопротивлялись, когда Сатору-ниичан объявил о намерении сделать её наследницей.           — В случае с Зенинами статус Наои – это скорее требование большинства, а не личное решение главы.           Звучало как нечто прямо противоположное тому, что произошло с самой Шики.           — В любом случае, — Сатору-ниичан выпрямился, — учти: Наою назвали наследником во многом от безысходности. Подходящих вариантов просто не было, так что он, по сути, оказался вне конкуренции. А потом Наобито обнаружил Мегуми и передумал.           Секундная пауза — и Шики мгновенно уловила мысль кузена. В каком-то смысле это звучало нелепо, но... в то же время вполне логично. Если Десять Теней для клана Зенин значили то же самое, что Шесть Глаз и Безграничность для клана Годжо, то напрашивался очевидный вывод:           — Глава клана Зенин хочет, чтобы Мегуми стал наследником клана?           — Угу. — Сатору-ниичан показал ей большой палец. — Так понятнее?           ...Скорее, это запутывало всё ещё сильнее.           — Если он хотел сделать Мегуми наследником Зенин, тогда почему согласился отдать тебе – и, как следствие, клану Годжо – беспрекословную опеку над мальчиком? Даже не доверяя соклановцам, он наверняка счёл бы важным хоть как-то укреплять связи между Мегуми и кланом.           Именно так клан Годжо поступил с самой Шики: её отдали под опеку и наставничество Киёхиры-сенсея и намеренно организовали всё так, чтобы отдалить от неё Кен-джичана. И всё ради того, чтобы она пустила более крепкие корни в клане Годжо.           Более того:           — Если Зенина Наобито всё это время устраивало, что Мегуми находится на твоём попечении, с чего вдруг он передумал именно сейчас?           — Я говорил с Наобито на днях. Он по-прежнему хочет сделать Мегуми наследником. — Сатору-ниичан покачал головой. — За последнее время у Зенинов изменилось лишь одно: Оги нацелился на кресло главы клана.           Зенин Оги... так звали одного из видных членов главной ветви семьи. Брат нынешнего главы, если память не изменяла Шики.           Погодите-ка.           — Отец Зенин Маки?           — Ага. Именно ему мы обязаны этим визитом. Кто-то подкинул ему блестящую идею: вернуть Десять Теней в клан Зенин – грандиозное достижение, которое покроет его имя славой. Особенно с учётом того, что Наобито с этой задачей явно не справился. — Сатору-ниичан театрально вздохнул. — Моя догадка: недавняя заварушка была проверкой реакции клана Годжо. И своего рода громким «заявлением».           ...Если Зенин Оги способен проворачивать подобные вещи, прикрываясь именем клана Зенин, то это бросает серьёзную тень на авторитет Зенина Наобито как главы, не так ли?           Если подумать:           — Почему Наобито ничего с этим не делает?           — Он пытается. То, что Зенин Акимицу недавно поддержал Оги, ситуацию, конечно, не улучшает. — Сатору-ниичан развёл руками в жесте «ну что тут поделаешь». — К тому же он... как бы это сказать. Его здоровье в последнее время оставляет желать лучшего. Та-а-ак что...           Итак, у Зенинов есть глава клана, упрямо цепляющийся за власть, хотя ему давно пора на покой. Есть брат, жаждущий узурпировать его место и обладающий немалым влиянием. И есть наследник, который... судя по всему, бездействует? Тот самый, который наверняка возненавидит Мегуми, если узнает, что глава клана предпочёл бы видеть преемником именно его.           Неудивительно, что Зенин Наобито считает собственного сына никудышным кандидатом.           ...И теперь чужие семейные дрязги перекинулись на клан Годжо. Шики не могла сказать, что в восторге от такого поворота событий, но признавала: как посторонней, ей не стоит лезть в дела клана Зенин.           Тут ей в голову пришла ещё одна мысль:           — Мегуми в курсе?           Вместо нормального ответа кузен отвёл взгляд и невинно засвистел.           — ...Сатору-ниичан. — На Шики этот спектакль не произвёл ни малейшего впечатления. — Тебе не кажется, что Мегуми имеет право знать, раз уж это напрямую его касается?           Сатору-ниичан перестал насвистывать:           — Думаю, мы оба прекрасно знаем, что Мегуми ни капли не улыбается перспектива стать наследником Зенин.           Шики выгнула бровь.           — Тогда зачем ты поддакивал главе клана Зенин в том, что...           — То было тогда, а это сейчас, — фыркнул Сатору-ниичан. — Я же не знал, каким вырастет Мегуми! ...Да и тогда мне это показалось отличным решением. Если мальчик вырастет под защитой клана Годжо, это здорово поможет сгладить углы между нашими семьями.           — Или усугубить, — поправила Шики.           С самого начала Зенины были не в восторге от того, что их Десять Теней «украл» Годжо Сатору. Они нехотя отступили и не пошли на крайние меры лишь потому, что вмешался именно он.           — Цыц, — кузен отмахнулся от неё, как от назойливой мухи, хотя она лишь озвучила очевидное. — В конце концов я всё ему расскажу, но сейчас нет смысла взваливать это на его плечи.           — Он колдун дзюдзюцу, точно так же, как и я.           Мегуми ещё не получил официального ранга, но, вероятно, станет колдуном дзюдзюцу Полу-Первого Класса, как только поступит в Токийский Техникум Дзюдзюцу. Высокий ранг означал и множество соответствующих обязанностей.           — Будет лучше, если он услышит всё от тебя, а не от Зенина Наобито.           Какое-то время Сатору-ниичан просто молча смотрел на неё.           ...Разве она сказала что-то не так?           Шики так не казалось. Мегуми определённо заслуживал знать о сделке, которую Сатору-ниичан заключил с главой клана Зенин. И если он решит, что совершенно не желает становиться наследником... тогда у него будет время предпринять ответные шаги.           Как наследница Годжо, Шики понимала: клану было бы выгодно, чтобы во главе Зенинов встал пользователь Десяти Теней, с детства связанный прочными узами с кланом Годжо. Но как просто Шики, она считала, что Мегуми должен занять этот пост только по собственному желанию или необходимости, а не потому, что за него так решили другие.           ...Сатору-ниичан в своё время дал ей право выбора. Но, похоже, Мегуми такой роскоши не предоставляли.           — Я скажу ему, если это станет актуально, — промычал Сатору-ниичан. — Хотя в идеале хотелось бы, чтобы роль наследника Зенин взяла на себя Маки, а не Мегуми.           — Зенин Маки?           Это... Шики, конечно, понимала, к чему клонит кузен, но идея казалась малоосуществимой. В конце концов, клан Зенин крайне консервативен. Куда сильнее, чем клан Годжо; Шики сомневалась, что Зенины примут женщину в качестве главы. Разве что она заставит их склониться перед собой голой силой.           Хотя, если подумать, именно так Зенин Маки и поступила бы. По крайней мере, попыталась бы — в этом Шики не сомневалась. Разве она сама не говорила нечто подобное? Что её главным стимулом стать колдуном дзюдзюцу было желание утереть нос всему клану Зенин и доказать их неправоту?           ...Однако до этой цели ей ещё шагать и шагать. Сейчас Маки — талантливый боец, но чтобы вырвать признание у клана Зенин, одной лишь силы недостаточно. Как ни крути, они — клан колдунов дзюдзюцу, и по сей день отказываются признавать в Зенин Маки полноправного колдуна дзюдзюцу из своего рода, несмотря на её официальный статус в Токийском Техникуме Дзюдзюцу. Шики даже подозревала, что они намеренно тормозят продвижение Маки в Классе. В глазах клана её бездарность в колдовстве ставила крест на попытках стать настоящим Колдуном дзюдзюцу, и для Зенинов она по-прежнему оставалась лишь позором семьи.           — Сдаётся мне, из Зенин Маки получилась бы отличная наследница, — беспечно продолжил Сатору-ниичан, совершенно не заботясь о последствиях своих идей. — По моему скромному мнению, клану Зенин жизненно необходима хорошая встряска.           Шики попыталась это представить. Возникшая перед глазами картина была...           — Не думаю, что подобную встряску можно назвать «небольшой», Сатору-ниичан.           — В этом-то и всё веселье! — седовласый рассмеялся и подмигнул.           — ...Значит, твоя цель – сделать Маки наследницей Зенин? — спросила Шики.           — В нынешних реалиях она кажется куда более подходящей кандидатурой, чем Мегуми. По крайней мере, у неё есть мотивация и внутренний огонь, — пожал плечами Сатору-ниичан. — ...Хотя силёнок пока маловато.           Шики кивнула.           — Её навыки не дотягивают до того, на что был способен Зенин Тоджи.           — Ага. Будь она так же сильна, как Зенин Тоджи, то уже стала бы непреодолимой силой в клане, — согласился Сатору-ниичан. — И, скорее всего, устроила бы там кровавую баню давным-давно. А значит! Нам стоит придумать, как дать ей хороший пинок, чтобы ускорить процесс.           — Сила Зенина Тоджи была результатом его Небесного Ограничения. — И, насколько было известно Шики, он был единственным зафиксированным человеком с абсолютным нулём Проклятой Энергии. — То, что есть у Маки, конечно, похоже, но это далеко не одно и то же.           — На этот счёт у меня есть парочка теорий, — сказал Сатору-ниичан. — Разве ты не говорила, что видела какие-то странные линии связи между Маки и её сестрой-близнецом, когда они стояли рядом в Киото?           Шики действительно тогда уловила некую аномалию. Но:           — Я не уверена, что смогу напрямую воздействовать на Небесное Ограничение. В худшем случае, если не рассчитаю силы, я могу убить их обеих.           — Но шанс всё же есть, — отметил кузен. — Если вы объедините усилия с Цукумо – а она не раз плакалась, что упустила шанс изучить Зенина Тоджи как образец, – уверен, вы что-нибудь придумаете.           Шики не разделяла бурного оптимизма Сатору-ниичана, но была готова попытаться. Тем более что это оказалось весьма кстати: по просьбе Иори-сенсея она и так собиралась изучить Небесные Ограничения ради Муты-сана.           Как удобно всё сложилось.           ...Впрочем, они слишком далеко ушли от первоначальной темы.           — Но вернёмся к клану Зенин. Стоит ли ждать, что они пришлют в клан Годжо очередную делегацию?           — После того, как ты так жестоко обошлась с прошлой группой и отослала их обратно с онемевшим до конца своих дней старейшиной и бедолагой без языка, мне почему-то кажется, что Зенины не станут торопиться с новыми визитами, — сухо заметил Сатору-ниичан.           В таком случае:           — Значит, пройдёт какое-то время, прежде чем они снова попытаются добраться до Мегуми, верно?           Сатору-ниичан секунду смотрел на неё, а затем вдруг подался вперёд и без всякой причины взъерошил ей волосы.           — Ты такая очаровательная малышка, — совершенно серьёзно сообщил он. — Не волнуйся. Мегуми ещё не скоро втянут в разборки клана Зенин.           Было приятно услышать его заверения, хотя Шики твёрдо решила присматривать за кланом Зенин куда внимательнее. Их недавний визит стал неприятным сюрпризом, и больше Шики застать себя врасплох не позволит.           — ...Пойду поищу Чоки. — Шики поднялась, собираясь уйти.           Было очевидно, что Сатору-ниичан впал в своё обычное игривое настроение. Её помощник наверняка уже закончил собирать последние отчёты. Даже если Сатору-ниичан не видит в Зенинах угрозы, осторожность не повредит. Шики нужно было...           — Подожди. — Рука Сатору-ниичана сомкнулась на её запястье. — На самом деле есть ещё кое-что. Я должен тебе рассказать, пока ты снова не превратилась в занятую пчёлку.           Шики послушно замерла в ожидании.           Сатору-ниичан откашлялся.           — Тебе что-нибудь известно об «обратной стороне» Тюремного Царства?