Часть 4. Расправляя крылья. Глава 33. Проекты и открытия

Когда проблема обрела имя и лицо, Фима сразу ощутила, что ей стало легче и спокойней. Возможно, с дознавателем из Духовной Коллегии и будет сложно — только ей нечего скрывать и стыдиться. Она не делает гадостей ближнему своему, она работает. И люди в долине благодаря её стараниям при деле и в достатке. Погода стояла хорошая, солнечная, и Фима, хорошенько расспросив главную над красильщицами, решила разведать, чем ещё богаты горы вокруг. Ведь красящие образцы откуда‑то взялись. Женщина скрывать не стала — рассказала, что камни ей принесли мальчишки, которые вечно лазают по горам вокруг. Но вот где именно они всё это нашли — надо у них спрашивать. Вместе с Лиской, дав ей выходной, Фима отправилась разговаривать с мальчишками, а потом и искать образцы для опытов. Ребятишки, впрочем, вовсе не слонялись без дела: в деревнях с малых лет детвора помогала по хозяйству. А Фима в будущем хотела учить не только работниц фабрики, но и детей от семи до четырнадцати лет. Ведь грамотные люди будут ей наилучшими помощниками и проводниками её идей. Да и по горам с какой‑либо надобностью лазали в основном мальчики. Поэтому они отправились туда, где Нивен и Йохан вместе с учениками выпасали коз, попутно обучаясь лечить и ухаживать за животными. День был солнечным, хотя ветер с гор уже был прохладным. Так что Фима взяла с собой платок, а для образцов на опыты — сумку. В неё она положила блокнот для записей со специальным пишущим стержнем и небольшой молоточек. Лиска несла карту, где собирались отмечать месторождения. Картина снежно‑белых и угольно‑чёрных коз, поедающих ещё не пожухлую траву на фоне раскрашенных яркими осенними красками гор, радовала глаз. В сторонке виднелись времянки для наставников и их подопечных, тлел костерок, над которым висел котёл, от которого тянуло чем‑то съестным. За стадом смотрели подростки и мальчишки помладше, а в сторонке на бревне сидели Нивен и Йохан и что‑то рассказывали ещё одной группе мальчишек. Заметив девушек, и мужчины, и дети приветливо замахали им руками, расплываясь в улыбках. Фима присела рядом с Йоханом на бревно. Мужчина покосился на неё и с улыбкой спросил: — С чем пожаловали, барышня Фимия? — Да с мальчишками вашими поговорить. Они ведь везде бывают, не только коз пасут и у вас обучаются. — Это верно — лазают по склонам, что те козы… А какая у вас к ним нужда? Или, может, не пущать пострелят? — Нет, пусть гуляют. Но я нескольких из них возьму, только сначала поговорю со всеми. — А чего не поговорить — вона они… Фима тепло улыбнулась старикам. Хотя какие ж они старики? Нивен да и Йохан выглядели лет на шестьдесят, но были крепки телом и светлы умом. И вот, получив добро на опрос мальчишек, Фима собрала их вокруг себя и спросила: — Вы знаете, что я — Алфимия ван Утерн, владелица Козьих скал, усадьбы и фабрики? Мальчишки чуть вразнобой закивали и загомонили: — У меня тама тётка работает… — И сеструха моя… — И у меня мамка… Выходит, практически у всех ребят кто‑то из семьи да работал на её фабрике. — Хорошо. Моей старшей на красильне принесли камни, с помощью которых она потом покрасила пряжу. Я хочу, чтобы вы показали мне, где вы нашли такие камни. Может, где‑то есть выход таких камней? Мальчишки задумчиво молчали, а потом несколько ребят выступили вперёд. — Госпожа ван Утерн… Мы покажем вам, если вам это сгодится… — Я буду рада вашей помощи, и даже могу заплатить за это. Ну что, давайте пойдём поищем… Окружённая ребятами, Фима вместе с Лиской отправилась с ними на поиски красильных камней. Мальчишки носились вокруг, галдели, но при этом вполне уверенно куда‑то вели. Первая остановка случилась возле груды серых, каких‑то припылённых камней. Причём обломки начали встречаться заранее: мальцы поднимали их, показывая девушкам, а Фима парочку положила в сумку. Может быть, этот минерал тоже красит. Осмотрев груду камней, Фима решила, что, скорее всего, это какой‑то выход породы. Подумав, она вытащила из сумки молоток, отколола кусочек от образца, а потом сделала скол уже на груде камней. Цвет скола её поразил — приглушённо‑голубой, при этом очень глубокий и плотный тон в породе. И выходит, это явно было то, что нужно. Вместе с Лиской они развернули карту долины. Фима некоторое время пыталась сопоставить это место с тем, что было нанесено на карте, и в итоге не слишком уверенно поставила крестик. Дальше дорога пошла выше по склону и куда‑то в сторону: сперва направо, потом резко налево. Вся их поисковая команда дошла до входа в пещеру. — А здесь что? — Там камни тоже… Они красят. Фима задумчиво посмотрела на вход в пещеру. Ей не хотелось бы использовать что‑то, что может быть ядовитым — как, например, известные в её прошлом сурьма и киноварь… — Там кто‑то живёт? — Нет, там сухо и зверем не пахнет… Это чуточку утешало. Однако, оставив основную часть ребят снаружи и взяв парочку парней постарше и покрепче из всей компании, Фима шагнула внутрь. В пещере и правда было сухо, пахло какой‑то земляной пылью — и более ничем. — И где? — Вон, видите, бугры такие… Фима осторожно подошла к тем самым буграм — видимо, ещё какой‑то минерал так своеобразно вышел — и тюкнула молоточком. Скол имел коричневато‑красный цвет. Наверное, местная разновидность охры или чего‑то подобного. Отколов ещё в паре мест несколько кусков, она убрала их в сумку и вышла из пещеры. — Лиска, разворачивай карту. Тут, похоже, тоже хорошее место. Девушка послушно развернула карту и завертела головой, пытаясь понять, где это они. Мальчишки тоже принялись помогать — и в итоге добавился ещё один крестик. А затем они продолжили прогулку. В итоге сумка стала увесистой от образцов, ноги гудели от усталости — но на карте было около десятка точек, где можно было добывать минеральные красители. С этим нужно было поработать, но пока всё выглядело обнадеживающе. Фима шла усталая, но довольная. Она и сама поучаствует в экспериментах — надо понять и отработать процесс. В усадьбе она велела отнести сумку и карту в свой кабинет, а для себя — приготовить ванну с успокаивающими травами. Лиске же она приказала отправиться в купальню для работников и следующим утром прийти к ней. Но день, прошедший столь продуктивно, навёл её на новую мысль. Фиму не отпускала идея придумать станок, чтобы он вязал по узору — ну или как бы ткал, но чтобы выглядело как вязка… Если с вязальными машинами было просто, то здесь всё оказалось гораздо сложнее. Общий принцип она знала и понимала, но как его воплотить — и, главное, где найти мастера? Как задать узор — она догадывалась. Перфокарты она видела. По сути, нужно было нарисовать узор и по крашеным или пустым клеткам пробить дырочки. А потом станок должен будет как‑то считать их и связать орнамент… Какие именно узоры — и какие части, закрашенные или пустые, надо будет выбить дырочками, — она ещё подумает. Но идею она записала в блокноте, даже сделала несколько набросков. Там же, подумав, она нарисовала возможный вариант считывателя — валик с выступами, которые бы цеплялись за дырочки, тем самым передавая последовательность дальше. Допив чай и наконец отложив перо и бумаги, она отправилась в спальню. День был сложным, а впереди ещё очень много работы. … Погода испортилась — подули холодные ветра, и стали частыми дожди: то проливные, то мелкие и затяжные. Фима занялась исследованием образцов. В результате она получила неброскую, приглушённую палитру: в зависимости от того, сколько времени вываривать шерсть или пряжу, получались тёмные или светлые оттенки. Ещё одним необычным открытием оказалось, что один из найденных минералов придавал шерсти белоснежный цвет, выбеливая её. При этом нить не теряла прочности, но становилась шелковистой на ощупь. Это было полезное свойство, и Фима решила обработать некоторое количество шерсти раствором с этим камнем. Увы, она не была геологом или химиком и не могла сказать, почему здесь встречаются выходы таких минералов и отчего возникает такой эффект. Главное — она могла использовать это себе на пользу.