Часть 12. Упрямая искусительница

Я открыл глаза и увидел белый потолок аванпоста. Повернув голову, я заметил Ами, которая сидела у моей кровати, держа меня за руку, и спала, положив голову на одеяло. Я привстал — и перебинтованное плечо тут же заныло. Я цыкнул от боли, потревожив Ами, затем улыбнулся уголками губ и едва дотронулся до ее щеки.       — Сильно волновалась? — тихо спросил я. Она положила свою руку поверх моей ладони, глаза заблестели.       — Я даже злиться на тебя не могу… — гнусавила она, и слезы ручьем полились по пухлым щекам, голова опустилась. — Я так… Переживала… — Ами закрыла руками глаза, всхлипывала и шмыгала.       — Иди сюда. — нежно позвал ее я. Я облокотился на спинку кровати, Ами села между моих ног, поджав колени, прильнула к груди и зарыдала. Я молча гладил ее по волосам и спине, пока она дрожала в моих руках. За окном было темно, тусклый свет лампы едва освещал комнату, на прикроватной тумбочке стояли недопитые отвары и лежали окровавленные бинты. Не знаю, сколько я провалялся без сознания. Видимо, она не отходила от меня все это время. Разве что, позвала Фанга? Правой рукой я обнял ее плечи: левой почти невозможно было двигать. И как эта худенькая девушка смогла дотащить меня? Я совсем недооцениваю ее силу. Ами перестала дрожать, дыхание постепенно успокаивалось, она вновь шмыгнула. Я дотянулся до ящика тумбочки, достал оттуда чистый платок и дал ей высморкаться.       — Полегчало? — спросил я, разглядывая покрасневший нос и глаза. Она слегка кивнула. Я погладил ее по голове, мягко прошелся по плечу, взял за руку и поцеловал маленькую ладонь. Она поджала губы и покраснела.       — Не думай, что я так просто прощу тебя. Я улыбнулся, приложив ее ладонь к своей щеке.       — Вообще-то это ты под ноги не смотрела. — ответил я без издевки.       — Я не об этом…       — Хочешь сказать, ты так мучаешь меня, потому что обижаешься?       — А ты думал, что я сразу к тебе в объятья прыгну? — она насупилась и скрестила руки на груди. — После того, как ты считал меня легкомысленной шаболдой, соблазняющей мужчин направо и налево?       — Ну, не совсем так. — я отвел взгляд.       — К тому же ты крючился при виде меня в тюрьме, нарочито игнорировал, а после прибежал, вдруг поцеловал… Вот мне и хотелось тебя проучить.       — Согласен, надо было нормально поговорить. — я виновато кивнул, это немного остудило ее. Я осторожно взял ее за подбородок и поднял голову верх. — Но ты должна была сказать, что рассталась с шефом. Хотя бы в тот день перед судом. Она привстала, оперлась на мои плечи, теперь глядя на меня сверху вниз с надутыми губами, но с каждой секундой таяла от легких прикосновений к рукам и спине.       — Тогда я еще не была уверена, что нравлюсь тебе… И эта новость звучала бы глупо и слишком… Прямолинейно. — смущенно пробубнила она. Я невольно усмехнулся. Была не уверена? Смешно. Да у меня в глазах отражается только она с первой нашей встречи, а еще я улыбаюсь, как дурак, когда вижу ее. Как она могла это не замечать? Или замечала, но ждала, когда я неожиданно взорвусь, как неудачно сделанная Хару бомба? Я нежно положил руку ей на затылок и притянул к своим губам, прошептав:       — Я люблю тебя. Она самодовольно ухмыльнулась.       — Давай встречаться? — передразнивала меня Ами.       — Выходи за меня. — уверенно проговорил я, не отрывая от нее полного нежности взгляда. Она распахнула глаза, словно и подумать не могла, что когда-то услышит от меня эти слова. Странно, а теперь мне кажется, что я знал это с самого начала. Знал, что попался в ловушку, и знал, что не буду сопротивляться. Она вырвала меня с корнем из бескрайней пустыни и посадила в узкую теплицу. И если бы мне дали выбор: одиночество на свободе или одержимость в клетке, мой ответ очевиден. Молча глядя друг на друга, каждый думал о своем. Ами вдруг невольно сжала мои плечи, я цыкнул.       — Ой, прости! — вздрогнула она, убрала руку от левого плеча и неуверенно добавила. — А что если… это не любовь?       — Тогда она не нужна мне. Просто будь со мной. — прошептал я. Мы снова встретились взглядом, она медленно наклонилась и поцеловала меня. Мягко. Нежно. Коротко. Я обхватил ее талию, она села на меня верхом и опустилась прямо к пульсирующему месту. Я проглотил стон и тяжело выдохнул:       — У тебя пять секунд на побег. — произнес я, чувствуя на губах разгоряченное дыхание. Она провела рукой по моей шее, ключицам, спустилась к пупку, игриво посмотрела из-под бровей — и вновь впилась в мои губы. Грубая ладонь медленно полезла под ее футболку, не упуская ни миллиметра. Я прикусил ее нижнюю губу, услышал короткий выдох, она просунула влажный язык мне в рот, руками проводя по прессу и спускаясь ниже. Я потянул нижний край футболки вверх, но одной рукой мало что получилось. Ами легко сняла верх и предстала передо мной в белом тканевом бюстгальтере. Я принялся целовать ее шею, посасывать хрупкую кожу, на которой тут же оставались покраснения. Пальцами полез под ткань, внутренне ликуя, что лифчик легко можно приподнять. Румяные соски набухли от прикосновений. Сладкий аромат роз исходил от девичьей кожи, целуя ключицы, грудь, чувствительные бугорки, я вдыхал полной грудью. Она стонала и двигалась бедрами о член, который мечтал вырваться наружу. Не отвлекаясь от сосков, я поглаживал тонкое бедро и залез под юбку. Дотронувшись до мягкой влажной ткани, я вздрогнул.       — Ты не надела шорты под юбку?       — Не отвлекайся. — томно произнесла она приказным тоном с пунцовыми щеками. Я отодвинул ненужную ткань и едва провел пальцами по половым губам, ощутив, как сильно она возбудилась. Ами прикрыла ладонью рот, сквозь боль я поднял свободную руку и взял ее за запястье.       — Не сдерживайся. Нас никто не услышит. — прошептал я, проводя языком по твердым соскам и заводя два пальца внутрь. Стенки обволакивают пальцы и затягивают глубже. Она громко стонет, энергичнее двигая бедрами о мою ладонь. Боже, словно симфония, сладкая мелодия для ушей. Запах, прикосновения, теплое дыхание, горячая кожа — все это не сравнится с ощущениями во снах. Рассудок мутнеет от каждого томного вздоха. Ами отклоняется назад, вскрикивает, цепляясь за мое плечо и шею, дрожит. Я неохотно вынимаю пальцы, по ним струится тонкая прозрачная нить. Ами отодвигается и расстегивает пуговицы на моих штанах.       — Ами, мы можем пока на этом останови… — не успел договорить я, как она меня перебила.       — Нет. — отрезала она, уже стягивая с меня трусы. Я усмехнулся. А раньше мне не нравилось ее «нет». Когда она раздела меня, то замерла, с интересом рассматривая колом стоячий член с медленно вытекающей жидкостью. Я почувствовал, как к щекам приливает кровь, поэтому потянулся к ней, страстно поцеловал, привлекая к себе. Она снова села сверху, потянулась через спину к члену, почти обхватила его ладонью и начала двигать рукой верх вниз. Я не смог сдержать стон, она довольно ухмыльнулась, направила его к губам, паралелльно целуя и прикусывая мои, и осторожно села, цыкнув. Я почувствовал горячую, влажную и мягкую кожу, которая обхватила головку, и крепко сжал ее ягодицу. Она, к удивлению, расслабилась (в отличие от меня), выдохнула и одним движением захватила его полностью. Я простонал, Ами нахмурилась, упала на здоровое плечо и вцепилась ногтями в кожу.       — Сейчас… Подожди немного. — процедила она сквозь зубы — и меня словно окатили холодной водой. Это ее первый раз (мой тоже)… Вот же идиот. Я ударил себя больной рукой о лоб. Она приподнялась и недоуменно взглянула на меня.       — Я думал… Не важно. Она недовольно оглядела меня, затем схватила за щеки и потянула их в стороны.       — Так ты еще и к блудницам меня зачислил. — рычала она.       — Нет! Отпуфти, больна же! — еле произнес я, она неохотно пожалела меня. Я виновато взглянул на нее, но был не в силах скрыть горделивую ухмылку. Она моя. Во всех смыслах. Мне все равно, кто попал в сети первым, не для кого уже назад дороги нет.       — Я так сильно люблю тебя, моя упрямая искусительница. — я убрал прядь волос за ухо. Она прижалась к моим губам и начала двигаться. Ее руки, обжигающие, словно вот-вот испепелят меня, блуждали по плечам и груди. Я целовал ее губы, пока она не отстранилась, чтобы глотнуть свежего воздуха, и не простонала мне в шею. Я ласкал губами щеки, уши, прикусывал и посасывал мочку, проходил по шее, кусал плечи, двигаясь ей навстречу, чувствуя, как меня засасывают внутрь тесные стенки и отпускают обратно.       — Логан! — сквозь очередной стон кричит она, ускоряется и трется о мой живот. Ох, зря она произнесла мое имя. Я прижимаюсь к ней всем телом, обнимая так, будто она сквозь миг растворится на моих глазах. Ами вновь дрожит, я издаю тихий, почти рычащий, стон и кончаю вслед за ней. Она обессиленно падает мне на плечо.

***

Мы лежим под одеялом, я целую ее в макушку, поглаживая маленькую спину здоровой рукой.       — Ты так и не дала ответ.       — На что? — с неподдельным интересом заявила она.       — Неужели ты поматросишь меня и бросишь?!       — Конечно, нет. Давай для начала повстречаемся. — она кладет голову мне на грудь, и я чувствую, как она улыбается. Я тоже улыбался до ушей.       — Надо почаще получать отравленной стрелой. Она показала мне кулак.       — Хочешь покалечиться — зови меня. Я рассмеялся, поцеловал ее выпирающие косточки и добавил:       — Прости, я правда все не так себе представлял.       — А как ты представлял? Она приподнялась и с искорками в глазах уставилась на меня. Я отвел взгляд, поджав губы.       — Тебе лучше не знать. Но в фантазиях выглядело немного романтичнее. Она недоверчиво прищурилась. Мой взгляд упал на следы на ее шее — множество засосов и пара укусов. Черт возьми, и подумать не мог, что способен на такое… Я нервно отгонял мысль, что мне хочется съесть ее целиком, пока она мило смотрела на меня, наклонив голову. Я потянулся к ящику тумбочки и достал оттуда розовый платок.       — Ты забыла, когда была здесь в последний раз. Носи его на людях несколько дней. — отвернувшись и прикрыв ладонью лицо, пробубнил я.       — Ах, да, «подарок», что ты швырнул мне, как бродяжке. — скалилась она, забрав повязку.       — Я правда хотел нормально его подарить…       — Чтобы я скрывала засосы, я помню.       — Нет, просто… ты один раз его надела, а после он пах горной розой. Я решил, что это теперь твое. Некоторое время она молча смотрела на платок, затем вдруг хмыкнула:       — Тогда и футболку отдай.       — А?       — Я же тоже ее носила. Я рассмеялся, потянул ее за руку и уложил на спину, сам оперся о здоровый локоть и чуть наклонился к ней.       — Ты хоть понимаешь, как сексуально в ней выглядела? Она игриво ухмыльнулась, погладив меня по щеке.       — По твоим горящим ушам заметила. Некоторое время я молча разглядывал ее лицо, глупо улыбаясь, затем провел ладонью по щеке, легко поцеловал в лоб и произнес:       — Может, второй раунд? Она хмыкнула, голая прильнула к моей груди и еле слышно пробурчала:       — Я устала, хочу спать. Через несколько минут она засопела, я поглаживал ее спину и наблюдал за ее умиротворенным видом, усталость от прошедших событий и, наверное, последствия отравленной стрелы тоже потянули меня в сон. Я не заметил, как отключился в ее нежных объятиях.

***

Перевернувшись на бок и сладко потянувшись, я распахнула глаза и тут же почувствовала, как его рука вновь притягивает меня к себе.       — Давай еще поспим. — хриплым голосом прошептал он, крепко обнимая меня.       — Мне пора в мастерскую. Без меня там ничего не сделается. — буркнула я, улыбаясь уголками губ.       — Возьми выходной. Никто не умрет, если не получит выполненное поручение в тот же день. — он открыл глаза и начал осыпать поцелуями мои щеку, шею, ключицу. По коже побежали мурашки, пятой точкой я ощутила твердый член и попыталась отодвинуться. — Куда собралась? — возмутился он, обвил мои плечи правой рукой, крепко прижав к себе, и вперился губами в шею. Невольно тихий стон слетел с моих губ — и это раззадорило его еще больше: он прошелся по левой руке и принялся пожирать мое запястье.       — А как же Энди? Он, наверное, с ума сходит, что ты домой не вернулся. — уводя взгляд, сказала я и положила руки на его грудь, создавая дистанцию. Он слегка отодвинулся с широко распахнутыми глазами.       — Я совсем забыл! — воскликнул он и сел, раздраженно растрепал волосы и добавил. — Черт, и что же я за отец такой?       — Не волнуйся, на тебя много вчера навалилось. — говорила я, в спешке накидывая на себя юбку, бюстгалтер, футболку под пристальным взглядом Логана. Казалось, что этими глазами он обратно меня раздевал. Когда я взяла розовый платок, Логан поманил меня пальцем, я с прищуром посмотрела на него.       — Давай я завяжу его для тебя. — предложил Логан, но я не двигалась, тогда он вздохнул. — Не буду я приставать! Я послушно села на край кровати, Логан нежно убрал мои волосы назад и осторожно завязал платок, стараясь прикрыть все засосы.       — Все равно некоторые видно. — сказал он, дотронувшись пальцем до пятен.       — Это все ты виноват! — притворно-недовольно пробубнила я. Он обнял меня сзади, отчего я невольно вздрогнула, обвил руками талию и положил голову на плечо, тяжело вздохнув.       — Извини, вчера я потерял голову. Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? — обеспокоенно спросил Логан.       — Все будет в порядке, если ты пообещаешь, что перестанешь меня разукрашивать. — отчитала я, он отвел взгляд и нахмурился. — Логан… — я начала терять терпение, но он молчал, насупившись. Тогда я потянула его за нос.       — Ай! Больно! — он оторвался и взялся за покрасневший нос. Я недовольно зыркнула на него, тогда Логан цыкнул и ребячески промямлил. — Ладно, постараюсь оставлять только в незаметных местах. Я улыбнулась, наказала ему следить за раненным плечом и ждать меня вечером, чмокнула на прощание, но остановилась у порога.       — Ах, да, Энди в курсе, что с тобой произошло. Мы встретились у клиники Фанга, я попросила его остаться у Виви. — отчеканила я с невинной улыбкой.       — Ты надурила меня! — прокричал он, вскочив с места. Я ахнула, поспешно оседлала Рамбо и, смеясь, ускакала. Прости, мой милый бандит, но работа превыше всего. А еще тебе придется идти пешком… Я извинюсь вечером, наверное. Быстро доскакав на Рамбо до площади Мартл, я спешилась, когда меня окликнул Вэй, наш новый президент торговой гильдии.       — Ами, а я тебя искал в твоей мастерской! С утра пораньше в пустыне материалы собираешь? — энергично протараторил он.       — Эм… Ну что-то типо того. — нервно хихикнув, ответила я.       — У нас большой заказ, так что Труди собирает в мэрии. Миан уже там. — он махнул рукой, и я молча последовала за ним.       — Доброе утро! — Миан радостно помахала мне, как только увидела.       — Отлично, раз наши главные мастера здесь, перейду сразу к делу. — произнесла Труди. — Помимо дороги в Портию мы хотим отреставрировать жилые дома и построить школу. Конечно, нам не обойтись без вашей помощи.       — Как здорово! Мы с удовольствием этим займемся, да, Ами? — восхищенно воскликнула Миан. Я кивнула. Хорошо, что Энди, Жасмин и Пебллз смогут получить достойное образование. Логан будет рад, когда услышит эту новость.       — Я могу взглянуть на чертежи? — спросила я и тут же получила разрешение. Архитектурные творения Хайди как всегда были великолепны, кроме учебного заведения: оно казалось больно маленьким и простым, поэтому я не стеснялась в выражениях. — А почему школа такая убогая?       — Эм… Ну… — мялась Труди, Миан подошла ко мне и взглянула на бумаги.       — У города не хватает бюджета на что-то более грандиозное. — ответил за мэра Вэй.       — А сколько не хватает? — спросила Миан.       — Полмиллиона. — ворвалась в мэрию Хайди. — Мы и так ужимались, как могли.       — Я внесу все недостающие деньги! — решительно воскликнула Миан. Все разом раскрыли рты.       — Но это же… — потеряла дар речи Труди.       — Нет, это слишком огромный вклад. Ты же не инвестор Муса. К тому же это твои честно заработанные деньги, которые у тебя украл мой брат. — возразил Вэй, Хайди его поддержала.       — Это мои деньги и я буду распоряжаться ими, как захочу! — положа руку на сердце, сказала Миан.       — Тогда давай разделим вклад? — начала я. — Ты заплатишь половину, и я половину. Все обернулись на меня с вопросами, как работать так, чтобы столько зарабатывать. Ну, я правда вертелась, как белка в колесе, и почти ничего не тратила. А вложить эти накопления в школу и правда отличная идея, тем более там будет учиться Энди. Когда обсуждения были закончены, мы вышли с Миан из мэрии.       — Я рада, что Сандрок развивается с невероятной скоростью! — воодушевленно щебетала Миан. Я кивнула, улыбаясь. Вдруг она ахнула и прищурилась, глядя мне на шею. — Тебя кто-то укусил?       — Эм, нет, не укусил. — я дотронулась до шеи, уводя взгляд. Миан схватила меня за запястье.       — И здесь тоже след! — изумленно тыкнула она пальцем на внутреннюю часть запястья. Тц, засранец, точно специально здесь засос поставил.       — Йоооху, девочки! — откуда ни возьмись подпрыгнула к нам Элси, и вмиг ее взгляд упал на мою руку и шею. — Ами — извращенка! — ахнула она, закрыв ладонями рот.       — Тише, Элси! — шикнула я в надежде, что никто не обратит на нас внимание.       — Так это… Ой! — Миан тоже закрыла ладонями рот и густо покраснела.       — Как тебе не стыдно! — громко смеялась Элси, я схватилась за голову.       — Что за шум, а драки нет? — за спиной послышался знакомый голос. Я зло покосилась на виновника этих беспорядков. И когда ты успел доковылять?       — Логан, это ты сделал с нашей подругой? Признавайся! — Элси ткнула в него пальцем, он вздернул руки вверх, улыбаясь, как сытый чеширский кот.       — Вы встречаетесь? — распахнула глаза Миан, смотря то на меня, то на Логана. Он молча перевел взгляд в мою сторону, я вздохнула и смущенно кивнула. Логан заулыбался еще шире. Треснуть бы тебе. Точно специально на видных местах поставил, чтобы все сразу же узнали о нас!       — Так! Я конфискую Ами на сегодня! — решительно воскликнула Элси и схватила меня за плечи. — Она должна нам все рассказать! В подробностях! Миан усердно закивала, Логан не стал возражать и, махая рукой, с довольной моськой проводил нас взглядом. Я облегченно выдохнула, в душе радуясь, что главную новость узнали пока только подруги, иначе бы я не выдержала столько внимания в один день. Но, когда мы почти подошли ко входу в Голубую Луну, Логан вдруг прокричал во все горло:       — Жду тебя вечером, любимая! И привлек внимание всех, кто был на улице, может, это даже услышали в апартаментах. Краем уха я услышала, как ахнули Виви и Хьюго, восхитились Вэй, Труди и Хайди, вышедшие из мэрии, а так же одобрительно зааплодировали Арвио и Пабло. Я стала похожа на спелый помидор. Паршивец. Мстит мне за утро. Ничего, я еще отыграюсь.