Глава 10: Пылкая среда

***

      Среда       Резиденция Хёдо       На первом этаже дома между двумя резидентами происходил незамысловатый диалог. Кружки чая уже давно были выпиты, а тарелки пустели. Где-то на фоне лежала недочитанная книга.       Иссей и Калаварна в ожидании демонов решили просто поговорить, дабы разрядить напряженную обстановку в комнате. Настоял на этом первый, когда заметил тревожное состояние своей спутницы.       — Вот вспоминаю я нашу первую встречу и интересно мне. А почему ты одевалась в… ну в… сама понимаешь.       — В «вульгарный наряд»? Для тебя может и так. Но ты удивишься, насколько у падших снижена или напрочь отсутствует, такая важная для вас вещь, как «чувство стыда». Эх, ты ещё в подвале одной из наших баз не был. По сравнению с тем, что творится там, я довольно скромна.       — Уже боюсь представить… — с капелькой пота на лбу вымолвил Иссей.       — Хехе, кхм. Если что, я тебе этого конечно не говорила, — из уст Калаварны пошли сплетни, — Но среди нас, рядовых в Григори, ходили слухи, что у Баракиэля-самы, одного из наших лидеров, есть мазохистские наклонности. Верить в это или нет, решай сам. Я глубоко уважаю его, как самого сильного Падшего по грубой мощи. Однако один знакомый рассказывал мне как услышал однажды…       Непринужденная беседа продолжалась уже на протяжение часа. По крайней мере, Иссею удалось заставить её невольно расслабится. Потому что она вся как на иголках с утра находилась. Благо сейчас, вполне себе спокойна и общается легко. Словно не боится прихода демонической угрозы.       Сегодня Калаварна оделась довольно обыденно. По домашнему даже. Обычная бежевая кофта и джинсы. Исключая нетипичный цвет волос и довольно острые желтые глаза, даже и не отличить от человека. Сам же он пока находился в своей школьной форме. Как никак, лишь два часа назад пришел оттуда и теперь ведет увлекательные беседы.       Жаль только их маленький элизиум не продлился долго. Он прервался мягким стуком в дверь.       Разговор оборвался на полуслове и нефилим разочаровано вздохнул. Они пришли на самом интересном моменте. Ну, хоть руны сработали как надо и оповестили его слегка заранее. Снаружи двое. Пару демонических сигнатур, в одной из которой он теперь отчетливо улавливал ещё и частичку падшей эссенции.       Скорее всего Риас и Акено. Президент и Вице-президент оккультного клуба. Что ж, два на два. Хотя бы психологического давления из-за превосходящего количества лиц не будет. Предусмотрительно с их стороны.       — Сейчас открою! — Иссей подорвался с места и прошёл к двери.       Отворив её, за порогом действительно показались две девушки в школьных формах. Красноволосая демоница, вместе со своей улыбающейся черноволосой королевой. Очень сомнительно улыбающейся. Слишком натянуто и не искренне улыбающейся. Что-то в ней очень сильно настораживало нефилима.       — Ну привет, Иссей, можно войти? — заговорила Риас.       — Конечно, или вам как демонам, то есть «нечистой силе» нужно приглашение от владельца дома?~ — подразнил он, прежде чем отойти чутка назад и постепенно двигаться на кухню.       — Ха-ха, нет. Это забавное предубеждение, — аловолосая девушка добродушно усмехнулась, проходя внутрь и разуваясь. За ней последовала и её подруга.       — Проходите. Проходите сразу на кухню. Могу предложить вам чай, не такой замечательный, конечно, как у Акено-сэмпай. Но тоже неплохой.       — Спасибо, не стоит, — поблагодарила Риас, зайдя уже в прихожую, — Мы здесь просто, чтобы убедиться. Чисто формальность.       Как только она добралась до кухни, то увидела там слегка нервную Калаварну, сидящую за столом. Впрочем, падшая держалась молодцом и встала для приветствия. Подавила свою боязнь и смогла найти силы не сбежать в последний момент. Хотя очень хотелось, учитывая те истории, которые она слышала.       — Здравствуйте, Мисс Гремори, — формально поприветствовала она, ощущая на себе это острый прожигающий взгляд. Только не со стороны наследницы великого клана. А с её спутницы. Сама же Риас смотрела на неё больше с подозрением и легкой неприязнью, нежели со глубокой и скрытой злобой.       — Мгм, здравствуйте. Значит ты и есть, Калаварна, верно?       Иссей сразу же почувствовал как в воздухе нарастало давление. Впрочем, больше всего его глаза были сфокусированы на Акено. Уж очень пристально та глазела на падшую. Будто готова была выжечь её прямо здесь и сейчас. Вместе с тем увеличивался и её гнев. Нефилим нахмурился, вынув руки из кармана.       Что-то явно не так.       — Да. Я — Калаварна. В текущий момент, нахожусь под опекой Хёдо Иссея, предоставившего мне убежище, ввиду моей сложной ситуации.       — Хм, — Риас прошла вперёд и встала напротив, — По тому, что мне стало известно, ты была в группе отколовшихся от Григори изгоев. Это так?       — Не по своей вол-       — Почему мы вообще должны верить этой двуличной вороне? — резко вклинилась Акено, излучая смертоносную ауру. Убийственные намерения высвободились из неё, подобно воде из-под сорванного крана.       — Акено! — к счастью, её быстро угомонила Риас, стрельнув холодным упрекающим взглядом и командой. Королева остановилась на миг, — Контролируй себя. Мы в чужом доме. Разве ты забыла, зачем мы сюда пришли?       Неохотно, но та всё же поубавила пылу, становясь менее враждебной. Иссей облегченно выдохнул, даже не подозревая, что всё это время держал воздух в себе. Впрочем, напряжение из воздуха никуда не исчезло.       — Ха, — Риас устало вздохнула, прикрыв глаза, — Прошу прощения за поведение моей слуги. Обычно, она более… сдержана.       — Да нет, ничего страшного, — ответил Иссей, — Вот только, со всем уважением после данного проступка вынужден предупредить. Впредь, прошу не пытаться убить мою драгоценную сожительницу, иначе будут последствия, — с холодом обратился тот к вице-президенту.       — Почему ты вообще защищаешь её? — заскрежетала зубами Акено, чувствуя себя… преданной?       Нефилим взглянул на неё с недоумением. Однако прежде чем Риас успела снова вмешаться…       — Акено… — вдруг шокировано прошептала Калаварна, словно вспомнив нечто важное. Все присутствующие в комнате повернулись к ней, — Но это невозможно… Ты… Как твоя фамилия? — она обратилась к черноволосой девушке с долей собственного праведного негодования.       — Акено Химеджима, — глаза демоницы вновь воспылали былой ненавистью, в то время как руки сжались в кулак, пуская электрические разряды.       — Так. Все успокоились, — в приказном тоне заговорил Иссей, а его глаза блеснули чистым золотым. Каждый в комнате ощутил лишь малую часть ужасающей силы нефилима. Это заставило присутствующих замереть и прекратить ссоры из-за нахлынувшего давления. Будто горы упали на их спины. Волна мурашек пробежалась по ним.       Он не хотел прибегать к подобному. Однако ситуация почти вышла из-под контроля. Ещё немного и Акено бы непременно атаковала. Что творится в этой дурацкой полу-демонической голове? Судя по удивленным голубым глазам, даже Риас в шоке от её выходки. Значит она тоже не понимает.       Прошло целых три секунды, прежде чем Иссей позволил своим силам полностью улетучиться. Напряжение спало. Давление на комнату разительно ослабло и все выдохнули в облегчении. Он же устало покачал головой. А затем, обратился к виновнице суеты.       — Начну по порядку, пока не начался конфликт. Акено-сэмпай, делаю последнее предупреждение, — он перевел взгляд к падшей, — Калаварна. Прекрати. Чтобы ты там не пыталась сказать. Просто не надо, — затем он посмотрел на недоумевающую от всего происходящего Риас, — Думаю мне тоже следует извиниться за произошедшее и мои слова… А теперь, давайте спокойно сядем и всё обсудим, как цивилизованные сверхъестественные существа.       Спустя несколько секунд тишины, вся троица поочередно кивнула. Пускай и неохотно. Проклятье, головной боли он сегодня точно наберется.       По итогу вышло так, что Риас и Акено сели по одну сторону кухонного стола. В то время как Иссей и Калаварна по другую. В такой позиции у каждого сохранялась своя территория и простор для действий. Вот только сидели все в абсолютном безмолвие. Никто и пискнуть не решался.       Вице-президент и синеволосая падшая словно находились в бессловесном поединке, смиряя друг друга враждебным и изучающим взглядом соответственно.              Н-да уж. Атмосфера в комнате до сих пор царила мрачная. Ничего не помогло это заглушить.       — Иссей, — первой зловещую тишину прервала Риас, в которой поселилось наивное любопытство, — Может дашь ей ответить? Мне вот очень интересно услышать то, о чём она хотела сказать.       — Не стоит/не надо — к удивлению аловолосой демоницы, он и Акено ответили почти синхронно. Словно на одной волне.       — Кажется, я начинаю понимать… — задумчиво вымолвила Калаварна, отводя взгляд в сторону, — Но не до конца. Потому что его дочь ни за что бы не…       — Стала демоном? — съязвила Акено, едва сдерживая себя от очередного агрессивного выпада, — Ваш род принес мне одни невзгоды! С чего мне вдруг цепляться за своё проклятое наследие?       — Он искал тебя. Все в Григори искали. Я до сих пор помню тот день, когда сверху был отдан приказ…       — Ложь! — пылко возразила Акено.       Риас и Иссей выпучено глазели на произошедшую перепалку, находясь в глубоком не понимании контекста и ситуации. Что? Как? Почему? О чём они? Ненароком переглянувшись между друг другом, оба решили досрочно завершить их разговор, пока он не перерос в нечто большее.       — Акено, Иссей, побудьте снаружи, — бескомпромиссным тоном заговорила аловолосая девушка, — Я поговорю с Калаварной-сан наедине. Это не обсуждается.       С этим спорить никто и не стал. Нефилим сразу согласился, уводя проблемного члена их группы с собой в коридор.       В текущем состоянии и обстоятельствах, он скорее доверит диалог с Калаварной спокойной Риас, чем по не известно какой причине, ставшей неуравновешенной Акено. За которой теперь тот будет присматривать собственнолично на протяжении всего разговора первых двух.       Вот тебе и простая формальность.

***

      Тиканье часов в коридоре постепенно приближало стрелки к шести часам вечера.       — Акено-сэмпай… — Иссей пытался заговорить с ней, но она сохраняла тишину всё это время. Порой буравила его своими лиловыми глазами, однако и слова не высказала в ответ. Будто бы выражала этим свой молчаливый протест.       А потому, нефилим сдался и просто облокотился о стену, издав печально-разочарованный вздох. Боялся, что возникнут проблемы с аловолосой демоницей, а прилетело откуда не ждали.       Что вообще у Акено на уме? Почему она так сильно ненавидит падших, хотя сама является ею на половину? Какие тайны скрываются за этим фасадом из погрубевшей девушки?       Немного постояв и включив свою сверхъестественно усиленную эмпатию, он почувствовал поток исходящих от неё негативных чувств. Бурлящая смолой ярость, боль, горечь, глубокая печаль. В демонице главенствовала давняя обида, погребенная в таких пучинах души, что даже трудно разглядеть на первый взгляд.       Ладно, последняя попытка расковырять и откопать закопанное.       — Слушай, я понимаю, что-то случилось в прошлом…       — «Что-то», — грубо повторила она, впервые подав голос за всё нахождение с ним наедине. Нервная отметина появилась на лбу Иссея.       Вся эта ситуация уже начинает ему надоедать. Настолько, что он еле сдерживает себя от того, чтобы насильно прижать её к стенке и просмотреть воспоминания без разрешения. Её поведение сегодня вышло за рамки нормы. Такой агрессивной и несговорчивой в клубе оккультных исследований она никогда не была. По крайне мере, все разы когда он там находился.       Напротив, сохраняла вежливость. Дружелюбно приветствовала его. Даже наливала свой отменный чай. А сейчас... не объяснимо.       Что. Чёрт. Возьми. Случилось?       Эти четыре слова крутились в голове как мантра.       — Ладно, тогда я предположу, — Иссей снова заговорил. На этот раз с долей сопереживания. Вспомнив кое-что из предыдущего диалога, он выдал: — Проблемы с отцом, который падший ангел?       Акено взглянула в его честные глаза. На миг в них блеснуло что-то темное и очень зловещее. Затем она стыдливо опустила взгляд. Значит, попал прямо в точку. Рыбак рыбака.       Иссею почти стало её жаль. Ключевое слово почти. Если бы не эта сцена в его доме, вызвавшая в нём очень противоречивые эмоции по отношению к ней. Признаться, был велик соблазн вышвырнуть её отсюда, за попытку навредить Калаварне. Этот момент он не забудет.       Ну, хотя бы, корень проблемы обнаружен. Осталось понять причину.       — Знаешь как я догадался? — нефилим скрестил руки вместе, — Потому что я из сотни узнаю этот взгляд. Взгляд того, кто всем своим нутром ненавидит своего предка. Черт возьми, я этот взгляд в зеркале видел уже тысячи раз. Ты не одинока в этом состоянии, уж поверь мне.       — Хочешь сказать, ты понимаешь какого-то это, когда твой же отец разрушил тебе жизнь? Когда из-за твоего родного отца, которым ты восхищался и любил, погибает твоя мама? Когда он же бросает тебя в самый проблемный период жизни и больше никогда не появляется, так словно тебя и вовсе не существовало?! — находясь на грани истерики практически исповедовалась она.       — Да. Даже хуже, — спокойно ответил Иссей, изрядно удивляя Акено, — Но нет, я не любил его и не восхищался им. Поэтому мне не понять этих чувств. С того момента, как я узнал о нём, он вызывал во мне лишь: омерзение, злобу и ненависть. Потому что он самое поганое существо во всём мире, — в его словах сочилось столько искренней желчи, что поразило даже её.       — Но ты… ты чудо-ребенок. Разве могут… — с недоумением начала она, не понимая.       — Да, это может показаться странным. Но не в этом суть. Даже если тебе глубоко ненавистен твой отец… это не значит, что нужно ненавидеть и всех представителей его расы. Ведь он был падшим, не так ли?       — Ты не понимаешь, — Акено не сдалась, всё ещё горя своей правотой, — Ты заблуждаешься. Падшие ангелы… это самые злобные и самые эгоистичные твари в природе. Они обманывают, лгут, манипулируют, предают. Заставляют верить в себя, чтобы бросить в последний момент. Разве они не бельмо, которое нужно истребить?       Иссей посмотрел на неё, замечая столько маленьких деталей на перекошенном от злобы лице. Дрожащий голос, глаза на грани слез и глубокая ненависть, всплывшие по мановению случая. Теперь она звучит… почти как другая падшая, знакомая ему. Эти слова он уже слышал и совсем недавно. Только менее эмоционально и в другом контексте.       Но самое главное, каждая фраза будто была укором в саму себя.       Конечно, ведь она тоже падшая. Наполовину. Полукровка. Реинкарнированный полу-демон, полу-падшая…       Так вот в чём дело! Вот же… какой же он дурак, раз так долго доходило! Акено не любит падших, это да. Однако причина таилась совершенно в другом. Ведь сильнее всего, она ненавидит именно саму себя. Он же лучше других знает это чувство. И был слеп к нему в другой, хотя оно культивировалось у него прямо под носом.       Боже, много лет назад подобные эмоции окружали всю жизнь. Ведь он такой же как Люцифер, правда? Такой же злодей и монстр? Нет. Эти мысли губили его. И они же сейчас отравляют Акено. Иссей мысленно сжал кулак, посмотрев на хрупкую девушку перед собой, видя ту же боль, отраженную в лиловых глазах.       Он не позволит ещё одной несчастной душе пройти через то же, что и он сам. Нефилим сделал короткий вздох, успокаивая себя. А затем начал говорить.       — Знаешь, Кала как-то сказала мне примерно тоже самое, — Иссей вспоминал с нежной улыбкой. Находясь под пристальным взглядом девушки, он продолжал, — До сих пор отчётливо помню. «Ты не похож на нас, падших. Злых и эгоистичных существ, готовых на всё ради своих целей». И знаешь что… вы обе не правы.       Акено разинула рот, желая возразить. Однако он не дал. Даже слово вставить.       — Я как тот, кто видел настоящих монстров, кто лицезрел само зло во плоти и бездну тьмы, могу уверенно заявить: это всё ложь. Самообман. Акено-сэмпай. Ты не настолько плоха, как тебе кажется.       — Ты ничего не знаешь обо мне, — её голос звучал менее убедительно и уверенно. А сама она дрожала, подобно листку, что грозится сорваться с ветки дерева.       — Возможно. Но твоя принадлежность к падшим: ни в плюс, ни в минус. Это просто данность. Как родиться с черными волосами или светлыми. Да и тем более, по тому, что я успел увидеть — падшие тоже любят, падшие тоже надеются, падшие тоже страдают, падшие тоже творят, падшие тоже чувствуют… как и ты.       Лиловые глаза округлились. Словно молоток вбил гвоздь в её сердце.       — Да, в любом народе есть своя мерзкая часть. В любой корзине найдётся гнилой фрукт. А в любой группе свой отморозок. Но я сторонник того, что главным фактором является именно личность. И отнюдь не принадлежность к расе. Будь то демон, падший, человек… коль будет творить беспредел и сеять зло, то разговор один. Но не потому, что они вышеназванные. А потому, каковы их действия и поступки.       Акено дослушала до этого момента, чувствуя как неприязнь покидает разум. Гнев также угас, подобно потушенному ведром воды костру. Весь пыл улетучился из неё вместе с паром, оставив только хрупкую и ранимую девушку. Осталась лишь пустота поверженной, во всех смыслах этого слова.       — Ты ненавидишь меня? — вдруг спросила она, опять опуская взгляд.       — М? С чего это вдруг.       — Я серьёзно хотела убить её, — Акено призналась, в лиловых глазах тлелся стыд, — И не испытала бы за это ни малейшего сожаления.       Иссей подумал о том, что она сказала. Действительно, от неё исходили убийственные намерения. Не присутствуй рядом Риас или он сам, то ситуация грозилась стать взрывоопасной. С пострадавшей Калаварной. И из-за этого, действительно, в тот самый миг и некоторое время потом, он испытывал толику гнева.       Но сейчас, узнав чутка… нет, намного больше о ней, нефилим не может сказать, что может испытывать ненависть. Особенно к той, кто очевидно страдал теми же проблемами, что и он. Только предположительно, с её точки зрения, по вине всех падших ангелов на свете.       Нет, скорее, он чувствует раздражение и глубокое недовольство, вперемешку с негодованием. Точно не злобу. К тому же, Акено сегодня и Акено днями ранее, словно совершенно два разных человека.       — Определенно нет, — он ответил, — Я мало знаю про твои отношения с президентом и всем другим клубом. Но всякий раз, посещая ваш оккультный кружок, я замечал как ты заботишься о них по своему. Как дорожишь дружбой с ними и стараешься ради них. И что, что ты потеряла контроль на мгновение? Разве это делает тебя неисправимым чудовищем?       — Но сегодня я…       — Ты поддалась гневу в момент слабости, — перебил он попытку самобичевания, — Ошибки случаются. Иногда даже с самыми «идеальными» из нас. Однако не они определяют тебя. Запомни это. Только ты можешь решать, кем хочешь быть здесь и сейчас. Но каков бы не был выбор, знай, у тебя есть те, кто всегда поддержат.       Акено застыла в шоке. Иссей неумолимо продолжал.       — Я уверен, Риас, как и другие члены Оккультного Клуба, очень ценят и любят тебя, несмотря ни на что. И узнай они правду о твоём наследие, мало что поменяется. Потому что ты всегда будешь их драгоценным сэмпаем и членом семьи, — мягко завершил он. В золотых глазах тлелся огонь. Но он не обжигал, а успокаивал до глубины души.       Девушка же отвернулась, не в силах больше вымолвить хоть что-то или сопротивляться его искренне добрым словам и теплому взгляду. Впервые за долгое время она чувствует такую уязвимость перед мужчиной. Раскрылась, ещё и так по глупому, сорвавшись на одной падшей. Даже голой сейчас она бы не ощущала себя настолько униженной и оскорбленной.       Вместе с тем, пришло и смирение. Ведь какая-то её часть, будто ждала этих слов. Очень давно. Чтобы появился тот, кто доказал неправоту этих взглядов. Кто вывел бы на свет из мрака. Из того самого мрака, который преследует её по одиноким ночам. Неосознанно или нет, но речь Иссея зажгла потухший огонь и вселила в неё надежду. Такую, которую она не испытывала уже очень давно.       — Спасибо тебе, Иссей… — поблагодарила она с более ясными глазами. Будто всё это время она была одержима, а теперь неведомая сущность была изгнана из неё, — Мне уже лучше. Намного лучше. Прости за сегодняшнее. Я повела себя очень не тактично и сильно нагрубила. Даже не знаю, что на меня нашло…       — Прощаю. Но, думаю тебе стоит извиниться ещё перед кое-кем. — он подмигнул ей и по доброму похлопал по плечу.       — Я понимаю… — вымолвила она.       — Хорошо, — Иссей сверкнул лучезарной улыбкой, вызвав внутри Акено необъснимое чувство, — Что ж, а теперь пошли, вернемся на кухню. Думаю, нам пора.

***

      Возвратившись они застали довольно милую девчачью беседу. Никаких угроз, проверок или недвусмысленных намёков. Разговор шел мирно и непринужденно. Явно в разы спокойнее, чем у него с Акено.       Иссей удивленно хмурился увиденному. Чересчур сюрреалистичная картина выходила. Демон и падший за одним столом, без капли былого подозрения и недоверия, увлеченно общаясь на какую-то тему. Ещё немного и он бы подумал, что Риас нашла себе новую подругу.       — Что мы пропустили? — с прищуром спросил нефилим, у повернувшейся к нему девушки с красными волосами.       — Ничего, я уже закончила, — с невинной улыбкой высказала Риас, привстав со стола. Калаварна последовала её примеру. Затем лицо смотрительницы Куо стало чутка серьёзнее, — Я так полагаю, Акено успокоилась? — хмуро вопросила она. Этот взгляд сулил будущие проблемы для названной.       — Ага. Я ещё хотел бы кое о чём с тобой поговорить, Риас. Но боюсь, сегодняшний день вышел куда более… пылким, чем планировался. Поэтому давай как-нибудь в другой раз.       — Тогда поговорим о том, что тебя интересует уже в понедельник.       — Почему это?       — А ты забыл?       Иссей задумался на мгновение.       — А… точно. Завтра и послезавтра же…       — Ага. Приятных выходных и праздников, Иссей, — пожелала ему Риас, после, поворачиваясь к слуге, — Акено. Дома тебя ждёт очень серьёзный разговор, — словно строгая мама заговорила она, вызвав у нефилима мимолётную улыбку.       Как он недавно узнал, клан Гремори славится любовью к своим слугам, практически как к членам семьи. Так что за судьбу черноволосой девушки переживать не стоит.       — Ой-ой, президент злится, кажется мне несдобровать~. — и судя по вернувшемуся игривому настрою демоницы, та точно на все сто процентов отошла от своей ненависти. Скорее возвращаясь к своему привычному «Я», — Я понимаю… просто, позволь мне одну минутку.       — Акено… — Риас уже хотела остановить её.       — Всё в порядке, — Но Иссей дал добро.       Калаварна с прищуром наблюдала за тем, как Акено медленно подходит к ней, останавливаясь в пару метрах. И чего она точно не ожидала далее, так это идеальный поклон на 90 градусов и последующее:       — Прошу прощения за своё поведение и незаслуженную агрессию в вашу сторону, Калаварна-сан. Больше такого не повторится.       — А… эм, — падшая испытала очень противоречивые чувства к тому, что дочь одного из уважаемых лидеров Григори вот так в открытую извинилась перед ней. О чём с ней там поговорил Иссей? — Да, нет… ничего страшного. Не стоит извиняться. Думаю, между нами всё улажено, раз проблем больше нет.       Акено подняла голову и коротко кивнула в знак благодарности. После чего, развернулась и встала рядом с Риас.       — Иссей, ещё раз приношу извинения за предоставленное неудобство, — неловко вымолвила наследница Гремори.       — Да, ничего, главное, что разобрались. Тогда, увидимся ещё.       — Ага. До встречи, — дружелюбно попрощалась Риас, — Кстати, тебе очень повезло со спутницей~, — напоследок она подмигнула. После чего, зашагала на выход, скрываясь вместе с Акено.       Оставив самодовольно лыбящуюся Калаварну вместе с недоумевающим Иссеем наедине.       — И о чём они только говорили? — так и крутилось в его голове.

***

      Первые десять минут двоица расслаблялась на диване. Недавнее событие потрепало их куда сильнее, чем предполагалось. Только потом уже пошли разговоры. Ибо нефилим уж очень сильно хотел разобраться.       — Ну-с, они уже давно ушли. А теперь можешь объяснить мне, что вообще произошло? Выглядит так, будто ты очень многое знаешь…       — Знаю не то слово. Я была в одном из многих поисковых отрядов, который прочесывали Японию и другие прилегающие территории на наличие Акено Химеджимы. Малолетней дочки Баракиэля-самы.       — Того, что мазохист?       — Сейчас не до шуток, Исе, — серьёзно заговорила она.       — А, да, кхм, прости. Просто забавно, ничего более.       — Ха, — она вздохнула, — Так или иначе, я расскажу то, что знаю. Но знаю я немного, ибо Азазель-сама до сих пор держит много деталей касательно того происшествия в строго секретном архиве. В общем, Баракиэль полюбил смертную женщину из одного… клана людей. Шури Химеджиму. У них родилась дочка. Акено Химеджима.       — Мне уже не нравится куда всё это ведет. Хотя нет, я уже знаю к чему.       — Дослушай и не перебивай, — хмуро надулась Варна, — Этот клан… Химеджима. Он один из пяти основных кланов Японии. Связь между человеком и падшим по их уставу считай как табу, которое Шури Химеджима нарушила. И во время одной из атак, по любому подстроенных ними, она погибла. Баракиэль-сама в тот момент выполнял важное поручение Азазеля и не смог защитить семью.       Иссей опустил взгляд. Так это всё из-за недопонимания? Услышав другую версию истории, складывалось впечатление, что у этой семьи ещё не все потеряно. Как бы трагично не сложились обстоятельства, разделившее отца и дочь. Только каким образом донести это до вице-президента?       — Мы не нашли Акено нигде. Даже после сотни часов скрытных поисков по всей стране. Наши действия были сильно ограничены и нам не хватало лишних глаз. Поэтому Григори думали, что она погибла тоже. Но… судьба распорядилась иначе. В худшую или в лучшую сторону…       — Н-да уж. Это… просто нечто.       Трагедии и этот мир не обходят стороной. Что ж, в одном обе вселенные похожи. В том, что он ненавидел всей душой.       — Эх, — Калаварна уныло опустила плечи.       — Ну, хоть дочь жива. Пускай и с глубокими душевными травмами, — подумал про себя Иссей. Нужно будет поговорить с ней об этом более детальнее. Ей очевидно нужна помощь куда серьёзнее, чем один простой разговор. Даже с таким замечательным «психотерапевтом», как он сам.       Удивляет только то, чем Риас занималась всё это время? Или Химеджима так хорошо закрыла в себе эти чувства, что они всплыли только сейчас? Вполне себе вариант. В любом случае, винить юную наследницу клана за это тоже не правильно. Не каждый может оказывать другим ту самую помощь и выявлять проблемы.       Это отдельный навык, получаемый с годами опыта и практики. Которых она в виду своего возраста лишена.       — Кстати, мне интересно, что же ты сказал такого Акено, что она не просто успокоилась, но и извинилась передо мной? Узнай об этом моё былое начальство или сам Баракиэль-сама, меня бы четвертовали на месте.       — Скажи, что это шутка.       — Ну, ты меня подловил… — Калаварна неуверенно поморщилась, неловко почесав шею, — Однако я не хотела бы, чтобы они об этом узнали. Скажем так, не очень красиво бы вышло.       — Тогда это останется тайной, — заключил Иссей, — Господь всемогущий и покойный, помоги мне разобраться во всём этом дерьме… потому что твой «внук из параллельной вселенной» больше не справляется… — устало подумал он.       И ведь дальше будет только сложнее.       — Ладно, ладно. Давай просто… отдохнём немного, — предложил он, словно они вдвоём пробежали целый марафон.       — Ага. Сегодня я испытала целую палитру ощущений. Спасибо за опыт, как говорится. Повторять его не особо хочется. Хотя, наследница Гремори оказалось вполне себе приятной собеседницей… хоть она и демон.       — И о чём вы с ней говорили?       — Да так, женские разговоры.       Какие ещё женские разговоры? У Иссея скоро появятся прядь седых волос такими темпами. Из всего, что могло объединить две враждующие расы в спокойном диалоге это… «женские разговоры»?       Похоже план по спасению и объединению всех будет заключать в себя не скучные дипломатические миссии. А привод всех девушек разных рас за один круглый стол переговоров. Да, пожалуй так. Нужно посадить куда-то богиню, демоницу, падшую, ангела, может даже валькирию или драконицу, дать им «немного времени наедине» и всё готово.       Воцарится покой во всём мире. Ну или эта планета окончательно сгорит дотла. Третьего не дано. Нет, пора уже прекращать пользоваться логикой. Это вредная и опасная вещь, которая мало когда помогает, если речь заходит о противоположном поле.       — Ну, я рад, что всё прошло хорошо. За исключением нахождения блудной дочери. Она кстати ненавидит Баракиэля. Ещё ненавидит… ненавидела падших всем своим нутром. Считает, что вы оставили её одну, бросили и не помогли в тяжелейший период. В общем, целый букет различных неприязней, который ты ощутила сегодня на себе.       — Проклятье… это же… это намного хуже, — Калаварна поникнув, схватилась за лицо, — Я конечно мало что могу говорить, но после смерти Шури и пропажи Акено, Баракиэль-сама стал уж совсем строг и холоден. Очевидно, ему было очень больно их терять. И… на самом деле… я сильно обязана ему жизнью. А потому мне тоже.       — Хм?       — На великой войне он спас мой отряд, попавший в засаду превосходящего числа противника. Возможно, Баракиэль даже не запомнил то мгновение, однако это событие запечатлено в моей памяти на всю жизнь. Потому, в тот трагичный день я с утроенной силой искала его дочь днём и ночью. Но так никого и нашла.       — Понятно. Но, раз Акено жива. То всё не так уж и плохо.       — Возможно, — она вздохнула, отвернув взгляд.       Ладно, пора прекращать обсуждать эту тему. От неё Варне только грустнее. Он чувствует это.       — Ну да ладно, что мы всё о горьком и печальном. Давай о нашем. Завтра и послезавтра день весеннего равноденствия, а потому школы не будет, — невзначай вспомнил Иссей, — Помнится ты давала мне время подумать и я уже решился. Сходим в эту пятницу на «свидание»?       — С тобой — в любой день недели, — улыбнулась она.       Да, это определенно подняло ей настроение. От этого, хорошо на душе стало и ему.       — Отлично. Это будет твоё самое незабываемое свидание~.       — Такие смелые обещания? Что ж, жду с нетерпением~.       Этот день подходил к своему завершению, судя по давно зашедшему солнцу. Но послезавтрашний день станет особенным.       Иссей сегодня ночью как раз наконец завершит свою картину. И презентует её под конец свидания Калаварне. Интересно, какова будет её реакция на это, он не побоится сказать, произведение искусства? Потому что… он вложил в него гораздо больше, чем простую благодарность.       Про это он узнает не скоро. А пока, его ждал заключительный этап работы.