Глава 2

20:00, Магический ночной комплекс «Лунная иллюзия». Ансамбль зданий, величественной громадиной возвышался над коротко остриженной травой, почти застилая собой обзор на вечернее хмурое небо. Я любил это место за его неповторимую атмосферу, потому что здесь можно было найти любое развлечение на свой вкус: магические шоу, ночной клуб, дуэльные поединки и много чего ещё. Возле центрального входа толпилась вереница волшебников разодетых в мантии разнообразных оттенков. Я, как и полагается вип-гостю, быстро просочился через другую дверь, не тратя время на фейс-контроль. Меня встретил коридор, освещённый магическими светлячками, но так как я не первый раз посещал это место, то интуитивно понимал, куда именно мне нужно. Отодвинув массивную штору, я оказался у очередных ступеней, которые уводили вверх, разветвляясь на каждом этаже. Поднявшись, я оказался в большом помещении, увешанном гирляндами и со столиками по левую сторону, где можно было передохнуть после танцев, выпить и пообщаться с друзьями. Справа же по длине всей стены располагалась огромная барная стойка, куда я и направился. — Двойной огневиски, – в ответ бармен приветственно улыбнулся и принялся выполнять мой заказ. Я огляделся. Это место располагало к отдыху и расслаблению. Огоньки мягко подсвечивали головы магов, сидящих за столами, отблескивая от стаканов с выпивкой. С третьего этажа, где размещался танцпол, доносилась весёлая музыка, но я планировал отправиться туда и развлечься, как следует, только когда основательно надерусь. — Малфооой, – немного пьяно протянул голос у меня за спиной. Я повернулся к Забини и отсалютовал ему стаканом. — Наконец-то ты к нам присоединился, – с деланным недовольством проворчал друг и из-за его спины показалась Паркинсон. — Пэнс, – коротко поприветствовал я старую подругу. В струящемся бутылочного цвета платье она выглядела как всегда изящно. Немного завитые локоны забавно пружинили в такт музыке. Блейз нежно обвил талию своей спутницы и что-то прошептал ей на ухо. Волшебница улыбнулась. Я попросил второй стакан огневиски и начал пересчитывать трубочки, стоящие на барной стойке.

***

Мы поднялись на третий этаж и в уши громыхнула музыка. Я не успел допить четвёртый стакан, как Забини и Пэнси потянули меня наверх. Здесь невозможно было избежать тактильного контакта – не одни мы решили сегодня повеселиться. Протиснувшись между толпой ребят, стоящих на входе в помещение, мы оказались в плотной массе танцующих волшебников. В моём стакане болтались два куска льда и огневиски на два пальца. Забини пытался перекричать музыку и толпу, но я делал вид, что совсем не понимаю, чего он хочет. Я помотал головой и кивнул в другую сторону, намекая, что хочу протиснуться дальше, где виднелся свободный от людей край. Внезапно мой стакан резко упёрся в чью-то спину, проливая янтарную жидкость на огненно-красное платье волшебницы. — Извините, я не.., – и тут она повернулась, а я так и остался стоять с мокрой от алкоголя рукой и дурацким выражением лица. — И тут ты. Боже, – громко фыркнула Гермиона и уже собиралась умчаться, но я ей не позволил. — Куда-то собралась?, – шепнул я ей на ухо притянув к себе. - Мы ещё не закончили, – я ухмыльнулся и взмахом палочки отлевитировал стакан на ближайший стол, а затем очистил свою руку и её одежду от огневиски. — Малфой!, – Грейнджер округлила глаза и попыталась вырваться, – Чёртов ты.., – но мне было уже всё равно. Я не был романтиком, нет. Я предпочитаю этой всей шелухе более реалистичные вещи. Более осязаемые, практичные. Однако она пробуждала во мне целую гамму чувств – её прикосновения, словно открывали старую дверь, державшую свою оборону на ржавых и скрипучих петлях. Свет софитов внезапно потускнел, уходя из бело-синей гаммы в красную. Прозвучали первые ноты танго. Мои глаза сверкнули и я схватил её за руку и развернул вокруг своей оси, прижавшись торсом к ее спине. Это был наш танец. И даже годы разлуки не могли этого у нас отнять. Я прижал правую руку волшебницы своей ладонью к её ключице и плавно повёл наши руки вниз по диагонали к бёдрам. Левой рукой я убрал волосы с шеи Гермионы и прошептал на ухо, — Помнишь?, – девушка сглотнула, а я оскалился. Отпустив её руки, я нежно провёл по рёбрам Грейнджер пальцами, пересчитав обжигающими прикосновениями каждое. Обхватив тонкую талию, я наклонил её так, чтобы она смотрела на меня. Я хотел, чтобы она смотрела только на меня. Взгляд гриффиндорки не предвещал ничего хорошего, но я знал, что она закончит эту игру. Когда она твёрдо встала на ноги я, почти касаясь носом её кожи, провел им от ключицы к уху, щекоча своим дыханием. Раньше её это заводило. Она взяла меня за левую руку и, покрутившись, вновь оказалась в моих объятиях, но уже лицом к лицу. Железной хваткой вцепившись мне в правое плечо, Гермиона провела своей рукой по моей левой кисти, почти с нежностью, хотя не будь на мне рубашки я уверен, остались бы красные следы от её ногтей. Мы смотрели друг на друга, не отрываясь, при этом умудряясь не наступать друг другу на ноги. Хотя если бы она того желала, отдавила бы мои туфли из драконьей кожи своими каблуками без сожалений. Сложно было понять по глазам моей партнёрши, чего она сейчас хочет больше всего, дать мне пощёчину или поцеловать. Я бы не отказался от обоих вариантов сразу. Мы кружились в ритме танго и я то отталкивал её, то притягивал обратно. Казалось вокруг нас время застыло, и только мы были участниками этого сражения. Грейнджер провела своей ножкой по мои голеням, разыгрывая очередное па, и я почувствовал, что просто так она сегодня отсюда не уйдёт. Волшебница крепко ухватилась за мои плечи и я приподнял её, а она, закинув свои ноги за мои, повернулась по часовой оси. Её губы озарила ухмылка. Я был уверен в том, что и гриффиндорка получает наслаждение от нашей маленькой шалости. Поставив девушку так, чтобы она твёрдо стояла на ногах и очертив узоры на её лопатках, взял за плечи и упёрся носом в макушку. Мой пах вжимался в тело партнёрши уже твёрже, чем это было в начале танца. Последние ноты стихли. Я улыбался. Уголок губы Гермионы плавно пополз вверх. Такой она была только со мной. Хитрой, немного наглой, без тени стеснения или сожаления. Она оторвала своё тело от моего и плавно просочилась сквозь толпу к выходу на второй этаж. Только сейчас я заметил, что за нами наблюдало не менее сотни пар глаз, включая Забини и Пэнси. Я выдохнул и подошёл к ним. — Вау, вот это вы отожгли!, – с восхищением сказала Пэнси. Блейз только хмыкнул и отхлебнул какой-то коктейль. — Твоя работа?, – обратился я к другу. — Руку мастера видно издалека, да?, – самодовольно произнёс волшебник. — Ещё бы пара минут, всё бы тут сожгли. Такая страсть.., – Пэнси прыснула, а я усмехнулся. — Мальчики, не хотите освежиться на балконе? —Да, я сейчас подойду. Возьмите мне огневиски, – бросил я и пошёл в сторону лестницы. Нужно было отыскать Гермиону.

***

Я нашёл её около барной стойки, мирно попивающей коктейль фиолетового цвета. —Дорогая? Я тебя обыскался, – с долей ехидства произнёс я и я втиснулся между ней и взъерошенным волшебником, который активно жестикулируя, что-то доказывал своей светловолосой даме, – выйдем на балкон? Гермиона хмыкнула и я посчитал даже такое проявление эмоций хорошим знаком. Она подала мне руку и мягко спрыгнула с высокого барного стула, чуть не расплескав свой алкоголь. — Аккуратно, – я озарил девушку своей улыбкой и, взяв под руки, направил к выходу на застеклённую террасу. Выйдя на площадку, я заметил в дальнем углу Пэнси и Забини и направился к ним. Грейнджер шла рядом, шелестя своим вечерним платьем. Когда мы подошли к моим друзьям, Гермиона встала чуть поодаль. — Покурим?, – я кивнул и друг протянул мне сигарету, – не переживай, эти с вишней, – усмехнулся он и я криво улыбнулся в ответ. Затянув никотин поглубже в лёгкие, я почувствовал умиротворение. Возможно, сегодняшний день рождения не так уж и плох, по сравнению с остальными. Я покосился на Грейнджер – она старалась на нас не смотреть. То ли от вновь накатившего смущения, то ли от непонимания, что она здесь забыла. Мы давно не виделись и сейчас мне было сложнее её разгадать. Я принял от Пэнси стакан огневиски и отхлебнул. Внезапно подошла Грейнджер и прошептала на ухо, что её нехорошо и ей нужно удалиться в уборную, на что я нахмурился. Волшебница, неуверенно кивнув Блейзу и Пэнси, развернулась на каблуках и ушла в сторону выхода под звон наших ударяющихся бокалов и громогласного поздравления от моих друзей.

***

Зачем я сюда пришла, боже. Мы же всё выяснили восемь лет назад, – мысли мелькали в моей голове, пока я торопливо шла к двери уборной. Я дернула ручку так, будто от этого зависела моя жизнь. Будто, если я спрячусь там, всё рассеется, и никто меня больше не потревожит. Прошмыгнув в узкое помещение, я шумно выдохнула, а моё сердце стучало неровным ритмом о грудную клетку так, что было больно. Я резко обернулась, когда какая-то девушка, щелкнув замком на двери кабинки, вышла из неё и стала мыть руки в раковине. Все звуки сейчас были раздражающими, мучительно мешающими факторами, потому что мне нужно было подумать, принять какое-то решение. Чёрт, чёрт, чёрт! Я оперлась на умывальник руками и вскинула взгляд в зеркало. Я еле сдерживала себя, чтобы не наорать на эту бедную девушку, так долго копошившуюся с мыльным дозатором. Нервы ни к чёрту. Моё тело дрожало от паники, словно сейчас на кону сдача самого важного экзамена в моей жизни. Дождавшись, когда блондинка с острым вздернутым носиком, наконец-то закончит со всеми процедурами и удалится из уборной, я достала из сумочки настойку элеутерококка и залпом выпила половину флакончика. Я взглянула на свое отражение снова. Глаза наполнены тревогой, их взгляд скользит по лицу, словно ища ответы или подтверждение сомнениям. Руки непроизвольно сжимаются в кулаки, а покачивание ногой выдает внутреннее беспокойство. Дыхание неровное, а выражение лица напряженное, смешанное с неуверенностью. Резкий звук открывающейся двери застал меня врасплох. Я обернулась и встретилась глазами со штормовым взглядом Драко. — Ты в порядке?, – он подходит, обхватывает моё лицо руками и заглядывает в глаза своими серыми осколками. И о боги, мне захотелось провалиться сквозь землю прямо в этот момент. Потому что я вспомнила. Вспомнила то, как десять лет назад, случайно встретила его в одном из отелей Валенсии. Я приехала с родителями на отдых – недавно закончилась война и нужно было сбросить мозг до заводских настроек. Малфой приехал один. Тогда мы встретились в холле отеля взглядами. Тогда случился щелчок. Как будто все встало на свои места, последний кусочек пазла сошёлся, шестеренки часов встали в пазы, кровь огненным вулканом зашипела внутри и поднялась в мозг, сжигая остатки разумного поведения. Как будто и не было войны, проведённых лет в Хогвартсе, этих его придирок, надменного «Грейнджер», презрительного «Малфой» друг другу в ответ – все снесло, как крышу ураганом. Вот они, стоят друг перед другом – совсем другие люди. Другие, как новенький кнат, хотя в случае Драко скорее, галлеон. Но после, нам не хватило терпения. Меня раздражал его постоянный контроль и доминирование во всем, а Драко говорил, что я слишком вспыльчивая и эксцентричная. И вот, к чему это нас привело..Мы снова стали Грейнджер и Малфоем. Как будто выключили свет в нашем мире, как по щелчку дезилюминатора. Спустя восемь лет после расставания мы вот так просто, стоим в уборной дорогого ночного комплекса и он держит моё лицо в своих руках. Драко не дал мне додумать свои мысли и, не отрывая своего взгляда от моих глаз, просто приблизил свои губы к моему полуоткрытому рту. И в этот момент – щелчок, как тогда, сдвиг по фазе, прозвучал у меня в голове. Я уверена, что у Малфоя в голове прозвучал точно такой же. Один в один. Как будто снова все встало на свои места. Как выстрел из пистолета. Он проникал в мой рот обжигающим языком, а я отвечала ему. Мои руки оказались у него в волосах. Я сама не понимала, как отчаянно нуждалась в нем все эти годы, чёртовы годы, прòклятые дни, часы, минуты и секунды. Не знаю, проклятием было его отсутствие в моей жизни все эти восемь лет или же то, чем мы занимаемся сейчас.

***

Я ждал её, нет, жаждал. Разговоров с ней, когда тебе не приходится заканчивать фразу, когда она знает, чего мне хочется в данный момент. Сказать, сделать – не важно. О даа, это было потрясающе. Никому до неё не удавалось понимать меня настолько сильно. Она любила меня, а я её. В самых различных формах – в быту, в формальной и неформальной обстановках, в постели, каждая чёртова ресничка, каждая капля пота, крови, слезы – всё это принадлежало мне. Раньше. А сейчас.. Тот день, когда мы расстались, я помню смутно. Я что-то кричал ей в ответ (обидное, наверняка) пока она собирала свои вещи. И пока она не бросила мне на прощание свои последние слова, пока не услышал хлопок трансгрессии, я не осознал. Осколки, чашки, щепки мебели, красные пятна крови на руках – тогда я пришёл в себя. Тогда я замкнулся. Снова, опять, в который раз я стал холодным и равнодушным ко всему происходящему. Только она пробуждает во мне совсем неочевидные чувства на первый взгляд. Наш поцелуй в уборной выстрелил в меня, словно Круциатус. Щелчок. Я хотел её всю, до кончиков пальцев и прядей волос. Я хотел вдыхать, держать её тело в своих жёстких оковах рук, дрожать от оргазма вместе с ней, жёстко трахать на всех поверхностях, до которых нам случится добраться. Я резко разорвал поцелуй. — Блять, – я схватил её за руку и потащил на выход.