Муха

Каждая улица, каждый ёбанный закоулок дышал им и изрыгал привычные лишь ему проклятья, шептал до боли знакомой французской сладостью его акцента, и столь безразлично к её усталости звал за собой. Она обошла абсолютно всё и чем ближе, казалось бы, был Люк, тем на деле он был дальше. А потому, слушая свою больше интуицию, чем полагаясь на очередные липовые знаки судьбы, Фрэнкс оказалась в конечной точке своего пути. Марокко.