Часть 18

Глава восемнадцатая Зона дышала аномалиями после выброса. Брошенная военными техника, старые машины снова и снова притягивали её внимание. Она щедро напитала их радиацией и собственной энергией, оставляя людям загадки — годами сохраняя их облик. Они не рассыпались в прах: лишь слегка тронутые коррозией и ржавчиной, оставались неподвижными декорациями её игры. Даже кислотные дожди и вечная сырость не смогли разрушить старые остовы, оставленные здесь в восемьдесят шестом. Зона будто берегла их — как напоминание и как предупреждение. Вблизи фонящей техники, в тупиковом туннеле, забитом мусором и нашпигованном аномалиями, отряд Долга переждал выброс. Там Следопыт принял решение — удалось выйти на связь с командованием. — [шипение, фоновый треск] База, приём. Это Следопыт… [треск] —Говорит генерал Крылов, слышу тебя,но эфир нестабильный. — Принял. Докладываю: вступили в контакт с… [помехи] …греховцами. — Цели ликвидированы? — Отрицательно. [резкий щелчок] Ушли. Выброс помешал. Мы их почти дожали. — Потери? — Трое. Сыч — мёртв. Есть раненые… [щелчок] — Оцени угрозу. — Высокая. [помехи усиливаются] — Ты уверен? — Более чем. [шум эфира] Это не обычные фанатики. Двигаются как мутанты, работают на упреждение. Запрашиваю усиление. — Запрос сил? — Да. [помехи] Прошу направить два квада . Не меньше. — Принято. Решение за мной. — Понимаю. [треск] Но эти твари… [шипение] …уже не просто люди. Угроза в человеческой шкуре. Их нужно уничтожить. — Запрос принят. Оставайтесь на позиции. — Отрицательно. [резкий треск] Перемещаемся, но из района не уходим. Если затянем — они уйдут глубже в зону.Будем держать след. — Принято, Следопыт. Связь держи… [обрыв связи] В груди всё ещё жгло, дыхание сбивалось кашлем. Каин пробирался через лес, а позади еле волочился усталый Проклятый. Греховцы спешили,предчувствуя погоню. Впереди лес начал редеть. Сквозь стволы и рваные кроны проступали тёмные силуэты, ломаные линии металла, ржавые громады, вросшие в землю. Свалка уже ждала. Здесь земля была изранена металлом и мусором, пропитана машинным маслом и гарью .Горы ржавого железа тянулись до горизонта, словно кости гигантского зверя, давно павшего, но так и не сгнившего до конца. Полуразобранные кузова, перекрученные балки, остовы грузовиков и автобусов лежали слоями, наваленные друг на друга, образуя лабиринты, где легко потеряться — и ещё легче исчезнуть. Между ними тянулись узкие проходы, заросшие колючей травой и мёртвыми кустами, в которых прятались аномалии.А радиация терпеливо ждала, впитываясь в кожу, в кровь, в кости. Звуки ломались, шаги тонули, эхо путалось, и становилось невозможно понять, идёт ли кто-то рядом — или это просто Свалка вспоминает своих мертвецов. Каин остановился, переводя дыхание. В голове было шумно. Проклятый сбросил рюкзак , прислонился к дереву: — Каин… ты ведь тоже чувствуешь это? — голос его дрожал. — Они… Старейшины. Всё знают. Всё видят. Нам осталось немного… Братья уже идут, они не оставят нас. Каин кивнул. Напряжение сжало виски, кровь пульсировала. Проклятый что-то говорил, но Каин уже не слышал — только гул голосов, как рой ос. Он посмотрел на ученика. Проклятый отстёгнул флягу, выпил воды, оглядывая местность. — Смотри же, Каин… — прошипел в голове скользкий первый голос — Он совсем не тот Шип, которого ты привёл. — Разрежь его и выверни кишки. Посмотри, что у него внутри. Он мешает. Он лишний. Он — пища, — хрипел второй голос,сталью резал слух. Каин отступил назад, за спину Проклятого. — Он изменился, стал сильнее, бился с долговцами наравне с тобой. Он сам обходит ловушки. А ты… слабак. Ты упал, тебя ранили.Он выжил. Мать Зона любит его больше, — издевался первый голос. — Съешь его! — рыкнул второй. — Забери его силу! Сейчас. Пока не поздно. Пока он ещё живой. Пока кровь тёплая. Клинок медленно выскользнул из ножен. Сталь была острая, как первый грех. Голоса слились в один двойной приказ: — Сожри его. И ты будешь чище. Ты будешь наш! Проклятый, не поворачиваясь, нацепил рюкзак и уже хотел обратиться к наставнику, когда заметил движение: — Ты чего… — начал он, но не успел. Каин бросился. Проклятый попытался перехватить руку нападающего, но получил удар в лицо и смог увидеть лишь мелькнувший блик ножа и рваный оскал. Он закричал — не от боли, а от ужаса. В этот миг Каин уже не был человеком. Только голоса, голод, голод, ГОЛОД… Нож, нацеленный на горло, дрогнул. «Это проверка», — пронеслось в голове Каина. «Грех смотрит.» Клинок потерял траекторию и впился в плечо. Каин замер. Потом швырнул Проклятого, отшатнулся и посмотрел на окровавленный нож. Проклятый пополз по земле, цепляясь за корни, вскочил, сжал рану и побежал. Каин не гнался. Он остался стоять. Ветер скрипел в ветвях. ГОЛОС 1— захохотал, с удовольствием. ГОЛОС 2 — молчал. Следопыт, отправив раненых на базу, двинулся дальше, осторожно прочёсывая путь среди свежих ловушек Зоны. Он оставлял вешки и знаки для выдвинувшейся подмоги, поддерживая связь с отрядом по рации. Шёл не быстро, но уверенно — теперь никаких потерь. Он знал, с чем имеет дело. Следы читались даже после выброса в сыром лесу — мастерский взгляд не подводил. Он быстро нашёл их укрытие: нору химеры. Сомнений не было — это они. Здесь жгли артефакт, здесь же перевязывали раны. Следопыт ожидал увидеть труп — он помнил, как Сыч тогда выстрелил в того «мутанта»— но .... Коротко выдохнул в маску, одновременно включая рацию. — Приём ...— глухо сказал Следопыт. — Два объекта ,по прежнему. В наушнике щёлкнуло — подмога подтвердила приём. На границе участка леса он по привычке поднял кулак, хотя рядом никого не было. Здесь всё могло смотреть, слышать и ждать. Командир отряда присел у расходящихся следов и внимательно изучил землю. Разделились - бегство или задуманый ход? Направление читалось ясно — к Свалке. Следопыт выбрал более «грязный» след: редкие капли крови, смятая трава, сбитый шаг. Раненый. Обойдя несколько холмов металлолома и петляя по лабиринтам радиоактивного мусора Свалки, Каин путал след. Он вывел его к логову псевдопса и стае слепышей — намеренно. Прошёл тихо, уверенно, скользя по краю территории. Стая сорвалась, рыча и ощетинившись, но атаковать не решилась. Каин знал — Зона защитит. Тени, что тянулись следом, этого не знали. Они рвались вперёд, тянулись навстречу псам, цеплялись за лапы, скалились не хуже самих мутантов. Псы поджимали хвосты. Дальше он двинулся быстрее, пересекая Свалку в направлении северо-востока, к Рыжему лесу. Но следов Проклятого там не оказалось. Потратив ещё немного времени и отклонившись от намеченного маршрута ближе к центру Свалки, Каин всё же уловил свежий след — запах крови и страха. В самых узких проходах, сжатых со всех сторон аномалиями, он оставил несколько ловушек с артефактом — аккуратно, без спешки. Лишь после этого вышел к перевёрнутому грузовику. Каин обогнул его бесшумно и резко вышел к Проклятому — тот как раз выдёргивал бинты из рюкзака и судорожно стягивал повязку на ране. — А ты куда направился-то? — спросил Каин почти весело, наигранно — Рыжий лес в другой стороне. Проклятый вздрогнул, рванул автомат, поспешно отступил назад.Куртка на плече пропитана кровью, взгляд — напряжённый, растерянный. — Не… не подходи! — выдохнул он. — Ты… ты убить меня хотел! Каин смотрел прямо. — Да, — спокойно ответил он и тем же лёгким тоном добавил: — Но не убил же. Чего нервничать зря? И уже другим голосом, хриплым: — Убери оружие. Проклятый отступил ещё на шаг, не отводя взгляда. Ствол дрогнул, пальцы побелели, вцепившись в цевьё. — Ты что, хочешь ослушаться апостола? — бросил Каин первым голосом с вызывающей насмешкой. Пауза.И давяще прорычал вторым: — Всего лишь нужно доиграть, следуя правилам. Ты же не хочешь сдохнуть сейчас, провалив мне проверку? Он достал нож и медленно провёл пальцем по лезвию. Где-то совсем рядом тень чуть сдвинулась. Проклятый не ответил. Вдалеке — собачий лай, следом — автоматная очередь. — И? — спросил Каин. Проклятого разрывало между здравым смыслом и тем, что Грех выжег в нём : закон был прост и непреложен — тем, кто ближе к Матери, апостолу или Старейшинам, нельзя противоречить. Никогда. Проклятый медленно кивнул. Напряжённый, как натянутая пружина, он отвёл ствол в сторону, всё ещё сжимая его. — Ну вот, — иронично продолжил Каин. — Будет теперь всем счастье. И тебе, и мне, и Жрецам… И, зашипев от злости, добавил: — Шли бы они к монолиту с этими проверками… Двигаясь по следу на удивление легко, не беря во внимания редких слепышей и стайки тушканов, отряд продвигался вперёд. Слишком легко. Слишком гладко. Это никогда не сулило ничего хорошего. Следопыт не верил в сталкерские приметы, но знал простую истину: если в Зоне всё идёт слишком просто — значит, беда уже рядом и лишь ждёт момента. Так и вышло. Рекс был в Долге не так давно, но в рейдах участвовал регулярно. Везучий — так о нём говорили. Хабар он приносил стабильно, и нередко — хороший. Сейчас, соблюдая дистанцию, отряд медленно продвигался по узкому завалу, насыщенному аномалиями. Следопыт шёл первым, Рекс — третьим, ступая точно след в след. Проходя между двумя соседствующими аномалиями, среди металлического хлама Рекс заметил отблеск. Он остановился. Под оторванной, погнутой автомобильной дверью лежал артефакт — «Батарейка». Она мерцала ядовито-жёлтым светом, переливаясь в своём прозрачном теле, словно медуза, пуская мягкие, пульсирующие импульсы. Рекс достал детектор. Экран показал сразу две аномалии — «Карусель» и «Жарку». Артефакт лежал ближе к «Карусели», но расстояние казалось допустимым. Детектор пискнул снова — на экране замигала вторая метка. Рекс осторожно шагнул ближе, не веря собственной удаче. «Батарейка»… да ещё и не одна находка… это ж сколько бабла… Оранжевым светом мерцал небольшой камень с красными прожилками. Он запутался в старой, колючей проволоке, едва заметно подрагивал, будто живой, время от времени подпрыгивая на месте. «Кристалл». Рекс задержал дыхание. Слишком хорошо. Слишком жирно для Свалки. Он нацепил перчатки и протянул руку. «Батарейка» откликнулась сразу — тихо загудела, словно просыпаясь, и в воздухе пошла едва ощутимая вибрация. Прозрачное тело артефакта вспыхнуло ядовито-жёлтым, выбрасывая короткие электромагнитные импульсы,реагируя на поле живого человека. «Кристалл» дёрнулся. Проволока заскрежетала, натянулась, и камень вырвался из ржавых петель. Оранжевое сияние вспыхнуло ярче —« Кристалл» сорвался с места и, визжа тонким, режущим слух звуком, закружил в воздухе, потянувшись к «Батарейке», как к магниту. — Рекс, стой! — крикнул сзади Саймон. Следопыт уже оборачивался, когда увидел, как артефакты сходятся. Рекс попытался отбросить «Батарейку», но та намертво прилипла к перчаткам, гудя всё сильнее, входя в резонанс. Кристалл вращался всё быстрее, теряя форму, отдавая свою аномальность, словно сгорая изнутри. — ЛОЖИСЬ! — успел рявкнуть Следопыт. Взрыв был странным — глухой, втягивающий, будто пространство схлопнулось внутрь себя. Яркая вспышка на миг, и сразу же загудели аномалии вокруг. «Карусель» рванула, расширяясь, захлёбываясь огнём соседней «Жарки». Та, почуяв магнитный всплеск, вышла за свои границы, выплёвывая огненные столбы в стороны. Аномальный коридор сомкнулся. Карусель подхватила Рекса мгновенно — вместе с ржавой автомобильной дверью, металлическим хламом и огненным хвостом Жарки. Смерч закрутился, разгоняясь, сжимаясь и вновь расширяясь. Он рвал и кромсал, перемалывал всё внутри себя, отделяя кости от мяса, смешивая плоть, железо и пламя в единый, жуткий вихрь. «Жарка» не отставала. Огненный столб метался в поисках жертвы, но Карусель сбивала его, ломала траекторию, втягивала внутрь, пожирая огонь вместе со всем остальным. — Назад! — крикнул Следопыт, отползая к фонившему автобусу. Одного из долговцев обдало пламенем. Следопыт рванулся, успел ухватить его за разгрузку, сбил огонь и вытащил из-под тянущей аномалии в последний момент. Барс, оставшийся позади, выжил лишь благодаря опыту Саймона. Но Зона всё равно взяла своё — разгулявшаяся «Карусель» посекла сталкера стеклом и металлическими осколками, оставив на нём свой след. Карусель ещё несколько секунд бесновалась, яростно швыряла металл, пламя и то, что прежде было Рексом.Потом вихрь начал оседать, с глухим воем втягиваясь обратно в центр аномалии. Металл с визгом падал на землю, обугленные обломки сыпались вокруг, шипя и дымясь. От человека не осталось ничего цельного — только кровавый туман, обрывки плоти и перекрученные кости. «Жарка» тоже постепенно успокаивалась, огненный столб сжимался, отступая к своему ядру, оставляя после себя почерневшую землю. Следопыт лежал за автобусом, прижимая к земле спасённого долговца. Тот тяжело дышал, цепляясь пальцами за броню, будто боялся, что Зона передумает и всё-таки заберёт его. — Жив? — коротко бросил Следопыт. В ответ — кивок. Больше от него сейчас и не требовалось. Саймон подтащил к укрытию Барса. Тот был в сознании, но весь дрожал — лицо рассечено, на броне глубокие вмятины, кровь медленно стекала по ремням. Осколки стекла торчали в ткани, металл прошёлся по нему, как бритвой. — Повезло тебе, — глухо сказал Саймон, осматривая раны— Очень. Барс криво усмехнулся и закашлялся. Следопыт поднялся, осторожно выглянул из-за автобуса– аномалии затихли. Он включил рацию. — Потери - один. — Голос был ровный, почти без эмоций. — Аномальный взрыв. Один ранен ,легкой степени. Продолжать преследование не можем. Короткая пауза. В эфире потрескивало. — Принял, — ответили с базы. — Оставайтесь на месте.Подмога на подходе. Следопыт выключил рацию и посмотрел в сторону, куда уходили свежие следы . — Это был расчёт.… — тихо сказал он. Он знал одно: это достойный противник, и охота ещё не закончена. Она просто перешла на этап,где решается, чей ход окажется последним. Взрыв он почувствовал раньше, чем услышал. Воздух дрогнул. Не звук — толчок. Глухой удар прошёл по земле, словно изнутри, а потом — вой. Не звериный. Аномальный. Каин остановился. Сначала — первым голосом, почти довольно, тихо, будто самому себе: — О-о… вот и нашли. Потом — вторым, хриплым, с плохо скрытым раздражением: — Рано. И не все. Проклятый оглянулся. Сердце колотилось, дыхание сбивалось — предчувствие надвигавшейся опасности давило. Он машинально проверил автомат и, стараясь не показывать паники, двинулся следом. Над холмами хлама ещё поднимался грязный дым, а аномальный фон шёл волнами — тяжёлый, с привкусом смерти и огня. Зона встрепенулась, сытая, но жаждущая продолжения . Каин усмехнулся. Рвано. Не по-человечески.