Глава 18. Когда плачет лес

      Глава 18.

Когда плачет лес

      

муз. Beside Bed - Baal Teaser

      Слышали ли вы, как плачет лес, охваченный пожаром? Как свистит его хвоя, трещат широкие стволы, изрезанные острыми языками пламени? Как скрипят верхушки — доселе пышные, сочные, а теперь роняющие на обугленную землю тяжелые угольные ветви.       Округа заполняется едким дымом, да так, что огонь очень скоро становится едва различимым в кромешной тьме. В горло пробирается раскаленный воздух, обжигающий легкие, из глаз катятся слезы, дышать становится труднее, а в ушах пульсируют сердечный ритм и треск ломающейся древесины.       Лес дышит огнем.       Лес кричит от боли.       

муз. Phaxe – Leyenda

      Хитоми молчала. Она глядела сквозь мужчину, возвышающегося над ней. Тело дрожало, а пальцы рук и ног потеряли чувствительность. Черное хлопковое кимоно покрывали серые пятна, края были разодраны, а швы на рукаве разошлись. В носу и во рту стоял горький привкус гари, на зубах хрустел песок.       — Расскажи подробно, что случилось в лесу.       Девушка вяло подняла голову, глянув на шиноби из-под полуопущенных ресниц. Нахмурилась, встряхнула головой. Мужчина не проронил ни крупицы эмоции. Хитоми знала это, хотя лица его не было видно за темной тканевой маской, а левый глаз скрывал протектор Деревни, Скрытой в Листве. И все же она отчетливо ощущала исходящую от него усталость и нежелание разбираться в этом деле.       — Не вынуждай меня ускорять процесс, — отстраненно и так же ровно произнес он.       — Угрожаешь? — Мужчина отвел взгляд, грузно вздохнув. Хитоми усмехнулась. – Мне нужна вода.       Во рту пересохло, голос звучал сипло. Тело обволакивала мелкая дрожь. Боялась ли она этого человека? Да. Но не больше, чем Иори.       Она сидела на жестком табурете, прижавшись спиной к холодной стене. Отсутствие в помещении даже маленького окна не только лишало его живого света и свежего воздуха, но и создавало впечатление, будто каменные стены вот-вот сожмутся и раздавят плечи. Девушка старалась не двигаться, дышать реже и осторожнее, пытаясь рассмотреть собеседника. Не помогло.       Тот наполнил стакан и протянул ей.       — То, о чем ты говоришь, невозможно, — Хитоми приняла стакан из рук шиноби. Уже третий за этот вечер. И все равно мало. — Иори не было в лесу.       — Какаши, может, стоит подождать до завтра? Ей необходимы помощь и отдых...       Даже в полумраке было заметно, как лицо Шизуне исказилось и вспыхнуло от возмущения. Мужчина резко выдохнул, прикрыв глаз, и жестом остановил поток ее речи.       — Это может быть кто-то из сбежавших преступников, Шизуне. Если так, то он подобрался слишком близко к Конохе, — в голосе Какаши затрещало раздражение, едва не пошатнувшие его привычное самообладание.       — Тогда позволь хотя бы провести диагностику! Погляди, она же белая как мел! — Шизуне не унималась, импульсивно всплескивая руками.       — Черт… — Какаши сдался. Отвернувшись, он уронил голову на грудь, а затем неспешно направился к выходу. — Я даю вам пятнадцать минут. После мы вернемся к разговору.       Он покинул комнату, закрыв за собой дверь.       Шизуне раздраженно фыркнула и помогла Хитоми перебраться на кушетку, тут же занявшись осмотром повреждений. Ее потрескавшиеся, сухие ладони затеплились мягким голубым свечением. Обе молчали, избегая встречных взглядов. Почему-то Хитоми чувствовала себя виноватой за случившееся. И за свое сломанное ребро нещадно корила именно себя.       — Повезло, перелом легкий... — прошептала Шизуне, заканчивая техническое вмешательство. Но лихорадочный озноб так и не покидал Хитоми. Чакра успела сберечь твое тело.       Завершив лечение, Шизуне наложила поддерживающую повязку на грудь и молча направилась к выходу. Хитоми подскочила с места и схватила ее за рукав.       — Стой! — Женщина удивленно обернулась. — Кто мой наблюдатель? Иори Хьюга? Он не лгал? Его приставили ко мне? Кто он такой?       Голос содрогнулся. Хитоми молила про себя услышать любое другое имя — только не то, что ощущалось петлей, затягивающейся на горле. Куноичи затаила дыхание и с неудобством отвела взгляд.       — Да. Так решил клан, — с сожалением ответила Шизуне.       Сердце Хитоми замерло. Кровь, казалось, остановилось. Медик стремительно вышла, оставив за собой тяжелый шлейф тревоги, недосказанности и висящего в воздухе негодования.       

муз. Sarah Schachner - Ezio’s Family Origins Version

      Хитоми пробыла в одиночестве считанные секунды. Какаши вернулся почти сразу. Он запер за собой входную дверь на пару оборотов ключа, убрал его в карман и двинулся к девушке. Это заставило ее вжаться в угол. Заметив ее реакцию, Какаши остановился, сделал шаг назад и прислонился плечом к стене. Сложив руки в карманы, одним глазом изучал каждый сантиметр Хитоми: ее дрожь, неровное дыхание и застывший испуг.       — Ну? Приступай. Все вы горазды только угрожать да истязать, — практически прорычала Хитоми.       — М-м-м? — бровь Какаши изогнулась.       — Кто ты? И зачем я здесь?       — Хатаке Какаши, джонин Деревни Скрытого Листа. А здесь ты для того, чтобы пролить свет на произошедшее этим утром, — шиноби сделал короткую паузу. Его руки сплелись на его груди. — Деревня переживает сложные времена, Хитоми. В горах до сих пор ловят сбежавших заключенных. Кто знает, может, пожар устроил один из них.       Крупная мужская ладонь метнулась к копне взъерошенных серых волос, почесала макушку. Сам он опустился на табурет, где еще недавно сидела девушка. Принял расслабленную позу — лишь затылок да плечи касались стены, а взгляд уперся в потолок. Руки снова вернулись в карманы. Было ощущение, что его корпус буквально стекает с жесткого сиденья.       — Я смутно помню, что произошло, — Хитоми утопала в углу кушетки,плотно обняв себя за плечи. Веки тяжелели, подступала сонливость.       — Хорошо… — устало выдохнул Хатаке и сладко зевнул, точно огромный ленивый кот. — Помнишь момент, когда прибыли шиноби из твоей деревни? Когда это произошло? — Хитоми нахмурилась, опустив глаза. В голове со скрипом прокручивались эпизоды состоявшейся битвы с неподвластной объяснениям стихией. — Тебе нет смысла что-либо скрывать. Я тебе не враг.       — Считаешь, взрыв устроила я? Это не так! — огрызнулась она.       — Нет, не считаю, — не меняя флегматичного тона, отозвался Какаши. В ее светлых глазах застыл вопрос. Хатаке продолжил: — Насколько мне известно, твои навыки ниндзя находятся на недостаточно высоком для подобного уровне. Сомневаюсь, что ты смогла бы сжечь хотя бы куст, не говоря уже о взрыве. Но мне нужно знать, что случилось в лесу. Когда появились ниндзя из Деревни Песка?       — Во время второй ударной волны. Иори послал в мою сторону концентрированный поток чакры. И тогда прямо передо мной возникла песчаная стена. Она сомкнулась в шар. Я не видела, что происходило снаружи.       

***

муз. HOYO-MiX, Yu-Peng Chen - Wrath of Monoceros Caeli

      Пространство гудело вокруг девушки, прильнувшей лбом к ковру из сухой хвои. Из груди вырвался кашель — организм пытался избавиться от лесного мусора, забившегося в рот и горло. Каждое дыхательное движение отдавалось болью в ребрах.       Хитоми подняла голову, осматриваясь. Увидев вырванные с корнем молодые сосны, она сжалась и повернулась к центру круга. Там едва различался силуэт Иори. Он стоял ровно, расправив широкие плечи — настолько расслабленно, словно выбрался на прогулку.       Горячая кровь сочилась из витиеватых узоров на лбу Хитоми, застилая глаза алой пеленой.       Иори выбросил левую руку вперед, разрывая пространство вокруг себя. С давящим гулом в сторону поваленных деревьев помчалась новая, еще более плотная волна. Хитоми зажмурилась, не в силах подняться. В этот момент под ее израненными ладонями зашевелилась земля. Ей показалось, что это конец.       Наступила тишина.       Она повалилась на бок, приоткрыла глаза и провела ладонью по податливой, живой поверхности. Вяло смахнула ручейки крови с лица рваным рукавом. Упершись локтем в плотную, но непрерывно перетекающую массу, Хьюга заставила себя сесть на колени.       

***

      — Предположим, — скептически произнес Какаши, прикрыв глаз. Спина его натянулась струной; он закинул ногу на ногу.       — Ты не веришь мне.       — В любом случае территорию сейчас прочесывает поисковая команда. И на данный момент следов чакры Иори Хьюга там не обнаружено. Что было дальше? Когда ты поняла, где находишься, что сделала?       — Я несколько раз ударила по песчаной стене ладонью.       — Зачем?       — Боялась, что шар сожмется и раздавит меня.       Какаши качнул головой, не сводя с нее внимательного темного зрачка.       

***

      Разум похолодел, возвращая четкость восприятия. Нужно спасаться. Кто знает, что за пространство окружило ее. Быть может, это ловушка Иори, а может — шиноби Песка. В любом случае эта живая масса могла сомкнуться в любой миг.       Свободная рука стала судорожно ощупывала складки кимоно в поисках ножа или хотя бы заточенного карандаша. За поясом и в запа́хе — пусто. Тогда Хитоми отчаянно ударила ладонью по песчаной стенке. От места удара разошлись круговые волны, будто на глади стоячей воды. Она ударила снова. Движение отозвалось острой болью в груди, заставив ее остановиться.       Песок в месте ударов начал стремительно осыпаться. Внутрь ворвался шум, вспышки света, зной и грузный запах гари. Девушка откинулась назад, вжимаясь в противоположную стенку, и распахнутыми глазами наблюдала за тем, как разрушается песчаный кокон и как в образовавшиеся бреши проникают струйки дыма.       Когда россыпь мелких отверстий превратилась в провал размером в пару ладоней, Хитоми увидела знакомую тыкву за спиной шиноби. Юноша стоял выпрямившись, неподвижно, точно скала, и смотрел куда-то вниз. Небо, недавно игравшее весенней голубизной, на глазах затягивалось черным саваном.       

***

      — Ты узнала шиноби из Песка?       — Да. Это был Гаара. Он стоял на парящей у самых верхушек сосен песчаной платформе.       — Один?       — На платформе — да, один, — Хитоми на секунду помедлила. — Я заметила, что шар, в котором я находилась, начинает рушиться…       

***

      Отверстие стремительно расширялось. Теперь Хитоми видела, что у плеча Гаары вращаются плоские песчаные диски, из которых дождем осыпались тонкие струйки песка. Позже Хитоми осознала, что ее шар парит у верхушек многовековых сосен. Паника сдавила горло. Что, если кокон распадется и она рухнет вниз?       Девушка сжалась еще сильнее, когда Гаара обернулся, властно схватил ее за плечо и притянул к себе, практически прижав к своему бедру. В карманах его штанов сухо лязгнул металл.       — Держись сама! — скомандовал он, не ослабляя хватки.       Хитоми обхватила его ногу и вцепилась в его одежду. Песчаный шар за ее спиной окончательно рассеялся в скапливающемся дыму, пока все внимание Гаары было приковано к очагу возгорания. Хьюга проследила за его взглядом.       Внизу, на месте каменного полигона, раскручивался вихрь черного дыма. Он пробирался к соснам, опаляя их стволы. Сухая хвоя вспыхивала, словно порох, перебрасывая огонь на соседние кроны.       Стихия набирала силу с пугающей скоростью. Песчаный остров поднимался все выше. Гаара, совершая выверенные движения руками, заставлял песок покорно подчиняться его воле. Затем он резко замер и задрал голову.       

***

      — Только вихри и дым? — Какаши уточнил ее слова, и Хитоми кивнула.       — Неподалеку перемещались двое. Девушка с огромным веером и парень с расписанным лицом. Они пытались сбить пламя.       — На каменном поле? — Какаши опустил ногу на пол, вынул руки из карманов и сцепил пальцы в замок. Наклонился вперед, уперевшись локтями в колени.       — Нет. Они перепрыгивали с ветки на ветку.             

***

             Пространство вокруг штормило от взрывов и треска. Сосны падали под напором огня. Каменную площадку затянуло плотным искрящимся смогом. Гаара стоял на краю парящего острова, изредка отдавая скупые команды жестами.       Снизу, среди пылающих костров, мелькала чужая тень. Вверху, сменяя позиции, парила девушка. В ее руках рассекал воздух гигантский веер, посылающий в эпицентр пожара тугие потоки ветра.       Хьюга не смела расслабиться. Она попыталась немного ослабить хватку и приподняться, но очередная срезка платформы заставила ее еще сильнее впиться пальцами в плечо Гаары и массивную тыкву у него за спиной. Шиноби даже не шелохнулся.       

***

      

муз. HOYO-MiX, Yu-Peng Chen - Soul of Soulless Conditions

             — И где же был Хьюга? — с легкой иронией спросил Какаши.       Хитоми молча уставилась в пол, неопределенно пожав плечами.       — Когда девушка взмахнула веером в сторону каменного поля... я разглядела силуэт. В самом центре.       — Силуэт? И чей же?       — Я… — Она сглотнула, подняв светлые глаза на мужчину. — Прогремел взрыв, и тело накрыл песчаный панцирь. Он перекрыл рот и нос. Боялась задохнуться. Задержала дыхание.       — Дальше? — поторопил ее Какаши, когда пауза затянулась.       — Не знаю. Когда открыла глаза, лежала на траве, далеко от каменного круга. Шиноби рядом был без сознания.       Дверная ручка задрожала. Кто-то снаружи несколько раз толкнул дверь, но замок выдержал. Незнакомец явно гневался и не намеревался отступать.       — Ты ждешь гостей? — невзначай поинтересовался Какаши.       Вопрос показался Хитоми глупым и совершенно неуместным. Она лишь качнула головой.       — Хатаке Какаши! Это срочно! — донесся крик из коридора.       Джонин молча уставился на дверь, содрогавшуюся под ударами.       — Это касается Мизуки!       Какаши нехотя поднялся, вытаскивая ключ. На пороге, тяжело дыша и обливаясь потом, стоял молодой шиноби. Он что-то сбивчиво заговорил о преступниках, Шикамару, Ино и других шиноби. Какаши внимательно выслушал донесение, после чего отдал приказ сопроводить девушку в палату. Оказалось, все это время допрос проходил в одном из медкабинетов госпиталя.       Вернувшись в свою палату, Хитоми обнаружила на койке старую торбу Акико и мешок с накидкой, использованной в день побега из Сунагакуре.       — Был здесь? — шепотом произнесла она, затворяя дверь.       Девушка не решалась сразу подойти к вещам. Она озиралась по сторонам, опасаясь увидеть песчаный глаз под потолком или затаившуюся в углу тень.       

муз. HOYO-MiX, Yu-Peng Chen – Forlorn Child of Archaic Winds (Dvalin's Nest)

      Убедившись, что в комнате никого нет, Хитоми осторожно приблизилась к торбе. Осмотр вещей, которые она уже не надеялась вернуть, затянулся до самого заката. Все было на месте: письма, документы, протектор бабушки, пучки сушеных трав, склянки с маслянистыми снадобьями, оружие и фляга.       Хитоми принялась перечитывать послания Акико. В них не было личных обращений к ученице — кроме того первого письма, найденного в руинах. Лишь сухие рецепты отваров, мазей и ядов. Читая строки, оставленные рукой старой наставницы, сердце наполнялось противоречивыми чувствами. Горе, страх, уважение, сожаление. Что-то темное рвалось из груди, но слез не было. Хитоми не понимала, что происходит с ней.       Вдруг в дверь приглушенно постучали.       

***

      Хитоми закончила разбирать компоненты и уже поднималась по лестнице из погреба, когда сверху донеслись гневные возгласы. Акико с кем-то спорила, сопровождая речь отборной руганью. Отвечал женщине мужской голос — ровный, но постепенно теряющий терпение.       Хьюга замерла, обхватив пальцами дверную ручку. Детское любопытство пересилило страх, но в следующий миг из прихожей раздался оглушительный хлопок, похожий на взрыв. Хитоми ринулась назад в темноту погреба, забилась в угол, под рабочий стол, пошатнув соседние полки. Вниз полетели пара стеклянных склянок, одна из них разбилась. По песчаному полу медленно потекла густая серебристая жидкость, наполняя воздух едким кислым запахом. Хитоми накрыла нос и рот ладошками.       Шум сверху не стихал. Легкие жгло от нехватки воздуха. Изнемогая, девочка выскочила из укрытия, схватила коробочку с нейтрализующим порошком и высыпала его прямо на лужу. При контакте компоненты вспыхнули ярким теплым светом. Детские пальцы тут же подхватили ведерко с водой и выплеснули ее на пламя. Огонь погас, а кислый запах сменился гаром. Хитоми снова забилась под стол.       Скоро дверь в погреб раскрылась, впустив внутрь свежий воздух и свет закатного солнца. Лицо Акико исказила злоба, когда ее глаза упали на осколки и черную гарь на полу. Рядом лежала разорванная коробка. Хитоми показалось, будто глаза старухи на миг вспыхнули алым. Она вжалась в стену.       — В комнату. Молча, — прогремел голос наставницы. Она даже не посмотрела на ребенка, но точно знала, где та прячется.       Хитоми выползла из-под столешницы и юркой тенью прошмыгнула мимо женщины. В нос ударил запах свежей крови. Пол прихожей был забрызган багровыми каплями. Ужаснувшись, Хьюга прибавила шаг.       Из своей комнаты она смогла выйти только через два дня — и только с разрешения Акико.       

***

      

муз. Estas Tonne, Peia - Bird's Teardrops

      Услышав стук, Хитоми затаила дыхание. Гостей она не ждала, поэтому предпочла раствориться в полумраке комнаты. Но стук повторился. А затем за дверью раздался ровный, спокойный голос:       — Я вижу, что ты здесь, — сказал Неджи. — Я пришел по просьбе Шикамару.       Хитоми, нервно поправляя черное кимоно, которое так и не сменила после пожара, сделала шаг к двери. Застопорилась.       — Тебе это нужно. Не мне, — шиноби шумно вздохнул.       — Дай слово, что не навредишь, — дрожащим голосом потребовала она.       Каждая встреча с представителями клана заканчивалась худо. Она была просто не готова впускать очередного члена «семьи».       — Даю слово.       Пальцы сжали ручку, повернули защелку. Дверь распахнулась. На пороге стоял молодой человек в белых одеждах. Столкнувшись с его холодным взглядом, Хитоми инстинктивно отшатнулась. Неджи не сдвинулся с места.       — Могу войти?       Она отступила в сторону. Неджи держался безупречно ровно — как боец, готовый в любую секунду принять атаку. Его тело было натянуто, как струна. Перешагнув через разложенные на полу вещи, он подошел к окну.       Она захлопнула дверь. Он закрыл окно.       Она опустилась на край койки. Он сел на стул напротив.       Повисла звенящая тишина. Неджи внимательно изучал девушку, изредка переводя удивленный взгляд на ее лоб.       — Я отвечу на твои вопросы, если ты ответишь на мои, — произнес он, не сводя глаз с узоров проклятой печати.       Пальцы Хитоми рефлекторно взметнулись ко лбу, скользнули по слипшимся темным волосам, роняя челку на глаза. Губы плотно сжались, но она коротко кивнула. Она не смела отказать кому-то из клана. Опасалась за свою жизнь. Судить было рано, но Неджи не складывал печатей, не сокращал дистанцию и не излучал прямой угрозы.       — Как это вышло? — Плавным жестом он указал на ее лоб. Девушка вздрогнула от этого движения. Шиноби нахмурился. — Она сломана?       — Не знаю. Не могу сказать наверняка, — неуверенно ответила Хитоми.       — Шикамару не упоминал... — прошептал он. — Как это произошло?       — Печать надломила моя наставница. Она готовила меня, чтобы снять проклятие, но…       — Погибла, — окончил за нее он.       Взгляд Хитоми пересекся с его глазами.       — Невероятно… — Неджи откинулся на спинку стула, изумленно разглядывая позеленевшие узоры.       — Хочешь проверить? — набравшись смелости, спросила девушка. В ее голосе все еще сквозил страх.       — Что?       — Как Хиаши. Или Иори.       Его взгляд мгновенно помрачнел. Лицо стало непроницаемо-серым.       — Ты хочешь сказать, они применяли на тебе технику подчинения? — Хитоми кивнула. — Твоя печать действительно разрушена. Она больше не работает…       — Поясни.       — Надо же... Кажется, теперь у меня к тебе куда больше вопросов, чем у тебя ко мне, — Неджи перевел дыхание. Уголки губ на мгновение приподнялись. — После воздействия любого представителя главной ветви ты в лучшем случае слегла бы с онемением на пару дней. Эта техника выжигает нейронные связи и рвет каналы чакры. В худшем — наступает смерть.       Хитоми ощутила, как внутри все сжалось, завязалось в узел, грозило разорваться. Счастье, что за весь день она не проглотила ничего, кроме воды. Кое-как совладав с собой, она прижала ладони к лицу, стирая капли холодного пота. Жадно втянула воздух и резко выдохнула.       — Ты уверен, Хьюга?..       Парень поднял руки к голове, нащупал узел на затылке и в пару движений снял протектор, обнажив лоб. Длинные темные волосы рассыпались по плечам. Проклятая печать на его коже была безупречно четкой и темной.       — Так было с моим отцом. Он неделями не мог оправиться после наказания. А Иори с помощью этой техники казнил больше полдюжины человек.       Хрупкие плечи девушки опустились. Сердце колотилось о ребра. Хитоми забыла о словах Шикамару. Забыла, что Неджи — представитель побочной ветви, знающий изнанку клана.       — Спрашивай. Я вижу, ты хочешь, — Неджи смотрел в пол, упершись подбородком в сцепленные замком пальцы.       — Иори. Кто он такой?       — Нынешний палач клана. Ненасытный и жадный до силы, — резко ответил юноша, не поднимая глаз.       — Его приставили ко мне наблюдателем.       — Что? — Шиноби вырвался из размышлений. — Стоп. Расскажи все. С самого начала.       И Хитоми рассказала: о бегстве из Сунагакуре, смерти Акико и монстре в руинах, о встрече с Гаарой, госпитале, знакомстве с Хиаши, Шикамару, Ли и Ино. Рассказала про Иори, его технику, каменный круг и пожар в хвойном лесу. Ее голос звучал монотонно, глухо, время от времени срываясь на хрип. Тогда она делала глоток воды и продолжала.       Неджи сидел неподвижно, слушая предельно внимательно. Когда она закончила, юноша лишь прижал ладони к лицу, погрузившись в молчание. Хитоми не смела его тревожить.       — Шикамару просил натаскать тебя. Но он не говорил, что ситуация настолько… — Неджи осекся.       — Насколько?       Юноша помедлил, затем подтолкнул себя вверх и подошел к окну.

муз. HOYO-MiX, Yu-Peng Chen - Overlord of the Thunderstorm

      — У тебя три пути, — тихо произнес он, глядя в темноту за стеклом. — Первый — бежать. Сложно сказать, куда именно, но из страны Огня. Здесь тебя найдут быстро. Второй путь — смириться. Имей ввиду, ты погибнешь. Даю тебе максимум полгода: Иори выжмет из тебя все до капли, и никто не заступится, если Цунаде не решит вмешаться. Хотя сомневаюсь, что ей есть до этого дело. И третий путь… — Он повернулся к ней. — Мы заключим договор.       — Договор?       — Ты будешь беспрекословно делать то, что я говорю. Будешь терпеть, если придется. Будешь молчать о том, что нас связывает. Об этом должны знать двое. Третьего убью.       — Даже Шикамару?..       — Где Шикамару, там и Ино. У нее язык длинный.       — Убьешь друга?       — Мы не друзья. Мы союзники. А дело слишком серьезное.       Хитоми будто окатило ледяной водой. Вспышка ярости сдернула ее с места — она подскочила к Неджи так близко, что его дыхание коснулось ее лба. Ее пальцы мертвой хваткой впились в его белую ткань.       — Да кто ты такой, чтобы ставить мне условия? Чего вам всем от меня нужно?!       Юноша легко сбросил ее руку и отступил. В его взгляде промелькнула холодная усмешка.       — Для всех нас уготован свой путь. У каждого из нас своя судьба.       — Бредишь! — Гнев внутри горел не менее свирепо, чем утренний пожар в лесу.       — Ты переписала предначертанную судьбу, изменила свой путь. И если хочешь жить дальше — придется пройти через новые испытания. Ты — та, кто одним своим появление в Конохе сломал планы главы клана. Хиаши приставил к тебе человека, который никогда в жизни не был обычным смотрителем. Иори Хьюга — не боец. Он — палач. Он ломает чужую волю и убивает, не моргнув глазом.       Хитоми медленно опустилась обратно на край кровати. Губы ее разжались, но она не смогла вымолвить ни слова.       — Тебя ждут тяжелые тренировки. Изнурительные и болезненные. Это минимум, — тихо сказал Неджи. — Но это единственный способ дать отпор человеку вроде него. И я отдам тебе столько времени, сколько потребуется.

муз. Beside Bed - Baal Teaser

      — Что взамен?       — Революция. Свобода. И десятки сохраненных жизней.       Хитоми перевела взгляд на улицу. Задумалась, задрожала. Неджи больше не проронил ни слова. Тишина между ними зазвенела. Он медленно сел обратно на стул, сложив руки на груди.       Черный, покрытый серыми пятнами рукав хлопкового кимоно приподнялся. Девушка протянула к нему тонкую кисть. Его рука поднялась навстречу. Пальцы шиноби крепко сжали влажные девичьи.       Так был заключен Безмолвный Договор.