Часть 2

      После возвращения в Королевскую Гавань, в семье правителя Вестероса многое изменилось. Король был зол и раздасован, ещё в Дрифтмарке, он пытался найти убийцу своего брата: опрашивал всех, грозил самым суровым наказание, и просто разводил бурную деятельность, которая только мешала всё узнать. В результате, после четырёх дней расследования, ничего узнать не получилось, и семья короля вернулась в столицу, чтобы достойно похоронить принца Деймона Таргариена. За это короткое время, все не столько скорбели по принцу, а выслушивали слёзы и истерики принцессы Рейниры. Даже король, безмерно любивший свою дочь, устал от её плача, криков и агрессивного ко всем отношения. Рейнира кидалась с криками на всех тех, кто старался её поддержать, в основном это был отец, дети и слуги, Алисента, Лейнор и его родители даже не старались делать вид, что сочувствуют наследнице трона Таргариенов. — Что удалось узнать муж мой? — спросила Алисента, когда все взрослые представители семьи собрались за ужином, после сожжения тела Деймона Таргариена. — Ты в последнее время сильно волнуешься, а мейстер говорил поберечь себя. — Меня удручает то, что я не могу найти того, кто поднял руку на Деймона, — сказал вздохнув король. — Более того, тот кинжал, которым и был нанесён удар, мы тоже не нашли, не представляю что там вообще произошло. — Кто знает из-за чего дядю убили, — сказал Лейнор. — Из Пентоса пришли вести, что дядя и там нашёл себе врагов, может быть кто-то из них. — Возможно, ведь корабли в Дрифтмарке постоянно курсируют туда и сюда, — ухватился за эту идею король. — Скорее всего убийца прибыл из Эссоса. — Я бы даже не старалась искать этого убийцу, — хмыкнула сидевшая за столом Рейнис Таргариен, приехавшая поддержать своего сына. — Деймон явно получил по заслугам. Вечно не держал язык за зубами, говорил что вздумается, и вот он встретил того, кто оказался сильнее его. — Заткнитесь, — закричала сидевшая за столом принцесса Рейнира. — Как смеете вы такое говорить о моём дяде и вашем кузене. Может это вы убили его, конечно, внучек теперь спокойно оставите себе? — Следи за словами Рейнира, не смей так говорить о своей тёте, — сказал дочери Визерис. — И приведи себя в порядок, выглядишь как прачка с улицы, ты даже одежду меняла всего раз с того дня. — Я скорблю по дяде, и тебе не мешало бы оплакать своего брата, — бросила обвинения в лицо отцу принцесса, не сдерживая истеричных рыданий. — Скорбишь по дяде? — спросила Рейнис. — А может мы чего-то не знаем, ведь твоё поведение в Дрифтмарке после того, как в зал принесли тело Деймона, заставило многих задуматься. — Рейнис не стоит, — остановил кузину король. — Мои дочь и брат были очень близки, и поэтому она и переживает. — Насколько близки? — поинтересовалась Рейнис, в упор смотря на наследницу Железного трона. — Это не ваше дело, вы виноваты в том, что он мёртв, не смогли даже обеспечить безопасность королевской семьи, а это ваш долг, — снова обвинила родню принцесса. — Не говори мне о долгах перед королевской семье, — встала со своего места разозленная Рейнис. — Ты до сих пор не родила моему сыну его ребёнка, одни только бастарды Харвина Стронга. — Рейнис, — прогремел король. — Не повторяй глупые сплетни. Рейнира родила именно Веларионам троих сыновей. — Это не сплетни, а правда, может она и породила детей Веларионам, но уж точно не Веларионов, — спокойно ответила кузену старшая женщина. — Ты что не заметил, что её сыновья копия Харвина Стронга? — Это не так, — не соглашался король. — Они черноволосы в Баратеонов. — Это правда Визерис, — сказала Алисента. — У всех троих детей Рейниры есть родимые пятна, которые наследуют все мужчины Стронги. — Откуда ты это знаешь? — спросил король, шокированно смотря на свою жену, а Рейнира в шоке застыла, впрочем как и другие присутствующие в зале. — Ты забыл, что моим помощником является Лариса Стронг, — ответила королева Вестероса. — Он видел твоих внуков, а они похвастались ему одинаковыми отметинами, которые он признал как часть своей семьи. — Это ложь, — закричала Рейнира. — Можем это проверить, — пожала плечами королева. — Я не позволю так унижать маленьких детей, — сказал король. — А моего сына в Дрифтмарке ты унизить мог? — спросила королева. — Ведь Рейнира требовала пытать Эймонда за правду. Не согласишься, я потребую этого у Малого Совета, они то в отличие от тебя не слепые, и давно подозревают твою старшую дочь в распутстве. Думаю, что в присутствии Малого Совета и нужно провести эту проверку. — Мстить мне за Эймонда? — шипела Рейнира. — Кто-то должен за него вступиться, если его родной отец всегда против своих детей, только бы тебе в рот побольше привилегий запихать. Поэтому ты так и обнаглела и твои дети такие же, — ответила Хайтауэр своей бывшей подруге. — Но ничего, правда собьёт с вас всех спесь. — Отец! — воскликнула Рейнира. — Ты хоть что-то в жизни можешь сделать без папочки? — с омерзением смотря на свою жену, спросил Лейнор Веларион. — Если ты родила их от меня, как ты и объявляешь об этом, то тебе нечего бояться, дорогая. Я, как пока ещё отец этих детей, даю своё согласие на это, более того, я требую подобного, поскольку эти слухи вредят репутация рода Веларион. — Ладно, — вздохнул король. — Я уверен в порядочности своей дочери, она также благочестива, как и её мать. Рейнира я уверен, не опозорит имя своей доброй матери. — Разумеется, — хмыкнула принцесса Рейнис, с превосходство глядя на невестку. — Правда, Рейнира? — Думаю, через неделю всё и проверим, ведь Совет соберётся именно в это время, — сказала Алисента. — Может и новости касаемо смерти твоего брата появятся. — Хорошо, а ты дочка, пока не переезжай в Драконий камень с детьми, — сказал Рейнире её отец. — Только пока Совет, не удостовериться законность рождения моих внуков. До меня тоже доходили слухи об их рождении. А так, мы сразу заткнем всем рты, никто более не посмеет говорить, что они бастарды.       Рейнира ничего не ответила своему отцу, но сильно побледнела и сжала судорожно руки в кулаки, которые у неё тряслись.       Вечером этого дня, Алисента проведала в очередной раз своего сына Эймонда. На радость матери, её сын вовсе не собирался убиваться по поводу своего увечья, он пылал жаждой мести. И сказал, что это даёт ему сил подняться намного выше, чем бастарды Рейниры, и даже Эйгон. — Мой мальчик, скоро у тебя появиться возможность говорить им бастарды, абсолютно спокойно, — сказала сыну королева, поцеловав своего ребёнка в лоб. — О чём ты мама? — спросил Эймонд. — Скоро узнаешь родной, — ответила Алисента.       Побыв с сыном, королева Хайтауэр вернулась в свои покои, вздохнув в раздражении от слез Рейниры, которые слышались из её комнаты. — Сир Лейнор? Принцесса Рейнис? — с удивлением спросила королева, застав в своей комнате мать и сына. — Королева, нам нужно поговорить, — сказал серьёзно Веларион. — Алисента, я скажу прямо, я видела в ту ночь, как Лейнор тащил тело Деймона на берег, где его и оставил, — прямо сказала принцесса Рейнис. — И? — Расскажите мне всё, что тогда произошло, — сказала Таргариен. — Я ещё в зале поняла, что вы действовали вместе, очень вы подозрительно тогда переглядывались.       Алисента и Лейнор вновь переглянулись, говорить им совсем не хотелось, но от принцессы Рейнис не отмахнешься просто так. Поэтому вздохнув, они рассказали Рейнис всё, что тогда произошло. Леди Дрифтмарка не перебивала ни сына, ни свою королеву, но к концу рассказа была очень бледна и очень возмущена. — Вот значит как. Захотели пожениться, а моего сына так хладнокровно убить, ещё так спокойно предложить ему выбрать, — пылала злостью принцесса. — И ты Лейнор был готов на это? — Он говорил, что тогда убьёт меня сам и не только меня, но и вас с отцом, — ответил молодой Веларион. — И в этот момент в комнату вошла королева Алисента, и отвлекла Деймона, а после, ты уже знаешь. — Я всегда буду тебе благодарна за спасение моего сына, Алисента, — обняла рыжую женщину Рейнис. — Так что вы задумали? — Хотим выдать Рейниру за безумную, а после раскрыть ей всё и потребовать, чтобы она отказалась от престола, — ответила королева. — Ведь потом, что бы она не говорила, ей уже никто не поверит. — Это интересно, — кивнула кузина короля. — Уверена, что это сработает, учитывая её вопли и истерики над телом Деймона в Дрифтмарке. Мне кстати понравилась твоя идея, касаемо родимых пятен её сыновей. Главное, чтобы она ничего с этим не сделала. А потом, они прав на трон как бастарды иметь уже не будут. — А что она сможет сделать? Вырежет их со спины сыновей? Нет, Рейнира на такое не способна, детей она любит, — покачал головой Лейнор. — А вот приказать убить Лариса Стронга вполне. — Так, и где сейчас лорд Стронг? — спросила Рейнис. — Я предупредила его, чтобы он исчез временно из столицы, — сказала Хайтауэр. — Он человек не глупый, всё и сам понимает, тем более ему в радость посмеяться над братом даже после его смерти. — Поэтому я рада, что у меня один сын и одна дочь, между ними никогда не было конкуренции, — сказала принцесса Таргариен. — Хорошо, я постараюсь как можно чаще задевать Рейниру, упоминая о смерти Деймона. — Королева, — обратился к ней Лейнор. — Вам ничего делать не нужно, мы с мамой сами всё сделаем. Не хочу, чтобы Рейнира что-то с вами сделала или настроила своего отца против вас. — Мой сын прав, — кивнула принцесса. — Ты с детьми в более уязвимом положении, нежели мы.       Алисента кивнула, очень тронутая тем, что впервые в жизни о ней и её детях, так кто-то переживает и заботиться. Она ещё раз убедилась в том, что именно боги направили её тогда в ту комнату, где решалась судьба такого доброго человека, как Лейнор Веларион. — Спасибо вам, жду от вас новостей, — кивнула королева. — Лейнор, у меня к тебе разговор, помимо последнего, — уже в своей комнате сказала Рейнис. — И очень серьёзный. — Слушаю тебя, мама. — Что-то ты глаз не сводишь с королевы, мне начать задумываться над этим? — спросила прямо мать своего сына. — Мама, не думай ничего такого, просто я восхищён ею, не понимаю, почему король так с ней обращается, — ответил Веларион. — Ладно, хотя если вдруг что, то я не против, — хмыкнула Рейнис.       Направляясь в свои покои, Лейнор только усмехнулся, что только не придёт в голову его матери. Всё не оставляет надежды женить его на нормальной в её представлении женщине. И судя по всему, Алисента Хайтауэр, именно та женщина. Хотя если посмотреть на это так, то ему всегда нравилась королева, но Лейнор совсем не был уверен, что у них что-то бы получилось в случае брака. — Вот ты где. Где ты постоянно шляешься? — криками встретила мужа Рейнира. — Ты видимо ошиблась покоями, твои совсем в другой стороне, — спокойствию Лейнора можно было позавидовать. — Скажи лучше, что это был за спектакль за ужином? Чего ты добиваешься, поддерживая сумасшедшие идеи Алисенты? — громко спросила Рейнира. — Ты о проверке твоих детей? — уточнил мужчина. — Наших детей! — Нет, только твоих, — сказал муж своей жене. — Мы с тобой договорились, ещё тогда, до нашей свадьбы, а сейчас говоришь и делаешь совершенно иное, — напомнила принцесса мужу. — Забыл уже наш договор? — Я то как раз его и помню, — ответил Лейнор. — А вот ты кажется забыла, о чём мы тогда договаривались на самом деле. — Не понимаю тебя, ты просто воспользовался тем, что Деймон мёртв, и меня теперь некому защитить, — снова расплакалась Рейнира. — О том, что мы договорились о твоих детях от другого мужчины, которых я принимаю. Я это исполнил, но на большее унижение мы не договаривались, — сказал принцессе её супруг. — Любовник у тебя должен был быть только для рождения детей, троих, как мы тогда и договорились. Но ты решила обмануть меня. — О чём ты? — спросила Рейнира. — О твоё разврате с Деймоном на берегу Дрифтмарка, сразу после того, как прах моей сестры опустили на дно моря, — сказал Лейнор Веларион. — Не понимаю о чём ты говоришь? — пыталась вывернуться принцесса. — Хватит, я не дурак, когда все собрались в зале после инцидента с детьми, вы вбежали в зал в неправильно застегнутой одежде, запачканой песком. Что, скажешь мне, что вы песочные домики там строили, и более ничего. — Между нами ничего не было, — повторила Рейнира, начиная злиться. — Наверное дядя на том свете зол, любимая племянница отнекивается от связи с ним, — хмыкнул сын Корлиса Велариона. — А ведь ты так бодро поскакала за ним, когда он отправился прогуляться по берегу. — Думай что хочешь, но сыновей ты должен защитить, — кричала уже не сдерживаясь наследница. — А не выставлять их как простолюдинов на проверку Совету. — Я твоим детям ничем не обязан, они мне никто, — повторил Лейнор. — Ты их мать, вот и заботься о них сама. И запомни, если слова королевы окажутся правдой, то я откажусь от них, и они официально станут бастардами. И даже твой отец, тебе не сможет помочь на этот раз. — Ты, ты жалкий мужеложец, — вопила на весь замок Рейнира. — Как ты смеешь так со мной поступать? Да ты благодарным быть мне должен, я подарила тебе детей. От тебя нет никакой помощи, ты бесполезен, ты просто зря ходишь по этой земле. Это ты должен был умереть, а не Деймон.       Рейнира уже не сдерживаясь, металась по комнате своего мужа, разбрасывая его вещи по всей комнате, и некоторые из них кидая в него самого. А после она упала на колени и стала бить ладонями по полу, крича в адрес мужа гадости. — Что здесь происходит? — на пороге стоял король, тяжело опираясь об косяк двери, в сопровождении слуг. — Рейнира что с тобой? — Ненавижу, всех вас ненавижу, — кричала принцесса. — Никому я не нужна, только дядя меня понимал, но он мёртв, и это ваша вина. Все вы желали ему смерти, все вы, из-за вашей зависти к нему. Он был лучше каждого из вас. Теперь я осталась одна, с умирающим отцом и ничтожным мужем. Дядя, дядя обещал мне помочь, поддержать меня, и он бы сделал это, но его убили. Что мне теперь делать? — Лейнор? — с вопросом в голосе, обратился к зятю король. — Позовите мейстера, — сказал спокойно муж принцессы. — Пусть ей дадут маковое молоко.       Лейнор помог отнести немного успокоенную Рейниру в её комнату, и быстро покинул её, не желаю более видеть свою жену. С ней остался только больной отец, глубоко сопереживающий своему любимому ребёнку. — Девочка моя, всё пройдёт, всё забудется, — кладил по руке Рейниру король. — Ты снова будешь счастливой. — Деймон, где он? — спрашивала в бреду Рейнира. — Я хочу его видеть, только его, оставьте меня, ненавижу вас всех, хочу, чтобы вы все умерли. — Дорогая, — пытался достучаться до дочери Визерис, снова и снова. — Хочу, чтобы вы умерли, ненавижу вас, ненавижу, — повторяла как молитву принцесса. — Его смерть на вашей совести. — Ваше Величество, — обратился к нему мейтер Меллос. — Пусть принцесса отдохнёт. — Что с ней теперь будет, она придёт в себя? — спросил расстроенный отец. — Если принцесса и дальше будет так себя вести: кричать, нападать на всех, устраивать подобные истерики, то я боюсь, она лишиться рассудка. — Что нужно сделать для неё сейчас? — спросил король. — Единственное сейчас, так это держать её в спокойном состоянии, — ответил мейстер. — На маковом молоке. — Как долго? — Не менее пяти дней Ваше Величество, — ответил Меллос. — Прости меня дорогая, но я должен так поступить, а когда ты поправишься, то всё будет как раньше. Я тебе обещаю дорогая, — обращался к дочери Визерис. — Мейстер, приступайте к лечению.