Часть 4

      Время после своеобразного заточения Рейниры в её покоях с маковым молоком, пролетело очень быстро. Рейнира всё ещё витала в облаках своей боли по потерянному дяде, и казалось более женщину ничего другого не интересовало. В краткие минуты её пробуждения, она всегда рыдала по Деймону Таргариену, только о нём и говорила, при этом не вспоминая своих детей, но крича проклятия в адрес Алисенты и Рейнис. Трое сыновей наследницы всё это время слонялись по Красному замку словно неприкаянные, никому собственно не нужные. Тот же Визерис забросил их, деду было всё равно на детей своей любимицы, главное она сама. Лейнор тоже не испытывал к детям сочувствия. С тех самых пор, как он узнал, что его жена проговорила его к смерти после всего, что он для неё сделал, его как-будто подменили. Он мальчиков не обижал, но они превратились для него в ничто. Но при этом Веларион стал проявлять заботу о детях Алисенты, чему трое мальчиков были особенно рады, поскольку ранее мужского влияния у них не было, только видимость отца. Хелейна же стала много времени проводить с дочками Деймона, которых в столицу привезла Рейнис. Принцесса была рада тому, что её сын, единственный теперь уже ребёнок спасен, и она готова была сделать всё для того, кто спас её сына. Сама принцесса не собиралась выдавать Алисенту, она и Лейнор решили, что тайну смерти Деймона Таргариена они унесут с собой в могилу, и только сама королева решит, что готова кому-то рассказывать об этом.       Прошло более пяти дней, и вот в столицу прибыли члены Малого Совета, а значит, скоро пройдёт проверка детей наследницы, о которой и говорила Алисента Хайтауэр. Король приказал в срочном порядке привести в чувство свою старшую дочь, по его мнению этот день будет триумфом его наследницы, все удостовериться в её непорочности и честности. — Мейстер, всё готово? — спросила Рейнис у своего самого верного помощника, который был прислан Почти Королевой в помощь мейстеру Меллосу. — Да принцесса, — поклонился своей благодетельнице мужчина. — Маковое молоко работает прекрасно, вред рассудку принцессы уже нанесён, прежней она уже не станет никогда. — И всё это из-за макового молока? — удивлённо спросила жена и мать Веларионов. — Нет, маковое молоко только усугубляет итак нестабильное состояние принцессы Рейниры, — ответил мужчина. — Хотите сказать, что у дочери короля и так было не всё в порядке с головой? — спросила Рейнис. — Возможно, но её переживания и поведение в Дрифтмарке, а также истерия и агрессия уже в столице, привели к подобному, — сказал мейстер. — Рассудок принцессы прежнем уже не станет никогда. — Прекрасно, но в чувства её приведите, поскольку король хочет, чтобы его старшая дочь присутствовала сегодня на Совете, — сказала Рейнис Таргариен. — Мы всё сделаем, — ответил мейстер.       Следуя по коридору в сторону своих покоев, принцесса Рейнис столкнулась с детьми Рейниры, которые шли тихо, стараясь ни с кем не сталкиваться. — Что вы здесь делаете? — спросила недовольно женщина, она не любила этих детей, и в отличие от своего мужа, не собиралась закрывать глаза на их происхождение. Само их существование порочило имя Веларион, а после поступка Рейниры, она и подавно не хотела видеть этих бастардов. — Доброе утро бабуш… то есть принцесса Рейнис, — поздоровался с ней Джейкерис. — Вы стали такими незаметными, — хмыкнула Рейнис. — Где же ваша спесь? И вседозволенность, которой вы так щеголяли в Дрифтмарке?       Старшие мальчики молчали, им нечего было сказать. Они именно сейчас, поняли, что зря смеялись над своими дядями, над тем, что те никому не нужны. По сути ведь сейчас они трое ходят здесь как призраки, до них никому нет дела, и даже слуги их забросили, не приносят им еду, никто даже не зовёт их обедать со всеми. Сейчас они вышли, чтобы поесть, ведь Джоффри ещё очень мал, и он плачет когда голоден, ему ведь ничего не объяснишь. Их все бросили, а вот об их дядюшка заботились, королева Алисента любит своих детей, зря они всё это говорили. — Принцесса, — из угла появился Эймонд со своим братом Дейроном. — Вас искал сир Лейнор, он на терассе вас ждёт. — О, спасибо Эймонд, — поблагодарила сыновей Алисенты женщина, и направилась к своему сыну, видимо для важного разговора. — А вы, куда идёте? — просил Эймонд племянников. — Джоффри голоден, мы хотели пойти на кухню, сегодня нас никто не звал обедать, — ответил Джейкерис. — И вчера тоже. — Сегодня на кухне не путайтесь под ногами у слуг, — сказал Дейрон. — Вы не слышали, что сегодня Совет, и повара готовят ужин по приказу короля. Что-то праздновать видимо собрался. Так что, если будите мешать там, то наш король будет недоволен. Кстати мы всё ждём от вас обещанных наказаний, нам известно, что вы жаловались королю на нас троих. — Идём Джоффри, поедим потом, — сказал старший Веларион, уводя братьев. — Стоять! — приказал племянникам Эймонд. — Джоффри пока не испорчен вами, и он очень мал, не стоит его оставлять голодным. Мы тоже не пойдём в обеденную залу сегодня, поедим в своих покоях. Пойдёмте к нам, хоть поедите нормально.       Сыновья Рейниры переглянулись, но молча направились за детьми королевы, а Джоффри так вообще подбежал к сыновьям королевы и взял Эймонда за руку, искренне улыбаясь. В покоях старшего принца, им всем накрыли стол на обед. Все подростки обедали вместе: дети королевы, внучки принцессы Рейнис и сыновья Рейниры. Все ели спокойно, никто никого не оскорблял и не насмехался. Все обсуждали сегодняшний Совет, и катание на драконах, после занятий. Казалось, что дети помирились. — Спасибо дядя, — искренне поблагодарил Эймонда Джейкерис. — И прости за наши слова, о том, что вы никому не нужны. — Мы нужны нашей матери, — ответил принц. — Ну а вы стали такими заброшенными, даже жалко вас стало. Надеюсь в будущем вы будете держать язык за зубами, и не вертеть перед нами глупым поведением короля. — Поверь Эймонд, не будем, — сказал Джейкерис. — Тем более мы поняли, что его так называемая любовь ничего не стоит на самом деле. — Я думаю, — наконец заговорил и Люцерис. — Что таким поведением он и маме жизнь испортил. — Верно, — кивнул подошедший Дейрон. — Вседозволенность портит людей, с Рейнирой именно так и произошло. — Но что до разума вашей матери, то это правда, — осторожно сказал Эймонд. — Человек в своём уме стал бы бросать своих детей, как моя сестра сейчас бросила вас. Тем более, вы наверное тоже слышали её вопли и стенания за дверью её покоев. Она психически больна. — Зачем вы нам это говорите? — спросил Джейкерис. — Затем, чтобы вы были готовы к любым последствиям, — сказал второй принц. — Вы теперь сами за себя.       Вечером собрался Малый Совет. Члены этого собрания не понимали причин сегодняшнего сбора, и также были озадачены, как и три сына принцессы Рейниры, которых привели в зал заседаний. — Может вы наконец объясните, что мы здесь делаем? — спросил лорд Бисбери, отсутствовавший из-за наказания короля в столице последние полгода. — Королева Алисента просила созвать Совет, дабы подтвердить законность рождения моих внуков, — ответил король Таргариен. — Неужели? — спросил Корлис Веларион, переглянувшись с остальными членами Совета. — С чего вдруг? — Я объясню лорд Веларион, — взяла слово Алисента Хайтауэр. — Не далее, как два месяца назад, у меня появились доказательства того, что все сыновья наследной принцессы рождены не от её мужа. Поэтому, чтобы не быть просто распространителем слухов, я и попросила собрать Малый Совет, чтобы именно вы это подтвердили или опровергли. — Хорошо, — ответил лорд Ланнистер. — Слухи об этом ходят давно, и чтобы их прекратить раз и навсегда, то думаю, никто возражать не станет. Как мы должны в этом удостовериться Ваше Величество? — Вы знаете, что предполагаемым отцом принцев считают сира Харвина Стронга, — сказала королева Вестероса. — Так вот, сир Ларис Стронг заявил, что у него есть родовое родимое пятно, которое передаётся все кровным родственникам семьи Стронг. Принц Люцерис, по словам сира Лариса, показал ему точно такое же пятно, заявив, что и у его двоих братьев есть такие же. Именно сейчас, я и прошу вас это подтвердить или нет. — Думаю королева права, — ответил мейстер Меллос. — Подобное позволит нам удостовериться в правдивости утверждений королевы или словах наследницы Железного трона.       Алисента приказала привести сюда Лариса Стронга, который и не заставил себя ждать. Он посмотрел на детей принцессы Рейниры, и ещё раз удостовериться, что это его племянники, уж слишком сильным было это сходство. Но если он ненавидел своего брата за насмешки из-за его немошности, то как ни странно, не испытывал ненависти к троим мальчикам. Он решил посмотреть, как всё обернётся сегодня. — Лорд Стронг здесь, молодые принцы тоже, но думаю, что и принцесса Рейнира должна присутствовать, — сказал лорд Ланнистер, желая увидеть позор оскорбившей его много лет назад царственной девчонки. — Моя дочь не здорова и не сможет присутствовать, — сказал Визерис, не желая, чтобы его ребёнка унижали прилюдно, хотя утром хотел другого. — Принцесса Рейнис сейчас приведёт сюда старшую дочь короля, — ответила королева. — Алисента, какого чёрта ты приказываешь подобное за моей спиной, — зарычал Визерис на жену. — Мой король, — вмешался мейстер Меллос. — Без принцессы Рейниры мы не может проводить подобные проверки. Ведь в любом случае, за последствия отвечать будет она, а не принцы. — Вы хотите мою дочь привлечь к ответственности? — спросил с издёвкой король. — Кто вам это позволит? — Закон Вестероса, — ответила Рейнис Таргариен, входя в приоткрытую дверь зала заседаний, и ведя за собой недовольную Рейниру. — В случае подтверждения слов королевы, твоя дочь будет опозорена и лишена прав наследования Железного трона. Таков закон, Визерис, и ты не станешь в очередной раз, закрывать глаза на деяния своей старшей дочери.       Пока королевские особы выясняли отношения, члены Малого Совета смотрели на наследную принцессу, и не узнавали энергичной ранее девушке, с надменный лицом в этой располневшей, бледной женщине свою наследницу. До них конечно доходила весть о том, что принцесса Рейнира тяжело пережила смерть своего дяди, но чтобы настолько тяжело. Все также обратили внимание, что Рейнира Таргариен даже не стала смотреть на своих детей, а сразу обратила полный ненависти взгляд на королеву, принцессу Рейнис и их самих. — Принцесса Рейнира, вы знаете зачем мы здесь собрались? — спросил лорд Ланнистер. — Собрались клеймить меня, да? — зарычал принцесса. — Думаете, что сможете что-то доказать? Да я и сама вам всё скажу, слушайте все. Да, мои сыновья рождены от сира Харвина Стронга, а знаете почему мне пришлось спать с простым рыцарем, из-за того, что мой муж Лейнор Веларион — мужеложец. Он не смог, да и даже не стал пробовать переспать со мной, ему видите ли противно ко мне прикасаться, ко мне, красивой женщине. Это ли не доказательство того, что он не переносит женщин. Я была вынуждена рожать от другого. Вынуждена. — Даже если и так, то ваши дети сейчас вами же признаны бастардами, — сказал Ланнистер. — Они Таргариены, они наследники, — взвилась Рейнира. — Они не Таргариены, и никогда ими даже по чужому имени не были, ты дала им имя Веларион, но теперь наконец оно будет очищено от твоей скверны, — зло процедила Рейнис. — Моей скверны? — взвизгнула Рейнира. — Это твой сын ничтожество, он во всём виноват. — Мейстер Меллос, — обратилась к мужчине королева. — Скажите может ли мужеложец спать также и с женщинами? — Да Ваша Милость, — ответил мейстер. — Любой половозрелый мужчина несмотря на предпочтения в постели, может спать с любими людьми, независимо от пола. — А может ли мужчина не возбудиться от вида обнаженной женщины, если она ему не нравится или просто противна? — спросила Алисента. — Чаще всего именно так и происходит, — кивнул Меллос подтверждая вопрос королевы своим согласием. — Возбуждение вещь сложная, и если мужчине или даже женщине не нравится партнёр, то в постели ничего не выйдет. А уж если мужчина или женщина испытывают отвращение при этом, то нет никакого шанса на соитие. — А если мужчине не нравится жена, его скажем от супруги тошнит, то это повод считать его мужеложцем? — спросила Хайтауэр. — Нет, всё это означает, что жена своим видом не может возбудить мужа, — ответил мейстер. — Зато этим можно прикрывать свои собственные похождения, — прорычал Корлис Веларион. — Ваше Величество, я требую наказания принцессы Рейниры за оскорбление нанесённое моему сыну и всему дому Веларион. За эти грязные слухи. — Слухи о том, что твой сын любит мужчин уже давно ходят по Вестеросу мой друг, — ответил насмешливо король. — И не моя дочь тому виной. — А кто хоть раз видел сира Лейнора Велариона в постели с мужчиной или с женщиной? — спросила Алисента. — Такие вещи как постель происходят не на виду у посторонних. Так что, все эти разговоры о предпочтениях наследника Дрифтмарка и правда только слухи, а первым, кто их начал распускать был не кто иной как принц Деймон Таргариен. — Королева права, — воскликнул зло Веларион. — Корлис успокойся, — попытался успокоить друга и родственника Визерис. — Это просто недоразумение и только, Рейнира любит Лейнора. — Нет, не люблю, он мне противен, он тоже самое говорил и мне, прямо в первую ночь, — крикнула Рейнира. — Мы никогда не любили друг друга. — Думаю здесь всё понятно, — сказал лорд Бисбери. — Принцесса сама призналась, что изменяла супругу и родила своих детей от другого мужчины. Все трое внуков короля являются бастардам и должны быть лишены прав на Железный трон. — Что? — переспросили король и его любимая дочь. — Таковы законы Ваше Величество, — ответил член Совета. — Да и сама принцесса не может править, ведь такое аморальное поведение не должно быть у будущей королевы. — Я не позволю вам такое решать, — рявкнул Визерис. — Не лордам такое решать. — Если вы не забыли, то вы сами стали королём именно благодаря решению лордов, — сказал лорд Ланнистер, желающий любыми способами не позволить Рейнире Таргариен занять Железный трон. — Может тогда и вы не должны были становиться королём таким способом, раз уж лорды не имеют право такое решать. — Моя дочь в отличие от её детей законнорождённая, — сказал король, а все присутствующие сразу посмотрели на троих принцев, которых их дед только что признал бастардами. — Ваше Величество, — обратилась к мужу Алисента. — Думаю, что вашим внукам лучше уйти в свои покои, дети достаточно сегодня выслушали. — Да пусть идут, от них сейчас нет толку, — отмахнулся король, даже не глядя на троих мальчиков. — Отец, они твои внуки, — сказала Рейнира. — Что теперь с ними делать? Может отослать… — А может лорд Стронг решит судьбу племянников? — сказала Алисента. — Что скажите лорд Ларис, если мы признаем этих детей Стронгами? — Согласен, я всё равно жениться не собираюсь, а мне нужны наследники, — кивнул мужчина. — Я заберу принцев, думаю остальное вы мне сообщите позже.       Стронг увел детей, а в зале Совета, по-прежнему не прекращались споры. Король не желал отстранять дочь любимой жены от трона, а лорды не хотели такую женщину в королевы. — Как вы это представляете? — спросил Веларион. — Никто в здравом уме не женится больше на ней, а значит законных наследников принцесса больше не родит. Так что мы здесь сейчас обсуждаем? — У моей дочери уже есть муж, — сказал Визерис. — Этот брак должен быть расторгнут, — вмешался один из членов Совета. — Принцесса призналась, что изменяла своему мужу. — Мы подпишем прощение о расторжении данного брака, уверен, что сир Лейнор подобное напишет, — кивнул лорд Ланнистер. — У вас есть ещё три сына мой король, один из них должен стать наследником, — сказал Веларион. — Ты же всегда хотел, чтобы твоя кровь сидела на Железном троне, — недовольно отметил король. — Как выяснилось, моя кровь там бы никогда не сидела на самом деле, — вздохнул Морской змей. — Пусть сидят на нём Таргариены. — Папа, — вдруг обратилась к королю его дочь. — Это они, я знаю это они убили Деймона, они не хотели меня пускать на трон, а он мог их заставить. Они убили его, они! — Началось, — возвела глаза а потолку Рейнис. — Казни их отец, казни, они должны заплатить за смерть дяди, — начала кричать принцесса.       Мейстер Меллос встал со своего места и призвав двух помощников, силой сопроводил принцессу в её покои. — Визерис, твоя дочь больна, она не сможет наследовать трон наших предков, — спокойно сказала кузену Рейнис. — И что теперь мне делать? У меня не осталось наследников, — простонал король Вестероса, закрывая лицо руками. — Ты идиот, — крикнула на короля Почти Королева. — У тебя их более чем достаточно, но ты только Рейниру годами и видел. — Но мои сыновья не обучены правлению, — возразил Визерис Таргариен. — А что, Рейнира была обучена? — недовольно спросила Алисента. — Ты надел на неё корону наследницы, но при этом ничему не учил. Мои дети очень молоды, у них есть достаточно времени всему обучиться. Что скажите милорды? — Думаю королева права, — сказал лорд Бисбери. — Принцы сейчас обучаются тому, что им пригодиться в жизни как мужчинам и принцам, а теперь станут учиться ещё и правлению. А после, мы можем снова выбрать достойного наследника. На этот раз более тщательно.       Визерис не понял оговорку лорда, а вот остальные постарались скрыть улыбки. — Я подготовлю указы, о престолонаследии, — встал со своего места лорд Бисбери. — А также указ о расторжении брака между принцессой Рейнирой и сиром Лейнором Веларионом. — Не забудьте ещё указ о том, что трое сыновей принцессы, признаются сыновьями сира Харвина Стронга и его наследниками, — сказала Алисента, желая, чтобы тот, кто лишил глаза её сына, находился подальше от неё и её детей. — Да, мой королева, — поклонился лорд.       В зале остались только Король, королева и супруги Впларион. — Вы специально выставляете Рейниру сумасшедшей? — спросил Визерис, наконец поняв, что семья объединилась против него и его старшей дочери. — А ты считаешь, что она в порядке? — спросила Рейнис. — Нет, не в порядке, — вздохнул несчастный отец. — Это всё Деймон, приехал ненадолго, но как всегда снова всё испортил. — Рейнира была беременна, но маковое молоко убило плод, — сказала королева. — Это был ребёнок Деймона. — Откуда ты знаешь? — спросил Визерис жену. — Ты действительно слепой, — покачала головой Алисента. — В ту ночь, она побежала за ним, когда он ушёл бродить по берегу, а в зал после случившегося с нашим сыном они вбежали в неоприятной, криво застегнутой одежде, да и она была вся в песке. — Как думаете, она могла его убить? — спросил Визерис, чем заставил в шоке переглянуться двоих женщин. — А причина этого? — спросил Морской змей. — Он мог ею воспользоваться, а потом сказаться, что она ему не нужна, и он улетает обратно в Пентос, — предположил король. — Думаю это возможно, — сказала осторожно Рейнис. — Тем более она могла это сделать от злости, а потом раскаиваться, вот и причина её истерики в Дрифтмарке, а потом её попытки обвинить в этом всех. — Тогда нам стоит молчать об этом, — сказала Алисента. — Сегодняшнего позора на Совете было достаточно. Тебе Визерис просто не стоит слушать её обвинения в адрес других, что бы она не говорила и кого бы не обвиняла. Никто не должен узнать, что принцесса Рейнира убила Деймона Таргариена. — Да, так и сделаю, никто ничего не узнает, — согласился Визерис. — А смерть Деймона объявим как нападение бандитов из Эссоса. Я пойду, Корлис проводи меня.       Когда мужчины ушли, то оставшиеся в зале женщины удовлетворённо улыбнулись. — Визерис сам всё сделал за нас, — тихо сказала Рейнис. — Осталось только позаботиться о втором участнике заговора, желающим убить моего сына. Теперь всё у нас в руках.