Глава 9. Пьяное свидание

Тай

      Тисс зашла в бунгало и я решил, что мне тоже нечего делать на террасе. Хотя бассейн манил своей голубой прохладой, а еще можно было заказать коктейль прямо к нему. Стоит признаться, Георг Вэдтри хорошо выбирал отель для отдыха всей семьи. Когда я только заехал, мне подали шампанское, такое ледяное и освежающее, что я чуть не расцеловал гавайца, который держал поднос. Настолько хорошо это ощущалось в моменте.       Я, конечно, не был великим фанатом подобных мест. Море привлекало меня ровно на столько, на сколько привлекал обычный душ в ванной. Вроде бы есть, хорошо, но ничего особенного. Люди бы сказали, что я зажрался, но я бы ответил, что куда больше мне нравится городская суета и изучение новых мест. Фоэльх не баловал мое детское эго семейными поездками, я даже ни разу не был в Диснейленде («ты что, Тай, до него лететь на другой конец страны!») в отличии от всех моих сверстников. Поэтому я путешествовал уже сам, и то, будучи довольно взрослым.       А море, или в случае Гавайи вообще целый океан, просто приятная опция. К тому же, я слышал, здесь все еще можно столкнуться с дикой природой и непредсказуемыми джунглями. Возможно, за приятную стоимость какой-нибудь местный согласиться показать мне что-то впечатляющее из природных красот. Просто надо договориться.       Конечно, лукавить бессмысленно. Я приехал сюда исключительно из-за нее. Как только изо рта Тисс вылетела информация, что она улетает в отпуск, я в ту же секунду решил, что мне тоже надо. А дальше — вопрос времени. Я позвонил её отцу, якобы для того, чтобы обсудить некоторые детали договора, которые не были понятны моему юристу, а также поговорить о планировке будущего парка. Но он сразу сам предупредил, что уезжает. Дальше дело за малым. Я расспросил его об поездке, отеле, времени, которое он планирует провести на островах, и Георг Вэдтри охотно выдал мне все подчистую.       Найти это место было довольно легко, но забронировать нужное количество дней именно в бунгало не получилось. Поэтому я приехал сюда на три счастливых дня, тогда когда вся семья Вэдтри будет отдыхать целую неделю. Но больше всего, конечно, меня обрадовало то, что мы соседи. Я искренне этого не ожидал. Я думал, что буду ловить Тисс где-нибудь на ужине, чтобы заставить ее поговорить со мной. Даже если пришлось привязывать её к стулу и заклеивать рот скотчем. А то эта маленькая валькирия может и укусить.       Но удача в который раз улыбалась мне и я сам уже начал верить в судьбу. Иначе как объяснить то, что именно им дали соседнее бунгало? Только тем, что у фортуны сегодня отличное настроение и она благоволит скромному Таю Эйни. Если бы я мог, я бы встал на колени и помолился за её здравие. Вот бы она еще и помогла Тисс начать переваривать меня хотя бы пятнадцать минут. А то судя по нашему диалогу на террасе, она была не в восторге от моего появления тут.       Я знал, что это все выглядит как чистый сталкинг. Но пока моя валькирия не подала в суд и мне не выписали запрет на приближение, я мог делать это бесконечно. Пока она не позволит приблизиться настолько, чтобы я больше никогда не отпустил её.       Боже, Тай. Ты просто чертовски втюрился в эту девчонку. Я сам не припомню чтобы у меня была такая одержимость. Девушки, как правило, находились на нижних позициях в списке моих интересов. Но она… Я не знаю. Может, меня всегда привлекала недоступность? Или девица в беде? Или просто пора к психологу?       Но разве не являлось успехом то, что я признался сам себе, что влюбился? Да, одержимо. Да, с желанием обладать каждой её клеточкой, но ведь я осознал? И понимаю, что мне придется проделать труднодоступный путь по завоеванию ее сердца, души и желудка. У меня, кажется, был просто высоко осознанный перелет сюда, где за два с чем-то часа я успел подумать обо всем и как следует в себе разобраться.       Из всех этих мыслей меня вынул раздавшийся звонок телефона. Я даже дернулся в кресле гостиной бунгало, в которое успел приземлиться когда зашел. Кто вообще мог звонить? Только бы не отец со своими жертвенными просьбами. Фоэльх даже не знает, что я улетел. Хотя, наверное, он мог чекнуть мои вчерашние транзакции.       Но на экране высветилось почти спасительное «Шарль» и я выдохнул. Правда, не надолго. Мы не беседовали с ним миллион лет и над нами все еще висела дамокловым мечом тема с дурью в клубе.       — Да, — со вздохом я взял трубку, уставившись на пальмы за окном. Где-то вдалеке шелестело море в открытое окно спальни и это было довольно умиротворяюще.       — Тай, — по голосу было понятно, что Шарль в приподнятом настроении, — ты куда пропал?       — Сейчас я на Гавайях. А что? — спокойно ответил я, откидываясь на спинку кресла и вытягивая ноги вперед.       — На Гавайях? Очередная придурь Фоэльха? — Шарль звучал даже как-то удивленно. Будто я сам не могу полететь в подобное место.       — Нет, решил, что мне необходимо подышать морским воздухом, — быстро ответил я. — Так в чем дело?       — Ты не заезжал целую вечность, накопились дела, — он вздохнул в трубку, но поспешил добавить: — Оборот почти миллион за две недели. Разве это не круто?       — Серьезно? Ты считаешь, что толкать дурь и радоваться такой вонючей прибыли — это круто? — я выгнул бровь, сжав ладонь в кулак. Он не собирался ничего исправлять. Ну, конечно. Быстрые деньги сманили его на темную сторону.       — Ты слишком узко мыслишь. Есть приятные плюсы, — он рассмеялся в трубку, а я почувствовал такую досаду и разочарование, что захотелось взять билет домой только для того, чтобы набить ему морду. — Я готов делить прибыль напополам. Это успокоит тебя?       — Нет. Чертов наркотрафик не будет проходить через наш клуб, — я сжал телефон так, что мне показалось, что он скрипнул.       — Тай. Послушай. Я искренне считал, что ты уже остыл и готов к чему-то новому, — со вздохом сказал Шарль. — Но, кажется, глубоко ошибся.       — Как можно в принципе с этим смириться? Есть законные вещи, а есть незаконные, — я цокнул языком, закатывая глаза. Жаль, что он не видит, как я зол, хотя это вряд ли бы что-то исправило в его мышлении.       — Значит, поступим так. Разойдемся как в море корабли. Я выкупаю у тебя долю и нанимаю нового бухгалтера, которому не страшны грязные деньги, — Шарль звучал удивительно спокойно. Значит, он действительно долго думал над этим. — Если тебе захочется, мы продолжим общение. Тем более, ходит слушок, что ты подался в жилищное строительство.       — Хорошо, — совершенно спокойно ответил я. Будто был еще хоть какой-то выход. — Только заплатишь ты мне из тех денег, что клуб зарабатывает чистыми.       — Там не наберется нужной суммы и за полгода, — парировал он.       — Значит, поделим сумму и выплаты будут частями, — моментально выдал решение мой мозг. — А дальше дело за тобой. Но если тебя повяжут, Шарли, забудь мой номер.       — Не бойся. Я умею аккуратничать, — со смешком ответил он. — Так, значит, слухи правдивы? Ты поэтому на Гавайях? Осваиваешь плебейские земли?       — Слухи правдивы. Фоэльх подкинул мне целый коттеджный поселок, — я облегченно выдохнул, радуясь, что все пришло к некоторому мировому согласию. Клуб был важен для меня, как часть моей самостоятельности, терять его было немного печально. Но лучше так, чем увязнуть вдвоём в навозе по самые глаза. — А на Гавайях я просто отдыхаю.       — Какой чудесный подарок от папочки? Это в честь чего? — он глубоко рассмеялся и я цокнул языком. Уж кто-кто, а он знал, что Фоэльх скорее отрежет почку, чем сделает что-то просто так для меня.       — Полагаю, он просто сбагрил на меня не нужное дело. Но это оказалось довольно интересно, — ответил я без лишней скромности. — Планирую профинансировать что-то еще. И съехать с его шеи.       — Наконец-то ты отрастил мини-яйца, — Шарль рассмеялся громче. — Ладно, вернешься, заскочи ко мне и мы все обсудим по сделке.       — Понял. Связь, — я кивнул, заметно расслабляясь. — Привезу тебя магнитик «Алоха!».       — Засунь его себе в жопу, — добродушно ответил он и отключился.       Что ж. Решение проблемы пришло само собой. У госпожи фортуны действительно приподнятое настроение к своим детям. И закончилось всё вполне неплохо. Не зря говорят, что порой не надо рубить с плеча, а стоит выждать и тогда ситуация разрешится сама собой. Так и вышло. Единственное, очень жалко терять клуб, но я как-нибудь это переживу.       Что-то я не заметил как за всеми моими мыслями и разговорами по душам пролетело почти два часа. Нужно было собираться на долгожданное свидание, бронировать стол и наводить марафет. Все-таки, я хотел верить, что Тисс придет.       Я отписался Лаимир, что добрался. Она единственная знала, что я уехал отдохнуть, потому что утром застала меня выносящим чемодан из комнаты. Пришлось признаться, но ей все равно было фиолетово. Даже если я взял обещание не говорить отцу.       Посидев еще какое-то время в кресле (могу себе позволить, я все-таки в отпуске), я нашел на гугл-картах неплохой ресторан и забронировал столик на шесть. Скинув Тисс геопозицию ресторана, я написал, что буду ждать там, а сам направился в душ. Все же, нужно было смыть с себя долгий перелет. Я редко сплю в самолетах, поэтому для меня это время в пути было особенно адовым. Наверное, из-за этого я не особенно люблю летать в Азию. Еще и дурацкий джетлаг в почти сутки.       Войдя в теплый тропический душ, я с наслаждением простонал в воздух. В принципе, несмотря ни на что, сегодняшний день складывался уж больно положительно. Пора искать подвох? Может быть, Тисс кинет меня, и в итоге я в одиночестве поем в ресторане как брошенный жених? Если действительно случится так, то я точно перестану охоту за Тисс. Хотя, честно сказать, я уже сам в себе не в уверен.       Арендовав машину прямо в отеле, я специально отъехал в ресторан чуть раньше. В её бунгало все еще горел свет, но заглядывать прямо в окна я не решился. Пусть собирается.       Дорога была быстрой. Остров был небольшим, довольно компактным, поэтому на все у меня ушло жалких десять минут. Вот бы в Чикаго так. Иной раз ищешь отель поблизости прямо в пробке. Пройдя к столику, я бегло осмотрел интерьер. Довольно мило, в фирменном стиле и с чудесным обзором на океан. Я специально просил видовой стол, хотел впечатлить её и себя. С крыши свисала солома, а все вокруг было в местных идолах. Официантки сновали вокруг в юбках из пальмовых ветвей и в кокосовых бюстах.       На шею мне упал цветочное боа и я дернулся, не ожидая подвоха. Симпатичная гавайка улыбалась, протягивая меню и я благодарно кивнул, попросив подождать. Только позже я заметил, что такие пестрые боа надевали всем гостям в ресторане. Это было мило, довольно традиционно. Уже представил Тисс в её вечно коротких нарядах с венком на шее.       Время шло, она все не появлялась. Через пятнадцать минут я заказал бокал вина, в надежде, что скрашу ожидание. Через двадцать я понял, что все тщетно. Её не будет. Она опрокинула меня. Если я сейчас вернусь в отель и окажется, что она свалила от меня на другой континент, я даже не удивлюсь.       Я допил вино одним глотком и уже собирался пригласить официантку для оплаты счет, как вдруг появилась она. Тисс шла ко мне, цветочное ожерелье болталось на её шее, а короткое платье как обычно еле закрывало упругую задницу. Она стучала высокими каблуками по деревянному настилу, и пусть музыка перекрывала эти звуки, я все равно слышал их цокот. Полчаса ожидания её в этом ресторане того стоили.       — Извиняться я не собираюсь, — только буркнула она, сев за стол. И я сразу понял — это моя валькирия.       — Я и не ожидаю, — ответил я быстрее, чем подумал. — Но в качестве капли уважения, ты могла бы и предупредить.       — Я не собиралась приходить вообще, — она подняла на меня свои огромные зеленые глаза и злобно усмехнулась. — Но решила, что небольшой флирт не повредит здоровью.       — Действительно, на что я надеялся? — я бросил взгляд в океан, чтобы тайно закатить глаза. Вот она — темная сторона моей сегодняшней фортуны. Её злобный характер. — Как ты сама себя терпишь, валькирия?       — Прекрасно, — только и ответила Тисс, открывая меню. — С собой у меня проблем нет.       — Тогда какие у тебя проблемы со мной? — я вздохнул и посмотрел на нее в надежде, что в ней мелькнет хоть капля дружелюбности.       — Ты сынок мэра.       — Это клеймо?       Она прищурилась, изящно отложив меню. Тонкие пальцы скользнули по глянцевой бумаге, так естественно и красиво, что я невольно засмотрелся на её аккуратные ладони. Тисс пялилась на меня с минуту, не моргая. Сложила руки и подперла ими подбородок, не отрывая от меня своих очаровательных глаз. Я потерялся, не зная, что сказать. Спросить о чем она думает? Может, её что-то задело? Или действительно она не хочет меня только потому, что я сын мэра? Может быть мой мудак-отец причинил какую-то боль ей или ее семье? Я даже не удивлюсь, но тогда зачем Фоэльх купил на аукционе поселок Георга?       — Знаешь, сегодня по прилете, я узнала, что моя лучшая подруга спала с моим бывшим. Много-много лет. А еще, что именно она опубликовала обнаженные фотки в прессе в то воскресенье, опозорив меня на все Чикаго, — неожиданно спокойно произнесла Тисс и тяжело вздохнула. Взгляд снова вернулся к меню и она провела указательным пальцем по строчкам там.       — Веллора? — спросил я чуть хрипло, не ожидая такого мощного откровения. Возможно, у нее были еще подруги, но я знал только одну и потому назвал это имя.       Она кивнула. Коротко, быстро, словно это движение причиняет ей боль. Я подавил желание взметнуть брови вверх и только хмуро уставился на Тисс. Должно быть, это невероятно больно. Предательство от самого близкого человека.       — Хочешь, отомстим ей? — спокойно спросил я, сам не ожидая, что могу вообще такое сказать. Разве это было моим делом? У меня хватает забот.       — Да, — призналась она. — Но я паду так низко, если сделаю это, — произнесла она, облизывать губы ярко накрашенные темно-розовым цветом.       — Она сделала тебе больно, ты ответила тем же, —я кивнул, словно пытаясь убедить Тисс в правильности своих мыслей. Хотя это, черт возьми, вообще меня не касается. — Это закон Вселенной.       — Я не знаю, Тай, это нужно обмозговать, — полушепотом ответила Тисс и я почувствовал волну приятных мурашек на спине от того, как она произносила мое имя.       Все варианты оставить её в покое, прекратить преследование разбились на тысячу осколков. Я не мог. Я не мог уйти, не мог отстать, я мог только добиться своего, чтобы она была рядом. Назло и вопреки. Я даже не мог объяснить зачем, мне просто надо было. Мне нужна была Тисс Вэдтри или я чертов труп.       — Знаешь, а мой лучший друг решил, что торговать наркотиками в нашем с ним клубе — отличная идея, — поделился я, вместо того, чтобы рассказывать о том, что в моей голове. — Только он забыл поставить в известность меня.       — Оу, — Тисс вскинула голову и удивленно посмотрела на меня. Это все, что она успела сказать, ведь к столику поспешила официантка и я заказал бутылку вина, которое пил до этого. Тисс заказала огромное поке, а я — ассорти из морепродуктов. Все-таки, в Чикаго редко встретишь что-то свежего вылова. Разве что, из Мичигана.       — Я сначала хотел придушить его. Я вернулся из долгой поездки, а тут он со своими охуительными идеями, — продолжил я, когда заказ приняли и отошли. — Потом просто отпустил ситуацию и она разрешилась сама собой.       — Как? — Тисс неожиданно улыбнулась, и я мог поклясться, что это лучшее, что я видел в своей жизни. — Ты закопал его в лесу?       — Нет, он просто продал мне долю в клубе. Я не буду иметь к его делам никакого отношения, — я пожал плечом и ответил на её улыбку своей. Маленькой, честной и открытой.       Принесли вино и быстро открыли его при нас. Как только алая жидкость разлилась по бокалам, Тисс схватилась за свой и тихо произнесла:       — За отвратительных лучших друзей.       Я поддержал тост тихим звоном бокалов и сделал глоток. Ветер с океана был таким теплым и расслабляющим, я сидел в этом дурацком ожерелье из цветов, рядом со мной сидела невероятной красоты девушка. Был ли я счастливее в этот момент, чем когда-либо? Нет. Пожалуй, я запру это воспоминание в шкатулке с надписью «лучшее» и буду доставать в самый темный час.       — Так то, что я сын мэра — это клеймо? — спросил я, когда нам принесли блюда и мы успели выпить по целому бокалу. Мы вели ничего не значащие беседы о погоде, о учебе, даже нашли еще пару знакомых из круга общения. Про имя бывшего я так спросить и не решился. Не сегодня, портить вечер я не буду.       — Нет, просто… — она замялась, перемешивая вилкой рис с рыбой. — Просто я не могла бы и подумать, что такой как ты, вообще захочет что-то со мной, — вино явно развязывало ей язык и мне удивительно это нравилось. Хотя до этого я терпеть не мог пьяных женщин.       — Что-то — это пригласить на свидание? — я тихо усмехнулся, закатывая глаза уже в открытую.       — А что это? — Тисс обвела взглядом ресторан и снова подарила мне улыбку. — По мне так самое настоящее свидание.       — Могло бы быть деловой встречей, если бы ты согласилась сотрудничать как талантливый специалист по коттеджному поселку, — я неожиданно для себя заливисто рассмеялся, наблюдая как она отпивает вино. — Твой отец так тебя рекомендовал.       — Да ладно, я в жизни не сделала ни одного шага на пути к работе, — Тисс закатила глаза, но все равно улыбнулась. — Богатая девочка с хорошим уровнем жизни. Хотя до тебя мне наверное еще далеко.       Я не стал ее разубеждать в том, что мы ближе, чем ей кажется. Не стал портить имя отца рассказами о том, какой на самом деле бывает жизнь, когда твой папа занимает высокопоставленную должность. Пусть верит в некую иллюзию сказки в которой я живу. Пока. Хотелось бы оградить её от всех трудностей знакомства с Фоэльхом.       Дальше разговор клеился очень ладно. Она рассказывала о том, что впервые приехала на Гавайи, что до этого отдыхала только в Испании (в далеком детстве) и в Париже. Для меня было грехом не спросить о моем любимом городе, поэтому остаток бутылки вина мы проговорили о Лувре, Триумфальной арке и, само собой, Эйфелевой башне. Это был самый милый разговор за всю историю наших разговоров, но было одно огромное но.       Тисс напилась. Под рассказ о парижском багете из старейшей пекарни Парижа, я понял, что её глаза чуть косят и они странно хихикает. Сначала я подумал, что она издевается, но потом, когда я решил налить себе третий по счету бокал, я понял, что вино кончилось. А Тисс, отошедшая в туалет (я думал, что она сбежит, но нет, вернулась), успела заказать нам еще одну такую же.       Я смирился. Официантка довольно быстро вынесла её и наполнила наши бокалы. Тут-то я понял, что пора мне притормозить. Если Тисс напьется, кто-то трезвый должен благородно оттащить её в отель. Правда, я уже мысленно представил в голове разговор с Георгом.       Но хватило её ненадолго. Буквально прикончив еще один бокал из новой бутылки под мой рассказ об университете, она заклевала носом и сонно попросила вызвать ей такси. Правда, зачем-то начала назвать свой Чикагский адрес.       Пришлось экстренно расплачиваться за ужин и тащить её в машину, надеясь, что её не стошнит в салоне. Но Тисс держала все в себе, упорно глядя вперед все эти долгие десять минут. Я помог ей выбрать и дойти до бунгало.       — Я обычно так не напиваюсь, — прокомментировала она, когда я уже хотел отпускать её и возвращаться к себе. — Просто ты удивительно хорошая компания.       — Приму за комплимент, — я усмехнулся, кивнув ей на прощание.       — Мистер Эйни? Какими судьбами? — из её бунгало неожиданно вышел Георг, раскинув руки, будто правда встречая меня с радушием.       — Отдыхаю поблизости, — ответил я. Правда, уточнять, что в это близость — соседнее бунгало я не стал. Хотя, они все равно найдут меня утром, плавающим в этом чудесном бассейне. — Вот, привез Тисс…       — Пап, мы были на свидании, — одновременно спасла меня от неловкости и одновременно вогнала меня еще в большую краску Тисс. — Я напилась, очень, — она пошатнулась, хватаясь за деревянные акрила крыльца.              — Я вижу, — он хохотнул, а затем перевел на меня взгляд, прищурившись. — Свидание, значит? — Георг засмеялся так неожиданно-добродушно, что я удивился. — Зайдите хоть внутрь, кто же на пороге разговаривает.       — Пап, ну, мы уже прощаемся, — Тисс пьяно икнула и на этот раз пошатнулась так, что чуть не слетела с крыльца. Я среагировал быстрее, потому что стоял ближе, осторожно подхватив её под руки.       — Заводи её, алкашку, — Георг все еще добродушно смеялся, глядя как я поднимаюсь с его дочерью, висящей на моем плече.       Он не будет презрительно цокать? Высказывать ей, что она неправильно живет? Просто молча примет тот факт, что ее привел, пьяную, чисто технически какой-то парень. Или в их семье это типичный понедельник?       Из спальни выскочила её мама, наряженная в шелковое платье-кимоно. Она округлила глаза, в ужасе посмотрев на то, как я тащу Тисс и картинно, как рыба, открыла рот. Но Георг опередил меня хоть от какого-то членораздельно ответа.       — Латифа, она просто напилась, — сказал он жене, открывая для меня дверь, вероятно, спальни, выделенной для Тисс. — Была на свидании.       — О, с кем? — уже шутливо ответила её мама.       — С ним и была, представляешь? А ведь когда уходила, сказала, что пошла прогуляться, — он приобнял жену за талию. — Интересные нынче прогулки по Гавайям. Может тоже сходим, прогуляемся?       Я, шокированный, уложил не особо упирающуюся Тисс на кровать и выпрямился. Осторожно стащил с ней туфли, чуть не плача от того, что могу прикасаться к её шелковый коже. Она недовольно застонала, но даже не дернулась. Я мысленно представил, как целую её, но дверь все еще была открыта и там переговаривались её родители. Ну, как переговаривались. Откровенно смеялись над пьяной дочерью и тем, что она напилась на свидании. Меня поражало это до глубины души.       — И куда ты сейчас, Тай? — спросила неожиданно Тисс. Я думал, что она уже уснула.       — Домой, — спокойно ответил я, оставив туфли возле кровати, и стянул с ее шеи цветочное ожерелье.       — Блин, ну завтра встретимся, — махнула рукой она, переворачиваясь на бок, и я чудом увел глаза от того, как соблазнительно задралось её платье, оголяя нижнюю треть ягодиц.       — Обещаешь? Завтра встретимся? — смеясь, произнес я, зачем-то накрывая её пледом.       — Обещаю, — уверенно заявила она с закрытыми глазами.       Уж я утром напомню её обещание. Схитрю и обязательно воспользуюсь шансом. Я вышел из её комнаты, прикрыв дверь. Латифа и Георг все еще стояли в гостиной.       — Значит, теперь тебя можно называть зятем? — Георг добродушно усмехнулся, все еще нежно держа жену за талию.       — Нет, — удивленно вскинул брови я, желая поскорее выйти из бунгало и пойти к себе.       — Нет? Ну тогда спрошу в следующий раз, — он рассмеялся громче, зачем-то выходя следом за мной на улицу вместе с женой. — Мы вообще-то шли прогуляться после ужина. Правда, приходить такими как Тисс не планировали.       — Отлично, желаю хорошо провести время, — вежливо ответил я, направившись к своему номеру.       Я наделся, что не был слишком груб. Все-таки, это мой первый раз общения с родителями девушки. Да и девушки ли? Прошло только первое свидание, меня уже нарекли зятем. Забавные люди.

***

      Тонкая ткань стрингов, зажатая между половых губ, ярким пятном выделялась на фоне светлой, почти фарфоровой кожи. Я смотрел на это зрелище, не в силах даже увести взгляд, пока она тихо постанывала, умоляя, прося большего…       Я не смел ей отказать. Пальцы провели по мягкой, но невероятно упругой коже, обрисовав круги, а затем я коснулся подушечкой большого её, чуть надавливая. Новая искра безумия пронзила её тело, она дернулась на столе, больно впечатавшись лопатками в дерево. Но кого это заботило? В кабинете были только мы: я, Тисс и километры сексуального напряжения, скользившего между нами незыблемыми нитями.       Я чувствовал как она пахнет. Это кружило мне голову, заставляя еще раз надавить между губ, глубже заталкивая мокрую насквозь ткань. Я чиркнул ногтем большого пальца по коже, заставив её вновь взорваться криками. Это какое-то безумие, ведь еще десять минут назад, она злобно смотрела на меня, будто готовясь убить. Я был готов к капитуляции, но что-то необъяснимое потянуло нас к друг другу. Смазанный поцелуй быстро перетек в то, что она лежит сейчас на столе передо мной, а её маленькая бесполезная юбка, собралась складками на животе, позволяя мне разглядывать каждый миллиметр Тисс…       — Эй, — прохрипела она, видимо, устав от того, что я просто вожу пальцем по влагалищу, размазывая её соки, — хватит. Я больше не могу.       Я поднял на нее голову и невольно облизнулся. Она просит о большем. Я прищурился, криво усмехнувшись, а затем медленно скользнул языком по кромке трусов, спрятанных уже где-то очень глубоко в её промежности. Тисс снова выгнулась, словно испугавшаяся кошка, а я продолжал. Хотелось съесть её дочиста. Коснуться каждого кусочка её маленькой аккуратной вагины, пока мое чертово имя не слетит с её губ.       — Я хочу тебя слышать, — с глухим стоном пробормотал я, втягивая её клитор. Самая сладкая вещь на свете. Он набух, свидетельствуя мне о том, что Тисс осталось недолго. — Скажи это.       — Говнюк, — сдавленно прошептала она, а я в отместку щелкнул по восхитительному бугорку.       — Еще попытка? — усмехнувшись, я поднял голову и решив, что с церемониями покончено, встал и расстегнул ширинку чёрных брюк.       — Кусок дерьма, — громче ответила мне Тисс, приподняв голову и уставившись на меня темным и таким голодным взглядом, что у меня невольно начали подгибаться ноги. Моя валькирия еще способна драться.       Сдвинув бесполезные стринги в сторону, я вошел одним мощным толчком. Она была мокрой, но все равно на хорошеньком личике мелькнула тень боли. Я знаю. Но замедляться не собираюсь. Её ногти прошлись по моей спине, хватаясь за рубашку, собирая пальцами микро складки, но Тисс продолжала хрипло стонать, заглушая музыку, ревущую где-то внизу.       — Последняя попытка, — хрипло сказал я, наклоняясь еще ниже, чтобы скользнуть языком по скуле к виску. В конце оставив маленький жадный поцелуй, я резко ускорился.       — Тай, — наконец сказала моя маленькая Валькирия то, что я ждал от нее. — Тай, — добавила она, теряясь в ощущениях полностью. — Тай, — последнее сорвалось с губ вместе с криком и ее тугие мышцы сжали мой член в тиски.       — Хорошая девочка, — мне ничего не оставалось, как глухо простонать, снова и снова толкаясь в нее, пока меня тоже не настиг оргазм.       Я прижал Тисс к себе, а её горячее дыхание опаляло мне плечо. Нега удовольствия разливалась по нашим телам, пока воздух все еще продолжал жадно искриться. Я хотел насладиться этим моментом сполна, запомнить и прочувствовать. Засунуть на задворки памяти, доставая на Божий свет в самый темный час.       — Ненавижу тебя, — пробормотала она, все же подарив мне легкий поцелуй в ключицу.       — Это взаимно, — с тенью довольной улыбки ответил я, глядя прямо в лицо своей маленькой Валькирии.       Я очнулся от такого красочного сна в своей кровати в бунгало. Все еще на Гавайях. Все еще один. Ни намека на ее запах, на вкус её кожи на губах. Простыни холодные, на них явно никто не лежал.       Сон был потрясающим. Ярким, чувственным, горячим. Мне казалось, что это была явь в первые минуты пробуждения, поэтому я так яростно ощупывал свободное место рядом с собой. Но её там не было. И не могло быть. Она спала с нескольких метрах от меня в собственном бунгало, на собственной кровати.       Облизнув губы, будто там действительно мог быть её вкус, я перевел взгляд на часы. Уже почти десять. Завтрак в отеле безнадежно проспан. Хотя вчера, когда я вернулся к себе, я еще час бродил в одиночестве, размышляя о случившемся. Потом принял душ и лишь затем лег спать. Один. Тисс не было.       Мне никогда не снились сны. И уж тем более эротического характера. Но этот… черт, у меня не находилось достойных слов, чтобы охарактеризовать мое состояние. Я даже проверил собственные трусы на предмет ночной эякуляции, как у четырнадцатилетнего школьника, случайно увидевшего у отца выпуск «Плейбоя» за 2007 год. Но нет, все было сухо.       С террасы раздался шум воды и я неосознанно встал с кровати. Все здесь — полное сумасшествие, но проверить стоило. Вдруг я и сейчас все еще сплю. А учитывая, что по бассейну наяривала круги та самая Тисс, это вполне могло быть правдой.