Глава 12. Дело пахнет писюнами

Тисс 

      — Ты для меня —  маленький мир, — ответил мне Тай и я почувствовала, как мое жалкое сердце сотрясается.        Я только что испытала лучший секс в своей жизни. Такой крышесносный, что я не забуду его никогда. Ни через десять лет, ни через двадцать. Возможно, это так и останется во мне лучшим воспоминанием жизни. Мне хотелось изо всех сил повторить его еще раз, но его слова сразили меня наповал.       Нет, конечно, я понимала, что за всеми этими поцелуями, этим утром, да в принципе, его сталкингом меня стоит что-то большее. Я подозревала, что так может делать только влюбленный мужчина, но не хотела признаваться в этом даже себе. Я слишком увлеклась горем, местью, сконцентрировалась на том, что я одинокая дама с сорока рыжими шпицами. А тут Тай, с его заботой и искреннем желанием заполучить меня.        Искреннем ли? Я бегу вперед паровоза и часто делаю выводы, которые потом приводят к трагедия. Мужчины обычно хотят лишь воспользоваться моим телом. Он сделал это же, но после секса признался, что я для него нечто большее. Господи, когда я уже научусь не сомневаться.        — Я имею ввиду, что ты мне как минимум нравишься, — добавил он, потому что, я, скорее всего, слишком долго молчала и хлопала круглыми от шока глазами.        — Ого, — выдохнула я, не в силах сказать что-то большее.       Нравлюсь. Боже, господи, святая дева Мария. Убейте меня. Я понравилась сыну мэра и теперь, кажется, мне жить с этим и нести этот огромный неподъемный крест.        — Тисс, я понимаю… — начал Тай, коснувшись моего плеча.        — Прости, но я просто пытаюсь переварить, — перебила его я, шумно выдохнув.        — Ты думала, что это просто секс и ничего больше? — спросил он, а мне почудились обиженные нотки в его голосе.        — Я не знаю… я… — я закрыла глаза, падая головой на подушку и тяжело вздыхая. Что тут вообще можно целесообразного сказать?       — Я понимаю, что не произвожу такое впечатление. У меня действительно не было никогда серьезных отношений, — спокойным тоном продолжал он, поглаживая меня по бедру. — Наверное, я тоже не знаю, как стоит поступать с тобой правильно. В прошлом я только и делал, что играл с женщинами. Но сейчас, я чувствую, что все изменилось. Ты ворвалась в мою жизнь, словно маленький вихрь, Валькирия, а я уже не могу тебя отпустить.        — Это слишком красиво сказано для меня, — сдавленно пробормотала я, отрицательно качая головой.        — Ты этого заслуживаешь. Да, может быть, мы мало знакомы, но я вижу, что ты на самом деле не такая, какой хочешь, чтобы тебя видели, — Тай улыбался, по крайней мере, мне так казалось, ведь мои глаза все еще были закрытыми.        — Меня слишком часто обижали. Я наверняка просто не разбираюсь в людях, — ответила я, все-таки заставив себя распахнуть их и посмотреть на Тая. Он правда улыбался, а еще смотрел на меня с таким трепетом, что у меня снова закружились бабочки в животе.        — Я буду рядом. Я же говорю, я уже не в силах оставить тебя, Тисс, — спокойно продолжал он, мягко касаясь моего бедра, словно пытаясь успокоить.        — Ты улетаешь завтра, — хрипло произнесла я.       — Я буду ждать тебя в Чикаго, — он наклонился, чтобы поцеловать меня в уголок губ, и я позволила ему это.        — Тай, я не знаю… это все слишком быстро, мне нужно время, чтобы обо всем подумать, — сказала я, но уже себя ненавидела за эти слова. Но все было таким быстрым. Не в моем привычном темпе. Меня закрутило и унесло течением, а я едва с ним справлялась.        — Позволь мне пока просто быть рядом. Я не тороплюсь, — он ответил мне немигающим теплым взглядом и его губы затронула мягкая улыбка.        — Хорошо, — на выдохе произнесла я. — Я побуду одна здесь сейчас?        — Конечно, — он кивнул, вставая с кровати и начал натянул брюки. — Ты знаешь, где найти меня, если понадоблюсь.        Раздвижная дверь тихо скрипнула когда он ушел. Я закрыла ладонями лицо и с силой надавила на глаза. Какая же я идиотка! Круглая дура! Я опять лезу в какие-то отношения, хотя они мне не нужны. Я опять обожгусь, потеряю себя и буду страдать.        Но с другой стороны, Тай не похож ни на моего бывшего, ни на всех предидущих. Он кажется более честным, пусть и хорошо прячет эмоции за маской неприкасаемости. Судя по всему, это из-за тяжелых отношений с отцом, как я успела понять. Но ведь он позволил мне услышать их диалог. Значит, хотел, чтобы я поняла его?..       Признаюсь, я запуталась. Я потерялась и теперь брожу как слепой котенок, пытаясь выбраться из пелены собственных чувств. Я не знаю, кто я такая, кто такой Тай, но знаю, что что-то происходит.        Я прислушалась к себе, пытаясь уловить малейшие колебания внутри, чтобы понять, есть ли у меня что-то к нему. Сердце трепыхалось, но было ли это то самое? Я искренне любила бывшего. Любила его до первой измены и первых побоев, а потом включила терпение, надеясь, что он исправится. Молилась Богу, чтобы все это было одноразовой акцией, но на деле оказалось чем-то вроде привычного постоянства. Еще и с моей лучшей подругой. Ужас.        Когда я уходила от него, я поклялась, что никто больше не сделает мне больно. Что я достойна большего, чем просто слова какого-то парня. Я достойна любви и уважения. Теперь в моей жизни не будет ничего меньшего. Я выбираю себя и точка.        И что теперь? Буквально три месяца канули в лету и я снова нахожу приключения на свой хорошенький зад. Я, блять, не планировала, что все так обернется, когда ломилась в его шкафчик. Не планировала и тогда, когда стояла под дождем, словно облезлая кошка, перед Таем.        А теперь не знаю, что мне делать. Между ног все еще приятно саднило, даруя воспоминания о том, что все это не вымысел. Что действительно существуют парни о которых я читала в книгах. Делающие так хорошо, что съезжает крыша. Бывший просто тыкался в меня и кончал за несколько секунд. Я не помню, испытывала ли я хоть раз оргазм с ним, а здесь получила целых два.        Я посмотрела на небольшую лужицу спермы, оставленную на бедрах Таем. Он не надел презерватив, не спросил меня о предохранении, это уже можно считать рэд флагом? С другой стороны, я даже не успела вообще об этом подумать. Я просто повязала в грехе, позволил все это (и честно сказать, никогда в жизни не пожалею). Интересно, он бы обрадовался ребенку?        Ты не о том думаешь, Тисс. Какой ребенок, ты ведь даже колледж не закончила. Что уж говорить о том, что ты даже Таю не дала никакого достойного ответа на его признание.        Я скатилась с кровати, чувствуя, что ноги все еще трясутся. Тянущее чувство внутри живота сменилось на приятное послевкусие, словно там действительно порхали бабочки. Это было так приятно, так тепло, даже будто бы мало. Мне хотелось чтобы Тай вернулся и мы продолжили сдираться простыни с его кровати.        Господи, я даже из собственного бунгало его выгнала…       Я быстро зашла в ванную, смывая под душем следы нашего утра. Быстро разгладила руками волосы и вышла на все еще залитую солнцем террасу. Тай сидел на шезлонге, невозмутимо попивая кофе, а я прошла мимо. Просто прошмыгнула, как нашкодившая кошка и даже взгляд не подняла.        Лишь у себя я выдохнула окончательно. Сходила в душ, полноценно оттерев свое тело (будто мне не хотелось пахнуть им), уложила волосы, накрасилась. Собралась на обед и даже поела в гордом одиночестве, ведь родители все еще были на экскурсии. А ресторане я видела Тая, но ни он, ни тем более я, не подошли к друг другу.        Странно держать такую дистанцию, когда утром сплелись как одно целое телами. Но мне правда нужно было уложить все эти мысли в голове.        Ближе к вечеру я позволила себе искупаться в бассейне. Параллельно я смотрела в его окна, надеясь, что он дома, но никого не было видно. Наверное, ушел прогуляться или насладиться океаном в последний раз. У меня засосало под ложечкой от мысли, что завтра он улетит. Я останусь тут с родителями еще на четыре дня, но они наверняка покажутся вечностью. Здесь классно, но он уезжает и я тоже хочу в свою привычную городскую суету.        Будто в Чикаго меня ждёт хоть что-то хорошее. Вэл мне больше не подруга, Тенерли часто пропадает со своей огромной семьей. Я буду одна и там, но надеюсь, что Тай не забыл о своем обещании быть со мной и в городе. По крайней мере, мне хотелось, чтобы он не забыл.        Около семи вечера вернулись родители. Я встретила их на крыльце, счастливых и довольных, а еще пересеклась взглядом с Таем, который откуда-то возвращался. Судя по плавательным шортам, он все-таки ходил к океану. Он вежливо махнул мне рукой, будто мы не виделись сегодня, но папа окликнул его. Они обменялись любезностями, мама позвала Тая еще раз с нами отужинать, но он отказался. Даже здесь он берег мое желание сохранить немного дистанции.        Мы простояли какое-то время, родители болтали о вулкане, а он смотрел на меня своими необычными глазами, напоминающими два оникса, а я уже плакала, что разрешила ему отдалиться. Но зная свое глупое сердце, это было верное решение. Мне нужно со всем этим переспать и только потом бросаться в омут с головой.        Мы попрощались. Тепло, по-семейному. Папа сказал ему заезжать к нам в Чикаго в любое время и даже дал адрес. Это было слишком мило, что я правда почувствовала, что вот он, тот самый, правильный мужчина в моей жизни. Но это все опять же фантазии моего воспаленного трахнутого утром мозга. Я совсем не знаю Таю, даже если кажется, что мы знакомы пусть и не всю жизнь, но половину точно. Мама его даже обняла. А я робко подала руку, чтобы пожать его, но он перехватил её и галантно оставил поцелуй на костяшкам.        После этого я могла едва ли дышать. Слава богу мы зашли в дом, где я смогла спрятаться в комнате под предлогом сборов на ужин. Но это все… это все просто сумасшедшее. Я сумасшедшая и он тоже. 

***

      Даже на следующий день, когда Тай уехал, я ни на секунду не прекратила о нему думать. Я не слышала, как он выселялся и уезжал из бунгало. Не слышала, как в него въехали новые постояльцы — пожилая пара с милым щенком. Все последующие дни на Гавайях, я провела в своеобразном коматозе.        Я ходила плавать и загорать с мамой. Позволила папе прокатить меня на байке (мы чуть не слетели с горного серпантина), старалась гулять и впитывать местное солнышко. Но мой мозг ни на одну чертову секунду не заткнулся, думая о нем. Чем занят он, как проводит время, чего опять ему наговорил его безумный отец. Писать, разумеется, я не стала. Он тоже дал мне время, дал дистанцию и отдых от себя. Но я подозревала, что он сходит с ума точно так же, как и я.        Поэтому возвращение в Чикаго было даже приятным. Пусть там хоть сутками идут ливни, я готова пережить этот момент. Просто хочется увидеться с Таем. Время дало мне осознание, что мне как минимум интересно проводить с ним время. Что он хороший, правда, хороший парень. Но я, к глубочайшему сожалению, очень мало его знаю. И это легко поправимо, если я просто дам ему то, что необходимо. И ему, и, удивительно, но и мне.        Вэл мне тоже не писала. Видимо, разрабатывала очередной план мести или занималась тем, что бесконечно катается в рехаб к моему бывшему. Зато я много болтала с Тенерили, даже пару раз по видео. Я рассказала ей о Тае и о том, что между нами было, а она уже мысленно поженила нас, благословив на совместное будущее. Я, конечно, посмеялась, но мне чертовски приятна была ее поддержка.        Когда самолет приземлился в аэропорту, я испытала какое-то легко облегчение. Было почти половина одиннадцатого, за иллюминатором уже потемнело. Родители, которые в этот раз сидели рядом, первыми ринулись к выходу. Дурацкая привычка, но с другой стороны, почему бы и нет, ведь мы сидим в у самого выхода.        Я спокойно преодолела рукав, выйдя в здание аэропорта и совершенно случайно заметила его. Не то, чтобы я искала. Просто его было невозможно не заметить.        Тай стоял там, посреди аэропорта, нетерпеливо глядя на выход. Он держал в руках огромный букет цветов, но с моего расстояния было сложно углядеть каких именно. Мама подтолкнула меня в спину и хитро улыбнулась.        — Зачем? — буркнула я, достигнув его фигуры.        — Зачем что? — ответил он с легкой улыбкой.        — О, Тай, давно не виделись, — пошутил папа и подмигнул маме.        — Вы, блин, сговорились? — со смехом сказала я, легко ударив отца в бок. — Папа! Это почти предательство.        — Ничего плохого в том, что наш будущий зять решил встретить тебя здесь нет, — быстро ответил папа и усмехнулся. — Сам ее довезешь?       — Сам, конечно, — Тай кивнул и вручил мне букет. Это были красивые герберы с вкраплением ярких хризантем. Красиво и даже стильно. Я едва удерживала улыбку, но запустила лицо в букет, касаясь мягких лепестков. Пахло свежими цветами. Господи, как давно мне их не дарили? Не считая, папы, конечно.        — Только домой, никаких пока гулянок, — шутливо погрозил пальцем отец и усмехнулся. — Тисс, я заберу твой багаж, идите.        — Есть, сэр, — Тай отдал ему честь с широкой улыбкой на лице и я невольно отметила, что он так легко подстроился под характер шуток моего отца. Когда произошел этот переход? Одному богу известно. Родители же успели доложить Таю время нашего приземления из Гавайи.        Мы двинулись на выход, Тай придерживал для меня все двери, пока мы не вышли на свежий и почти теплый воздух. Мое легкое платье слегка покачнулась на привычном чикагском ветру, а я все еще прижимала к себе этот прекрасный букет. Что-то теплое разливалось по груди, пока я шла за ним к его машине. Что-то такое приятное, давно забытое. Будто частичка души встала на место.        — Так зачем ты приехал? — спросила я, когда он открыл для меня дверь машины. — Тем более, так поздно.       — Увидеть тебя, — просто ответил Тай, оббегая капот и садясь рядом со мной. — Плевать на время.        — Это мило… но мы же договорились, — я прикусила губу, уже жалея, что эти слова вообще вырвались из моего поганого рта. — О дистанции.        — Думаю, я дал тебе достаточно времени, — он запустил двигатель и из колонок тут же полился Крис Айзек. Прямо как в тот день, когда я попала под дождь.        — Спасибо за цветы, — неловко пробормотала я, прикрывая глаза. В машине приятно пахло. Пахло Таем и чем-то цитрусовым.        — Сфоткай их и выложи в инстаграм, — он подмигнул мне, осторожно выезжая с парковки. — Прямо сейчас.        — О, снова злобные планы мести? — я усмехнулась. Неужели еще не хватит? Но с другой стороны, я бы правда хотела похвастаться таким букетом. Как минимум, это увидит Тенерли.        Я быстрого достала телефон, аккуратно разложив букет у себя на коленях, сделала фото, чтобы было видно часть цветов и торпеду в салоне. Я видела, что он улыбается. Что-то в этом всем веселило его.        — Цветы не только для мести. Я надеялся, что они порадуют тебя, — произнес Тай, когда мы вывернули с парковки.        — Они очень красивые, правда, — я улыбнулась ему в ответ, невольно хлопнув ресницами. Ну, посмотрите на нее, какая кокетка.        — Хочешь завтра поужинать? — спросил он, бросая на меня быстрый взгляд. — Ты свободна после шести?        — О, я… — я шумно втянула носом воздух, публикуя фото в сториз. — Я не знаю.        — Это слишком для тебя? — спокойно спросил он, останавливаясь на светофоре. — Я могу снова дать тебе паузу.        — Нет, я как раз хотела попросить ее закончить, — почти заставила себя произнести это я. — Завтра в шесть. Где?       — Я выберу, — он улыбнулся, а затем положил руку на мое голое бедро и быстрого сжал. Тут же он взял телефон с подставки, делая фото. — Опубликую тоже. Встретил любимую с цветами, — он подмигнул мне, но руку не убрал.        Я почувствовала толпу мурашек, поднимающихся от его теплой ладони куда-то к низу живота. Вспомнила его запах, как склонился надо тогда в бунгало, шелковистость его волос. Эти сумасшедшие движения языком и руками. Мне даже снилось, в ту ночь, когда он уже уехал, как Тай трахает меня. Я бы мечтала повторить это, но теперь очевидно, что складывается все как нельзя кстати.        Словно издеваясь надо мной, Тай рассеянно погладил меня большим пальцем, пока публиковал фото. Я чувствовала, что начинаю дрожать, как пульсирует между ног. Пришлось больнее прикусить губу, ведь я не какая-то дикарка, чтобы набрасываться на него прямо здесь. Я приличная девушка. И вообще, я все еще считала, что мне нужна дистанция от него. Правда, у моего тела было совершенно иное мнение.        — Думаешь, во что это выльется? — пробормотала я, хотя жар от его ладони доходил уже до корней волос. — Все эти фото.        — Кто знает? — он пожал плечом, тронувшись с места. Опять не убрал руку, черт ее дери. — В любом случае, мне уже все равно. Если это поможет тебе, то я только за.        — Благородный рыцарь, — я тихо хихикнула, решив, что лучше перехвачу его пальцы и сожму. Может, это успокоит огонь внутри.        Остаток пути мы провели за легким и ничего не значащим разговором о том, что делали в разлуке. Я рассказала о том, как валялась на пляже, он — о том, как решил вопрос со своим другом и клубом и контролировал остаточное строительство в коттеджном поселке. Немного рассказал о том, как водил свою младшую сестру кататься на каруселях в парк аттракционов . Это было мило. Было видно, что ему нравятся дети. Хотя, скорее ему нравятся его дети. Его младшие сестры.        Он высадил меня у дома, но заходить не стал. Родители уже приехали, судя по припаркованной машине отца. Напоследок мы позволили себе еще один нежный поцелуй в губы, с обещанием увидеться завтра вечером. Я забрала цветы и буквально выпорхнула из машины, то и дело опуская в них лицо, пока бежала по брусчатке к двери. Какое-то необъяснимое счастье владело мной. Даже представить не могла, что какой-то мужчина приедет ради меня ночью в аэропорт, чтобы встретить и подарить цветы. Я была окрылена. Это сладкое чувство затмевало все дерьмо, случившееся со мной в последнее время.        Пробравшись к себе (родители пошли спать, ночь на дворе!), я поставила цветы в вазу и быстро приняла душ, чтобы смыть дорогу и следы прикосновений Тая, которые все еще не давали мне покоя. В душе я глупо улыбалась самой себе, наслаждаясь ощущением родного дома. Это так приятно после путешествия оказываться в родных стенах. В чем-то знакомом, со своей ванной, постелью и знакомой едой. Раньше я почему-то мало такое замечало, возможно потому, что редко путешествовала.        Стоило мне только опуститься в кровать, как раздалась трель телефона на тумбочке. Я вздрогнула, не понимая, кто мог звонить в такой час еще и с незнакомого номера. Что-то во мне похолодело, но эмоции и желание высказать кому-то, кто решил потревожить мой сон, было сильнее, чем здравый смысл. Я нажала кнопку ответа.        — Ты, блядина, решила отрезать кусок от моей семьи? — смутно знакомый голос раздался в трубке и я нахмурилась.        — Кто это? — спросила я настороженно.        — Твоя, блять, смерть, — на том конце злобно усмехнулись. — Водишься с моим сыном, забыла? Или у тебя несколько таких кавалеров и ты выбираешь кошелечек пожирнее?        — Я не… — до меня дошло кто это. Это мэр города Чикаго. Ебанный Фоэльх Эйни.        — Я не, я да, — передразнил меня он. — Давай так, я даю тебе сколько нужно, а ты оставляешь моего сына в покое. Нам нищенки не нужны в семье.        — Послушайте, — начала я, но меня снова перебили.        — Что? Слушать тебя? Ты кто такая вообще? — он снова усмехнулся в трубку. — Я все про тебя знаю. Про все твои грешки. Думаешь, для меня сложное дело — усадить тебя за решетку. Или лучше для начала заняться твои отцом?        — Вы можете хоть минуту послушать! — взрываюсь я, хотя понимаю, что это бессмысленно. — Я еще раз спрашиваю, кто ты такая, чтобы я тебя слушал? Грязь из-под моего мизинца, — Фоэльх громко заржал в трубку. — Сколько? Ну, говори.        — Нисколько! — ответила я, мозгами понимая, что разговор просто бессмысленный. Отец Тая истинный подонок.       — Значит, увидимся в суде, шалава, — бросил он, а затем трубку наполнили быстрые равномерные гудки.        Я убрала телефон, растерянно глядя на экран. Какое-то чертово безумие. Мне звонит взрослый мужик и угрожает расправой. Неужели это дело рук Вэл? Это самое логичное объяснение, откуда он достал мой номер.        Господи, зачем ей это всё? Чтобы что? Сломать меня окончательно? Довести до ручки? Оставалось только гадать, что она наплела Фоэльху. У меня особенно и нет грешков, за которые можно посадить. Но кто знает, может этот псих решит подкинуть мне наркотики, чтобы убрать от своего драгоценного сыночка.        Делать нечего. Я набрала номер Тая. Вряд ли он успел доехать домой, да и ему следует быть в курсе этой ситуации. Я могла бы написать, но мозг решил, что ему нужно услышать его бархатный голос и прийти в норму. Тем более, дело пахнет настоящими писюнами.