Глава 9

Если бы кто-то несколько лет сказал Хан Джи Уку, что он возьмёт за привычку завтракать с племянницей в кафетерии недалеко от их квартиры, он бы счёл говорящего душевнобольным. Сейчас же, после нескольких месяцев в Йонсане, для него и Сон А это стало даже рутиной. Началось всё с того, что он заметил на удивление забитые с утра забегаловки и рестораны. Потом узнал, что для многих жителей Йонсана это почти традиция — позавтракать вне дома всей семьёй, прежде чем поехать на работу или в школу. В одно утро Джи Ук спросил Сон А, не хочет ли она выпить с ним кофе, прежде чем он отвезёт её в колледж. И племянница согласилась. Пусть так, словно делала ему одолжение. После же нескольких таких завтраков, на которые они отправлялись не задумываясь, детектив понял: Сон А радуется этим коротким посиделкам в кафетерии, где он обычно заказывал ей либо сэндвичи с банановым коктейлем, либо какой-нибудь английский или французский завтрак, а себе — просто кофе. Со временем племянница даже начала рассказывать ему, что происходит в колледже. — Этот индюк опять завалил домашкой, — жаловалась девушка в одно утро на нелюбимого преподавателя. — Два доклада с презентацией, представляешь? Джи Ук скривился: — Не напоминай… Терпеть не мог школу, — признался он. Сон А фыркнула: — Что ж ты тогда в детективы пошёл, раз учиться не любил? Это экстрим такой? — Эй, учиться мне нравилось! — возмущённо протянул детектив Хан. — Просто ходить на уроки не любил. — Спорю, ты спал на уроках, — с удовольствием поддразнила племянница. Замечать, чтобы не говорила с дядей в таком тоне, Джи Ук не стал: не любил акцентировать внимание на том, насколько он старше девушки. Он сам был ещё ребёнком, когда она родилась, и они практически выросли вместе — он ментально, она физически. — Что у вас за скандал случился? — спросил он, будто между прочим, и отпил американо. Сон А цокнула: — Блин, ты и об этом знаешь? — Я в полиции вообще-то работаю, — заметил детектив Хан. — Та девушка с собой пыталась покончить? — уточнил он, вспомнив рассказ коллеги. — Она с одним преподом линию заделала, — фыркнула племянница, — клялась, что на самом деле тот соблазнил её после факультатива… Как бы то ни было, издевались над ней все, кому не лень, — рассказала она. — Тут же, если у тебя линия без свидетельства о браке, житья не дадут… Скажи, только честно, — подавшись ближе, с интересом проговорила Сон А, — чем ты руководствовался, когда решил нас сюда перевезти? Здесь ведь максимальный процент снобов на единицу пространства. — Что плохого в морали? — уязвлённо вернул Джи Ук. Племянница чуть не подавилась сэндвичем: — И это ты говоришь? Но детектив на её сарказм только хмыкнул: такие замечания его никогда не задевали. — Линии не всегда отражают правду, Сон А, — неожиданно серьёзно сказал он. — Только не говори, что твои линии сами собой копироваться начали, а ты вовремя ксерокс не вырубил, — недоверчиво протянула племянница. Джи Ук с трудом сдержал смех и занудливо заметил: — К таким красавчикам, как я, девушки сами липнут. — Вот попадётся тебе такая, которая не будет липнуть, там и поймёшь, какой ты красавчик, — проворчала Сон А и встала. — Ты не допил? Может, поедем? — Давай, — детектив заглотал остатки кофе и поднялся следом. В участке весь его день вплоть до вечера съели записи с камер: их было так много, что временами он забывал, что, собственно, он ищет. Джин Су так же возился со звонками, потом уехал опрашивать свидетелей. Чувствовавший, что глаза начинают немилосердно болеть, Джи Ук решил было взять перерыв, но тут его внимание привлекло то, что заставило его вмиг забыть об усталости. — Не может быть… — вырвалось у него. Он подался вперёд, хмуро вглядываясь в экран. — Она в Сеуле? — пробормотал он. Не узнать высокую фигуру Ли Гю Джин, которую искал весь последний год, детектив Хан не мог. Следующие пятнадцать минут он переключался между разными записями, пытаясь отследить путь женщины в день смерти последней жертвы: он не сомневался, что она связана с убийствами — на это указывали и присланные ему частным детективом скрипты её звонков. Завидя же, как Ли Гю Джин заходит в цветочный магазин «Ликорис», Джи Ук похолодел. Судя по записи с видеорегистратора, женщина провела в магазине несколько минут и вышла без букета. О чём она говорила с владелицей цветочного, детектив Хан мог только гадать. Впрочем, гадать он не собирался. Подскочил на ноги, подхватив синюю рубашку, и выбежал из участка, на ходу набирая номер О Хан На. Будто назло, девушка не ответила. Джи Ук продолжал названивать ей всю дорогу до «Ликориса», наплевав на правила приличия: слишком сильным был страх, что этой девушке кто-нибудь может угрожать. Детектив Хан с отчаянием понял, что ни за что не простит себе, если Хан На причинят боль. Он не мог допустить, чтобы её ясный доверчивый взгляд потух. Шины возмущённо взвизгнули, когда Джи Ук на скорости зарулил на площадку перед цветочным. Смеркалось, и магазин выглядел погружённым в тишину и покой. Детектив Хан вышел из машины, предчувствуя, что цветочный закрыт, и раздражённо дёрнул ручку входной двери, поняв, что был прав. Затем огляделся, собираясь с мыслями. Режима девушки он не знал и не мог точно сказать, закрывается ли магазин именно в это время или Хан На просто ушла пораньше. Вновь набрав её номер, Джи Ук сбежал по ступеням и быстро зашагал к переулку, в сторону квартир. Хан На жила поблизости — он недавно подвозил её до дому, — и существовала вероятность, что он может её догнать. И тут он услышал крик. Громкий, испуганный. — Вот чёрт… — слетело с его губ, и он сорвался с места. Пронзительное «Пустите!», которое донеслось из-за угла, принадлежало Хан На, детектив в этом не сомневался и на бегу вытащил из кобуры револьвер. В машину девушку затолкали прямо на его глазах, едва он выбежал в переулок, и он побежал быстрее, чтобы успеть. Автомобиль уже тронулся, когда Джи Ук выстрелил. Два раза, и оба удачно. Ехать со спущенными колёсами водитель не смог и не справился с управлением уже на выезде из переулка. Детектив же добежал до машины как раз в ту секунду, когда похититель выбрался из салона, явно решив дать дёру. Джи Ук схватил его за ворот, резко затормаживая у машины, но инерция влепила обоих в дверцу. — Ублюдок… — прошипел детектив, размахиваясь, и врезал похитителю так, что тот, впечатавшись головой в дверцу, сразу обмяк. Раздумывать Джи Ук не стал, тотчас надел на мужчину наручники и вызвал коллег. На это у него ушло всего полминуты, за которые Хан На молча выбралась из салона. Теперь же девушка стояла, прислонившись к стене дома, в который въехала машина, и явно с трудом держалась на ногах. — Хан На… — быстрым шагом подошёл к ней детектив Хан. — О Хан На! Лицо девушки было таким бледным, что, казалось, она сейчас упадёт в обморок. Джи Ук взял её за плечи, продолжая звать по имени, и Хан На наконец качнула головой, будто приходя в себя от потрясения. В следующую секунду она прижала ладонь к губам и тихо всхлипнула. И детектив просто прижал её к груди, крепко обняв обеими руками. — Всё хорошо, всё хорошо, — повторял он, пока она глухо плакала, спрятав лицо у него на плече. — Он тебя больше не тронет, всё в порядке… Оглянувшись на лежавшего без чувств мужчину, Джи Ук с трудом унял желание увести девушку домой тотчас, не дожидаясь, пока полиция заберёт горе-похитителя в участок. Хан На всё всхлипывала, пытаясь успокоиться, а его вдруг всего пронзило облегчением. «Успел», — подумал он и крепче прижал девушку к груди.