Быт, развитие отношений, бытовые конфликты, любовь, романтика, Семейная Жизнь, Отпуск.

Месяц первый. Темари никогда не думала, что переезд в Коноху окажется настолько... раздражающим. Один из первых дней после её переезда начался с того, что Шикамару, привыкший к своему порядку, спросонья запнулся о веер, оставленный у тумбочки. Грохот разбудил её куда эффективнее, чем солнечный свет. — Зачем ты кладёшь оружие посреди комнаты? — проворчал он, потирая босую ногу. — Зачем ты ходишь, не глядя под ноги? — огрызнулась Темари, закутываясь в одеяло. Завтрак тоже не задался. Шикамару привык к простой еде — рису, мисо-супу, иногда рыбе. Темари же, выросшая в Суне, обожала острое и насыщенное. Первая же ложка её утреннего рагу заставила Шикамару покраснеть и хрипло пробормотать: "Это... огонь..." в прямом и переносном смысле. Вечером они обнаружили, что их представления о комфорте тоже различаются. Темари любила открытое окно, даже если на улице прохладно, а Шикамару — плотные шторы и полумрак. После двадцати минут спора они сошлись на компромиссе: окно приоткрыто, но занавеска отгораживает кровать от сквозняка. — Какой ты невыносимый, — вздохнула Темари, укладываясь спать. — Да, да — буркнул Шикамару, но через минуту его рука потянулась к её талии, осторожно приобнимая её и прижимая ближе. Темари фыркнула, но не отстранилась.

***

Месяц третий. Три месяца совместной жизни — и Шикамару начал понимать, что брак — это не просто «удобно» или «нужно», как он себе представлял. Это ещё и бесконечные компромиссы, странные привычки партнёра и моменты, когда хочется зарыться лицом в подушку и закричать. Темари выросла в семье Казакаге, где всё должно было быть безупречно. Пыль — это позор. Вещи не на своих местах — признак лени. Поэтому, когда она обнаружила, что Шикамару считает "уборкой" сгребание всего хлама в один угол комнаты, её глаз дёрнулся. — Это что за система? — спросила она, поднимая плащ и наблюдая, как из его карманов выпали пустые пачки сигарет, носки, сюрикены и порванный мешок с порохом. — Э… временное хранение? — попытался отшутиться Шикамару. — Временное?! Тряпку в зубы и вперед! С тех пор в доме появилось правило: если Шикамару не уберётся сам, Темари сделает это за него. Но её "уборка" включала в себя выкидывание всего, что, по её мнению, было мусором. Включая его любимую потрёпанную книгу шоги, которую ему подарил Асума — Ты что, серьёзно её выбросила?! — Она рассыпалась в руках! — Это была память, коллекционное издание! В тот вечер они не разговаривали. Но на следующий день Шикамару вернулся домой с двумя новыми книгами — одной для себя, другой для Темари. А она… достала из шкафа ту самую старую книгу, которую на самом деле не выбросила, а отнесла переплести. — Ты же всё равно её восстановил бы, ленивый ты эгоист, — буркнула она, но в уголке рта дрогнула улыбка. Шикамару мог спать везде, всегда и в любых условиях. Темари же, привыкшая к тревожным ночам в Суне, часто просыпалась от любого шума. Однажды ночью она резко села, услышав странный звук за окном. — Шикамару! — тряхнула его за плечо. — М-м-м… что? — он даже не открыл глаз. — Кто-то снаружи! — …это ёжик. — Какой ёжик?! — Тот, что каждый день копошится — его голос снова провалился в сон. Темари в ярости вышла проверить — и действительно, под кустом возился маленький ёжик. С тех пор, если она просыпалась от шума, то просто пинала Шикамару ногой и говорила: — Объясни. И он, не открывая глаз, бормотал что-то вроде: — Это соседский кот… ветка о стекло… опять этот дурацкий ёжик… И она, убедившись, что это не вражеский ниндзя, засыпала.

***

Месяц шестой. Когда Темари получила письмо от Гаары с уведомлением, что он и Канкуро на следующей неделе приезжают в Коноху с официальным визитом и заодно наведаются к ним домой, её первая реакция была: — Что!? Шикамару, мирно жующий рис у стола, поднял бровь: — А что такого? — Гаара. В нашем доме. Ты понимаешь, что это значит?! Шикамару медленно пережевал, подумал и ответил: — …что надо купить больше чая? Темари схватилась за голову. Следующие три дня дом напоминал штаб перед военной операцией. Темари вымела каждый угол, перемыла все поверхности и даже заставила Шикамару переставить мебель «Нет, диван не может стоять спиной к двери, это неуважение к гостям!». — Ты знаешь, что Гааре вообще всё равно, куда смотрит диван? — зевая, спросил Шикамару, пока натирал пол. Когда Шикамару нашёл её отдраивающей потолок "На всякий случай", он просто взял её за талию, снял со стула и заявил: — Всё, хватит, они твои братья или санэпидемстанция? Ты и так вылизала тут всё до блеска. Темари хотела возразить, но вдруг заметила, что он тоже прибрался — даже его вечно растрёпанные волосы были завязаны аккуратнее обычного. "Чёрт… он правда старается", — подумала она, и напряжение немного отпустило. Гаара стоял на пороге, бесстрастно осматривая их жилище, а Канкуро тут же начал ёрничать: — О, так тут правда пахнет браком! Чисто, уютно… и это ты, Шикамару? Или Темари тебя дрессирует? Шикамару вздохнул: — Если я скажу «да», ты отстанешь? — Ни за что. Гаара, тем временем, молча протянул Темари увесистый свёрток: — Подарок. Чай из Суны. Темари умилилась, но когда развернула, внутри оказался… её любимый чай, который не продавался в Конохе. — …ты специально его привёз? — Да. Пока Темари на кухне готовила закуски, Канкуро неожиданно козырнул бутылкой сакэ: — Ну что, Нара, выпьем за то, как ты выживаешь с моей сестрой? Шикамару хмыкнул, но взял чашку. Гаара, к удивлению, тоже. — Она тебя не достаёт? — с притворной невинностью спросил Канкуро. — Если бы доставала, я бы уже придумал, как избежать этого, — Шикамару лениво потянулся. — Но пока всё… терпимо. — О-о-о, «терпимо»! — засмеялся Канкуро. — Значит, бывают моменты, когда ты вообще её не понимаешь? Шикамару задумался и неожиданно ответил серьёзно: — Чаще всего — когда она злится из-за мелочей. Но потом понимаешь, что для неё это не мелочи. Гаара вдруг произнёс: — Она всегда была такой. Но она счастлива здесь. Шикамару улыбнулся про себя. "Да… и я тоже". Когда гости уходили, Канкуро на прощание хлопнул Шикамару по плечу: — Если что — мы всего в паре дней пути. — Угрожающе звучит, — поёрничал Шикамару. — Так и задумано. Темари покачала головой, но когда дверь закрылась, облокотилась на Шикамару: — Всё прошло… нормально? — Да, — он обнял её за плечи. — Только теперь я знаю, что твой брат готов убить меня, если я тебя расстрою. — Ага, — она усмехнулась. — Но ты же не расстроишь? — Слишком много возни, — он зевнул. Темари толкнула его локтем, но не стала спорить.

***

Девятый месяц. Темари стояла у окна, закусив губу. Не далеко, в парке, кучка молодых генинов отрабатывала базовые техники. Её пальцы непроизвольно сжались — тело помнило каждое движение, каждый взмах веера, но… Она больше не была ниндзя Суны. Но и домохозяйкой — тем более. Дверь щёлкнула, и Шикамару, наконец, вернулся. Опять поздно. Опять с запахом табака и усталыми глазами. — Опять курил? — её голос прозвучал резче, чем она планировала. Шикамару вздохнул, снимая сандалии: — Был тяжёлый день. — Каждый день у тебя "тяжёлый". Он промолчал, прошёл на кухню, открыл холодильник. Пусто. — Ты не готовила? Темари почувствовала, как внутри что-то закипает. — А ты не предупреждал, что задержишься! Шикамару закрыл холодильник и потёр переносицу: — Я же работаю. — «Работаю» — это не ответ! Ты мог бы уточнить, когда вернёшься! — Да какая разница?! — он резко повернулся к ней. — Ты же всё равно целый день дома! Тишина. Темари ощутила, как что-то острое вонзается ей в грудь. — …что? Шикамару сразу понял, что перегнул, но отступать было поздно. — Я не это имел в виду. — Нет, ты именно это и имел, — её голос стал тихим и опасным. — Ты думаешь, мне нравится сидеть здесь и ждать, пока ты соизволишь появиться? — Тогда найди себе занятие! — Какое?! — она резко хлопнула ладонью по столу. — Мне негде себя применить, Шикамару! Я не могу быть тем, кем была, но и это — не моё! Он хотел ответить, но она уже развернулась и ушла в спальню, громко хлопнув дверью. Шикамару остался на кухне, закурил, хотя знал, что это её ещё больше разозлит, и уставился в потолок. Он был прав — она действительно могла бы занять себя чем-то. Но… "Идиот", — подумал он. Темари никогда не была тем, кто просто "ждёт". Она — ураган. А он… загнал её в рамки, даже не заметив. Темари проснулась с красными глазами и тяжёлой головой. На кухне пахло кофе. Шикамару сидел за столом, перед ним — два полных стакана и… карта заданий Конохи. — Что это? — хрипло спросила она. — Вакансии, — он потянулся к сигаретам, но, поймав её взгляд, убрал пачку подальше. — Ты права. Тебе нужно дело. Темари нахмурилась: — Я не могу быть ниндзя Конохи. — Но можешь быть кем-то ещё, — он пододвинул листок. — Вот — обучение молодых чунинов ветровым техникам. А вот — советник по международным отношениям. Или можно открыть что-то своё, как магазин Яманака. Она уставилась на него: — Ты серьёзно? — Да. — …а вчерашнее? Шикамару вздохнул: — Я был ослом. Темари фыркнула. Потом неожиданно рассмеялась. — Что? — он нахмурился. — Просто… — она потянулась за кофе, — ты первый раз за всё время действительно повёл себя как муж. — …это комплимент? — Может быть. Они сидели в тишине, но теперь она была тёплой.

***

Год вместе. Тёплый ветер с моря шевелил волосы Темари, пока она лежала на песке, прикрыв глаза ладонью. Рядом Шикамару копался в прибое, собирая гладкие камешки — якобы для шоги, хотя она точно знала: он просто наслаждался тем, что не нужно никуда спешить. Их первый совместный отпуск. Не командировка, не миссия, не вынужденная поездка по делам деревни — просто их время. — Знаешь, что я сейчас поняла? — Темари перевернулась на живот, подпирая подбородок кулаками. — Что я слишком бледный для пляжа? — Шикамару положил перед ней красивую ракушку в форме веера. — Что мы никогда не отдыхали просто так. Он задумался. Действительно — даже их медовый месяц был сорван экстренным советом Каге. — Это потому что мы оба ужасны в планировании, — заключил он. — Нет, это потому что ты ленивый, а я ответственная, — она пнула его ногой, но без злости. — Справедливо. Они молча смотрели на волны. — …надо бы повторять это хотя бы раз в год, — тихо сказал Шикамару. Темари улыбнулась: — Договорились. Вечером, за ужином в маленькой прибрежной таверне, Темари неожиданно спросила: — Шикамару… ты думаешь о детях? Он поперхнулся сакэ. — …это намёк? — Нет. Вопрос. Он отставил чашку, задумавшись. — Если честно… пока нет. Работа, дела — он посмотрел на неё. — А ты? — Я не знаю, — она покрутила стакан в руках. — Раньше даже представить не могла себя матерью. Но сейчас… Она не договорила, но Шикамару понял. — Когда-нибудь — да, — он накрыл её ладонь своей. — Но не сейчас. Темари кивнула. Ей было достаточно, что он вообще задумался об этом. Перед отъездом они зашли на местный рынок. Темари выбрала два одинаковых брелока — крошечные резные веера. — На память, — протянула один Шикамару. — Ты же знаешь, я всё теряю, — он нахмурился, но взял. — Потому и два. Если потеряешь — будет запасной. Он рассмеялся и неожиданно потянул её за собой в узкий переулок между ларьков. — Шика? Он прижал её к стене и поцеловал. — Это чтобы ты не забыла, какой отпуск был лучшим, — пробормотал он, когда они снова вышли на освещенную улицу. Темари фыркнула: — Пока что — лучшим.