Часть 18 В опочивальне

Анастасия лежала на широкой кровати, её волосы раскинулись по подушке, а руки прижимали живот. Она тихо стонала, словно сама жизнь уходила из неё. Лицо бледное, губы пересохшие. Дверь распахнулась — вошёл Иван. Он был ещё в тяжёлом кафтане после казни, с запахом дыма и крови. Иван (глухо, но тревожно): – Настя… что это с тобой? Анастасия подняла взгляд, её глаза были красные от слёз. Анастасия (сдавленным голосом): – У меня всё болит, Ваня… Живот, грудь, плечи… даже дышать тяжело. Это всё после вчерашней ночи. Я отдалась тебе, лишь бы ты успокоился… Но больно было так, что я рыдала, а ты не видел. Иван (нахмурившись, но сдержанно): – Ты же моя жена… ты обязана делить со мной и боль, и радость. Я не хотел причинить тебе страданий… Но пойми — мне нужен сын, наследник! Русь ждёт его! Анастасия (вскрикнув, со слезами): – А я что, не человек?! Я тоже хочу быть матерью, но не через муку, не через крики «терпи, Настя!»… Я не раба твоя, Ваня, я жена твоя! Иван шагнул ближе, сел на край кровати. Его лицо было жёстким, но в глазах блеснуло сомнение. Иван (тише, но упёрто): – Всё, что я делаю, я делаю ради тебя, ради нас, ради царства. Если ты дашь мне сына — я вознесу тебя выше всех, Настя… Но если нет… (сжал кулак) — что мне делать тогда? Анастасия отвернулась к стене, дрожа. Анастасия (шепотом): – Мне страшно, Ваня… я не знаю, выдержу ли ещё одну такую ночь… Ты убьёшь меня раньше, чем я сына тебе рожу. Эти слова будто ножом прошли по Ивану. Он замер, дыхание стало тяжёлым. Иван (тихо, почти себе): – Убью… тебя?.. Нет… Нет! Я не позволю! (резко вскакивает) Но… и ждать я не могу. Он начал метаться по комнате, заламывая руки, то глядя на неё, то в пол. Анастасия (срывающимся голосом): – Пожалуйста… дай мне время… хотя бы немного… Я не железо, Ваня. Я твоя Настенька… твоя любимая… Иван остановился. Долго смотрел на неё, потом сел снова, осторожно коснулся её руки. Иван (почти шёпотом): – Любимая… Настя моя… Я зверь, да? Я рву тебя, не слушая криков твоих… Анастасия взглянула на него сквозь слёзы. Анастасия: – Ты — царь… но с женой будь мужем, не палачом. Иван тяжело вздо хнул, положил ладонь ей на живот и долго молчал. Иван сидел, держал руку на её животе и молчал. Иван (сдержанно, но дрожащим голосом): – Тепло… но не крепко. Словно внутри у тебя что-то рвётся. Анастасия (тихо, от усталости): – Потому что я из сил выбилась, Ваня… Я не камень. Ты хочешь сына — я хочу тебя живым и любящим. Но если так будет и дальше… меня не станет. Иван резко сжал её ладонь. Иван (почти с криком): – Молчи! Не смей так говорить! Без тебя я сам умру! Анастасия (слабо, сквозь слёзы): – Тогда не убивай меня своими руками. Дай мне время… Иван тяжело поднялся, начал ходить по комнате, глядя в пол. Иван (глухо): – Время… время… А Русь ждать не может! Бояре каждый день твердят: «Где наследник? Где сын?» Я грызу себя изнутри, Настя! Анастасия (со слезами, но твёрдо): – Пусть боятся царя, а не я. Я не виновата, что дочь родилась. Бог послал её нам! Разве это мало? Иван остановился, посмотрел на неё так, будто хотел что-то возразить, но слова застряли. Иван (шёпотом): – Бог… А вдруг он и вправду испытывает меня? Послал дочь, чтоб проверить, сберегу ли я тебя… или погублю. Анастасия (протянула к нему руку): – Ваня… сбереги. Он подошёл, сел рядом, взял её ладонь обеими руками и уткнулся лбом в пальцы. Иван (хрипло): – Я звал лекарей… они ждут за дверью. Хочешь — впущу? Пусть посмотрят, что с тобой… Анастасия (колеблясь, но твёрдо): – Впусти. Только ты обещай… не заставлять меня больше через силу. Иван вскинул голову, глаза его полыхнули. Иван (жёстко): – Я царь! Я не клянусь! Анастасия отдёрнула руку, отвернулась к стене. Анастасия (горько): – Тогда и я не жена тебе, а пленница… Иван замер, тяжело дыша. Несколько секунд молчал, потом выдави л: Иван (тихо, словно ломаясь): – Ладно… обещаю.