Глава 17. Духи леса.

- Черт бы побрал этого Тралла! – прорычал Громмаш. – Отправить своих лучших воинов рубить лес! Пока он там шатается по всяким непонятным делам… Он же пропадет без меня… Гром помнил, как впервые встретился с Траллом, когда его воины поймали какого-то сбежавшего из лагерей молодого парня. Слишком, впрочем, старого, чтобы родиться в одном из таких, все же первые несколько лет после поражениям сородичам едва хватало воли, чтобы набивать себе брюхо, что уж говорить о том, чтобы размножаться. Да и женщин в близлежащих лагерях, насколько знал Гром, вообще не было. В противном случае он со своими ребятами давно бы напал на таковые и отбил «прекрасных дам», чей недостаток ощущался достаточно сильно, чтобы заставить орков пойти на серьезные риски. И несмотря на соплячий возраст, у парня был стержень внутри, достаточно крепкий, чтобы не согнуться под натиском ветеранов Песни Войны. У него была честь, а ярость и кровожадность спали крепким сном до тех пор, пока не понадобились бы в бою. Он был чист, свободен от грехов предков и способен сам выбирать свой путь. В то время идиоты из его клана поймали человеческого ребенка, слишком близко забредшего к их лагерю, и, поскольку им было велено не нападать на людей без приказа, решили повесить его убийство на так стати появившегося орка-чужака. Ничего умнее в их головы не пришло, а Гром тогда отдыхал и беспокоить его не решились. Тем не менее у парня, на которого они хотели спихнуть свои проблемы, оказались в наличии яйца, достаточно крупные, чтоб не только послать наседающих на него старших в без сомнения интересное путешествие, но еще и встать на защиту человеческого дитя. Судьба последнего Грома не волновала, пропадающие в лесах дети не были редкостью для глухих деревушек и никак бы не выдали орков своей гибелью, но, когда вождь подошел на поднявшийся шум, он решил сохранить человечку жизнь, просто из новообретенного уважения к Траллу. Они все равно планировали менять укрытие, потому ничего страшного. Гром никогда не был дружен с Дуратаном, они сражались вместе, да, но говорить им было особо не о чем. Однако в тот миг орк уловил в молодом сородиче что-то знакомое. И он был прав, это оказался сын Дуратана, орка, который до последнего отстаивал честь своего народа и пытался вырвать их из лап демонов. Потому, когда Тралл поднял восстание и вместе с Оргримом призвал орков сражаться, то Адский Крик без вопросов присоединился к нему. А когда умирающий Молот Рока оставил свой титул вождя молодому шаману, то Гром был первым кто поддержал его. Не потому что Тралл был бы лучше, все же у него опыта куда больше, а потому что этот юноша воплощал собой надежду и перемены среди орков… - Он – твой вождь, которого ты сам выбрал, что ж ты лаешь на него, как собака? Старость лишила тебя последних остатков сдержанности? Гром заскрежетал зубами от мысли, что Эйс был прав. Во всем, кроме старости. Кровожадность застелила ему глаза, и он словно забыл о существовании Тралла, после чего поставил под сомнение приказы вождя… Это было неправильно и Гром не сразу понял, что натворил. «Кровь кипит… мне порой тяжело думать… Неужели демоны и правда вернулись?» Ему рассказали о том, что случилось на другом континенте и почему эльфы тут. Похоже враги явились и точно не оставят орков без внимания. Потому нужно держать себя в руках и не позволять ярости управлять собой. Он понимал это, его воины понимали это, но порой так накатывала ярость, что думать становилось крайне тяжело. Песнь Войны была известна как раз за умение управлять собой в кровавой ярости, не теряя себя, выходя из этого состояния по собственному желанию. Они были берсерками еще до того, как получили дары демонов, и приручили свою кровожадность, как никто иной, но годы отчаяния и пряток подточили их волю. И только предкам ведомо, успеет ли оная заново окрепнуть, прежде чем воины окончательно потеряют контроль, превратившись в кровожадных зверей. Потому может и хорошо, что их отправили подальше. В таком состоянии конфликта с эльфами было бы не избежать. «Ничего, Эйсиндаль, мы еще сразимся с тобой. Я тебе не проиграю…» Кулак Гронда за эти годы стал куда сильнее. Одного взгляда достаточно, чтобы это понять. Перед ним уже не погруженный в ярость солдат, а настоящий генерал. Похожим он был уже в последнюю их встречу у Темного Портала, но сейчас стал куда опаснее чем раньше. «Ох, битва с его учителем и тем паладином была не интересной, но с Кулаком Гронда все будет иначе, - улыбнулся он. – Да, его шаманские приемы немного неприятны, как и умение ходить по воздуху, но что-то с этим вполне можно придумать. Я в свое время на гронов охотился и какой-то эльфийский бегун мне не помеха!» Его кровь кипела от мысли о будущей битве. Он не успокоится, пока не сразится с ним. Вряд ли Тралл даст им драться до смерти, да и причин убивать друг друга нет, но сама битва должна состояться. Да, любая битва несет свои риски, и, возможно, кто-то из них все равно погибнет, но для настоящего воина, вроде Грома, это лишь добавляет жизни красок. Красок, которых так не хватает тут. «Я скоро со скуки сдохну в этом лесу»… Лес встретил их привычными звуками и уже не таким привычным полумраком. Деревья тут такие большие, что кронами своими скрывают небо от чего солнечные лучи с трудом пробиваются к земле. Это превращает данный лес в немного жуткое место, где бродит немало зверья. Весьма вкусного зверья, какое им редко удавалось поймать. Жизнь то в лордеронских лесах, то в альтеракских горах не слишком приятна, как и вынужденные вылазки за едой к ближайшим селам и человеческим деревням. Он не гордился такими налетами, ведь мало того, что враг толком не мог сражаться, так еще и люди после такого прочно вставали к ним на след. Приходилось менять место лагеря, кружить по горам и, нередко, терять хороших орков. Сельские дворянчики с их вшивой дружиной не были угрозой для Громмаша и его воинов, но на их гибель отреагировали бы уже настоящие войска людей. Лучше уж было вновь бросить вызов горам, пусть они тоже брали у орков свою кровавую дань… Ни гордости, ни надежды – Громмаш не мог предложить своим оркам ничего. Жизнь после разрушения Темного Портала была тусклой и печальной. Он увел всех, кого мог подальше, вырвался из Штормвинда, но на этом все. Идти к Черной горе Гром отказался. К нему приходили послы от Ренда и Мейма, с предложением служить им, но вернулся к своим хозяевам лишь один, увозя головы остальных ничтожеств. Сам Гром мог быть не лучшим вождем для мирного времени, но у этих двоих вообще не было ничего, кроме родословной. Ни силы, ни мозгов, ни чести, только конура, поводок и миска, щедро подаренные им дворфами за охрану входа в их жилище. «И они осмеливаются этим хвастаться! С какой радостью я выпустил бы этим ничтожествам кишки». Но, увы, пришлось уходить так. Да и штурмовать Тенегорн не лучшая идея. Можно лишь понадеяться, что если демоны все же придут туда, то они тех уродов перебьют. «Жалкие паразиты…» И ведь даже не понимают кем они приходятся для дворфов Черного Железа. Псы, уверенные, что равны хозяевам. А дальше были годы жизни в бегах. Закрытие Темного Портала и потеря родины погасило тот огонь, что горел в их крови, дав начало долгому отчаянию и скорби по потерянным близким. «Гаррош… сын мой…» Он корил себя, что не взял сына с собой, оставил его там и сейчас потерял навсегда. Да, тогда мальчик был болен и слаб, он мог бы не пережить переход, но хоть увидел бы солнце нового мира… Громмаш знал, что подобные размышления были бесполезны, что они шли выиграть время и собирались вернуться, в свой мир, и даже подумать о том, чтобы взять с собой балласт в виде семей мог бы только пророк… Но серое, безнадежное бытие словно было создано, чтобы наполнять его голову бесполезными мыслями. И дальнейшие годы были заполнены оным. Найти еду и спрятаться подальше, желательно не показываться людям. Первые годы он пытался освобождать собратьев из лагерей, но те не хотели уходить. Апатия и скорбь сломили многих, и у них просто не было воли к борьбе. Со временем эта воля начала возвращаться, но Гром и его воины уже и сами разочаровались, опустили руки, пропустив перемены в настрое сородичей. «А затем появился он…» Тралл сразу показался Грому странным. Молодой орк с чистыми глазами, без отчаяния и скорби, плохо знающий родной язык и ведущий себя как человек. Отважный и решительный, такое Грому нравилось. Они быстро стали хорошими друзьями, и он помог парню найти свой клан. Песнь Войны пересекалась порой с Северными Волками, но в какой-либо союз это так и не перешло. Еды в горах было мало, и чтоб хоть как-то прокормиться, приходилось рассеиваться по большим площадям, вступать в схватки с гноллами и людьми. Каждый клан и так едва удерживался от того, чтобы распасться на небольшие группки, рыскающие в поисках провизии… А затем Тралл пропал… Чтобы вернуться вместе с Оргримом. Сила шамана давала понять им, что духи дают оркам шанс исправиться, а надежда на новый дом и новое будущее снова разожгли огонь в крови воинов. Но не огонь демонов, не жажду разрушений, а что-то большее, что-то сильное. То самое, с чего начиналась Орда, то самое что объединило их, что потом заменила собой Скверна в демонической крови. Все это вернулось, и Громмаш первым поднял свой топор за новую Орду. И вновь воздел его, когда Тралл, после гибели старого вождя, нуждался в поддержке. «А затем я подвел его…» Он стыдился своего поступка. Не то что он убил людей, а то что он публично ослушался приказа вождя, пререкался с ним и выставил его волю как ничто перед собой. Он стыдился, что дал своей кровожадности затмить разум и опозорил себя. И потому он смиренно принял наказание, хоть оно ему и не нравилось. - Добыча идет неплохо, босс! – послышался писклявый голос маленького гоблина по имени Зарветих. Гром с гоблинами во время войны не работал. Только слышал о них, но впоследствии сумел договориться с несколькими картелями на поставку продовольствия своему клану. Не всегда была возможность добыть пищу, а иные трофеи им в пещерах были не особо нужны. Гоблины же готовы были обменивать что угодно на еду. Не самую вкусную, но это позволяло его клану выжить. Вот и сейчас, прибыв к лесу, он с удивлением встретил этих коротышек, которые сразу же предложили Адскому Крику сделку. - О, круто, Задира! – рассмеялся Зарветих. – Кароче. Вам деревья нужны? Так нам тоже. Если обеспечите нашу безопасность там, то поделим пополам. Идет? - Хорошее предложение, - кивнул Гром. – Только вот. Одним взмахом Кровавого Воя он с лёгкостью разрубил целый валун рядом с ним, заставив носатых подпрыгнуть и побледнеть. - Это демонстрация что я могу, если вдруг решишь нас кинуть и подумаешь, что твои крошеры тебе помогут, - оскалился орк. – Все ясно? - Эй, друг, мы и не собирались кидать тебя! – тут же поднял руки глава этого маленького картеля. – Все по чесноку! Разумеется, гоблины не были бы гоблинами, если бы не планировали их надурить, но после демонстрации силы их мысли перешли из разряда «как ничего не заплатить» в «как использовать свою новую защиту получше». Громмаш прекрасно знал, что вести дела полностью честно коротышки были просто не в состоянии, но пока они не пытались присвоить себе долю орков, его их махинации не волновали. Ну зарубятся они в более опасный участок, чем следует, злоупотребляя его защитой… Он хоть разомнется. Впрочем, пока о таком он только мечтал. Работали в основном гоблины на своих машинах, да несколько ребят с топорами, что посменно помогали им. Остальные таскали бревна да патрулировали периметр. Дело шло неспешно, но без перебоев, и постепенно склады наполнялись древесиной. - Как успехи? – спросил он своего партнера. - Отлично, друг! – радовался гоблин. – Хорошее место твой колдун нашел. Прямо идеальное. Тут рядом река что переходит в Строптивую, потому доставлять товар можно с легкостью. Разве что с водопадом поработаем, чтобы в щепки все не разлеталось, но это дело техники и взрывчатки. - Хорошая новость. Что-то еще? - Не, просто хотел сказать, что при таком темпе даже раньше закончим. - Буду знать, – кивнул вождь. Гоблин ушел по своим делам, а Гром продолжил думать над их текущим положением. Лес мало было срубить. Куда сложнее было его доставить, и поначалу эта задача казалась крайне непростой. Да, были гоблины с их дирижаблями, готовые на все за подходящую цену, но им угрожать Гром уже не смог бы. И проверить, куда именно они доставляют груз – тоже. К счастью, тролль-шаман, приставленный к его отряду, был способен, как он говорил, «чуять воду». Он привел их к притоку реки напрямую, не понадобилось даже разведчиков рассылать. По реке можно было сплавить деревья до долины, ныне занятой эльфами, а оттуда доставить до места с помощью кодо. Знать бы еще, впрочем, где это место – когда они расстались, Тралл только собрался оное выбирать. - Вождь! – послышался голос одного из его воинов. Одноглазый Ургор, один из ветеранов его клана и верный помощник морщился и принюхивался. У этого старого вояки был прямо нюх на неприятности и беспокоил он вождя обычно, когда эти неприятности близко. - Этот лес какой-то странный. - Ты так думаешь? – приподнял бровь Гром, глянув на огромные деревья рядом с ними. - Не шути, - огрызнулся Ургор. – Тут слишком тихо… И… за нами как будто наблюдает кто-то. С этим нельзя было не согласиться. Если поначалу все было спокойно. Птицы пели, зверье ходило и живность пряталась, то в последние дни становилось все неуютнее тут. - Духов боишься? Друг уже думал возмутиться, но Гром ему не дал: - Но ты прав. Надо бы проверить. Что там наш колдун говорит? Обозначенный колдун вскоре явился. Высокий и худой тролль в деревянной маске поднял свой посох и звенел какими-то деревянными шариками, словно пытаясь привлечь внимание. Вол’Джин поручил своему самому верному и сильному шаману помочь Песне Войны с этим заданием вместе с небольшим отрядом разведчиков. Работу свою они неплохо выполняют, без всяких нареканий. - Уже смотрю, - послышался голос Залазана. - Что скажешь? - Сложна… Присутствие определенно есть, но определить не могу, - нахмурился под маской тролль. – Быть может… Великолепная реакция Грома сработала как всегда вовремя. Когда летящая стрела едва не убила их колдуна. Адский Крик успел поймать её и тут же отбить топором следующую. - На нас напали! К оружию! – закричал он. Его воины тут же подскочили, подняли щиты и выстроились в защитные порядки, прикрывая друг друга и гоблинов. Из-за деревьев на них обрушился град стрел, который орки встретили в укрытиях. Залп на миг стих и это позволило орку выскочить из-за укрытия и быстро добраться до стены деревьев, за которыми укрывались враги. Настигнув напавших он взмахом топора разрубил лук и ногой оттолкнул того. - Агх! – послышался женский вскрик. Он увидел перед собой… женщину, облаченную в хорошую экипировку похожую на ту, что носили следопыты, но в темно-зеленых тонах. Он увидел синеватую кожу и сияющие белые глаза, а также острые уши. - Эльф?! – удивился он не ожидав встретить их. Это была эльфийская женщина, но какая-то другая. Более крупная, высокая и темнокожая, но взгляд такой же обжигающей гневный. Она выхватила саблю и попыталась ударить орка, но тот отскочил, решив пока не убивать нападавшую. Та увидела в этом шанс и бросилась к своим, которые показались из-за деревьев. - Dare! Dare! (Стойте! Стойте!) – закричал он на эльфийском. Этот язык знал плохо, но в прошлом стычки со следопытами убедили его научиться. – Redla belore! (Переговоры!) Sidh! (Мир!) Мира ему не хотелось. Хотелось кинуться на бешенных баб и порубить на кусочки, возможно, кроме одной или двух. Все же он давненько не щупал женщин… Но он недавно уже проиграл своей жажде крови и не собирался допускать это снова. На лицах эльфийских женщин проскользнуло удивление. Они переглянулись. Явно слова узнали и поняли. Но затем на луки были натянуты стрелы и в него полетели снаряды. Он сумел отскочить за дерево - А-а-а-ах! – послышались крики его воинов. Обернувшись он увидел трупы орков, пронзенные стрелами этих эльфиек. Такое терпеть Громмаш не собирался. - Убить всех! В атаку! – отдал он приказ. А затем эти эльфийки вздрогнули, когда услышали его: - РА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! Его рев словно раздался на весь лес и заставил птиц разлететься в ужасе, а противников на миг замереть в нерешительности. Кровь закипела в венах, и он снова ощутил приятную кровожадность, и увидел страх в глазах своих врагов. Адский Крик шел убивать…