Часть 1 Холодная осень

***

Иногда мне кажется, что всё могло быть иначе… Если бы я не пришла в ту ночь. В ту ночь, возможно, моя жизнь осталась бы серой, холодной, как зимний рассвет. Но я шла, ищущая хоть искру тепла, и не заметила, как вокруг всё пылало — и лишь я осталась целой. Разве я просила слишком много? Я хотела всего лишь почувствовать, что живу. Но кто знал, что эта ночь, рождённая холодом и тьмой, принесёт первое весеннее тепло, которое разожжёт огонь там, где давно была лишь пустота. Вспоминая два года своей жизни, казалось бы, что этот так долго, но черт, как же эти счастливые годы прошли как целый миг. И теперь они воспроизводятся в моей голове как цветные картины, а душа хранит самые прекрасные, трепетные чувства. Но, погружаясь снова и снова, я ощущаю, как он беспощадно затягивает меня в свою бездну, словно черная дыра, не оставляя ни шанса выбраться. Уносит без поворотно, теряясь во времени и в пространстве. Врезался, как острый клинок,оставив самый глубокий шрам, который не заживает ни с годами, ни с попытками, ни сопротивлениями забыть. Как самые любимые и одновременно мучительные кадры фильма, который мой мозг воспроизводит снова и снова, без остановки.

***

Я шла той же дорогой, что и каждый день, где стекались гонщики и зрители. Но в тот день людей было особенно много. Я протискивалась сквозь толпу, где собрались небольшие группы людей, оживленно обсуждавшие предстоящие гонки. Вокруг, как муравьи, разбросанные по группам, команды слаженно возились со своими мотоциклами. Холодная погода не мешала — все были поглощены подготовкой. Осень в этом году была особенно холодной, но мне, как истинному фанату гонок, это не мешало каждый вечер приходить на привычное место. Укутавшись в кожонку, я спрятала лицо от резкого ветра, пытаясь хоть как-то защититься от холода, и, шурша под ногами сухими листьями, ускорила шаг, чтобы занять лучшее место. Пройдя немного дальше, я нашла отличное место, откуда все было видно как на ладони. — Отлично! Не зря пришла раньше, — пробормотала я, усаживаясь поудобнее, и с интересом начала наблюдать за всем процессом подготовки, ведь до начала гонок оставалось время

***

— Чёрт! Тэхен —тот ещё говнюк… Когда он реально нужен,никогда трубку не берёт! Раздражённо рявкнул Чонгук, с силой затянувшись сигаретой и выдыхая клубок горячего дыма, который мгновенно смешивался с холодным воздухом. — Да и Чимин туда же… — буркнул Юнги, вздохнув и скрестив руки, покачал головой с явным раздражением. — Если мы хорошие гонщики, то вот механики из нас… сомнительные. Зато можем с гордостью сказать: «Машина не едет? Ну, мы хотя бы красиво за рулём сидим!» — пробормотал Чонгук с едва заметной улыбкой. — И что теперь будем делать? — спросил Хосок, тревожно оглядывая остальных. — Что-что… будем идти до конца, Хосок. Не давать же заднюю прямо перед стартом, — отрезал Чонгук. — Не глупи, Гук. Сцепление барахлит, — взволнованно сказал Намджун. — Это слишком рискованно и опасно. Оно того не стоит. — Ты же знаешь, каким путём мы сюда шли, — резко ответил Чонгук. — Ты хочешь сказать, что весь наш труд и упорная работа всё коту под хвост? — Ты упрям до идиотизма. Когда‑нибудь это доведёт тебя до могилы, — выдохнул Юнги. — Когда‑нибудь доведёт… но не сейчас, — тихо и спокойно сказал Чонгук, хотя сердце стучало так быстро, что казалось, вот‑вот выскочит из груди. — Учти, Гукии,тебя вынесет на повороте, и твою разбитую тушу даже лучшие врачи Кореи не смогут собрать. А потом возись с тобой всю жизнь. — Ребята, вы что, правда хотите, чтобы я сдох? Даже шанса не дадите? — с ухмылкой,саркастически схватившись за сердце, спросил Чонгук Ребята переглянулись и, едва сдерживая улыбки, обменялись молчаливыми взглядами. — Ты упрям, как настоящий козёл, Чонгук. Вижу, переубеждать тебя нет смысла, — сказал Намджун, осторожно положив руку на плечо друга. — Будь предельно внимателен, ведь для нас ты важнее любой победы. Глаза Намджуна говорили больше любых слов. Как бы он ни пытался скрыть волнение, это у него получалось плохо. Чонгук заметил заметил что другу не всё равно, ведь они не просто друзья, а настоящая семья. Внутри Чонгука что-то сжалось, сердце защемило. Как же ему хотелось в этот момент крепко обнять друга и сказать столько слов любви и благодарности… Но увы, Чонгук просто не умеет говорить красиво, Он покажет это действиями ,и принесет долгожданную победу. Похлопав по плечу, Намджун отошёл в сторону, оставив Чонгука наедине с мыслями, которые разъедали его изнутри. Поток мыслей заполнил голову, создавая путаницу. Он знал одно: сейчас не время копаться в голове. Надо сосредоточиться на гонке. По-тихоньку все начали расходиться, оставляя на трассе лишь участников — до старта оставались считанные минуты. Чонгук остался на линии один. Обведя глазами толпу и трассу, он почувствовал, как волнение подступает к горлу. Решительность будто испарилась, сердце забилось чаще. Но, глубоко вдохнув, он собрал себя — всё, что будет дальше, зависит только от него. Ответственность лежит на нём и ни на ком больше. Он уже собирался сесть на мотоцикл и взял в руки шлем, когда с противоположной стороны послышались голоса. — Слышали? — крикнул один из гонщиков. — Этот тип опять едет один! Думаете, у него хоть что-то выйдет? — Ну что, посмотрим, сможет ли он один справиться с нами? — усмехнулся лидер, скрестив руки. — Сомневаюсь, что он справится с профессионалами вроде нас, просто уличный гонщик, — бросил второй с безумной улыбкой, запрокинув руку на плече лидеру. Чонгук понимал, что тратить время на бессмысленный диалог с ними нет никакого смысла. Он раньше слышал о этой группе гонщиков — и не с лучшей стороны . И связываться с ними последнее что хотелось сегодня . — Ммм… *Iron Fangs*,значит. Посмотрим, как ваши клыки помогут вам в сегодняшней борьбе, потому что я собираюсь их сломать, — Чонгук медленно прошёл взглядом по каждому, ловя их дерзкие, самоуверенные взгляды. Он задержался на лицах соперников чуть дольше, а потом, будто решив, что разговоры окончены, развернулся к своему байку. Музыка гудела вокруг, вибрация от моторов ощущалась в груди, создавая напряжение, которое можно было почти осязать Чонгук сделал шаг вперёд, медленно обводя глазами трассу и трибуны. Сев на байк, он глубоко вдохнул, и в тот же миг надел шлем, закрывая лицо. Руки сжали руль до боли, словно сами хотели удержать сердце, которое бешено колотилось в груди. Каждое мгновение до старта тянулось, заставляя кровь в венах стучать громче обычного. *5*… *4*… *3*… *2*… **Старт**!