Глава пятая. Правила игры меняются.

Любовь должна начинаться и базироваться в настоящем. Со счастья в режиме реального времени...

Эльчин Сафарли. ...нет воспоминаний без тебя

Лилит открыла глаза, и первое, что почувствовала – режущую боль в висках. Она инстинктивно ждала, что снова окажется в полумраке родного леса, где провела последние полгода, скрываясь от мира и его жестокости. Но, открыв глаза, она поняла, что реальность гораздо более прозаична и болезненна. Вокруг царил стерильный полумрак палаты со слабым светом ночника. Знакомые белые стены, капельница и запах лекарств – всё говорило о том, что она в лазарете. Её сердце бешено заколотилось в груди. Где она? Острая, пульсирующая боль в плече пронзила всё тело, заставив ее зашипеть от боли. Именно эта боль вернула в сознание обрывки воспоминаний. Лилит попыталась пошевелиться, но всё тело отозвалось ноющей болью. Она осторожно повернула голову, и взгляд упал на правую руку, перемотанную бинтами. Пальцы не слушались, словно чужие. С трудом подняв руку, она коснулась повязки на плече. Под бинтами чувствовалась тугая повязка. Память услужливо подкинула картинку: испуганное лицо Дона, кровь, заливающая её одежду, и пронзительный крик, вырвавшийся из горла. Девушка отчаянно попыталась повернуть голову, чтобы рассмотреть хоть что-то в тусклом свете палаты. Хотела позвать на помощь, но из груди вырвался лишь сдавленный хрип, будто кто-то с силой сдавил ее горло. Она чувствовала, что рядом кто-то есть, но его лица не было видно из-за неудобного положения лежа. Однако, взгляд зацепился за деталь, которая безошибочно выдала личность незнакомца – трость, лежащая у кровати. Лилит сразу узнала её. Это был Стервятник. Внезапно, в тишине раздался его спокойный, чуть хрипловатый голос. –Пей, – сказал он, и его рука приподнесла к её губам стакан с водой. Лилит жадно прильнула к стакану, делая большие, торопливые глотки. Вода была прохладная и обжигала пересохшее горло. После нескольких глотков, она почувствовала, как боль немного отступает. Почти сразу же захотелось спросить, как давно она здесь, что случилось с остальными, но решила этого не делать. Лилит откашлялась и попыталась приподняться, опираясь на локоть здоровой руки. Мышцы отозвались болезненным протестом. Стервятник, заметив ее попытку, глубоко вздохнул, но, не дожидаясь просьбы, осторожно помог девушке, придерживая её за неповрежденное плечо. Его прикосновение было легким и почти невесомым, словно он боялся причинить ей еще большую боль. –И недели не прошло с твоего прибывания здесь, а ты уже напрягаешься, – проговорил он тихо, с легкой укоризной в голосе, поглядывая на перевязанное плечо Лилит. В его взгляде читалась смесь беспокойства и удивления. –Это для вас недели не прошло, – хриплым, едва слышным голосом проговорила девушка. Время в этом проклятом месте текло по-другому. –Нужно Януса звать? – Стервятник умело проигнорировал её упрек, не желая вступать в бессмысленные споры. Лилит лишь слабо кивнула, прикрывая глаза и откидывая голову на жёсткую спинку больничной койки. Юноша бесшумно удалился из палаты, а через пару минут явился с Пауком, который встретил девушку слегка приподнятыми уголками губ. –Ну что, с пробуждением, Иисус Христос , – проговорил мужчина, усаживаясь на стул напротив. Лилит еле сдержалась, чтобы не закатить глаза. Его ироничный тон раздражал. –Как себя чувствуешь? –Плохо, – честно призналась девушка, не видя смысла притворяться. –Неудивительно, кому же после такого плохо не будет. Тебе еще повезло, что Ральф договорился с врачами, и они приехали. – Янус повернулся к Стервятнику, который так и стоял у входа, словно безмолвный страж. – Можешь быть свободен. Стервятник кивнул и медленно удалился из палаты, прикрывая за собой дверь. В палате повисла тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем часов на стене. Янус, в свою очередь, приступил к перевязке раны, которая отняла у него немало времени из-за свежих швов и чувствительной кожи Лилит. Его движения были точными и аккуратными, но каждый раз, когда он касался поврежденного плеча, Лилит вздрагивала от боли. –У тебя глубокое повреждение мышц и сухожилий, так что в Могильнике придется провести еще минимум неделю, – начал говорить Ян, параллельно отсчитывая антибиотики поштучно. Его тон был деловым и отстранённым. – Месяц тебе понадобится на восстановление руки, поэтому проси своих подружек и ухажёров помогать во всём. Лилит молча кивала, внимательно слушая все наставления главврача. Радовало, что в Могильнике она проведет всего неделю, хотя могло быть и гораздо больше. –А где Рыжий? – неожиданно спросила она, нарушая молчание. –С ним все в порядке. Он, по сравнению с тобой, отделался легким испугом и раной на ключице. Даже дня его держать не стали, на нем все, как на собаке, заживает. Девушка тихо усмехнулась и кивнула. Янус закончил перевязку и, оставив блондинку, на голове которой точно прибавилось пару седых волос, удалился из палаты. Тишина в палате не продержалась и нескольких минут. В дверь палаты забарабанили руками,в чем Лилит сомневалась, и в образовавшуюся щель просунулась встревоженная голова Гвалт. –Можно?– с надеждой в голосе спросила она, и, получив в ответ едва заметный кивок Лилит, в палату буквально ввалились пять девушек. Лилит слабо усмехнулась, окидывая взглядом своих подруг, которые пришли к ней,как только узнали,что та очнулась. –Мы так переживали! – воскликнула Сон, подбегая к кровати и присаживаясь на край. Она аккуратно взяла здоровую руку Лилит в свою. –Ты даже не представляешь, как я испугалась за тебя и Рыжего, – с искренним вздохом проговорила огненноволосая Рыжая, надвигаясь к кровати Лилит. –Гвалт всю ночь прорыдала у дверей Могильника, – вздохнула Кукла, одаривая Лилит грустной улыбкой. – Да и я, собственно, тоже глаз не сомкнула. Лилит просто улыбалась в ответ, наблюдая за своими подругами. Несмотря на всю трагичность ситуации, на душе становилось теплее и уютнее. Она чувствовала себя защищенной и нужной. Она чувствовала,что именно сейчас находится Дома. –Спасибо вам, – искренне проговорила блондинка, ощущая, как ком подступает к горлу. Несколько минут ушло на общие вопросы о самочувствии Лилит и многочисленные предложения помощи. Подруги наперебой предлагали принести ей любимые книги, вкусности из столовой или просто посидеть рядом, чтобы ей не было одиноко. Гвалт даже предложила принести ей свою коллекцию книг,чтобы было интереснее проводить время. –А что вообще произошло? – неожиданно перебила поток вопросов Лилит. – Я помню только, как очнулась на лестнице. –Ох, милая, – драматично вздохнула Рыжая, а затем озорно усмехнулась. – Если вкратце, то тебя на руках тащил сам Ральф, а рядом бегал Стервятник, сверля его глазами. –Сначала сбежались все, кто был поблизости, – начала свой подробный рассказ Русалка, стараясь ничего не упустить из виду. – Потом появился Ральф, который даже Рыжего не успел донести до лазарета. Воспитатель передал его какому-то крысенку, если не ошибаюсь, Белобрюху. –Белобрюх наверное Рыжего раза в два меньше, – закатила глаза Гвалт, представляя себе эту нелепую картину. – Как он вообще его дотащил? Бедный мальчик. – Не перебивай,–укоризненно сказала Сон. –А в это время Стервятник стоял рядом с Р1, постоянно спрашивая что-то о тебе. Честно говоря он очень даже волновался,– закончила свой рассказ Русалка с тихой и сочувствующей улыбкой. –Ты прям королева была в ту ночь,– усмехнулась Сон, подмигивая Лилит. – Не каждую Р1 на руках носит. Девушки тихо рассмеялись, разряжая напряжённую обстановку и наполняя палату смехом.

***

Этим утром ее палату посетил Вожак Третьей. Он приковылял к стулу возле кровати, опираясь на свою трость, а на тумбочку поставил горшок с фиалками и пакет мандаринов, откуда-то, не понятно у кого, изъятых. Аромат цитрусовых мгновенно наполнил небольшую комнату, смешиваясь с запахом лекарств. – Доброе утро. Как чувствуешь себя? – сразу начал Стервятник, обеспокоено поглядывая на ее плечо, обмотанное бинтами. Что ещё можно ожидать от "Папы" птиц? – Привет, все хорошо, – сказала Лилит, немного смущенная таким вниманием к своей персоне. Она поправила одеяло и добавила, – Хотела спасибо сказать. – Правда? А разве есть за что? – спросил Папа Птиц, приподнимая одну бровь в фирменном жесте. В его глазах мелькнул лукавый огонек. – Ну, это же с твоих подначек Ральф вызвал врачей из Наружности, – усмехнулась девушка, вспоминая миллион и один рассказ о неведомой доброте Стервятника в ее сторону. – Я просто переживал, – неожиданно признался юноша, вводя Лилит в ступор. Слова сорвались с его губ почти шепотом, и она даже усомнилась, правильно ли расслышала. Она молчала полминуты, осмысливая сказанное, а потом немного нахмурилась, чувствуя, как предательски горят уши. – Не стоило, – пробубнила она под нос, отводя взгляд. Стервятник хмыкнул и лишь кивнул. Посидев минуту в неловкой тишине, он тут же достал из кармана потертую колоду карт и протянул их девушке. Карты были без коробки и Лилит сразу почувствовала их приятную тяжесть в руке. – Умеешь? – Обижаешь, – хмыкнула она и взяла колоду из его рук. Лилит принялась тасовать карты, ловко перебирая их пальцами. – В покер или в дурака? – Покер, – ответил Стервятник, наблюдая за ее движениями. Девушка начала раздавать карты с невозмутимым лицом. Лилит сидела всю игру, как можно сильнее изображая неопытного игрока, который только открыл для себя карты. Она то и дело бросала на него взгляды, стараясь уловить его реакцию. На удивление, парень спокойно отнесся к такой игре и даже старался подыграть ей, делая вид, что не замечает ее попыток блефовать. Это не укрылось от ее взгляда. Она видела, как уголки его губ слегка приподнимаются в усмешке. В самом конце Стервятник скинул двух королей, которые Лилит благополучно покрыла двумя тузами с самодовольной ухмылкой. Юноша улыбнулся и поднял на нее взгляд. В его глазах читалось удивление и... восхищение? – Приятно поражен твоей игрой, – сказал он с небольшим похваением в голосе. – Не хочешь сыграть с Лордом? Он бы оценил твой стиль. – Заманчивое предложение, – усмехнулась девушка и кивнула. Она представила себе, как будет играть в покер с самим Лордом, и в животе у нее защекотало от предвкушения. До обеда пара играла в покер и дурака. Лилит учила парня правильно делать "Заводку", показывая хитрые приемы, а он в свою очередь учил её правильно раскладывать пасьянс, объясняя несложные комбинации. – Часто играешь? – спрашивает девушка, пытаясь контролировать центр, чтобы помешать Стервятнику избавиться от карт раньше. – Регулярно, три раза в неделю, – отвечает Вожак, выкидывая еще две свои карты. – А что? Пытаешься отвлечь меня разговорами? – Нет, просто ты слишком хорошо играешь и знаешь много различных игр, – ответила Лилит и открыла резерв. – Но, несмотря на это, не умеешь шуллерить. – Увы, – вздохнул парень и через пару мгновений избавился от последней карты. – Из тебя вышел неплохой соперник, особенно для новичка. – Сочту за комплимент, – тихо рассмеялась Лилит и собрала карты, поглядывая на часы. – Твои птенчики тебя не потеряли? – Да, что-то я задержался, – сказал Стервятник, поднявшись с края кровати с помощью трости. Он выглядел уставшим, но довольным. Лилит грустно улыбнулась и протянула ему колоду карт, на что он лишь отмахнулся. – Оставь себе, будешь учиться самостоятельно, – сказал Папа Птиц и двинулся к выходу. – Я еще вечером загляну, ты не против? – Буду ждать. Удачи, – сказала Лилит и принялась тасовать колоду. Теперь у нее был повод ждать вечера. До самого вечера Лилит раскладывала пасьянсы и отрабатывала несколько карточных манипуляций. Слишком уж ей хотелось сыграть со Стервятником снова, показать свои возможности. Уйдя с головой в это занятие, Лилит совсем потеряла счет времени, успев пропустить полдник и ужин. Вечером Стервятник, как и обещал, заглянул к девушке. И вновь не с пустыми руками. На этот раз он принес аккуратную коробочку с душистым травяным чаем, который, как он помнил, пришелся ей по вкусу в их первую встречу. Эта маленькая деталь почему-то крепко засела в его памяти. Парень заглянул в палату, не дождавшись ответа на свой стук, и не сразу заметил, что Лилит спит. В ее руке и перед ней лежали карты, раскиданные в беспорядке. Стервятник слабо усмехнулся, разглядывая ее умиротворенное лицо. Прядь волос упала ей на лоб, и он на мгновение почувствовал непреодолимое желание убрать ее. Но тут же одернул себя, осознавая, насколько далеко зашли его мысли. С каждым днем его чувства становились все более запутанными. Он, привыкший к компании своего брата, который был с ним буквально везде, не мог позволить себе влюбиться. Это чувство было не для него. Он мог любить только одного человека.. Птица поставил коробочку с чаем на тумбочку, стараясь не шуметь, и тихо присел на стул, стоящий напротив ее кровати. Он просто смотрел на нее, позволяя себе эту маленькую слабость. Тень, опершись на стену в палату, следил за его взглядом, улавливая каждое движение и выражение лица. Стервятник перевёл взгляд на него и тихо хмыкнул, сжав и без того тонкие губы. –Она просто интересная,– произнес юноша,не понятно кого обманывая в данный момент. Наконец, он вздохнул и тихо поднялся со стула. Ему нужно возвращаться в Гнездо, пока его не начали искать. Птенцы и так слишком много себе надумали за это время. Он нагнулся и осторожно поправил одеяло, укрывая ее плечи. Затем, помедлив мгновение, он тихо прошептал: – Спокойной ночи, Лилит. И, не ожидая ответа, вышел из палаты. В коридоре он остановился и прислонился к стене, закрыв глаза. Он пытался унять биение сердца и справиться с нахлынувшими эмоциями. Тень напротив лишь ухмылялся, понимая и принимая его чувства. Он мог сколько угодно обманывать себя,но обмануть брата у него никогда не получится.