Встреча

      «Я сделал всё что мог, прощайте и простите», — пронеслось в голове жестокого убийцы перед смертью.       Последний раз мужчина вспоминал свою жизнь, которую, как он думал, прожил не просто так. Оставив после себя, след в истории, пусть мрачный, но зато вечный, как он и хотел.       Хрупкие воспоминания о детстве быстро пролетали перед глазами. А вот юность — оставившая в памяти особенно светлые следы, за мгновения до смерти, яркими картинками медленно всплывала из глубин души: принося то радость, то отдаваясь жгучей болью в сердце.

***

      Как и обычно, сидя в своей мастерской, Акасуна мастерил новую марионетку. Он пытался создать идеальное оружие, которое ещё никто не смог придумать, он хотел, чтобы оно служило вечно. Но кукольника, снова, грубо прервали.       — Сасори, я пришёл, — раздался знакомый звонкий голос, заставив молодого гения вздрогнуть и выронить из рук детали для марионетки. — Ты, от меня не спрячешся! — кричал молодой юноша, примерно того же возраста, что и сам Акасуна, бегая по дому в его поисках.       «Началось…», — обречённо подумал красноволосый, закатив глаза. Поняв, что не отмажется от этого кричащего, которого звал лучшим другом, он начал бережно складывать свои инструменты в ящики, аккуратно возвращая все на свои места.       — Ах, во-от ты где! Опять пытаешся создать идеальную марионетку, — весело сказал юноша, посмотрев на еще оставшиеся лежать на столе детали.       — А ты, опять мне мешаешь?! — задал риторический вопрос Сасори, серьёзно взглянув на парня.       — Да ладно тебе. На дворе такая хорошая погода, а ты всё время сидишь дома и возишся с деревом, — сказал Комуши, но поняв свою ошибку поспешил исправиться. — Слушай, я понимаю, что марионетки — это твоё всё. Они смысл твоей жизни и всё такое, но стоит всё же иногда выходить на свет божий и общаться с другими людьми, — парень как-то умоляюще посмотрел на друга, будто прося его сейчас же встать с насиженного места. — Тем более, сегодня такой долгожданный выходной!       Немного подумав и взвесив все за и против, Сасори кинул короткое «Ладно», решив всё же послушать друга и пойти прогуляться, ведь в ином случае, его не оставят в покое. Выйдя из своей мастерской, он как обычно запер её, чтобы бабушка не совала туда свой любопытный нос. Но уже выходя на улицу, они всё же встретили ту самую любопытную старушку.       — Комуши, ты что-ли уговорил Сасори прогуляться? Молодец! Удачи вам ребята. Как погуляете — приходите на чай, — добродушно сказала женщина и, зайдя в дом, закрыла за собой двери.       — У тебя замечательная бабушка. И чего ты на неё ворчишь постоянно, не понимаю, — в очередной раз за многие годы сказал парень, толкнув друга в бок.       Сасори на это только скривился и поспешил подальше удалиться от дома. На самом деле, в последнее время отношения с бабушкой у парня были не слишком хорошими, а всё из-за того, что он принял участие в третьей мировой войне, хоть старушка и была против — пытаясь так уберечь внука. Конечно, не только это послужило раздором между ними, — юноша после множества битв вбил себе в голову: создать уникальную «вечную» марионетку, которая служила бы не одному поколению. Но для этого был нужен особый материал — люди. Чиё не разделяла его интересов, называя эту затею глупой и варварской. После этого внук стал отдаляться от неё, всё больше погружаясь в свои исследования и создание специальных ядов. Он грезил своей мечтой, но пока что она казалась недосягаемой, так как под рукой были все необходимые материалы, конечно, кроме… человеческих тел.       Парень возможно и занялся бы уже поиском подходящих людей, но что-то, а точнее кто-то «держал» его в Суне. Да, «Красный скорпион песка» влюбился, пусть и сам ещё этого не понимал. Будучи совсем юнцом, Сасори лишь знакомился с новым чувством, но его сердце, казалось, уже любило: так искренне и пылко, так чисто и безмерно, как умеет любить лишь сердце ребенка. Да, только он не считал себя ребенком, несмотря на свои пятнадцать лет — золотые годы, если бы не война. Сражаясь на поле боя, достаточно закалился в битвах, и был куда сильнее и опытнее многих шиноби. За это малолетку уважали, любили и даже боялись.       — Эй, куда торопишься? — догнав кукловода, Комуши одёрнул его за руку, дабы тот остановился.       — Хочу поскорее вернуться к своим делам, — сказал парень, даже не посмотрев на него.       — Мда-а, запущенный случай, — почесав затылок, вечно веселый парень неожиданно переменился в лице и коварно улыбнулся. Ничего не говоря — схватил Акасуну за руку и пошёл в известном только ему направлении.       — Да куда ты меня тащишь? — красноволосый пытался освободиться от конечности друга, но ничего не получалось. Хватка у парня была просто железная, потому что рука его была сделана именно благодаря стараниям Сасори, так что вырваться было ну просто нереально.

***

      Да, одной из рук Комуши теперь был протез. Это случилось чуть меньше месяца назад, когда парень охранял границу Суны и на их отряд напали. Ему оторвало руку мощным взрывом, после чего врачи только разводили руками, не сумев спасти конечность. Тогда Сасори и решился попробовать сделать ему искусственную руку и посмотреть, заменит ли она настоящую и сможет ли парень вообще пользоваться ей. На создание протеза ушло несколько дней, после чего юноша с легкой улыбкой на лице пришёл к другу с так называемым спасением, для калеки.       Если бы только можно было бы передать эмоции Комуши словами: была радость и печаль, слезы почти отчаявшегося человека и возгласы похвалы — всё это будто смешалось в бесконечном водовороте чувств. В тот момент Сасори впервые увидел, как его друг плачет и тогда сам искренне рассмеялся, видя довольное и в то же время заплаканное, а чуть позже и удивленное лицо товарища. Кукольник никогда не смеялся до этого дня, словно и вовсе не умел, а сейчас будто бы научился. Хотя, на его устах часто можно было заметить только легкую полуулыбку, даже во время работы. Парень до сих пор благодарит Акасуна за подарок и за возможность полноценно жить. «Я теперь твой вечный должник!», — частенько твердил Комуши.

***

      — Вот мы и пришли, — сказал Комуши, резко остановившись, из-за чего Сасори влетел в него на полном ходу, чуть не сбив с ног.       — Чего ты вечно такой… — Сасори не смог подобрать правильных слов, надеясь на то, что парень сам додумается, что же он имел ввиду. — И вообще, где это мы? — оглядевшись, кукловод увидел небольшой оазис, которого раньше не встречал в пределах Суны. Это его очень удивило и обрадовало, так как он увидел деревья, которые как нельзя кстати подойдут как материал для его марионеток.       — Нравится, да?! — сказал Комуши, смотря на приятеля. — Я нашёл это место случайно. От деревни тут рукой подать, да и местечко тихое. А если смотреть издалека — не увидишь, скрыто песком.       — Да, хорошее место, — сказал красноволосый, подойдя к стволу одного из деревьев и постучав по нему, но тут же был оттянут за воротник и развёрнут в другую сторону.       — Если ты сейчас же не отвлечёшься от своих марионеток, то я точно тебя побью! — злобно сказал Комуши, пригрозив парню своей деревянной рукой.       — Хорошо, хорошо, уговорил, — вздохнув, Сасори всё же принялся осматривать остальную часть оазиса и был снова приятно удивлён увиденному.       Стоя в тени одного из деревьев, Акасуна уже не чувствовал привычной жары, которая обжигала кожу. Казалось и воздух был не таким сухим и горячим. Можно было сказать, что тут даже свежо. Вдохнув всей грудью, он улыбнулся, чувствуя легкость и умиротворение. Захотелось превратиться в песчинку и свободно летать по миру, но создавшуюся идиллию, как обычно, разрушил Комуши.       — Всё! Не стой столбом, пошли искупаемся, — сказал он и раздевшись, пошёл в сторону небольшого озерца, находившегося совсем рядом.       — Ты чего, с ума сошёл! А если… — но договорить не дали брызги воды, которые попали прямо в лицо, заставляя юношу замолчать и, прикрывшись руками, рефлекторно отвернуться.       Такого конечно же Сасори не смог стерпеть. Быстро раздевшись — рванул за другом и облил его весьма внушительной порцией воды, тут же получив в ответ не менее знатную. Но такие беззаботные плескания продлились недолго, так как сюда пришли две девушки, которые явно не ожидали встретить тут парней. Впрочем, парни тоже удивились появлению кого-то ещё в этом месте.       — Привет, Комуши, Сасори, — улыбнулась одна из девушек, помахав парням рукой.       — Привет, Юми, Сумико, — улыбнулся парень, помахав в ответ деревянной рукой и толкнул друга, чтобы тот тоже поздоровался.       Сасори же только кивнул девушкам и нырнув под воду, решил исследовать дно в поисках водорослей, которые возможно подойдут для работы. В этот момент Комуши немного отвлёкся на девушек, но быстро сообразил, что, скорее всего, задумал его неразговорчивый друг. Парень резко схватил того за плавки и вытащил на поверхность воды. Ну как вытащил, после того как он потянул за плавки, Сасори уже и сам выпрыгнул, тут же начав в шутку топить товарища, обещая, что именно из него сделает свою первую вечную марионетку.

***

      Да, Комуши прекрасно знал о мечтах Сасори. Не отвергал, но и не поддерживал его идею. Просто часто говорил в шутку, что если умрёт раньше него, то хотел бы стать первой человеческой марионеткой. Красноволосый припоминая это, иногда пытался по настоящему прибить друга за какую-нибудь шалость. Приговаривал, что именно он и станет первым, кого он освежует и сделает вечной куклой. Но товарищ ловко уворачивался и смеялся, воспринимая всё в шутку.

***

      — А у вас тут весело, — сказала Юми, раздевшись и входя в воду.       После её слов парни тут же перестали беситься и обратили на неё внимание, но быстро отвернулись, густо краснея.       — Эй, вы чего? — не поняв жеста парней, девушка почти расстроилась, но ситуацию спасла её подруга.       Сумико — милая, скромная девушка, подтянутая и с тонкой талией, пухлыми губками, милым почти детским личиком — всегда напоминала Сасори куклу. Именно эта, на вид хрупкая девушка, но на самом деле властная, сильная и несгибаемая натура, запала в сердце молодому Акасуне, хоть он этого и не понимал ещё. Но когда находился рядом с ней, его покидали мысли о материалах для марионеток и ядов, мысли о самих марионетках и даже его мечта блекла, когда парень смотрел в необычно яркие и живые фиалковые глаза девушки.       — Эй, чего застыл? — водя рукой перед лицом друга, Комуши пытался привести того в чувство.       — Что? — парень не сразу понял, что от него хотят. Но когда до него дошло, что он в открытую пялиться на девушку, то просто от незнания что делать, выйдя из воды и одевшись — просто ушёл.       Без труда найдя дорогу домой и оказавшись в родных стенах, Сасори заперся в своей мастерской, проигнорировав все бабушкины вопросы. Он не понимал, что с ним вообще произошло на оазисе. Не мог найти логическое объяснение тому, почему он так себя повёл. Подойдя к зеркалу, он удивился еще больше: в отражении на него смотрел молодой красноволосый парень, с ярким багровым румянцем на щеках, легкой улыбкой и удивлёнными глазами. Куда-то исчезла та привычная бледность, посветлели темные круги под глазами от недосыпа, а от усталости в глазах и след простыл. На него смотрел словно другой человек и парень не мог понять с чего вдруг такие перемены. Сначала он решил, что так повлиял свежий воздух и прохладная вода. Но хорошо подумав, он вспомнил, что такого раньше не случалось никогда. И из-за этого появлялось лишь больше вопросов, на которые не было ответов, несмотря на немалый жизненный опыт и мудрость. Он бы наверно еще долго простоял так перед зеркалом, смотря на свое отражение, но его отвлёк стук в дверь.       — Эй, открой! — послышался с той стороны голос друга.       Сасори не хотел этого делать, но в то же время понимал, что если не откроет, то придётся менять входную дверь… опять. Ведь его друг уже не раз выбивал её в попытках вытащить парня на прогулку. Нехотя открыв, стонущую от ударов кулаком, деревяшку — парень тут же отошёл в сторону, дабы его не снёс с ног Комуши.       — Почему ты мне не сказал? — он был явно недоволен и зол.       — Не сказал, что? — не понял Акасуна, удивляясь поведению приятеля.       — О Сумико. Почему ты не сказал, что она тебе нравится? — Комуши ещё больше начинало бесить то, что Сасори собрался отнекиваться от очевидного факта.       — Нравится? Ты что спятил, о чём это ты? — всё не понимал Сасори. Как ему может кто-то нравиться, ведь его интересуют только марионетки и заветная мечта.       — Да ну, а что тогда это было на оазисе? — парень сощурил глаза, подозрительно смотря на друга.       — Я и сам не знаю, — отмахнулся кукольник, — и вообще, с чего ты взял, что она мне может нравиться?       — Ты бы себя со стороны видел. Было такое чувство, что ты смотрел на нечто необычное. Пф… да ты в ней чуть дырку не просверлил своим взглядом! — размахивая руками, Комуши пытался убедить друга в обратном.       — Ты преувеличиваешь, — вывел вердикт красноволосый и сел за рабочий стол.       — Ага, конечно, это скорее ты чего-то не договариваешь!       — Комуши, это бред, отстань. Хватит выдумывать всякую чушь, — зло сказал Сасори, беря в руки недоделанную марионетку.       — Ну, как знаешь, — как-то обиженно кинул друг и скрылся в дверном проёме.