он не вернулся из боя

Война закончилась, но не для Шарапова. Он вернулся домой, где не гремят взрывы, где люди радуются жизни и не ожидают смерти каждую секунду. Где они строят планы на будущее, заводят семьи, учатся, трудятся и отдыхают. А он так не мог. Именно не мог, потому что вся жизнь для него стала войной, а война – всей жизнью. И невозможно ему было существовать в этом мире. Шарапов просыпался и начинал судорожно метаться, не понимая, где он находится, где автомат, где товарищи? Что за затишье, где всё? И долго у него в голове сходились куски в единую картинку. Но самым сложным в его жизни стало то, что не отпустив старую, вроде бы отгремевшую войну, ему пришлось с головой окунуться в новую, уже невидимую и оттого более сложную. Это была война со всех фронтов, когда не знаешь, кто враг, а кто друг, где блиндаж, где "лента", кого убивают, за что и зачем. А смерть на этой войне казалась чем-то неправильным и ошибочным... Всё, с чем сталкивался Владимир каждый день, напоминало о войне, нахлынывали воспоминания, из которых вытряхивал только Глеб, находившийся всегда где-то рядом.

***

Выставка военной техники врага. Сожжённые, обшарпанные танки. Но глядя на них, у Шарапова всё скручивается внутри. Снова летят из-под гусениц машины комья земли, крики, опорный пункт, который они прикрывают, выстрелы, товарищ, всё для себя решивший, граната в его руке... В голове взрыв, Володя готов лечь на землю, но кто-то трясёт его за плечо. Он поворачивает голову, а там Жеглов со своей всегдашней улыбкой. – Володь, ты чего остановился? В астрал ушёл? Я тебе говорю, говорю, а ты всё молчишь. Всё хорошо? – Глеб не был "за ленточкой", он не видел несущийся на тебя и опорный пункт танк. Нет, он, конечно, не бездельничал, бандитов ловил, но... – Да всё нормально... Вспомнил просто... – мотнул головой Шарапов и замолчал. Жеглов всё понял без слов, просто продолжил болтать, как ни в чем не бывало, невзначай уводя их от техники. Это только и нужно было.

***

– Володь, есть будешь? – заглядывает в их комнату Жеглов. Он щурится лучам заката, проникающими сквозь шторы, как довольный кот. Три дня без продыху, охота на бандитов, и сейчас у них заслуженный отдых. Можно и нужно отоспаться и поесть, в целом восполнить свои силы для новых побед. – Спасибо, но чего-то не хочется, – улыбается Шарапов. – Так, орёл, ты чего это? Когда брал-то в последний раз? – прищурился Глеб. Повисло неловкое молчание. Ответ был очевиден – Володя не помнил, когда в последний раз ел, и чувства голода не испытывал. – Шарапов, ты охренел что ли? Тощий, голодный сидит тут и молчит! Быстро на кухню! – под крики Жеглова, которые, по всей видимости, слышала вся коммуналка, смущённый Шарапов отправился на кухню съедать свой единственный приём пищи за последние два дня.