Глава 30: Привет-привет всем!

Rhine Lab столкнулась со множеством конкурентов. В Колумбии насчитывалось не менее восьми-десяти технологических компаний, большинство из которых поддерживались государственными учреждениями и венчурным капиталом. Такие договоренности были необходимы, поскольку, с одной стороны, правительству нужно было поддерживать местные предприятия, а с другой - контролировать их развитие. Говоря проще, это была слежка под видом поддержки. На данный момент часть акций Rhine Lab еще не распределена между основателями. 55% акций принадлежало руководству, еще 35% - различным инвесторам, а оставшиеся 10% находились на открытом рынке. Вмешательство Феликса могло бы привести либо к тому, что он выделил бы себе часть из этих 55%, либо к вытеснению некоторых инвесторов. И последний вариант казался гораздо правдоподобнее. Но Феликс приехал сюда не за титулом инвестора и не ради увеличения своего капитала. Ему были нужны ресурсы, персонал и, что наиболее важно, признание в рамках Rhine Lab. Он ясно дал понять свои намерения. Он хотел проводить механические исследования. В свою очередь, Rhine Lab могла бы извлечь выгоду из результатов его исследований, но для этого ей необходимо было бы подписать с ним предварительное соглашение и официальное соглашение. В настоящее время в Rhine Lab работает множество профессоров различных дисциплин, но ей не хватает реального присутствия в области механики. Этот пробел существовал потому, что Колумбийский университет не предлагал курсы по механике, и, следовательно, не было студентов, специализирующихся в этой области. Яра сочла эту причину гораздо более убедительной, чем его предыдущие комплименты по поводу совпадения ценностей. Его объяснение имело практический смысл, и она это оценила. "Я хотела бы обсудить этот вопрос с директором. Пожалуйста, подождите", - сказала она. Она видела искренность Феликса и понимала, что он может дать Rhine Lab новые возможности. Но решение было не только ее; ей нужно было четко изложить свою позицию остальным. Что касается упоминания Феликсом возможности приобретения голосующих акций, принадлежащих венчурным фирмам, Яра промолчала, но в глубине души одобрила это. В конце концов, им постоянно приходилось учитывать интересы этих фирм при принятии решений и составлении отчетов. Одно дело, если в дело вмешивались военные или благотворительные фонды, но что они на самом деле знали об исследованиях? Феликс тихо сидел, потягивая слегка остывший кофе. Он был уверен в своей стратегии. Rhine Lab могла бы предложить ему защиту, а также предоставить доступ к знаниям о различных второстепенных профессиях. По сравнению с тем, чтобы незаметно пробираться по территории Raythean Industries, это был гораздо более безопасный путь. После непродолжительного просмотра форумов Яра вернулась с вежливой улыбкой. "Директор и замдиректора хотели бы встретиться с вами", - объявила она. Феликс встал со своего места и сказал: "Я с нетерпением этого ждал." Они прошли по коридору и наконец добрались до офиса в дальнем конце. Он был ненамного больше, чем кабинет Яры, но атмосфера была другой. В то время как в кабинете Яры полки были заставлены книгами о моде, здесь все было завалено документами и исследовательскими материалами. Казалось, что здесь никогда не прекращается работа. "Кто же из вас директор?" - невольно подумал Феликс, взглянув на двух женщин, которые встали, чтобы поприветствовать его. Он тепло улыбнулся им. "Здравствуйте, меня зовут Кристен Райт, директор Rhine Lab", - сказала одна из них. "Меня зовут Сария, я замдиректора Rhine Lab", - вежливо добавила Сария. "Приятно познакомиться." Феликс посмотрел на того самого человека, который когда-то в прошлой жизни чуть не забил его до смерти железным кулаком, затем перевел взгляд на Кристен, которая казалась равнодушной и немного рассеянной. Он протянул руки, чтобы пожать их. "Здравствуйте, меня зовут Феликс Шон Ланшем, я первопроходец, ступивший на земли Терры", - представился он. Феликс не был бизнесменом по натуре. Он просто считал, что образ бизнесмена — это удобный образ. Кристен и Сария были чистыми учеными-фанатиками, а другая — так называемой "Королевой ринга Рейна". Ни одна из них не проявляла особого интереса к планированию бизнеса; повседневные операции полностью были возложены на Яру. Яра мягко улыбнулась им, затем повернулась и тихо закрыла за собой дверь, уходя. Перед двумя исследователями Феликс отбросил деловую маску и начал откровенно говорить о текущей ситуации в Rhine Lab. "Здесь проводится слишком мало научных исследований. Слишком много венчурных компаний вмешиваются в исследовательские проекты, что снижает эффективность. Я планирую их устранить, оставив только несколько небольших фирм." "Я досрочно окончил академию Латерано. Хотя она, возможно, и не сравнится с Колумбийским университетом или Политехническим университетом Тримаунта, мои специальности - это механика, материаловедение, обработка металлов, контроль качества и электронная инженерия. Я обладаю глубокими знаниями в области машиностроения и оружейного дела. Для меня было бы честью работать в качестве научного сотрудника здесь." Затем он продемонстрировал механическое оборудование, которое было на нем надето. По мере того как он отдавал команды, то, что раньше казалось неподвижными механизмами, внезапно ожило. В его пальто слабо мерцали электрические разряды, а механизмы на ногах начали ритмично двигаться, словно дыша. Выставка была не просто впечатляющей - она внушала благоговейный трепет. Кристен и Сария, которые никогда раньше не сталкивались напрямую с машиностроением, никогда не видели ничего подобного. Хотя компания Raythean Industries и производила некоторые крупногабаритные механические устройства, ни одно из них не было столь компактным, износостойким и мобильным, как это. "Главная проблема в том, что научное сообщество Колумбии сейчас коррумпировано. Подхалимы повсюду. Я приехал в Колумбию всего несколько дней назад и уже слышал, что профессор из Ланкаширского университета подозревается в академическом мошенничестве. Если такой человек может стать профессором, это отражает, насколько нестабильно научное сообщество, стоящее за ним", - продолжил Феликс. Феликс говорил искренне. В своей прошлой жизни он присоединился к Rhine Lab на ее средней и поздней стадиях развития, главным образом для доступа к ресурсам и исследовательским материалам. Естественно, он смог понять образ мышления ключевых фигур, причастных к этому делу. Он говорил с легкой улыбкой, его тон был спокойным и невозмутимым. "Честно говоря, я возлагал большие надежды на эту инвестиционную поездку. В конце концов, Колумбия известна своим неугасаемым духом первопроходчества и исследования. Но здесь я чувствую запах гниющих денег. Они громко смеются и смело говорят, но перестали двигаться вперед. Они гонятся за славой и богатством, одержимые созданием синдикатов, и борются в тени за личную выгоду. Они пойдут на все, чтобы заставить замолчать все, что может запятнать их карьеру. Выражение лица Кристен слегка изменилось. Впервые она посмотрела на Феликса с настоящей серьезностью. "Так ответьте мне, дамы, как мы можем заниматься наукой с такими паразитами?" - Феликс холодно рассмеялся, его голос постепенно стал резче. "Эта земля и так страдает от кучи проблем, и орипатия - это лишь одна из многих. Разве это не абсурдно?" "Дух науки требует смелости для решительного поиска истины и строгого процесса аргументации и проверки. Однако все, что я видел в этих так называемых исследовательских фирмах, - это "профессора", сражающиеся насмерть за ничтожную выгоду." "И я разочарован этим", - признал он. "Не разочарует ли меня и компания Rhine Lab?" В этот момент тон разговора изменился. Если раньше Феликс оценивал компанию Rhine Lab и представлялся ей, то теперь настала очередь Rhine Lab представить себя инвестору, имеющему при себе 20 миллионов LMD. Его взгляд стал холоднее, он переплел пальцы и уставился прямо на Кристен. Кристен улыбнулась - лучезарной улыбкой, которая смягчила ее академический образ, напоминая о том, что она по-прежнему остается потрясающе красивой женщиной. "Как же замечательно, что есть человек, разделяющий наши идеалы, не правда ли, Сария?" Сария кивнула в сторону Кристен, затем повернулась к Феликсу с мягкой улыбкой. "Поскольку вас заинтересовал наш проект, мистер Феликс, я хотела бы узнать, не могли бы вы еще раз посетить лабораторию?" От улыбки Сарии у Феликса чуть сердце не остановилось. На мгновение ему показалось, что он видит галлюцинации. Сражения с ней до сих пор свежи в его памяти, как будто это было сегодня. Но, учитывая тесную связь между Кристен и Сарией, неудивительно, что Сария иногда проявляла эмоции. Сария была из тех людей, кто нечасто демонстрировал свои чувства, но это не означало, что она их не испытывала. Ее эмоциональная сдержанность во многом объяснялась влиянием отца. Его строгое воспитание лишало ее тепла семьи бесчисленное количество раз. "Слезами ничего не решить", - однажды сказал ей отец. Поэтому Сария научилась сдерживать слезы, тренировала себя, с головой окунулась в науку в университете и становилась сильнее - достаточно сильной, чтобы ей больше никогда не пришлось плакать. После того как Сария увела Феликса, Кристен стояла у окна, глядя на чистое, безоблачное небо с легкой улыбкой на губах. Что ж, хотя слова молодого санкты были несколько резкими, они тронули ее сердце. Тем не менее, думая о будущем, она подумала, что Феликсу было бы разумно получить докторскую степень. Это значительно упростило бы ему жизнь. Многие документы, требующие одобрения колумбийских властей, были бы менее подвержены проверке или сплетням, если бы он занимал такую должность. "Эй, тут еще одна чашка кофе. Кто-нибудь заходил раньше?" Кристен обернулась и улыбнулась эльфийке, внезапно появившейся в маленьком кабинете. "Очень жаль! Если бы ты пришла чуть раньше, ты бы встретила кое-кого довольно интересного, Мьюлсис." "А? А?!" - удивленно моргнула и надула губы девушка в лабораторном халате, с отметинами в уголках глаз, похожими на слезы. "Я что, пропустила все самое веселое?" "Сария проводит для него экскурсию. Если ты пойдешь сейчас, у тебя еще есть шанс его встретить." "Неужели новенький, присоединившийся к Rhine Lab?" "Что-то вроде." В конце концов, для того чтобы быть исследователем, нужна лицензия. Кристен верила в знания, о которых он говорил, но он официально не был исследователем, по крайней мере пока. В академических кругах Колумбийского университета докторские степени все больше обесцениваются, и возникает вопрос, насколько весомыми они остаются. Она слышала, что в далекой Лейтаньене для получения докторской степени требовались годы напряженной учебы. Но времена менялись, и сегодняшний Колумбийский университет стал неузнаваемым для старшего поколения. Научно-исследовательская лаборатория Rhine была скромной по размерам и испытывала недостаток в оборудовании, но в этом небольшом пространстве работала группа ученых, движимых искренней страстью к своей работе.

***

Феликс и Сария стояли у окна, наблюдая за сценой, где исследователи страстно обсуждали результаты экспериментов. Их наставник молча наблюдал за происходящим, не пытаясь вмешаться. Затем Сария проводила Феликса в исследовательскую лабораторию ориджиниума. Там он, казалось, мельком увидел будущих операторов Rhodes Island - ученые корректировали реагенты, измеряли реакции Ориджиниума и записывали наблюдения на компьютерных терминалах. "В этих краях заразиться Орипатией можно только тремя способами", - тихо произнес Феликс, его золотые крылья мягко покачивались. "Вдыхание ориджиниумной пыли, заражение через кровь и генетическая наследственность. За это время я видел трагическое положение тех, кто живет в пораженных землях." Сария взглянула на него, а Феликс усмехнулся, пожав плечами. "Латерано - это настоящий рай, нетронутый конфликтами и страданиями, свободный от негативных эмоций. Санкты, решившие покинуть этот рай, полны сострадания и желания действовать. Некоторые берут в руки оружие и выполняют приказы из Латерано, восстанавливая стабильность в далеких Сиракузах. Другие надеются положить конец конфликту, столкнувшись с ним напрямую. Но я верю, что истинный источник наших страданий и то, что мы в конечном итоге должны преодолеть, - это тот самый ресурс, на который мы полагаемся каждый день: ориджиниум." "Однажды моя подруга рассказала мне девиз своей семьи: "Не бойтесь трудностей и тьмы". И я искренне впечатлен вашими исследованиями", - добавил он. Сария слабо улыбнулась. "Это только начало для Rhine Lab. Я верю, что с приходом других единомышленников мы однажды сможем воплотить наши идеалы в жизнь." "Следующая зона - наш исследовательский проект по активации ориджиниума, господин Ланшем", - продолжила она. "Не нужно называть меня мистером Ланшемом", - перебил Феликс. "Зовите меня просто Феликс." Сария не стала спорить. Она улыбнулась и протянула руку. "Добро пожаловать в Rhine Lab, Феликс. Будучи коллегами, надеюсь на плодотворную работу." Феликс пожал ей руку. Хватка обоих была крепкой, полной силы и решимости. Рядом с ними тихо зажурчала вода. Феликс повернул голову и увидел молодую, прекрасную эльфийку, выходящую из ручья. Ее светло-зеленые волосы переливались, а большие золотистые глаза с любопытством моргали, глядя на него. Мьюлсис - одна из любимейших операторов в игре. Феликс хорошо ее помнил. Дело было не только в том, как она приветствовала других; ее отличала живая, причудливая натура. "Кто ты?" - спросила она, с любопытством наклонив голову. Феликс считал, что с таким игривым выражением лица она могла бы стать хорошей актрисой. "Мьюлсис, одна из исследователей Rhine Lab", - спокойно представила Сария. "Она добилась замечательных успехов в сфере экологии. Если у вас возникнут какие-либо вопросы, касающиеся этой темы, обращайтесь именно к ней." Затем она обратилась к эльфийке: "Это Феликс Шон Ланшем, который сегодня присоединился к нам. Он эксперт в области машиностроения, механик и оружейного дела. Кристен считает, что его приход привнесет новую энергию и новые направления исследований." Мьюлсис мило улыбнулась и помахала рукой. "Привет~ Приятно познакомиться, можешь звать меня просто Мьюлсис~" "Взаимно. Просто зови меня Феликсом", - ответил он. После рукопожатия Мьюлсис тут же с волнением повернулась к Сарии. "Хей Сария~ Ты слышишь меня Сария? Давай сегодня вечером устроим приветственную вечеринку!"