Глава 56: Витиеватый язык Ур. 10

ACE неловко почесал затылок, раскрывая личность посетителя. Приняв сообщение с кривой улыбкой, он сказал: "Всё, что вы сказали, имеет смысл. Э-э... я все понимаю." Он не был сарказом. У него отсутствовали характерные для сарказов рога, а хвост ясно указывал на принадлежность к расе фидий, так называемых змеелюдей. Феликс знал, что Вавилон принимает в агенты представителей разных рас. В конце концов, это был предшественник Rhodes Island Pharmaceuticals. Вернувшись внутрь, он уже увидел множество наёмников других рас. Они, похоже, не придавали большого значения расе и свободно общались друг с другом. Дискриминации не было, только общая цель. Феликс отвлёкся от своих мыслей и снова посмотрел на женщину, на голову ниже ACE, которая теперь стояла перед ним. [Кальцит - Ур.?] Взгляд Кальцит остановился на Феликсе, ненадолго задержавшись на его союзниках, прежде чем повернуться к ACE. "Гость?" "Посыльный", - ответил тот. "Пришёл доставить письмо." Женщина коротко кивнула, выражение её лица было лишено эмоций, а тон - холодным и отстранённым. "Посыльный, да ещё и санкта, решившийся приехать в Каздел. Должна ли я похвалить твою храбрость или усомниться в твоём здравомыслии?" Феликс мягко улыбнулся. "Мы известны своим оптимизмом и наивностью. К счастью или к сожалению, я один из них." "У тебя не просто письмо", - сказала Кальцит бесстрастным голосом, по-прежнему спокойным и безэмоциональным. "Что ты ищешь на самом деле? Ты здесь, чтобы удовлетворить любопытство, свойственное твоей расе?" Выражение лица ACE слегка изменилось. Он повернулся и искоса взглянул на Феликса. В этот момент Degenbrecher шагнула вперёд, встав перед Феликсом и защищая его, одной рукой уже сжимая рукоять меча. "Прошу, зовите меня Пионер, доктор", - сказал Феликс, не обращая внимания на нарастающее напряжение. Он отдал Кальцит безупречный благородный салют. "Кое-кто однажды сказал мне: используй свои собственные глаза, чтобы видеть мир вокруг. Если ты действительно хочешь пройтись по этой земле, отбросив иллюзию цивилизации, то именно это я и делаю. Титул посыльного - лишь часть того, кто я есть."

***

"Когда я спустился на эту землю, независимо от титулов или ролей, я просто первопроходец. Закалённый трудностями, сформированный неудачами, созревший благодаря препятствиям, я расту среди насмешек и совершенствуюсь благодаря путешествиям. Если отбросить в сторону расу и национальность, то эта земля и народы, которые её населяют, хранят в себе так много всего, что только и ждёт своего открытия". "Простите за самые искренние чувства наивного санкты-авантюриста". В речи Феликса Кальцит показалось что-то странно знакомое. За свою долгую жизнь она никогда не забывала даже самые незначительные детали, но была уверена, что встречает этого Пионера впервые. "По светлой и открытой дороге легко идти, а по тёмной и извилистой тропе трудно ступить", - сказала она. "Надеюсь, ты найдёшь дорогу и откроете для себя то, что ищете." После этого Кальцит в последний раз кивнула ACE и, повернувшись, быстро ушла. ACE наконец-то вздохнул с облегчением, когда она скрылась из виду. Он странно посмотрел на Феликса. Что-то в манере речи этого так называемого Пионера напомнило ему о ком-то, но он никак не мог вспомнить, о ком идёт речь. Тем временем Сеноми всё ещё пыталась осмыслить долгий разговор между своим хозяином и таинственной фелиной. От их диалога в её маленькой головке всё перемешалось. "Так... эмм... ты правда пришёл просто передать письмо?" - спросил ACE, ещё не до конца убеждённый. Феликс пожал плечами. "Если бы я сказал, что хочу просто заглянуть внутрь, ты и те наёмники пустили бы меня так легко? Я уже выложил все карты на стол. Мне просто любопытно". Он сделал лёгкий, приглашающий жест. "Какая сила могла объединить сарказов и других, чтобы сражаться плечом к плечу против своих же собратьев? Вот что я хочу знать." ACE снова вздохнул. Зачем эти люди всё так усложняют? Разве не проще было бы просто сказать: "Мне любопытно", и на этом всё закончить? Эта витиеватая манера говорить доставила ему, у которого и так дел по горло, столько головной боли. Уже был один такой случай, а теперь появился ещё один.

***

Феликсу, Degenbrecher и Сеноми, как гостям, предоставили пустую комнату. Она больше напоминала общежитие для агентов или наёмников, чем гостевой или гостиничный номер. Кровати были простыми двухъярусными. Мебель была изношенной, но в хорошем состоянии и чистая. Феликс не жаловался. Degenbrecher тоже не была из тех, кого волнуют такие мелочи. "Мы здесь, чтобы заключить с ними сделку?" - спросила Degenbrecher, закончив осмотр комнаты на предмет скрытых угроз и откинувшись на кровать. Феликс покачал головой. "У меня не было намерения вмешиваться в эту войну. Это конфликт двух идеологий, и я не горю желанием принимать в нём участие. Я просто хочу понять, что на самом деле из себя представляет дух Терезы". Если бы он принял участие в гражданской войне Каздела, используя свою личность, последствия могли бы быть серьёзными. Существовала реальная вероятность того, что по его душу отправят линчевателя. В конце концов, это был внутренний конфликт сарказов. Его участие могло серьёзно навредить дипломатическим отношениям. Естественно, Феликс не собирался создавать проблемы Латерано. Присоединение никогда не входило в его планы. Он действительно пришёл лишь для наблюдения и утоления своего любопытства. Но Degenbrecher явно в это не верила. "Значит, мы здесь всё-таки по делам, босс", - сказала она с лукавой улыбкой. "Как давно я с вами, а вы думаете, что я вас не знаю?" Феликс закатил глаза, но ничего не сказал. Наличие нимба над головой действительно было неудобным. Феликс не раз об этом думал. Он не мог незаметно наблюдать или собирать какую-либо информацию, поскольку, будучи санктой, подобные действия немедленно расценивались бы как шпионаж. Тем не менее, он носил искусно сшитую маску, скрывающую его очаровательное, почти неземное личико. Уложив спящую Сеноми спать, Феликс тихонько вышел из комнаты. ACE, верный своему слову, следовал за ним. В тот момент он выполнял обязанности телохранителя Феликса, поскольку тот получил ранения на передовой, и этот период времени считался периодом его восстановления.

***

Оказывается, здесь было не так много мест, которые можно было бы исследовать или осмотреть. Помимо внутреннего двора и площади, открытых пространств было немного. ACE следовал за Феликсом, когда тот вышел и подошёл к доске заданий на площади. "Здесь все задачи выполняются в команде", - объяснил он, пока Феликс изучал доску. "Они не ограничиваются боевыми действиями. Некоторые включают в себя исследование местности, охоту и даже поисково-спасательные операции". "Поисково-спасательная операция?" - повторил Феликс. "Да. Иногда мы приводим бездомных, молодых или нейтральных сарказов", - ответил он, указывая налево. "Если пойдёшь по той тропинке туда, попадёшь в жилой район. Не все сарказы в Казделе - наёмники. Некоторые пока слишком молоды, чтобы сражаться, другие, наоборот, стары или больны". "Среди сарказов старейшин мало", - продолжил он. "Большинство погибают на поле боя или от Орипатии, будучи ещё молодыми". "Даже если бы вы захотели заниматься, например, земледелием, мы ничего не смогли бы вырастить на этой земле", - сказал Феликс, взглянув на тусклое, пепельное небо. ACE тихо кивнул. "Как ты думаешь, какое будущее ждёт Каздел?" - спросил Феликс. "Я спрашиваю это не как санкта, а как такой же терранец. Мне любопытно, во что верят оперативники, сражающиеся под командованием Терезы". "Её Высочество верит в объединение всех сарказов, которых можно объединить", - ответил ACE. "Если дать им дом, место, где они смогут поселиться, где они будут чувствовать себя в безопасности. Только тогда они смогут начать видеть себя народом, а не просто выжившими". Он вздохнул. "Её идеалы велики, и многие операторы, которых ты видел, были очарованы. Только представь, если бы все объединились, и это началось бы с сарказов". Феликс спокойно ответил: "Но мы всё ещё не можем игнорировать одну вещь - орипатию. На этой земле есть те, чей статус не выше, чем у инструмента, и часто это заражённые. Сарказы рождаются заражёнными или подвергаются воздействию Ориджиниума с раннего возраста. Их жизнь проходит в боли, и даже смерть не приносит им истинного покоя. Одно дело, когда все мирно живут между собой. Но смогут ли они жить бок о бок с заражёнными?" ACE сжал губы и лишь тихо вздохнул.

***

Феликс больше ничего не сказал. Он подошел к краю забора и посмотрел в сторону расположенного неподалёку жилого района. Вдали он увидел множество маленьких детей, которые смеялись, играли и катались по пыльной земле. "В Лейтании дети этого возраста повсюду носят с собой музыкальные инструменты", - тихо сказал Феликс. "Они наполняют улицы прекрасными, трогательными мелодиями". ACE подошёл к нему. Высокий, закалённый в боях мужчина горько усмехнулся. "Заражённые…" "Могут ли заражённые действительно жить в мире с обычными людьми?" Старший мужчина без колебаний покачал головой. Феликс добавил: "Даже в Колумбии, где заражённые сталкиваются с наименьшим количеством притеснений, районы, в которых они живут, всё равно отделены от районов проживания обычных людей. Большинство граждан никогда не ступают на их территорию. Что касается Урсуса..." - молодой человек холодно и саркастически улыбнулся, но больше ничего не сказал. ACE почувствовал, как на него навалилась тяжесть. В его сердце зародилось глубокое беспокойство, поскольку он никак не ожидал, что всё это будет вызвано тем самым человеком, которого ему было поручено защищать. Они прогуливались по окрестностям, и вскоре наступил вечер. Когда Феликс вернулся в комнату, он увидел Сеноми рядом с Degenbrecher, пытающуюся отдышаться. Похоже, они только что закончили тренировку. Degenbrecher поприветствовала его с улыбкой. "Удалось увидеться с Терезой?" "Если бы всё было так просто, - ответил Феликс со слабым вздохом". Он протянул руку и нежно погладил Сеноми по голове. "Пойдёмте поужинаем". "Мгм!" - Сеноми энергично кивнула.

***

Их местом для ужина стала столовая. Когда Феликс и остальные сели за стол с едой в руках, они увидели непрерывный поток операторов разных рас, которые приходили и уходили. Неудивительно, что сарказы по-прежнему составляли большинство. ACE сидел напротив Феликса, рассеянно тыкая пальцами в сухое мясо и овощи на своей тарелке. В Казделе такая еда уже считалась хорошей. Жалобы были бы неуместны, учитывая ситуацию. Сеноми, похоже, не возражала. Она ещё росла и быстро съела всё, что было у неё на тарелке. Увидев это, Феликс поделился с ней частью своего мяса. Но в тот же миг Сеноми напряглась, и казалось, что она вот-вот расплачется. Феликс был ошеломлен. Неужели он настолько страшен? Degenbrecher протянула руку и нежно погладила девочку по голове. Феликс смягчил тон и сказал: "Хорошо поешь, а потом отдохни". "Хорошо", - ответила Сеноми, слегка кивнув. ACE, всё ещё заинтригованный отношениями девушки с Феликсом, наклонился и тихо спросил: "Мистер Пионер… она ваша дочь?" "Я молод и не женат", - ответил Феликс с некоторым раздражением. "Как у меня могла быть дочь такого возраста? Она была рабыней на рынке в Казимеже. Мне стало её жаль, поэтому я забрал её с собой". ACE неловко усмехнулся, явно смущённый. На первый взгляд он бы никогда не догадался, что эта девушка когда-то была рабыней. Видимых признаков жестокого обращения не было, поскольку она была здорова, и её одежда не была порвана. Уже одно это многое говорит о Феликсе как о человеке. Отбросив мрачные мысли, возникшие во время их недавнего разговора, он наконец с большим энтузиазмом принялся за еду. Жаль только, что тут действовал строгий запрет на употребление алкоголя, поскольку спиртные напитки разрешались только во время торжеств. В ином случае он бы не был против выпить с этим санктой.

***

Не успели они оглянуться, как прошла неделя с тех пор, как Феликс впервые прибыл в Вавилон. Конечно, это не значит, что он бездельничал всё это время. Во время одной из своих неспешных прогулок по лагерю он и ACE согласились на исследовательскую миссию. Когда они вернулись, Кальцит снова отчитала здоровяка, но тот воспринял это спокойно, продолжая улыбаться. Честно говоря, последние несколько дней он чувствовал себя запертым на базе, поэтому возможность выбраться хоть куда-нибудь была более чем желанной. После того как травма зажила, его рабочая нагрузка значительно возросла. Феликс также посчитал, что его постоянное присутствие рядом — пустая трата ресурсов, поэтому в свободное время он бродил по базе, словно игрок в ролевой игре, надеясь наткнуться на кого-нибудь, кто мог бы запустить какой-нибудь квест. Затем наступили сумерки. Феликс стоял у окна, глядя на серовато-красные облака, покрывающие небо. Сколько бы раз он ни смотрел на них, этот вид всегда напоминал ему о зловещей тишине перед стихийным бедствием. Хотя ему и не удалось встретиться с Терезой, он чувствовал удовлетворение от того, что хотя бы познакомился с Кальцит и ACE. По коридору эхом разнеслись шаги, и Феликс повернул голову в сторону источника звука. "Доктор Кальцит, операция завершена?" — спросил он.

***

Кальцит подошла к нему с обычным спокойным выражением лица. "Спасение одного человека или спасение мира от страданий может быть одинаково изнурительным как физически, так и морально. И всё же чувство удовлетворения от достигнутого почти одинаково". "Верите ли вы, что Вавилон может оправдать надежды сарказов?" - спросил Феликс. "Когда приходится выбирать между войной и едой, очень немногие выберут первое", - спокойно ответила Кальцит. "Когда у людей нет корней и они оторваны от цивилизации, они не возьмут в руки оружие. Вместо этого они будут думать о том, какую добычу им удастся поймать сегодня". "Надеюсь, этот визит удовлетворил ваше любопытство, Пионер". "...У вас не найдётся немного времени поговорить?" - окликнул её Феликс, когда она начала уходить. Кальцит замерла. Она обернулась, её равнодушные зелёные глаза с холодной отстранённостью скользнули по его лицу. "У меня есть около тридцати минут". Феликс молча последовал за ней, мысленно проклиная то, как утомительно вести подобные разговоры. Но, с другой стороны, обмениваться загадками с Кальцит было на удивление приятно