Глава 36. Хвост

      Ася высунулась в окно, перегнулась через низкий подоконник и восхищённо широко раскрытыми глазами изучила по-будничному шумную улицу Марата. Вездесущий холодный и влажный ветер тут же, не успела девушка потянуть на себя раму, разметал ей волосы и нагло забрался под длинный отельный халат. Ася запахнула его сильнее, проследила за стайкой чем-то воодушевлённых подростков и вереницей прохожих, спешивших по делам и праздно рассекавших по плиточному тротуару, насладилась видом на исторические, пусть и немного облупленные местами, фасады и вновь спряталась в уютном тёплом номере, до упора повернув ручку на оконной створке.       «Пойдём завтракать», — написала она Паше. Тот не ответил ни сразу, ни в те полчаса, что девушка приводила себя в порядок, но стоило ей позвонить, как телохранитель удивлённо сказал:       — Подожди, я же отправил тебе сообщение. Уже минут пятнадцать торчу у твоей двери.       — Серьёзно? Дай-ка посмотрю.       Ася, нахмурив брови, открыла список обычных сообщений — ничего не нашла. Проверила мессенджер.       — Слушай, да, вижу. Почему-то оповещение не пришло. Просто сообщение есть от тебя, а уведомления не было. Странно… Ладно, сейчас, ещё буквально минутка, и я выйду.       — Давай.       Она торопливо расчесалась перед зеркалом напротив кровати, набросила бежевую куртку на плечи и выскочила в коридор.       — А ты чего без верха? — спросила девушка, увидев, что парень отправился завтракать в одной футболке без пальто.       — А зачем он? Мы в ресторан сразу из отеля выйдем. Не через улицу. Но я не ручаюсь за температуру в самом ресторане, — опередил её Паша, заметив, что Ася начала разворачиваться с намерением оставить куртку в номере, — так что тебе лучше перестраховаться.              Девушка понятливо покивала. Вместе с парнем они размеренным шагом спустились в «Мариус»; Паша присмотрел им уютное место с диванчиком в глубине зала, дождался, пока Ася пройдёт весь изобильный «шведский стол», и выбрал себе завтрак после неё.       — Слушай, — неуверенно сказал он, глядя в опустевшую тарелку, — я с тобой уже четвёртый день. Дашь какую-то обратную связь, как тебе? Комфортно ли? Я, когда выбрал для тебя образ такого… милого парня, что ли, нарушил правила. Нам так вообще-то нельзя делать. Неэтично это.       — Ну, я не скажу, что меня что-то не устраивает. Наоборот, вроде комфортно, потому что обстановка стала очень непривычной, а с вашими стандартами мне было бы тяжело. — Ася изогнула губы в открытой дружелюбной улыбке. — Расслабься, Паш. Всё хорошо.       — Я смотрю, у вас это семейное, — проворчал собеседник. — От этого слова меня скоро передёргивать начнёт.       — Какого? Расслабься? Да не-е-ет, — со смехом протянула девушка. — Вообще не семейное. Это привычка Мара, причём заразная очень, но с его оригинальным произношением мы даже близко не стояли. Он так красиво это говорит, что прямо реально расслабляешься.       — Со мной как-то не сработало. Я наоборот только больше напрягся.       — Значит, он так захотел. Он же голосом как профессионально владеет, ты знаешь? Он если захочет, тебя и с обычного «привет» ноги держать перестанут.       — Ага. Страшный человек. Очень страшный.       — Па-а-аш, не язви. Не страшный он, но я таких больше не встречала.       — Ась, — начал парень, взял паузу и прикусил нижнюю губу. — Ладно. Давай какой-нибудь чай закажем. Выбирай, какой хочешь.       — Я хочу, чтобы ты договорил, — спокойно, но с еле заметным нажимом проговорила девушка. — Опять хотел сказать, что у нас с ним никакая не дружба?       — Да, — стыдливо опустил голову Паша. — Прости.       — Хорошо, — решительно вздохнула Ася. — Давай так: безо всяких там домыслов и намёков объясни мне свою позицию. Вот чтобы я поняла и не обиделась.       «Вообще-то я ещё в «карше» на тебя обиделась за это, но Мар учил не обижаться без разбора. Вот и разберёмся, значит».       — А-а-а… Не из лёгких задачка, — нервно усмехнулся охранник и, вдумчиво глядя в сторону, собрался с мыслями. — Для меня… М-м-м… Для меня, честно, мужчина и женщина дружить не могут. Там либо один какие-то чувства испытывает, либо другой. Я никогда такую дружбу не встречал. Сколько бы ни наблюдал, сколько у меня таких дружащих, — Паша несколько раз согнул указательный и средний палец, — знакомых было, всё время между ними то ненависть, то какие-то зацикленные родительские отношения, ну вот что угодно, кроме дружбы. У вас с Маром, знаешь, такая пограничная сложная история. Ты его так возносишь, так защищаешь, если я начинаю как-то колоть в его сторону. А с ним мы когда пересеклись на пару минут в коридоре, он за тебя мне чуть в глотку не вцепился. Я бы со своей колокольни, — без попытки унизить или оскорбить, правда, — я бы вас записал как любовников, которые хотят ими быть, но не могут.       «Вау… — Ася внутренне замерла, осмысливая последнюю фразу. — Какая красивая формулировка. Надо будет её Мару потом прислать. Обалдеть…»       Она поставила руку локтем на стол и прикрыла пальцами губы. Цепочка воспоминаний окунула девушку в себя как в мутный тихий омут; она вернулась чувствами во вчерашний вечер, когда в объятиях Мара чуть не размякла, во все предыдущие встречи, которые с ходу смогла вытащить из памяти, в моменты долгих неразрывных взглядов и жестов, которые всегда ускользали от неё.       — Мамочки… — отчаянным голосом выдала Ася, уронив лицо в ладони. — Давай мы всё-таки останемся каждый при своём мнении, потому что меня это прям из колеи выбило. Тебе в любом случае спасибо, что поделился мыслями, но я хочу, чтобы мы эту тему больше не поднимали, хорошо?       — Без проблем, Ась, — печально отозвался Паша. — Я поэтому и заткнулся, но уж что получилось, то получилось. — Он шумно вздохнул. — Давай вместо чая возьмём два «Экспресса до Хогвартса». Говорят, вкусно. Разбавим… послевкусие.       — Алкогольное?       — Да. Ты не пьёшь?       — Пью, конечно. Правда, обычно вечером, а не с утра пораньше.       — Ты в Питере, Ась. Тут все правила пития и жизни в целом ломаются об колено, так что давай по одному бокалу, потом погуляем и как раз до отъезда проветримся. Да?       Девушка согласно кивнула. Сладкий фруктовый коктейль на ванильной водке с игристым ей понравился, но повело её с градусов куда больше, чем она рассчитывала. Из отеля на прогулку Ася вышла очень весёлая, крепко взятая Пашей под руку. Сумку, в которую она сложила вещи под чутким присмотром охранника, тот закинул себе на плечо, спутники двинулись по тёмно-серой тротуарной плитке к Невскому проспекту, и Ася в медленном неустойчивом шаге, задрав голову, наряду с восхищением мрачной архитектурой вновь увязла в острых эмоциях.       — Па-а-аш… Я же Костю люблю. Он мне жизнь красивую обеспечил. Мы сына вырастили. Как так-то…       — Не заморачивайся, Ась. Ты себя сейчас накрутишь, а потом окажется, что я очень сильно ошибся. Знаешь, как стыдно будет? Гляди вон лучше, какие ребята в костюмах интересные. Давай я тебя с ними сфоткаю. Хочешь?       — Хочу!       «Ты так старательно меня отвлекаешь, но это всё, это безнадёжно. Я уже в панике, мне нужен Мар прямо сейчас, чтобы всё это пережевать с ним, но он как назло опять занят… Зараза…»       — А! — воскликнула девушка, вспомнив о разговоре с адвокатом до отъезда в северную столицу. — Забыла!       Она радостно обняла актёров театра на Невском, одетых в костюмы Петра Первого и Екатерины Второй, выхватила телефон из кармана, уронила его на мокрый асфальт и чуть не упала в резком наклоне за ним.       «Ты обещал, что расскажешь, как я могу тебя купить», — набрала она, выверяя каждую букву, чтобы мужчина не понял, в каком её состоянии носит по главной улице Петербурга. Закусила губу, трепетно прижав руки к груди, подняла на телохранителя голову, и улыбка медленно сползла с её лица — Паша напряжённо рассматривал проспект у неё за спиной, и Ася узнала взгляд, такой же, как у ребят из охраны мужа.       — В чём дело? — беспокойно спросила девушка. Спутник, не глядя, положил ей руку на плечо.       — Я не очень люблю Питер. Тут всяких шизанутых полно. Приходится глядеть в оба, чтобы никто не полез к тебе, а это выматывает больше, чем если бы была реальная угроза.       «Правда? — Ася внимательно посмотрела на парня, безотрывно изучавшего пространство. — А может, признаешься, что за нами «хвост»? Я ведь не первый год вижу, как работают мальчики у Кости. У вас лицо прям шаблонное. Ни  с чем не спутаешь».       Они двинулись дальше вдоль Невского. Краем глаза девушка замечала, как Паша, разворачиваясь против ветра, чтобы поправить шарф, очень внимательно исподлобья оценивал обстановку. Спутники прогулялись по Дворцовой площади, пересекли туда и обратно разводной мост и ощутили на нём необузданный нрав стихии. До отправления поезда «Петербург — Москва» им осталось чуть больше полутора часов. За это время Ася досыта наелась в ресторане «Палкинъ», протрезвела и наполнилась грустью от того, что Мар до сих пор ей не ответил.        «Теперь я буду навязчиво ждать… Ну что это такое…»       — За нами кто-то следит? — спросила она Пашу, допивая зелёный чай.       — Да, — проговорил телохранитель неожиданно открыто, — и это не один человек.       Ася нахмурилась и с трудом поборола желание осмотреться.       — Какой план действий?       — Всё тот же. Ты спокойно допиваешь чай, я наблюдаю. Когда допьёшь, отправимся на вокзал, а там посмотрим, будут они что-то предпринимать или нет.       «Нас преследуют», — набросала она сообщение адвокату, и друг ответил на него буквально за минуту.       «Расслабься. Это моя охрана. Я попросил проводить вас, потому что сам не вырвусь, но ты Паше не говори, ладно? Пусть поработает».       «Хорошо. А что насчёт того, что я написала выше?»       «Десятка в час, дорогая. Мой личный дисконт для тебя — 50%».       «А есть бесплатные варианты?» — ответила девушка, прикрепив в конце фразы «смайлик» с лукавой кривой улыбкой.       «Не по телефону».              Ася глубоко вздохнула. Она задумчиво влила в себя остаток улуна, спутники вышли на Невский, и девушка три перекрёстка до Московского вокзала беззаботно прошагала, всматриваясь в яркие витрины и витиеватую лепнину.       — Смотри, как мы вовремя, — обрадовалась она, показав рукой на табло. — На наш «Сапсан» уже посадку объявили.              Паша ничего не сказал. Ася только увидела, как он быстро вылепил на губах некое подобие быстрой дежурной улыбки и вновь стал серьёзным. После досмотра девушка обернулась вслед за ним. За линией конвейеров и магнитных рамок она заметила двоих ничем не примечательных мужчин, спокойно и внимательно смотревших ей вслед. Именно ей — она ощутила это на уровне интуиции; Ася запомнила лица сопровождающих, вообще не похожие на киношно- или книжно-криминальные, и коротко махнула им рукой.       «Всё в порядке, мы сели», — набросала она уже в поезде. Ей принесли стакан воды и тарелку фруктов, и Ася вытянула уставшие после прогулки ноги.       — Мар, Мар, Мар… — прошептала она неслышно, одними губами. — Десять лет нормально было, а теперь всё так неоднозначно.              Белов ей не ответил. Ася положила телефон на откинутый столик перед собой и, глядя, как за окном поплыли огни платформы, отправила в рот кусочек яблока.